Любовь Венценосного.

Затем он легко отломил верхушку серого шара и протянул его Насте. Она с опаской взяла шар в руки, заглянула внутрь. Там плескалась беловатая жидкость. Не раздумывая, она припала к кромке шара губами. Это оказался обыкновенный кокос! Настя с жадностью пила прохладную влагу, не находя в себе сил оторваться. Напившись, благодарно улыбнулась незнакомцу:

— спасибо вам... тебе большое! Я чуть не умерла от жажды!

Он тоже улыбнулся: — я понял. Кстати, меня зовут Крелл, миз. Не скажешь ли ты, как мне к тебе обращаться?

— Меня зовут Настя. — Понял. Миз Настъя? — Она смутилась: — нет-нет, не миз, просто Настя!

Крелл опять странно, по-птичьи, быстро моргнул, спросил недоуменно:

— динка Настъя? — Теперь удивлялась она: — а что такое динка? — Дин, динка — это обращение к простому винторогу или человеку.

Насте хотелось спросить, человек ли Крелл, уж очень необычно он выглядел. Вместо этого сказала:

— я не знаю, кто я здесь. Я теперь ничего не знаю. А к тебе я должна обращаться миз Крелл?

Он покачал головой, засмеялся: -"миз" — это обращение к благородной женщине. К мужчине обращаются "баас".Ты можешь звать меня по имени. Всё это очень странно, Настъя. Думаю, мне надо проводить тебя до границы джунглей, где начинаются владения мархуров. Боюсь, что иначе тебе, одной и без оружия, не выжить.

Настя вскинула на него удивлённые глаза:

— но, Крелл, ты тоже не вооружён... — он усмехнулся, — я сам оружие. — Настя не решилась продолжать.

Она расстелила поверх листьев свой плащ, неуверенно посмотрела на спутника: удобно ли предложить ему сесть рядом, не сочтёт ли он это приглашение за что-то другое... Он понял её сомнения, небрежно махнул рукой, усаживаясь прямо на траву:

— Настъя, тебе надо отдохнуть. И, — его глаза сверкнули, — тебе не надо меня бояться, я не причиню тебе вреда. Должен тебе сказать, — теперь он откровенно смеялся, — ты шла в сторону, противоположную Фрикании. Поймав её непонимающий взгляд, пояснил: — государство винторогих — Фрикания.

У неё было много вопросов к собеседнику, но она подумала, что, не зная обычаев и традиций этого мира, легко можно попасть впросак, обидеть Крелла, совсем того не желая. Хотелось есть, но спрашивать о еде своего провожатого ей было неудобно. Он растянулся на траве, Настя тоже прилегла на своём плаще, вытянула уставшие ноги. Через некоторое время Крелл встал:

— Настъя, мне надо уйти. Ты останешься, и будешь ждать меня здесь. Никуда не уходи. Нам нужна еда и я намерен поохотиться.

Она не успела ничего сказать, как он исчез в джунглях. Девушке опять стало страшно, она села. С уходом её спутника в зарослях кустов и лиан, на деревьях вновь закипела жизнь. С воплями проскакала по ветвям над её головой стая каких-то небольших обезьян, на разные голоса заливались птицы, мелькали тени, тяжёлый, влажный воздух, наполненный одуряющим запахом цветов, гниющих растений, вызывал головную боль.

Путешествие во Фриканию.

Крелл отсутствовал довольно долго. Появился из-за стены леса, неслышно ступая. В руке держал большой мешок с лямками. Настя облегчённо вздохнула. Всё же одной было очень страшно. Крелл присел перед ней на корточки, развязал рюкзак. Она с любопытством заглянула. Крелл достал здоровенный ломоть жареного мяса, завёрнутый в большой лист, протянул его Насте. Следом вынул странную, квадратную желтоватую штуку. Оказалось — местный хлеб, выпеченный из кукурузной муки. Девушка с удовольствием приступила к обеду. Крелл опять принёс кокос, вскрыл его и подал Насте. Ей было неудобно. Совершенно чужой человек ухаживает за ней, как за ребёнком. Но совершенно ясно, что без Крелла она обречена на гибель.

Тем временем он опять зарылся в мешок и последовательно достал из него: два больших пушистых одеяла, какое-то странное приспособление — разжигать костёр, — пояснил Крелл, огромный изогнутый нож. Настя отшатнулась, а он пояснил, что им придётся прорубаться сквозь сплошную стену лиан. Затем на свет появилась пара мягких сапожек, которые он бросил на колени путешественнице, а также брюки из тёмной ткани, мужские, с отстёгивающимся спереди клапаном. Он увидел её взгляд, хохотнул:

— других нет, наши женщины не носят брюк и не ходят в джунгли.

Ещё из мешка была извлечена странная блузка, грубо сшитая из цельного большого куска светлой ткани, довольно плотной. Длинные рукава не пришиты, а просто выкроены как продолжение полочек. Выглядела эта блузка ужасно, но, тем не менее, имела деревянные, грубо выточенные пуговицы и петли, просто прорезанные в ткани дырки.

По просьбе Насти Крелл отвернулся, а она быстро переоделась. Блузка топорщилась и была мешок-мешком, брюки оказались очень велики и их пришлось подвязать верёвочкой, которая нашлась у Крелла в рюкзаке. А вот сапожки Насте очень понравились: мягкие, лёгкие и точно по ноге. Свои вещи: плащ, берет, шерстяные свитер и юбку она аккуратно свернула и убрала Креллу в мешок. Он внимательно её осмотрел, похмыкал, но ничего не сказал. Помявшись, Настя спросила:

— Крелл, ты же собирался на охоту, а принёс жареное мясо, хлеб и вещи для меня..., — она не стала уточнять, что на охоту он отправился без видимого глазу оружия. Всё же этот человек казался ей каким-то странным, как был бы странен волчонок среди собачьих щенков. Все маленькие, серые, но один выделяется своей чуждостью.

Крелл завязал мешок, легко поднялся на ноги:

— здесь, недалеко, есть небольшая деревня. Эти люди знают меня, поэтому поделились со мной продуктами и одеждой для тебя. Позже, когда будет время, я принесу им пару антилоп.

Настя кивнула головой, но подумала, что дикари, живущие в деревушке среди джунглей, имеют, не иначе, первоклассных поваров и современные духовки. Мясо было хорошо отбито, сдобрено неизвестными специями и обжарено на каком-то душистом масле с румяной хрустящей корочкой. Оно легко жевалось, было в меру посолено и не имело хрящей и жилок. Квадратный хлеб, пышный и мягкий, тоже никак не походил на изделие туземных женщин, испечённое на костре. Одежда, правда, вполне соответствовала его рассказу. Но вот сапожки, опять же, были сшиты искусным мастером.

Тем временем Крелл уже двинулся вперёд, выходя на тропу, где они встретились. Настя выбралась из зарослей и увидела, что солнце клонится к закату и становится не так жарко. Какое-то время они шли по тропе, а затем её провожатый свернул в джунгли, прорубаясь сквозь заросли лиан, высоченных папоротников и молодого бамбука. Настя с восхищением смотрела, как отточены и уверенны его движения, как буграми напрягаются мышцы на его руках и спине.

Ей на лицо упала тень. Она подняла голову и вскрикнула. Крелл остановился и молниеносно повернулся к ней. Настя с ужасом смотрела вверх. Громадная птица, одна из двух, которых она видела днём, снизилась и села на толстую ветку дерева высоко над их головами. В наступающей темноте она разглядела страшный изогнутый клюв, мощные лапы толщиной ничуть не меньше её руки и, что повергло её в неописуемый ужас, огромные когти, обхватившие ветвь. Причём коготь на противостоящем пальце был никак не менее десяти сантиметров. Чудовище рассматривало их с нескрываемым интересом, временами наклоняя и поворачивая голову. Настя видела его светло-серые, в крапинку, перья на брюхе. Бока были темнее, а спину она рассмотреть не могла.

Дрожащим голосом девушка спросила:

— Крелл, это... этот монстр..., он кто? Он на нас... не нападёт? — Она подумала, что даже большой изогнутый нож её провожатого не спасёт их в случае нападения. Настя глядела на жуткие когти. Каждый из них был как нож среднего размера, вполне достаточный, чтобы убить человека одним ударом.

Крелл посмотрел вверх и иронически улыбнулся:

— не бойся, он не нападёт, сейчас он улетит! — Настя приободрилась. В конце концов, он наверняка лучше её знает обо всех опасностях этих джунглей.

— А кто это, Крелл? — Всё же ей хотелось вцепиться ему в руку и спрятать лицо на груди, чтобы не видеть этот летающий кошмар.

— Это венценосный, орёл-воин. Он тебе не понравился?

Насте показалось, что птица вытянула шею, с интересом вглядываясь в неё. Она придвинулась поближе к Креллу и замотала головой:

— нет, нисколько, он просто ужасен! — Крелл громко расхохотался, глядя на птицу.

Орёл возмущённо, как опять показалось Насте, заклекотал и, расправив громадные крылья, взлетел. Их обдало ветром, — как будто небольшой самолёт взлетел, — подумала она.

Тем временем птица поднялась в вышину и, сделав над ними круг, скрылась из вида.

На ночёвку они расположились у корней большого дерева. Оно было старым. Когда-то над ним пронёсся ураган и попытался вырвать его с корнем. Дерево наклонилось, часть корней обнажилась. Образовалась довольно большая пещера. Лианы, опутавшие обнажившиеся корни, образовали полог, укрывающий её.

Крелл бросил мешок у подножия дерева.

— Настъя, ты будешь спать в этой пещере. Постели себе одеяла. Но вначале нам надо поесть.

Они поужинали жареным мясом, хлебом и какими-то фруктами, которые Крелл собрал по дороге. Запили всё кокосовым молоком. Костёр разжигать не стали, хотя Настя боялась, что на них могут напасть ночные хищники.

Её спутник был бодр и свеж, как будто не вырубал полдня дорогу в зарослях тропических джунглей. Насте хотелось расспросить его о многом, но она чувствовала, что смертельно устала, и у неё не было сил даже на то, чтобы бояться наступающей ночи с её хищным зверьём, кровожадными насекомыми и прочими прелестями. Креллу она уже вполне доверяла и не думала, что он набросится на неё под покровом ночи. Всё же у него было достаточно времени для осуществления самых отвратительных замыслов, если бы они у него были.

Так что она, прихватив одно из одеял, полезла в пещеру. Там было совершенно темно и пахло трухой и влажной землёй. Лианы неплотно сомкнулись за ней, и сквозь просветы виднелся силуэт Крелла, который сидел на траве, обхватив колени. Настя завернулась в одеяло и легла на мягкую подстилку из трухи. Лианы раздвинулись, и рука Крелла бросила ей второе одеяло. Она встрепенулась:

— а как же ты? — он негромко ответил: — мне не надо, я очень хорошо буду спать на траве, а ты подстели ещё одно одеяло.

Насте казалось, что она только что упала на расстеленные одеяла, а уже наступил рассвет. Вдалеке пели, трещали, свистели и издавали прочие звуки тропические птицы. Лишь рядом с пещерой было тихо. Она уже знала, что вблизи от её спутника замолкали и затаивались все птицы и зверьё.

Она выползла из пещеры и увидела, что Крелл выгружает из мешка на расстеленные пальмовые листья полоски вяленого мяса, хлеб, какие-то фрукты . За ними появилась большая глиняная бутыль в оплётке из тонких, тщательно очищенных, прутьев. Там оказалось светлое молодое виноградное вино.

Насте хотелось умыться и хотя бы прополоскать рот, но она не решалась сказать об этом Креллу. Он догадался сам.

— Настъя, иди сюда! — он подозвал её к дереву с гладкой коричневой корой и осторожно сделал небольшой надрез на стволе. Оттуда струйкой побежала вода. Настя подставила ладони и с опаской попробовала. Вода была прохладной и чистой.

— Крелл, а пить её можно? — он утвердительно кивнул головой, — это Бутылочное дерево, оно накапливает воду. Разве в твоём мире оно не растёт? — Настя подумала, сказала неуверенно: — растёт, в Австралии, по-моему, в засушливых районах. Но я ни разу его не видела.

Девушка с удовольствием умылась, а потом и напилась. Настроение поднялось. На самом деле, всё не так уж и плохо.

За завтраком Настя расспросила спутника о том, куда они идут. Она с удивлением слушала о том, что ей придётся иметь дело с существами, которые произошли от винторогих козлов, мархаров. От предков им достались длинные и острые рога, закрученные винтом. Что общего у Насти с мархарами, Крелл не знал.

Они снова шли по джунглям, изредка останавливаясь на отдых. Виноградное вино, приятно кисловатое, хорошо утоляло жажду, но в жаркой духоте тропиков постоянное ощущение влажного тела и насквозь промокшей от пота одежды было прекрасным стимулом для скорейшего окончания путешествия.

Тем не менее, Настя, вполне отдохнувшая за ночь и полностью доверившаяся своему проводнику, теперь с интересом рассматривала его украдкой, чтобы он не заметил. Ей показалось смешным, что и он тайком бросал на неё взгляды. Что и говорить, Крелл был, по-своему, красив. Теперь, когда она привыкла к его несколько крючковатому носу, свирепым глазам и гортанному, рокочущему голосу, Настя с удовольствием отмечала, как искренне и заразительно он смеётся. Как смягчается его взгляд, когда он смотрит на неё. Как легко и быстро он двигается, и какие горячие, гибкие и сильные у него пальцы, когда он подаёт ей руку, чтобы помочь перебраться через завалы упавших деревьев.

Лишь одно омрачало её хорошее настроение. Вчерашнее чудовище, гигантская птица, опять парила над их головами высоко в поднебесье, временами скрываясь за джунглями, иногда превращаясь в чёрную точку в белёсом от зноя небе. Настя нервничала, сама того не желая, поглядывала вверх. Крелл заметил её беспокойство, улыбнулся:

— не обращай на него внимания, Настъя, он не опасен для нас, — Настя покачала головой: — мне кажется, ему ничего не стоит унести человека. А какие у него жуткие когти и клюв! Он убьёт насмерть одним ударом... — Крелл поморщился: — орёл-воин не нападёт на человека..., — а чем он питается?— Её собеседник отвёл глаза, помявшись, ответил: — только мясо. Антилопы, обезьяны, дикие свиньи... — Настю передёрнуло от отвращения, хотя сразу было понятно, что этот хищник не может питаться фруктами и травой.

Она заметила, что Креллу неприятен этот разговор, поэтому постаралась перевести его на другое.

Вторую ночь снова пришлось провести под открытым небом. Крелл показал Насте кустарник, чья зелень, растёртая до появления сока, надолго защищает от укусов многочисленных насекомых. Сам он с комфортом располагался на охапке пальмовых листьев.

Утром Настя умылась из ручейка, журчащего неподалёку между корнями могучих исполинов. На завтрак у них были только фрукты и хлеб, мясо закончилось. Крелл недовольно скривился, с отвращением поглощая плоды манго. Настя, не большая любительница мяса, с удовольствием ела экзотические плоды.

Затем опять были непролазные джунгли, духота, пот, заливающий глаза и ... крохотная чёрная точка в вышине, то пропадающая, то появляющаяся вновь.

В середине дня путешественники вышли на дорогу. Настя обрадовалась. Это на самом деле была дорога, заросшая невысокой травой, с довольно глубокими колеями, наполненными мутной жижей. Она задумалась о том, на чём же ездят здесь, в глубине джунглей, местные жители. Вскоре получила ответ.

Они шли по дороге около часа, когда Крелл остановился и прислушался. Настя тоже послушала, но кроме привычных звуков, сопровождающих жизнь джунглей, ничего не обнаружила.

— Нас догоняет повозка, — Крелл нахмурился, — возница доставит тебя к дворцу Джамайена.

Настя заволновалась. Она уже привыкла, что Крелл всё время рядом, полагалась на него и доверяла ему.