Если судьба выбирает нас... (Обновление от 8 января)

— Здравствуй, сын! Здравствуйте, молодой человек!

После такого приветствия, я поспешил исчезнуть, оправдавшись необходимостью немедленной и важной медицинской процедуры.

Совершив вечерний моцион в больничном скверике от церкви Илии Пророка до церкви Грузинской иконы Божьей Матери и обратно, я вернулся в госпиталь.

Уже на третьем этаже мы едва не столкнулись с профессором на лестничной площадке. Отец Генриха шел нетвердой походкой, усталого больного человека, держа очки в опущенной руке...

По его лицу текли слезы, и он то и дело бормотал по-немецки:

— Meine bedauernswert sohn... Jesus Maria und Joseph... Was dieser verfluchte Krieg geschaffen hat? /нем. Мой бедный сын... Ииисус, Пресвятая Дева Мария и Иосиф... Что сотворила эта проклятая война?/.

* * *

Вечером в самой большой палате на нашем этаже, по обыкновению собираются все способные передвигаться раненые: поиграть на разнообразных музыкальных инструментах — от гармошки до скрипки, попеть песен — от романсов до похабных частушек, порассказывать анекдоты — большей частью несмешные...

Кстати, азартные игры, в отличие от варшавского госпиталя, здесь запрещены — госпиталь хоть и военный, но церковный. Так что карты употребляются исключительно для раскладывания пасьянсов.

Отсюда такая творческая специфика нехитрых лазаретных развлечений.

По окончании литературно-музыкальной части начинаются нескончаемые военно-полевые рассказы. Тут все наперебой берут немецкие окопы, режут проволоку, обходят фланги, идут в рукопашную, палят из пушек, рубят на скаку...

И так, пока не придет медсестра, не выключит свет и энергично не прикажет расходиться по палатам, пока она не позвала доктора.

Офицерский состав чрезвычайно пестрый — от кадровых к 1917 году практически никого не осталось. Почти две трети нынешнего офицерского корпуса — из рабочих и крестьян, еще четверть — мещане и купцы, дворяне — едва ли не один из двадцати.

Евангелический полевой госпиталь, в своем роде одно из лучших лечебных заведений в Москве, да и в стране тоже, а по сему процент "голубой крови" у нас несколько больше, чем в целом по армии.

Хотя с другой стороны, очень многие из "простых" выслужили себе как личное, так и потомственное дворянство через получение воинских званий и наград.

Сидя в уголке (потому как свою гитару я пока на людях не светил) разглядываю своих товарищей по несчастью и мучительно пытаюсь привести в порядок мысли по поводу "какие офицеры и за кого воевали в гражданскую?".

Пока безуспешно...

(C) August Flieger

8 января 2011