Лаций сел ближе к матери и начал свой рассказ:
— Когда я обдумывал, как можно решить проблему с кочевниками, в голову пришла мысль о том, что они полезны и такое ослабление может быть опасно.
— Чем могут быть полезны эти грязные убийцы? — удивилась Селина. — Мне непонятны твои мысли. Ты говоришь о рабах?
— Ну какие из них рабы, мама? — возразил Лаций. — Я имел в виду другое. Сильный и безжалостный враг заставлял Сенат выделять большие средства на армию.
— Хочешь сказать, что, когда угроза не так велика, Сенат пойдёт на сокращение армии? — с недоверием спросил брат.
— В Сенате есть сторонники такой экономии, но сокращения не будет хотя бы из-за того, что кочевники унялись только на время. А если пройдёт моё предложение, то армию, скорее всего, увеличат.
— Ты об этом хотел рассказать? — спросила мать.
— Да, об этом. Семь столетий назад наши предки создали империю, присоединив к Сорме тех, до кого смогли дотянуться. Им уже тогда мешали кочевники, а попытка захватить соседей закончилась неудачей.
— И с кем же ты хочешь воевать? — спросила Лидия.
— Никто не хочет воевать с союзом королевств, — ответил Лаций, — но есть королевства за проливом! Сейчас в наших руках сила, которой им нечего противопоставить, а нам не помешают новые земли и богатства их жителей.
— Ты представляешь, сын, сколько прольётся крови?
— Величия не бывает без крови, мама! Если бы наши предки боялись лить кровь, мы до сих пор скитались бы в повозках с дырявыми шатрами по своей Сорме.
— Я боюсь, что в крови, которую ты собираешься пролить, будет и твоя или кровь твоего брата. Матерям трудно терять сыновей, но когда они гибнут при защите империи, вместе с горечью утраты есть понимание, что иначе нельзя. А отдавать кого-то из вас за величие... По-моему, у империи его и так много. Но я вижу, что тебе бесполезно об этом говорить. Какие вы ещё мальчишки! Вам бы только махать мечами. Кому ты передал своё предложение?
— Императору. И он принял его благосклонно. Когда вернётся отец, попробую узнать подробности.
Март Савр появился в доме через два часа после этого разговора. Он уже знал от слуг о приезде Лация и сразу пошёл в его комнаты.
— Рабус, выйди, — приказал отец. — У меня важный разговор с твоим братом. Ну-ка, дай я на тебя посмотрю. Заматерел и не вижу ран, что не может не радовать. Что так смотришь? Заварил ты кашу, сын. Конечно, рано или поздно кто-то должен был высказать идею завоеваний стран за проливом. Победив кочевников, да ещё так убедительно, ты сделал это реальным. Сенат склонен поддержать план, который ты предложил императору, вопрос только в сроках. В этом году ничего не получится.
— Почему? — вскинулся Лаций.
— Мало я учил тебя думать головой. Вот какое королевство ты выбрал бы в качестве первоочередной цели?
— Одно из двух, которым принадлежит побережье. Какое из них, я пока не решил. Надо поработать со столом внешней разведки и посмотреть, что произошло за проливом за год моего отсутствия.
— Разумно. Но ты не принял во внимание то, что у нас нет кораблей для перевозки лошадей. В этом году надо определить перечень целей и очерёдность их захвата, хорошо разведать береговую черту и подобрать удобные для высадки бухты в безлюдных местах, чтобы можно было бы беспрепятственно накапливать силы. Очень важно создать там свою агентуру, разведать наличие запасов продовольствия и принять меры к тому, чтобы противник не смог их вывезти или уничтожить. Нужно построить с десяток боевых кораблей, способных действовать на мелководье. Нам хватит наличных сил армии и резерва, но резервистов необходимо погонять, чтобы иметь полноценные легионы. Тебе дадут только ветеранов.
— Мне?
— А кому ещё? Твой план, тебе его и выполнять. К тому же ты у нас теперь триумфатор. Как видишь, работы непочатый край. И не относись с пренебрежением к будущим противникам. В королевствах знают, с какой стороны держаться за меч. Получишь завтра свой венок, отдохнёшь с нами и берись за работу. Начинай с анализа всего того, что наработала разведка. Они уже получили приказ и подготовят для тебя всё, что может быть полезным.
Глава 2
— И долго его носить? — спросил Лаций префекта* Марка Лорга, когда наградивший его император покинул церемониальный зал дворца.
(* префект — один из наиболее близких к императору патрициев, которого он мог оставить выполнять часть своих обязанностей на время отсутствия в Алатане).
— Давно у нас не было триумфаторов, — усмехнулся префект. — Ты на моей памяти второй, так что можешь заслуженно гордится. Почему тебе не терпится снять венок?
— Неудобно носить на голове столько золота, да и колется...
— Потерпи немного, снимешь, когда разойдутся гости. Тебе положен отдых, поэтому десять дней можешь отдыхать, а потом бери всё в свои руки. Сейчас сходим в стол внешней разведки, и я тебя кое с кем познакомлю. Это очень деятельный юноша, тебе он будет полезен. Скажешь, что нужно сделать, и пусть работает, пока ты отдыхаешь.
"Очень деятельный юноша" оказался и очень молодым: вряд ли ему было больше семнадцати лет.
— Младший квестор СевЕр Лоран, — представился он, встав при их появлении.
— Привет, Север, — кивнул ему Марк. — Это наш триумфатор Лаций Савр. Поступаешь в его распоряжение. Приказ твоему начальству уже отдан. У него полный допуск и очень важная миссия, а твоя задача — разбиться в лепёшку, но выполнить всё, что потребуется. Давай свой венок, Лаций, отдам твоему отцу.
— И что же от меня требуется? — спросил Север, когда удалился префект.
— Я собираюсь отдыхать дней десять, — сказал Лаций, — так что у тебя будет время. Мне нужно всё, что у нас есть по королевствам за проливом, в первую очередь по тем, которые имеют морскую границу.
— Это я подготовлю. Только хочу предупредить, что наши сведения могут устареть.
— А в чём сложность? Меня не было в столице больше года, поэтому я не в курсе последних событий.
— У них идёт война, точнее, шла. Скорее всего, она уже закончилась. Последние сведения пришли осенью. Информацию получаем через купцов, а они стараются до зимы вернуться в империю. Потом уже до поздней весны не плавают из-за штормов.
— Тогда дай выборку по последним поступившим данным. Наверное, я не буду ждать десять дней и зайду раньше. Сколько тебе нужно времени?
— Дня три. У нас не так много сведений.
— А почему?
— Очень трудно работать.
— Местные мешают или другие сложности?
— В королевствах нас стараются не трогать.
— Значит, проблемы чисто наши?
— Я буду с вами откровенным. До недавнего времени работой нашего стола никто не интересовался. Нам постоянно урезают выделяемые средства, но больше мешает служба охраны империи. Мы из-за них не можем работать и часто вынуждены довольствоваться слухами вместо фактов.
— Они мешают открыто?
— Что вы, как можно! Они работают со всеми, кому по какой-то причине необходимо покинуть империю. Купцы это проделывают регулярно, поэтому их контролируют больше других. Им предписано жить общинами и запрещено вести разъездную торговлю и общаться с жителями королевств сверх необходимого. Все следят друг за другом и по возвращении должны отчитываться о своих наблюдениях. И много полезного они могут нам сообщить?
— А если завербовать кого-нибудь из иностранцев на нашей территории?
— Это имеет смысл, если есть возможность независимой проверки их сведений. К тому же их трудно зацепить. Зная наше к ним отношение, ведут себя осторожно, и большинство не стеснено в средствах. Да и мало их к нам едет.
— А если послать своих людей?
— Я же говорю, что до последнего времени это никому не было нужно. В агентурной работе всё упирается в деньги и требует времени. Даже если сейчас дадут деньги, то реальные результаты будут не раньше чем через год, и то только в том случае, если нам не будут мешать ревнители службы безопасности.
— Я постараюсь решить эти вопросы, — пообещал Лаций. — Ладно, поеду домой, а то меня уже заждались. Прощайте, Север.
Дома его перехватил отец:
— Сейчас я тебя кое с кем познакомлю. Знаю, что ты хотел посидеть чисто семейно, но это особый случай. Из Итаврии* только что вернулся один из моих лучших друзей — проконсул Гней Квинт. Он сложил с себя должность наместника провинции, которую в течение года занимал по просьбе Сената. У Гнея замечательная дочь, с которой он не расстаётся.
(* Итаврия — одна из провинций на границе империи)
— Странно, для чего он таскает с собой ребёнка.
— Она давно не ребёнок, — засмеялся отец. — Девушке семнадцать лет. У него нет других детей, а жена умерла родами вместе с плодом больше десяти лет назад. Гней не захотел жениться вторично и всю свою любовь перенёс на дочь. Есть ещё семья брата, да и я приютил бы его дочь, но они решили быть вместе. Так что придержи свой язык и не обижай девушку. Хотя её опасно обижать. Она ещё девчонкой занялась оружием и теперь может задать жару иному вояке.
— И как зовут эту воительницу?
— Юлия её зовут. Я буду рад, если вы с ней подружитесь. — Март, многозначительно посмотрел на сына.
— Сначала нужно познакомиться. Пошли быстрее. Брат с сестрой давно извелись, да и мама наверняка недовольна моей задержкой.
— Ничего страшного: они заняты гостями, да и мы не будем медлить. Всё уже готово, ждут только нас.
Знакомясь с гостями, Лаций взял в руки узкую ладонь Юлии, заглянул в большие насмешливые глаза и понял, что пропал. Он и раньше не пренебрегал обществом красивых девушек, бывал и в весёлых домах, но Юлия сразила его наповал, как удар копья в неприкрытое бронёй тело. Во внешности девушки не было ничего особенного. Красива, но он видел и красивее. Теряясь в догадках, в чём причина, растерянный триумфатор сел на своё место, стараясь не смотреть на гостью и немного успокоиться. Замешательство Лация не прошло незамеченным. Взрослые обменялись понимающими взглядами, а Юлия покраснела. По знаку матери слуги начали разносить горячие блюда, и вскоре все, отставив разговоры, отдали должное праздничному обеду. Когда насытились, слуги убрали посуду и выставили на стол вино и любимые пирожные Лация. После обеда беседа стала общей. Прежняя скованность прошла, и Лаций подробно рассказал о разгроме кочевников. Он был хорошим рассказчиком, и слушали его с удовольствием, иногда задавая вопросы. Потом Гней Квинт посмешил их историями, свидетелем которых ему пришлось быть во время своего наместничества. Вскоре блюдо с пирожными опустело, а разогретые вином патриции и их дети спустились в одну из гостиных, где и продолжили беседу в более непринужденной обстановке. Март поведал гостям о планах сына, а Лаций рассказал о своём разговоре с Севером.
— Это может стать проблемой, — высказался Гней. — Со службой охраны империи не хотят связываться даже сенаторы. Проще выйти на императора. Он быстро завяжет им хвосты в узел.
— Лаций, возьмёте меня в поход? — спросила Юлия, застенчивость которой пропала под влиянием грандиозных планов консула и выпитого вина. — Спросите отца, и он подтвердит, что я прекрасно владею и мечом, и копьём, и луком!
— Он подтвердит, — сказал Гней, — только никуда не пустит. Можешь поверить старому воину, что это будет не простая прогулка. За проливом хватает хороших вояк. Наши преимущества в лучшей организации и численном превосходстве, но случиться может всё, а ты у меня одна. Так что Лацию я тебя не отдам.
— Совсем не отдадите? — вырвалось у Лация, прежде чем он прикусил язык.
— Я неправильно выразился, — ухмыльнулся Гней. — Отдам, если попросишь и сама согласится, но в поход не пущу волей отца.
Вскоре гости стали прощаться и уехали на карете Савров.
— Ну что, сын, зацепила тебя Юлия? — спросила мать. — Ты тоже произвёл на неё впечатление. Сейчас девушка будет думать о новой встрече, а тебе проще её устроить.
— Гней приглашал посетить их в любое время. Завтра возьму Лидию и съездим. Неужели так заметно?
— Увидели даже гости, — довольно сказала мать. — Наконец нашёлся кто-то, перед кем капитулировал мой сын. Если хочешь знать моё мнение, то лучшей жены тебе не найти.
Несколько следующих дней промелькнули, как одно мгновение. Почти всё время Лаций провёл в обществе Юлии. Они много гуляли по замечательному парку в имении Квинтов, ездили в весёлый квартал смотреть на бои гладиаторов, которые очень нравились девушке, и выбрались на охоту, захватив с собой Лидию и Рабуса. Общение с Юлией было для консула настолько желанным, что он не мог понять, как жил без неё раньше.
— Она словно увядает после твоих отъездов, — говорил Лацию Гней. — Может, хватит уже мучить друг друга ожиданием? Ваши чувства не являются секретом даже для посторонних.
Любовный угар не заставил Лация позабыть о деле, и он нашёл время навестить Севера.
— Нужные вам бумаги лежат на этих столах, — объяснял ему квестор. — Всё разложил в четыре стопки, по одной на королевство. Сверху на листах написано название каждого.
— По двум из них бумаг совсем мало.
— Они далеко от пролива. Всё, что лежит в этих двух папках, узнали из разговоров с жителями приморских королевств.
— Больше всего документов по Сандору.
— Самое крупное и богатое из королевств. Если учесть, что оно уже год ведёт войну, в которой понесло огромные потери, то это лучшая цель для ваших планов. У Сандора протяжённое побережье, есть два больших порта и отсутствует военный флот. Я не могу сказать, что в нём сейчас творится. Надо пробивать деньги и посылать своих людей, тогда получим сведения к середине лета, а не к зиме, как обычно. И не то, что случайно услышат купцы, а то, что нам нужно.
— Есть подходящие люди?
— Есть. Все они прекрасные бойцы, немного знают язык и имеют навыки агентурной работы.
— Мне обещали встречу с императором, надеюсь, что он не откажет нам в помощи. Тогда я и займусь изучением ваших бумаг. Спасибо за работу, Север, и прощайте.
Встреча, о которой он говорил, состоялась на следующий день. Было видно, что император куда-то спешит и хочет быстрее отделаться от консула.
— Что у тебя? — спросил он, когда быстро вошёл в зал приёмов. — Уже взялся за работу?
— Взялся, мой император. У меня два вопроса, которые я сам не решу. Это отсутствие нужных средств у стола внешней разведки и работа службы охраны империи с купцами.
— Объясни второе.
Арий выслушал объяснения Лация и решил:
— В отношении купцов ничего менять не будем. Изменения в их поведении могут вызвать подозрения, и все сведения поступят слишком поздно и мало повлияют на ваши планы. Готовьте и забрасывайте своих людей, а для их внедрения можно использовать и купцов. Необходимые средства и указание в охрану о содействии будут даны. Что-то ещё?
— Больше ничего, мой император. Разрешите удалиться?
— Иди и работай. До сих пор я был тобой доволен. Постарайся, чтобы так было и дальше.
Лаций не заметил, как пролетели отпущенные ему десять дней отпуска. Незадолго до его окончания он спросил Юлию, согласна ли она стать его женой. Он не сомневался в чувствах девушки и был уверен в её согласии, и не ошибся. Со свадьбой не тянули и сыграли её на следующий день. А ещё через два дня он отправился знакомиться с делами.
