Феодалы столетней войны

Поэтому когда моя армия предстала во всей своей красе перед вражеским замком. То его немногочисленный гарнизон, который состоял всего из шестнадцати воинов, просто и быстро сдался на мою милость. Правда, я при этом милостиво пообещал сохранить им жизнь и свободу. Сказал, что защитники замка Шатобур могут открыть ворота и проваливать на все четыре стороны. Тем более, что сражаться им уже было не за кого. Так как сеньор Жиль де Шатобур был мертв. И мы даже продемонстрировали его тело людям, засевшим во вражеском замке. Наследников и других родственников сеньора Жиля в замке Шатобур тогда не было. А значит, и драться его защитникам стало не за что. Они же давали клятву служить лично Жилю де Шатобуру. А с его смертью эта клятва оказалась расторгнута. Поэтому неудивительно, что сержант Франсуа Вист, командовавший тогда остатками гарнизона замка Шатобур, принял решение сдать нам замок в обмен на жизнь и свободу для своих людей.

И в этом решении не было ничего постыдного. Это же вам не голливудское кино. Где даже простолюдины сражаются до последней капли крови против превосходящих сил противника ради какой-то там глупой идеи. Нет, в средневековой реальности простые воины чаще всего довольно практичны. Это аристократы должны печься о том, чтобы не замарать свою честь трусостью или бегством с поля боя. И то не все. А так-то фанатиков среди здешних вояк нет. Поэтому люди тут не стремятся драться, чтобы драться. Как это делал один придурковатый мушкетер по имени Портос в книге Александра Дюма. И воины при каждом удобном случае стараются договориться друг с другом. Чтобы зря не лить свою и чужую кровь. Нельзя загонять людей в угол. И лишать их выхода. Я это тоже прекрасно понимал. Потому и предложил защитникам замка Шатобур такие щедрые условия. Правда, с собой я им разрешил забрать только одежду, что была на них надета. Оружие, доспехи, знамена, деньги и разные ценности они обязаны были оставить нам. И, конечно, ничего там в замке не портить, не жечь и не ломать. Мне этот замок нужен был в целости и не разграбленный. И я даже знаю, что потом буду с ним делать.

В общем, мы с ними договорились. И люди Жиля де Шатобура открыли нам ворота и впустили в замок. Я также свою часть сделки выполнил. И они все смогли беспрепятственно уйти. Дальнейшая их судьба меня не волновала. Хозяйским взглядом я окинул свое новое приобретение. А ничего так. С пивом потянет. Конечно, мой замок Витре гораздо больше и круче. Замок Шатобур стоял на высоком берегу реки Вилен. Его стены были не такими высокими и мощными как в Витре. Башен тоже было всего пять. Донжон низкий. Рва нет. Как и подъемного моста. И сам замок Шатобур был каким-то обшарпанными и запущенным. Было видно, что на его содержание у прежнего владельца было мало средств. Но по крайней мере за стенами этого замка можно было отсидеться. Конечно, если у врагов с собой не будет пушек. А против обычного средневекового войска замок Шатобур вполне способен устоять. Если там гарнизон будет сидеть нормальный. А не те несчастные шестнадцать человек, которые очень благоразумно поступили, сдав нам этот замок и сохранив свои жизни со свободой. Думаю, что против наших пушек ворота Шатобура бы долго не устояли. А против моей многочисленной армии у тех защитников замка не было ни единого шанса. И они это прекрасно поняли. И выбрали жизнь и свободу.

Кстати, так как этот замок нам достался в целости и сохранности. То мы сами его тоже грабить не стали. Вместо этого я объявил его своей собственностью и запретил тут бесчинствовать. Слуг, которые не ушли вместе с защитниками, я также запретил обижать и пристроил к работе. Внимательно проведя инвентаризацию своего нового имущества. Я разочарованно вздохнул. Мда! Сеньор Жиль де Шатобур был хреновым хозяином. Плохо следил за своим домом и казна у него была почти пустой. Но ничего. Мы это быстро поправим. Теперь это моя жилплощадь и земли, что к ней прилагаются, тоже мои. Да-да, ребята и девчата! Я хочу отжать себе в собственность все земли покойного сеньора Жиля де Шатобура и его замок. Наследников и родственников то у сеньора Жиля не имелось. И с его смертью его род пресекся. А значит, и его владения потеряли законного хозяина. Переходя в собственность герцога Бретонского. И я уже знаю, что я буду просить у Жана Шестого, когда мы победим его врагов. Мне понравились эти земли и замок. И я хочу, чтобы они стали моими. А то вон у Мишки до сих пор своего собственного замка нет. Не порядок!

Глава 11.

Спасатели.

— Значит, герцога Жана держат в замке Шантосо? — спросил я, недоверчиво хмуря брови. — Вы в этом уверены, господин де Понтон? Откуда вам стало это известно?

— Я понимаю ваш скептицизм, господин барон! — ответил Гастон де Понтон. — Я ведь являюсь не простым рыцарем. А вхожу в свиту Маргариты де Клиссон, которая является матерью графа Оливье де Пентьевра. И я недавно привез от нее письмо покойному сеньору Жилю, который решил выбрать нашу сторону в противостоянии дома Пентьевр и герцога Жана. Я здесь был в качестве доверенного лица госпожи Маргариты. Чтобы координировать действия Жиля де Шатобура. А потом здесь появилась ваша армия. Ну, а дальше вы все и так знаете. И спасибо, Ваша Милость, что не дали меня добить своим диким горцам. За это я вам благодарен. И еще за меня госпожа графиня даст вам хороший выкуп. Вы не пожалеете.

На эти слова нашего пленника я только скептически хмыкнул. Да-да! Это был тот самый бретонский рыцарь, которого звали Гастон де Понтон. И которого от неминуемой смерти спасли его доспехи. Пули наших аркебуз не смогли пробить кирасу его великолепной миланской брони. Правда, броня на его правой ноге все же не устояла против пули. Этот бравый шевалье был ранен и не смог удрать с поля боя. Так как под ним еще и лошадь убило. Зато он успел вовремя сдаться, а мои шотландцы такого богато одетого рыцаря не прирезали. Я их все же приучил брать в плен по возможности именно таких вот богатеньких перцев. Ведь с таких врагов потом можно было взять выкуп за свободу. Довольно солидный выкуп. Это с нищего бродячего рыцаря ты хрен что получишь. Так как нет у него никаких богатств кроме его коня, оружия и доспеха. А вот с таких ребят, обряженных в дорогие доспехи, всегда есть что взять в качестве выкупа. И мне этот средневековый обычай все больше и больше нравится. Зарабатывать не убивая врагов, а беря их в плен.

А слушая откровения этого пленного шевалье, я еще раз убедился в правильности старой советской поговорки, что болтун — находка для шпиона. Гастон де Понтон на радостях от того, что чудом остался жив в той мясорубке, что мы устроили против отряда Жиля де Шатобура. Выболтал нам самый большой секрет своей госпожи. Может быть он просто дурак? Или цену себе набивает, чтобы мы его не прирезали по тихому, а все же отпустили за выкуп. Ну, и содержали как в важного пленника в комфортных условиях, а не на хлебе и воде в темнице замка. Как бы там ни было, но Гастон де Понтон нам сдал координаты нахождения плененного графом Пентьевр герцога Жана Шестого. По его словам герцога Бретонского сейчас содержат в темнице замка Шантосо, который располагался на границе Бретани и герцогства Анжу.

И в данный момент этот мощный замок стал резиденцией матери графа Оливье де Пентьевра Маргариты де Клиссон. По словам нашего словоохотливого пленника именно графиня Маргарита являлась главной вдохновительницей этой авантюры с пленением герцога Жана Шестого. Которого эта женщина всей душой ненавидела. Впрочем, она не только нынешнего правителя Бретани ненавидела. Но и хотела уничтожить также весь его род. Гастон де Понтон сообщил нам, что это по инициативе Маргариты де Клиссон герцога Бретонского заманили в засаду и схватили ее сыновья. И теперь его держат в ужасных условиях и пытают, заставляя добровольно отказаться от герцогской короны и передать все права на нее графу Пентьевру. При этом сам Гастон де Понтон заверял нас, что он как человек благородный такого отношения к герцогу Жану приветствовать не может. Не по-рыцарски это! Однако, его вассальная клятва заставляет Гастона де Понтона служить своему сюзерену, даже если тот ведет себя неподобающе благородному человеку.

В общем, двойная мораль во всей красе. Когда исполнитель оправдывает свои преступные действия тем, что это не он такой плохой и гадкий урод. А его нехороший босс заставляет такие вот гадости делать. Типичная такая отмазка всех палачей и военных преступников. Ведь от этой истории с пленением герцога Жана Шестого жутко воняло. Так как по всем феодальным нормам и законам граф Пентьевр совершил очень мерзкий поступок. Он не только предательски напал и пленил своего сюзерена герцога Жана. Но еще стал истязать его и держать в плену в скотских условиях. А это было крайне непозволительно для персон такого высокого ранга. Обычно то здесь графов, герцогов и королей держали в плену в довольно роскошных условиях. Да, что там блин говорить! Некоторым из них под честное слово даже разрешали свободно передвигаться вне стен их роскошных камер. А то и на охоту ездить и другие увеселительные мероприятия посещать. А тут в глазах местных аристократов граф Пентьевр поступал с герцогом Бретонским ну очень мерзко и жестоко. И это нравилось не всем его подданным и вассалам. Может быть я и зря наехал на Гастона де Понтона? Он ведь вполне откровенно мне сказал, что подобные методы своего сюзерена ему противны как благородному человеку и дворянину. Может быть, поэтому он нам тут так все откровенно и выложил, не став ничего скрывать? Сдал с потрохами своих нехороших боссов. Хотя мне было на это наплевать и растереть. Информацию то нам наш пленник выдал прямо стратегического характера. Она могла резко изменить ход этого феодального конфликта, разгорающегося в герцогстве Бретань. Главное — это теперь правильно распорядиться полученной информацией. И извлечь из нее выгоду лично для нас.

Пьер де Лон

Вот уж не думал, что мне когда-нибудь выпадет честь воевать под знаменами таких легендарных личностей. Андрэ Каменеф, барон де Витре и его брат Мишель стали очень популярными людьми среди людей благородных. Я ведь тоже не простолюдин. Поэтому знаю о чем говорю. Позвольте представиться. Шевалье Пьер де Лон, третий сын барона Ришара де Лона. Земли и замок моего батюшки располагаются на юге графства Пуату. И мне как самому младшему сыну не светило стать следующим бароном Де Лоном. Таков уж закон. Земли и титул получает по наследству самый старший из сыновей. А младшим сыновьям владетельного феодала приходится самим зарабатывать себе место под солнцем. Нет, тут есть несколько вариантов.

Так я, как младший отпрыск барона Де Лона мог бы стать священником. Церковь охотно принимает под свое покровительство детей из благородного сословия. И там можно очень хорошо устроиться, распевая псалмы и читая проповеди прихожанам. Однако, мне такая вот жизнь монаха без мирских радостей всегда казалась скучной и пресной. Нет, это не мой путь!

Кроме этого я мог бы остаться жить в отцовском замке на правах младшего родственника. Но при этом я бы там был вынужден подчиняться своему старшему брату Гастону. Который после смерти нашего батюшки стал бы следующим бароном Де Лоном. И я бы вынужден был ему служить. Но я своего старшего братика терпеть не могу. Эта неприязнь у меня возникла еще в раннем детстве. Ведь наш Гастон де Лон был еще тем заносчивым придурком. Он был законным наследником. И при каждом удобном случае это демонстрировал нам. Своим младшим братьям. В общем, я ни за что бы не стал служить этому поганцу. Не смог бы признать его своим сюзереном.

Поэтому я выбрал третий путь. Путь странствующего рыцаря. И надо признать, что отец нас хорошо воспитывал. Меня и братьев. Он дал нам необходимые для благородного человека навыки. Мы учились сражаться различными видами оружия. Конными и пешими. Верховая езда. Стрельба из арбалета. Охота. Геральдика. Рыцарские традиции и правила. В общем, необходимые знания и навыки я получил. После чего по достижению пятнадцати лет стал оруженосцем однощитного рыцаря Армана де Кюлота. И отправился с ним в странствия по югу Франции. Два года я провел рядом с Де Кюлотом. Мы путешествовали по разным городам. Участвовали в турнирах. Воевали в мелких войнах местных феодалов. Да, что уж там. Мы с моим рыцарем даже купцов грабили посреди королевского тракта. Но здесь — это считается приемлемым поступком. Грабить караваны проезжающих мимо торгашей не гнушаются даже вполне себе солидные бароны или графы. Что тогда говорить про странствующих рыцарей? А потом Арман де Кюлот посвятил меня в рыцари. Да, я стал рыцарем! И теперь мог с полным правом к своему имели прибавлять в разговоре еще и титул шевалье. Конечно, земель и замка от этого у меня не появилось. Я стал странствующим рыцарем как и шевалье Де Кюлот. Однако, я не унывал. Ведь благородный титул у меня теперь был. Оставалось к нему добыть для себя еще и замок с собственным феодом. А такое вполне возможно. Главное — это найти щедрого сюзерена и стать его вассалом. И уже от него за верную службу получить землю во владение. Для таких вот третьих сыновей как я — это является, пожалуй, самым верным способом стать собственником своего поместья. Стать владетельным феодалом как мой отец. И вот сейчас передо мной, похоже, замаячил шанс заполучить себе такого сюзерена.

Андрэ Каменеф, барон де Витре стал очень знаменит за последний год. О нем и его брате Мишеле пели менестрели во всех тавернах центральной и северной Франции. Этим людям приписывались поистине легендарные подвиги. Конечно, я как человек здравомыслящий понимал. Что менестрели как люди творческие могут очень сильно привирать в своих песнях. И это им простительно. Творческие люди как-никак. Но даже если все те подвиги и количество врагов, уничтоженных на поле боя этими двоими личностями, надо было смело сократить в несколько раз. Чтобы получить относительно правдивое количество убитых англичан. То цифра все равно была впечатляющая. Достижения барона де Витре были невероятными. Такие ратные подвиги были под силу только легендарным героям вроде франкского императора Карла Великого, Зигфрида или Роланда. И еще среди рыцарей, с которыми мне приходилось общаться, ходили упорные слухи о том. Что Андрэ Каменеф, барон де Витре не проиграл еще ни одного сражения. И это против англичан. Которые уже не раз доказали свою боеспособность и боевое мастерство. А барон де Витре их бил! И не один раз. И при этом численное превосходство было не на его стороне. Это было удивительно и необычно.

Поэтому я сначала не мог поверить своему счастью. Когда сам Его Милость, Андрэ Каменеф предложил мне повоевать на его стороне. Как это получилось? Сейчас расскажу. На турнире в городе Граоне я услышал, что герцогине Бретонской срочно требуются смелые и решительные воины. И плату она обещает очень даже солидную. Конечно, странствующие рыцари — это не наемное быдло из какой-нибудь Италии или Швейцарии. Но мы тоже не прочь повоевать, если нам за это хорошо заплатят. Конечно, сражаться ради подвигов и славы довольно почетно. Однако, ими сыт не будешь. Странствующий шевалье вроде меня зарабатывает, продавая свои воинские умения. Кушать то хочется. Да, и на оружие, коня и хорошие доспехи деньги также нужны. А еще мне надо кормить моего оруженосца и двух слуг, которые разделяют со мной все тяготы и лишения походного образа жизни странствующего рыцаря. Эти люди отнюдь не святым духом питаются. Как впрочем и я сам. Я тоже люблю вкусно поесть и выпить. И это возможно только тогда, когда в твоем кошеле звенят полновесные монеты. В общем, я совсем не герой легенд и песен менестрелей. Это они могли сражаться только ради славы. Я обычный странствующий рыцарь. И мне нужны деньги.