В Греции земледелие и животноводство на протяжении VI-IV тыс. оставались основой экономики культур типа Сескло и Димини. В земледелии отмечено несколько важных тенденций: все большее видовое разнообразие возделываемых культур, их возрастающая чистота, введение новых видовых групп культурных растений, специализация тех или иных районов на выращивании определенных видов культурных растений. Изменения в скотоводстве менее заметны: наблюдается лишь общее уменьшение роли мелкого рогатого скота и свиней при одновременном увеличении поголовья крупного рогатого скота.
В энеолитической культуре Гумельница (НРБ, СРР) земледельцы в качестве пахотного орудия использовали соху из дерева и оленьего рога, а в качестве тягловой силы — быка или вола. Основной зерновой культурой Гумельницы (НРБ) в IV тыс. была пшеница (однозернянка, эммер, спельта), известен многорядный ячмень. Из бобовых выращивались вика, чечевица, горох. Полагают даже, что на территории Болгарии существовало примитивное искусственное орошение, при котором использовались разливы рек, приносившие полям не только воду, но и плодородный ил. В местах разливов возводились дамбы, которые должны были направлять паводковые воды на поля. В стаде наиболее видную роль играл крупный рогатый скот. Он давал много мяса и использовался в качестве тягловой силы. Не исключено отгонное скотоводство. Важной отраслью хозяйства оставалась охота.
Особенностью земледелия культуры Винча было выращивание пшеницы при почти полном отсутствии ячменя. Сеяли просо, видимо привлекавшее быстрым вызреванием, овес. Бобовые растения не играли существенной роли. Крупный рогатый скот или свиньи преобладали в составе стад, которые еще не были большими, и воздействие человека на окружающие леса не могло быть серьезным. Охота велась на благородного оленя и кабана.
В культуре Лендьел в IV тыс. важную роль приобрели пшеница-спельта и двурядный ячмень. Напротив, земледелие в культуре Тиса того же времени основывалось на древних пленчатых пшеницах — эммере и однозернянке, но выращивали еще и многорядный голозерный ячмень. Большое значение имел посевной горох.
Крупный рогатый скот преобладал в составе стада во всех культурах IV тыс. в Карпатском бассейне, причем встречались как недавно доместицированные формы, так и появившиеся в результате скрещивания дикого быка и домашнего скота. Роль овец и коз, столь значительная в неолите, падает. Резко возрастает значение охоты. Частым явлением становится отлов молодых животных — зубра и кабана — для приручения и пополнения стад.
Трипольско-кукутенская культурно-историческая общность с момента возникновения в начале IV тыс. характеризовалась производящей земледельческо-скотоводческой экономикой. Основной зерновой культурой была пшеница, но часто высевали и ячмень. Сеяли также просо, возможно, овес. Из бобовых выращивали горох, вику, чечевицу, вику-эрвилию. Лен и конопля давали растительное масло. Есть свидетельства выращивания алычи, абрикосов, слив и даже винограда, но их немного: видимо, садоводство и виноградарство, если и существовали, были в зачаточном состоянии. До сих пор многие считают, что трипольско-кукутенское земледелие было мотыжным. Но учитывая общий уровень культурного и экономического развития этой общности, размеры трипольских поселений и количество их обитателей, а также использование упряжек быков или волов и появление сохи или плуга в соседних культурах, можно предположить пахотный характер трипольского земледелия, хотя сам плуг, вероятно деревянный, еще не найден.
Данные о скотоводстве и охоте трипольского населения очень многочисленны, но их полный анализ до сих пор не проделан. На огромном большинстве трипольских поселений скотоводство преобладало над охотой и по соотношению особей домашних и диких животных, и по количеству мяса, которое скотоводство давало населению. Крупный рогатый скот был основным у трипольского населения почти на протяжении всего развития культуры. Лишь на некоторых поселениях свиней было больше, чем крупного рогатого скота, но значение свиноводства падало по мере уменьшения площади лесов, особенно на юге трипольского ареала. С появлением позднетрипольских поселений в причерноморских степях резко возросла роль мелкого рогатого скота. Кости овец и коз составляют на этих поселениях 45% всего фаунистического материала. Вопрос о доместикации лошади в трипольской культуре не может считаться окончательно решенным. Кости лошади встречаются с самого начала культуры, но в небольшом количестве.
Основной объект охоты — благородный олень, а также кабан и косуля. Интересны свидетельства пушной охоты (рысь, лисица, бобр, волк, выдра). Трипольцы занимались и рыболовством, ловили сомов, вырезуба, карпа, окуней. Очень развитым было собирательство наземных и речных моллюсков, яблок-дичков, груш, черешни, вишни, боярышника, терна.
Первые шахты по добыче кремня и красящих веществ в Европе появились уже в палеолите. В энеолите использование шахт приобрело гораздо более крупные масштабы. С помощью шахт добывали не только высококачественный кремень и другие породы камня, но и металлические руды, в первую очередь медные. В Кшемёнках (ПНР) найдены шахты культуры воронковидных кубков для добычи полосатого кремня, Район древних шахт простирается на 4 км в длину при ширине 30-120 м. Здесь открыто около тысячи шахт глубиной 4-11 м. Некоторые из них связаны галереями высотой до 60 см. В качестве орудий труда применялись роговые кирки и каменные молоты. Опыт, накопленный при добыче кремня в шахтах, был использован и при добыче медной руды, например в шахтах Рудна Глава (СФРЮ). Шахты отрывали сверху, а затем уже следовали жилам руды, которую добывали теми же роговыми кирками и каменными молотами, что и кремень.
Металлургия меди, видимо, развивалась с середины V тыс., — сначала на Балканах, затем на юге Восточной и Центральной Европы. Древнейшие крупные изделия из меди — кованые и литые топоры, плоские и проушные, — изготовлены из чистой меди с естественными примесями. Медные топоры отливали в открытых формах, законченный вид им придавали путем горячей ковки. Некоторые изделия из меди в трипольской культуре сделаны с применением сварки при температуре 350-400®.
Большинство медных изделий найдено в районе Карпатских и Балканских гор, крупный центр существовал и на Кавказе. Вдали от центров производства встречаются главным образом украшения, например медные бусы. Металлические индустрии Италии и Иберии указывают на известные импульсы из Восточного Средиземноморья, но они могли развиться и независимым образом. Первые металлические изделия здесь появились в местных неолитических комплексах.
В энеолите Юго-Восточной Европы широко развилось текстильное производство. Об этом говорят многочисленные пряслица для веретен и остатки вертикальных ткацких станков, на которых изготавливались в первую очередь шерстяные ткани. Об одежде мы можем судить, по многочисленным антропоморфным фигуркам, украшенным нарезным или расписным орнаментом, передающим фасоны, рисунки на тканях и украшения. По находкам специфических орудий фиксируется обработка кожи. И текстильное производство, и кожевенное дело уже выходят за пределы домашнего производства в силу необходимой социализации и становятся ремеслом. Керамическое производство также, видимо, постепенно выделяется в особое ремесло в рамках общины. В культуре Варна, например, использовался уже гончарный круг, а высококачественная парадная посуда стала объектом межрегионального обмена.
Древнейшие свидетельства появления больших, плотно заселенных поселений в Европе относятся к концу VI — началу V тыс. Они открыты в культуре Сескло Фессалии. Сескло — большое (8-10 га), хорошо спланированное, плотно застроенное поселение, где жили около 3 тыс. человек. По количеству населения его можно сравнить с докерамическим Иерихоном и Чатал Хёйюком. Но в отличие от этих известных поселений докерамического неолита Сескло имело акрополь, укрепленный стеной и рвом, улицы и даже площади на пересечении улиц. Дома, правда, малы. В центре акрополя Сескло находился мегарон, который мог быть общественным зданием или жилищем вождя.
В Карпатском бассейне поселения больших размеров появляются во второй половине V тыс. Таково Бичке площадью до 12 га, окруженное рвом шириной до 2,5 м и глубиной до 2 м. Другое поселение — Бечехей-Хомокош — имеет площадь 5-6 га, оно укреплено рвом глубиной и шириной 2 м. Рвами защищены поселения этого времени в междуречье Савы и Дравы. С начала IV тыс. в культуре Лендьел засвидетельствованы поселения размерами от 1 (Зенгёварконь) до 20 (Асод) га. По крайней мере часть поселений укреплена рвами и палисадами. В Нижней Австрии в Шанцбодене открыт вал диаметром около 400 м, дополненный двумя рвами на южной и восточной сторонах поселения. Главный ров имеет ширину 5 м при глубине 2,5 м. Вход оборудован воротным сооружением, а с напольной стороны был еще и палисад. Одновременные поселения в Моравии имели по два рва и три палисада.
Застройка лецдьелских поселений частично связана с традицией застройки поселений культуры линейно-ленточной керамики. Длинные дома столбовой конструкции являются одним из характерных элементов. Эти дома располагались довольно далеко друг от друга. Размеры их различны: в Асоде — длиной всего 5-7 м и шириной 4-5 м, в Зенгёварконе — длиной 16-23 м при ширине 6-8 м. Наряду с длинными наземными домами встречены полуземлянки (25-40 кв. м). В поздней культуре Лендьел засвидетельствованы наземные абсидные дома площадью около 100 кв. м.
Поселения раннего этапа Триполья часто располагались в пойме или на первой террасе и лишь изредка — на коренном берегу реки, довольно высоко над водой. На среднем этапе, наоборот, они гораздо чаще размещались на высоких мысах, в местах, защищенных природой и пригодных для обороны. Именно на этом этапе увеличивается количество поселений, укрепленных рвом и валом, иногда двумя. Еще больше укрепленных поселений становится в III тыс. Многие из них лежат на высоких, труднодоступных скалах. Рвами и валами с палисадами укрепляют теперь не все поселение, а лишь часть его — наиболее высокое место. Служили ли такие «акрополи» убежищами для всего населения в случае опасности или настоящими детинцами, отделенными от посада, сказать трудно.
Уже на раннем этапе Триполья поселения свидетельствуют об определенной иерархической структуре. Несколько небольших поселений группируется вокруг более крупного. В раннем Триполье поселения насчитывают до 10 домов размерами от 12 до 150 кв. м, где жили по 40-60 человек. Размеры малых поселений и количество их обитателей в среднем Триполье увеличиваются. Эти поселения имеют площадь 2-3 га и 20-50 жилищ, расположенных концентрическими кругами. На поселении Владимировна 200 жилищ располагаются пятью кругами. Позднетрипольское поселение Коломийщина 1 имеет площадь около 3 га. Дома располагались по кругу, в центре круга — два дома. Возможно, был еще один, внешний, круг домов. Вероятно, центральные дома были заняты вождем общины или же предназначались для общинных ритуалов. Большинство домов были однокамерными, но некоторые разделены на два-четыре помещения, каждое — с печью. Всего в домах найдены 72 печи, что, возможно, свидетельствует об обитании 72 семей. Можно предполагать, что в раскопанной части поселения жили от 250 до 400 человек, а во всем поселении, вероятно, чуть ли не вдвое больше.
Иерархическая структура трипольской системы поселений гораздо более четко проявляется в среднем и позднем периодах. Поселения этого времени могут быть разделены на малые (2-3 га), средние (4-8 га) и крупные (более 10 га). В среднем Триполье площадь крупных поселений достигает даже 25-60 га. В начале позднего этапа есть поселения площадью 250-300 и даже 400 га. В одном из таких поселений (у г. Умань, УССР) прослежена застройка по четырем эллипсам и установлено одновременное (?) существование более 1500 домов. Поселение в Доброводах (УССР) имело площадь около 250 га. Дома на нем располагались по девяти-десяти кольцам. Население столь крупных поселков определяется в 10-20 тыс. человек. На ряде поселений позднего Триполья отмечается групповое расположение жилищ, хотя кольцевое также сохраняется. Так, в Петренах (МССР) обнаружено около 500 жилищ, расположенных кругами, с радиальными и кольцевыми улицами. Это, несомненно, один из административных центров позднетрипольского населения. Таким образом, для энеолита характерна гораздо более сложная система поселений, чем для неолита. Поселения варьируют по величине, плотности застройки, высоте над уровнем моря, топографии, типам почв.
Поселения культуры воронковидных кубков, судя по материалам из юго-восточной Польши, различались прежде всего по величине. Выделены большие поселения, расположенные на значительной высоте. Одно из них достигало 50 га. Затем следуют поселения средней величины, расположенные как в долинах, так и на плато. Наконец, имеются малые поселения. Большие поселения находились на расстоянии нескольких километров одно от другого, между ними лежали малые. Внутри больших поселений различают участки специфической деятельности: печи, места обработки кремня и пр. На поселениях культуры воронковидных кубков широко распространены укрепления (Дания, ГДР, ФРГ). Некоторые из укреплений окружают площади до 10 и даже 25 га. Поселение Деренбург (ГДР) было окружено рвами и палисадами с трех сторон, четвертую сторону защищал крутой склон. Укрепленный район имел площадь 2,5-3 га.
На значительной части Европы в V-IV тыс. сохранялось племенное социальное устройство, столь характерное для неолита. Во всяком случае, в средней и северной частях Восточной Европы, где обитали в то время охотники, рыболовы и собиратели, племенное общество переживало период расцвета. Иначе обстояло дело в Юго-Восточной, Центральной и на юге Восточной Европы, где уже с конца VI тыс. и во всяком случае со второй половины V тыс. общество начинает переходить на новую ступень развития, гораздо более сложную в социальном и политическом отношении.
Появляются центры, координирующие экономическую, социальную и религиозную деятельность. Возникает возможность организации в широком масштабе общественных работ, таких, например, как сооружение укреплений, которые становятся характерной чертой энеолита Европы, создание ирригационных сооружений, святилищ и храмов, больших мегалитических построек. Общины начинают специализироваться в зависимости от природных богатств и других преимуществ. Более высокий уровень специализации наблюдается и внутри общины. Население значительно возрастает и переходит критический рубеж, которым определяется племенной уровень социального развития. Границы территории общины делаются более четкими, что вместе с ростом населения увеличивает возможность столкновений между общинами. Война становится важной стороной жизни общества. Свидетельства этого многочисленны — и укрепленные поселения, и повышение роли вооружения, прежде всего наступательного, — появление боевых топоров, сначала каменных шлифованных, а затем и медных, кремневых и медных кинжалов, распространение луков и стрел, пращи, копий и дротиков. Оружие теперь — обязательная принадлежность могильного инвентаря в мужских погребениях (могильник Варна).
