Искры весны

Вся эскадра не уместилась в гавани, полузабитой рыбацкими скорлупками, потому к причалам встали только нау и галеоны, каравеллы бросили якоря на внешнем рейде. Капитан Витцлебен сошёл на берег в сопровождении Карлона и трёх девушек. Около причалов уже начала собираться толпа зевак, и пока она не стала слишком плотной, делегация поспешила убраться с набережной. Впрочем, вести о прибытии флота всё равно их обогнали. В ратуше царил переполох, а сам бургомистр маячил в окне своего кабинета, как вперёдсмотрящий в "вороньем гнезде". Завидев идущих по площади Витцлебена сотоварищи, он спешно скрылся внутри. Когда те вошли в холл, господин Вогт как раз сбегал по лестнице.

— У вас получилось! — воскликнул он, всплеснув руками. — Слава Творцу!

— А вы сомневались? — улыбнулась Евгения.

— Я так рад вас видеть! — глава города остановился на ступеньках, ухватившись обеими руками на перила лестницы. — Нам... надо поговорить!

— В вашем кабинете, полагаю? — секретарь герцогини поправила очки.

— Да... да, конечно!

Когда все разместились вокруг стола бургомистра, и его слуга плотно закрыл дверь кабинета, Евгения представила:

— Это леди Эмилия из гвардии и капитан Стейн де Витцлебен, командор эскадры.

— Я узнал леди... и рад знакомству с вами, командор. — Господин Вогт опустился в кресло, но плечи его остались заметно напряжены. Бургомистр не глядя схватил со стола серебряный стилос, завертел его между пальцами.

— Давайте перейдём сразу к делу, — решила Мария. Её лицо оставалось каменным, однако маг знал, что у бледной девушки это-то как раз и есть признак волнения. — Как шли дела города в наше отсутствие?

— Э-э... кое-что случилось, — признал бургомистр, перестав вертеть стилос. — Мы сразу взялись выполнять ваше поручение. Разослали гонцов в окрестные поселения, чтобы сообщить, что Ханнестед теперь новая столица, и что управление герцогством будет осуществляться отсюда. Но... в ряде деревень и городов нам ответили, что их посещали люди графа Шольцштайна, и объявили его новым герцогом. Старосты и городские советы колеблются, однако в большинстве своём готовы принять его покровительство, ведь от лица графа приезжали вооружённые всадники. Люди не хотят конфликта и хотят защиты...

— А сюда они приезжали? — быстро спросила Мария.

— Да, — кивнул господин Вогт. — Два десятка всадников, три дня назад. Требовали встречи со мной. Когда я вышел к воротам, мне сказали, что герцогиня Кристина якобы погибла при взрыве в столице. И так как род герцогов пресёкся, граф Фридрих берёт на себя управление страной до восстановления связи с Империей. А Император обязательно подтвердит его притязания на корону. Граф обещает безопасность и порядок.

— И что вы ответили?

— Я... — бургомистр положил стилос на стол, глубоко вздохнул. — Я послал их к демонам в Пекло.

— Прямо-таки послали? — оживилась молчавшая доселе Эмилия. — Или вежливо отшили?

— Послал, — безрадостно кивнул глава города.

— Вы молодец, — девушка наградила господина Вогта своей солнечной улыбкой.

— Они уехали, но вернулись к вечеру, — продолжил бургомистр. — Уже полсотни конников. Попытались прорваться в ворота, но у нас же там рогатки стоят. Да и в лагере беженцев началась паника, они там запутались среди палаток. Мы успели опустить решётку, потом и ворота закрыли. Обстреляли их с башен, они убрались. Больше их не видели, но мы и гонцов теперь не посылаем, опасаемся.

— Верное решение, — Мария нахмурилась, потёрла подбородок двумя пальцами, затянутыми в белую перчатку. — Граф может выслать летучие отряды в окрестности города.

— И... что мы будем делать теперь? — осторожно поинтересовался господин Вогт. — Герцогиня скоро прибудет сюда?

— Курт, — Мария посмотрела бургомистру прямо в лицо. — Скажу вам честно. Мы сами не знаем, где сейчас Её Высочество...

— Это ради её же безопасности, — Евгения чуть не подскочила со стула. Мария оглянулась на неё, в глазах гвардейца полыхнуло синее пламя. Но бледная леди всё же позволила себя перебить. — Когда мы расстались, герцогский двор сменил укрытие. На случай, если нас захватит враг.

— О, понимаю, — бургомистр поскрёб затылок. — Но как тогда...

— Когда в Ханнестеде будет достаточно безопасно, герцогиня сама поймёт это и явится в город, — заверила секретарь. — До того нам надо навести порядок.

— Боюсь, для меня одного это слишком... большая ответственность, — господин Вогт опять схватил со стола серебряный стилос, сжал в кулаке так, что костяшки побелели. — Надо созвать городской совет...

— И не только его, — Мария подняла руку, будто привлекая внимание бургомистра. Но Карлону показалось, что она даёт знак молчать Евгении. — Нам предстоит наладить управление больше, чем одним городом, вы правы. Мы... с разрешения Её Высочества... создадим временный правящий совет герцогства. Который сможет управлять от имени законной правительницы и народа Эльварта всеми коронными землями. Подумайте, кто сейчас может войти в него. Первые люди города. Командир Витцлебен как командующий флотом. Возможно, представители других городов и общин, которые согласятся отвергнуть притязания графа Фридриха.

— Хорошо, — закивал господин Вогт. — Вы правы. Сей же час этим займусь. А вы пока отдохните. Я уже поручил выделить вам комнаты в лучшей гостинице города.

— Я, пожалуй, вернусь на свой корабль, — решил капитан "Бесстрашного".

— Ну а мы от отдыха не откажемся, — Евгения первой поднялась, отвесила лёгкий поклон бургомистру. — Прошу лишь держать нас в курсе любых новостей.

Под "комнатами", как выяснилось, господин Вогт подразумевал весь жилой этаж очень даже приличного гостевого дома, украшенного вывеской "Золотой кот". Так что на четверых постояльцев пришлось шесть комнат.

— Здесь можно бы было разместить часть беженцев, что сейчас мёрзнут в палатках за стеной, — мрачно заметила Мария, стоя посреди коридора.

— Разместят, мы это устроим, — пообещала ей Эмилия. Маленькая девушка облачилась в свой запасной мундир, оставленный среди вещей на "Бесстрашном", но вместо обычной для гвардейца шпаги в её ножнах всё ещё лежала абордажная сабля. — Город, считай, наш. Не всем горожанам понравится пускать внутрь беженцев, но кто станет нам возражать, когда у нас в гавани девяносто пушек на двух галеонах?

— Только не надо спешить, — одёрнула её Евгения. — Всё нужно делать обдуманно и с пользой. Беженцам найдётся занятие, и не одно...

— Но долго ли мы будем играть пьесу? — Мария повернулась к кузине и сложила руки на груди. — С указами герцогини и прочим... Мы ведь собирались использовать это только чтобы получить корабль до северного архипелага. Сейчас...

— Сейчас не лучшее время, чтобы терять доверие бургомистра. — Рыжая девушка, наоборот, заложила руки за спину и посмотрела на рослую леди снизу-вверх, легонько улыбаясь. — Я ведь правду говорила. Если Кристина жива, искать её по всему герцогству нам нет смысла. Но если она узнает, что мы здесь, и наводим порядок от её имени — она сама даст о себе знать.

— Ладно... ты права. — Видно было, что Мария соглашается с тяжёлым сердцем.

Эмилия немедленно ухватила её за локоть, второй рукой схватила за плечо Евгению, притянула обеих "некровных родственниц" к себе. Сказала, широко улыбнувшись:

— Мы сюда отдыхать пришли, нет? Бросайте вещи на пол и пошли грабить кухню. Уверена, в таком местечке найдётся что-то получше солонины и вяленой трески. Сытые подобреете, легче будет к согласию прийти.

Захватить кухню "Золотого кота" оказалось существенно проще, чем взять штурмом форт Одисйотля. Запас продуктов там оказался вполне неплохой, хотя рыба всех форм и видов всё же преобладала. Под руководством Эмилии пленённые ей повара наготовили полный стол снеди, и четвёрка странников устроила себе пир. Суп, свежий хлеб с говядиной, паштет и свиные колбаски едва ли можно было назвать яствами, и всё же, уплетая их за обе щёки, Карлон особенно остро осознал, как устал от непортящихся продуктов, которыми питался в пути и на кораблях. Позволил он себе и кубок вина — опять-таки, впервые за много дней.

Они уже собирались подниматься в комнаты, чтобы вздремнуть после еды, когда на пороге обеденной залы появился запыхавшийся человек. Маг сразу узнал в нём слугу бургомистра.

— Леди, мэтр... — переведя дух, слуга поклонился. — Господин Вогт просил передать вам нижайшую просьбу явится сегодня за час до заката в ратушу. Он намерен созвать людей, приглашённых во Временный Совет. Также он просит леди Евгению согласиться взять на себя роль секретаря совета. А леди Марию, как личного гвардейца герцогини с безупречной репутацией, принять пост председателя совета.

Повисла тишина. Карлон, успевший встать, снова плюхнулся на скамью. Мария, тоже стоящая, сжала и разжала кулак. Достала из-за пояса снятые на время трапезы белые перчатки, медленно надела их. Кивнула, под взглядами сестры и кузины:

— Передай господину бургомистру, что мы придём, и что я согласна выполнить его просьбу. Евгения?

— Я тоже согласна.

Ещё раз поклонившись, посланец выскочил за дверь. Мария осталась стоять около стола, глядя на захлопнувшуюся створку.

— Ты уверена? — спросил после паузы Карлон. — Идея бургомистру пришла неплохая, но хочешь ли ты...

— Может, городу и не было бы так уж плохо под протекторатом графа, — медленно проговорила беловолосая девушка, теребя край перчатки у запястья. Плечи её опустились. — Но благодаря нам город теперь воюет. Я... должна взять ответственность, если мне дают такой шанс.

— Что ж, не буду тебя отговаривать, — вздохнул мэтр. На самом деле ему подумалось, что должность председателя совета может оказаться больше формальной — от Марии, вероятно, потребуется лишь своей идеально чистой репутацией и авторитетом "слова и дела герцогини" поддерживать единство советников. Зато ответственность за что-то и работа позволят ей не забивать голову лишними мыслями о Кристине. — Как станешь тут самой главной — найди место и для меня, чтоб не бездельничал. Может, назначишь меня министром магии?

— Это называется "кумовство", — заявила Эмилия, всё это время спокойно доедавшая сладкие булочки с сахарной пудрой. — Я лично в подобном участвовать отказываюсь, и ни в какие советы вы меня калачом не заманите. Однако давать носить корону Кристины кому угодно, кроме её законных наследников, я на намерена.

— Я тоже, — просто кивнула Мария. — В этом не сомневайся...

Глава 11

Погонные орудия "Святого Хуберта" дали залп, и по палубе пробежала дрожь, которую ощутил даже стоящий на шканцах Карлон. Носовых пушек было всего две, зато калибром они превосходили прочие. Маг поднял к глазу подзорную трубу — как раз, чтобы увидеть, как фонтаны воды поднимаются у борта далёкого холька. Торговый корабль, идущий под флагом одного из северных ярлов, даже не подумал спустить паруса — он упорно шёл вперёд. Однако расстояние между ним и эльвартским нау сокращалось.

— Нагоняем, да очень медленно, — сказал Карлон, опуская трубу. — Так близко к архипелагу есть риск встретить патруль.

— На то они и рассчитывают, — кивнул капитан Вольтмарк, командир "Святого Хуберта". — Но потерпите ещё немного.

Четверть часа погоня продолжалась под свист ветра в снастях и редкие пушечные выстрелы. Хольк становился виден всё лучше по мере того, как "Хуберт" настигал его. Вдруг капитан Вольтмарк поднял взгляд, словно что-то прикидывая в уме, кивнул собственным мыслям и разразился целой серией команд. Нау резко переложил руль и повернулся к хольку бортом. Дюжина бортовых орудий ударила разом, отчего корабль накренился, а мэтру пришлось ухватиться за фальшборт, чтобы не полететь кверху тормашками. Он бросил завистливый взгляд на Марию, которая лишь переступила с ноги на ногу, балансируя, и снова вкинул подзорную трубу. Паруса торговца зияли огромными дырами, а бизань-мачта лишилась верхней трети вместе с одним из реев. Карлон не особо разбирался в морской войне, однако время на борту эльфийской каравеллы и беседы с её командирами кое-чему мага научили.

— Книппеля? — на всякий случай спросил он у капитана.

— Именно так, — кивнул тот, не скрывая довольного вида. — С первого раза накрыли. Канониры заслужили по чарке вина сверх нормы.

Книппелями именовались половинки ядра, спаянные железным стержнем. Стрелять ими точно было крайне сложно, зато такелаж, паруса и мачты они превращали в месиво, если уж получилось попасть.

Нау рыскнул носом и вернулся на прежний курс. Погонные орудия ударили снова. Видно было, как от кормы холька летят щепки. Северянин потерял ход и теперь едва полз, рваные паруса хлопали на ветру.

— Абордажной команде приготовиться, — распорядился капитан. — Стрелков на мачты.

До абордажа, к счастью, не дошло. Экипажу холька хватило ума не пытаться сражаться с боевым кораблём, так что, когда нау приблизился, там спустили флаг и убрали паруса. Абордажникам осталось только забросить на торговца крючья, подтянуть его к "Хуберту" и перебраться на палубу трофея. Матросов-северян согнали к грот-мачте, эльвартцы живо заняли надстройки и мачты, спустились в трюмные люки. Скоро один из абордажников вернулся с докладом.

— Полные трюмы соли, ваша милость, — сказал моряк, салютовав капитану. — Всё упаковано отлично.

— Что ж, — мрачно сказала Мария, сложив руки на груди. — Хотя бы оно того стоило.

Всё происходящее не нравилось леди-гвардейцу, однако аргументы за и против были высказаны давно, ещё на берегу, и она признавала, что спор полностью проиграла.

— Берём трофей на буксир, экипаж переводим сюда, — приказал Вольтмарк. — Призовой команде заняться починкой парусов. Чтобы к ночи уже шли своим ходом. Нам пора домой...

...Пара недель после возвращения эскадры прошла в немыслимой суете. В Ханнестеде срочно возводили временное жильё для моряков и беженцев, часть которых новосозданный Верховный Совет впустил в город на условии, что те пока будут работать за еду для себя и своих семей. Остальных пытались организовать на строительство эдакого предместья вне стен, чтобы до зимы у них были хотя бы землянки и бараки с очагам. Дело шло ни шатко, ни валко, энтузиазма собравшиеся под городскими стенами беглецы не проявляли, принуждать же их силой было проблематично, так как этой самой силы Совету категорически не хватало.

Управление городом и окрестностями организовывалось на ходу. Созданный в порту Совет состоял из бургомистра, командора Витцлебена, нескольких купцов, всех глав ремесленных цехов Ханнестеда и настоятеля городского храма. В непонятном статусе присутствовали посланцы ближайших к городу крестьянских общин. Права голоса они не имели, но Мария, носившая теперь звание председателя Совета, настояла на их присутствии и на том, чтобы им давали право высказаться. Должности и посты также существовали весьма эфемерно. Назначать друг друга министрами советники не решались, ввиду возможного скорого возвращения герцогини Кристины с её двором. Пока всё ограничивалось негласным распределением обязанностей. Цеховые мастера занимались своими делами, бургомистр своими, командор ведал флотом и совещался с представителями рыбаков, леди Евгения согласовывала денежные вопросы с купцами. Мария стояла над всем этим, имея право накладывать вето и выдвигать идеи. Даже Карлону было ясно, что такая хаотичная система долго работать не сможет. Он заметил, что Мария всё чаще проводит целые ночи не в их общей комнате, а в ратуше, в библиотеке, читая книги при свете магической лампы. Очевидно, она искала пути в будущее, и маг надеялся, что сможет ей помочь — но не навязывался без нужды.