2031-2035

— Продовольственный суверенитет достигнут за счет капитала, а не природных условий, — комментирует аналитик центра глобальных исследований. — У Саудовской Аравии нет рек, нет черноземов, нет достаточных осадков, но есть деньги, энергия и вода из опреснителей. Вертикальные фермы — это превращение денег в еду напрямую, минуя землю и климат. Дорого, но надежно.

На Desert Acres работают 1200 человек. Половина — местные жители, прошедшие обучение в программе NEOM Agricultural Academy. Остальные — филиппинцы, индийцы, египтяне, нанятые по долгосрочным контрактам.

Фириал Сантос, 29 лет, филиппинка, агроном по образованию, приехала в NEOM в 2031 году. Она отвечает за калибровку питательных растворов.

— На Филиппинах я работала на рисовых полях под открытым небом, — рассказывает она. — Здесь я работаю в чистоте, при 22 градусах, с компьютером. Зарплата в пять раз выше, чем дома. И я знаю, что каждый день 150 тонн зелени уходит в магазины Эр-Рияда и Джидды. Это реальная работа.

У проекта есть критики. Экологи указывают на энергоемкость, 90 000 тонн зелени требуют 1.2 ТВт"ч электроэнергии в год. Хотя ферма работает на солнечной энергии, производство панелей и аккумуляторов оставляет углеродный след. Экономисты спорят о целесообразности субсидий, те же 480 млн долларов могли бы пойти на развитие экспортных отраслей, которые приносят валюту, а не на замену дешевого импорта дорогим местным производством.

— Это политическое решение, а не экономическое, — говорит экономист из Джидды, попросивший не называть его имени. — Никто не хочет повторения ситуации, когда страна на две недели остается без еды из-за проблем на границе. Элиты сделали выбор платить больше, но спать спокойно. У них есть деньги, чтобы его себе позволить.

В этом, вероятно, и заключается суть новой модели продовольственного суверенитета. Дорого, энергозатратно, но для страны, у которой есть деньги и энергия — возможно, единственный путь.

К августу 2034 года фискальная архитектура Соединенных Штатов претерпела изменения, которые десять лет назад казались немыслимыми. 28 штатов ввели собственные налоги на доходы физических лиц со ставками, превышающими федеральные, и одновременно трансформировали механизм перечислений в федеральный бюджет. Федеральные трансферты, десятилетиями служившие основным каналом перераспределения средств от центра к регионам, заменены фиксированными платежами, которые штаты могут задерживать или пересматривать в одностороннем порядке. Фискальный центр тяжести необратимо сместился от федерации к штатам, возврата к прежней модели централизованного перераспределения, скорее всего, больше никогда не будет.

Процесс, начавшийся в 2031 году, когда Калифорния и Техас ввели собственные подоходные налоги в ответ на паралич федерального правительства, три года спустя приобрел системный характер. Совокупный объем перечислений штатов в федеральный бюджет за первые шесть месяцев 2034 года сократился на 38% по сравнению с аналогичным периодом 2028 года. Федеральное правительство вынуждено сокращать финансирование социальных программ, многие функции государства де-факто перешли на уровень штатов.

Губернатор Иллинойса Лорен Андервуд, переизбранная в 2032 году на второй срок, стала одним из самых активных сторонников фискальной деволюции. В интервью она объяснила логику своего штата:

— Мы больше не можем ждать, пока Вашингтон решит свои внутренние распри. Федеральное правительство не может вовремя принять бюджет, не может гарантировать выплаты по Medicaid, не может профинансировать ремонт автомагистралей. Наши граждане платят налоги здесь, и эти деньги должны тратиться здесь.

Иллинойс ввел собственный подоходный налог в 2032 году, а в следующем году штат принял закон о прямых зачетах, сократив перечисления в федеральный бюджет на 22%. Высвободившиеся средства были направлены на финансирование государственной медицинской программы Illinois Care, заменившей федеральную Medicaid на территории штата, а также на ремонт автомагистралей и дотации школам. По данным министерства финансов Иллинойса, в 2033 году штат получил на 4.2 млрд долларов больше, чем при прежней системе.

— Критики говорят, что мы разрушаем федеральную систему, — продолжает Андервуд. — Но федеральная система уже разрушена, мы просто заполняем пустоту. Если Вашингтон когда-нибудь вернется к нормальной работе, мы будем рады пересмотреть наши механизмы, но ждать больше нельзя.

— Мы наблюдаем исторический сдвиг, — комментирует профессор публичной политики Гарвардского университета Линда Билмес. — В 2020 году федеральное правительство собирало около 50% всех налоговых доходов страны, сегодня — всего лишь около 30%. Это возврат к конфигурации, которая существовала до Великой депрессии, когда федеральное правительство было скромным, а штаты несли основную ответственность за социальные программы.

Штаты подготовлены к новой реальности неодинаково. Богатые штаты (Калифорния, Нью-Йорк, Иллинойс, Массачусетс) с диверсифицированной экономикой успешно замещают федеральные программы собственными, но бедные штаты (Миссисипи, Западная Вирджиния, Алабама), исторически зависевшие от федеральных трансфертов, оказались в критическом положении. Их собственные налоговые базы недостаточны для финансирования даже минимальных социальных обязательств.

— Мы создали систему, где богатые штаты становятся богаче, а бедные — беднее, — предупреждает Билмес. — Федеральное перераспределение, которое смягчало региональные неравенства, практически прекратилось. Это может привести к усилению миграции населения из бедных штатов в богатые и к дальнейшей поляризации страны.

К августу 2034 года фискальная деволюция стала свершившимся фактом. 28 штатов взимают собственные подоходные налоги, федеральные доходы сократились на треть, социальные программы перешли на уровень штатов. Эксперты сходятся в одном — возврата к прежней модели централизованного перераспределения не будет. Даже если федеральное правительство когда-нибудь восстановит способность принимать бюджет и собирать налоги, штаты, получившие фискальную самостоятельность, не захотят от нее отказываться.

— Мы перешли Рубикон, — резюмирует губернатор Андервуд. — Теперь вопрос не в том, вернемся ли мы к старой системе, а в том, что построим вместо нее. А пока Соединенные Штаты существуют без единой налоговой политики, без единой системы социальной защиты и с 50 разными представлениями о том, как должно работать государство.

Через три недели после введения взаимных финансовых ограничений между США и БРИКС+ аналитики фиксируют тектонический сдвиг в глобальной финансовой системе. 28 августа 2034 года администрация президента Ньюсома, действующая в условиях перманентного бюджетного кризиса и оспариваемой легитимности (14 штатов отказываются признавать федеральные законы, требующие участия в исполнении), издала исполнительный указ ! 2034-47. Указ запрещает банкам США поддерживать корреспондентские отношения с любым финансовым институтом, проводящим расчеты через платформу BRICS Bridge, запущенную в 2030 году и к 2034 году ставшую основным каналом клиринга для 35% международной торговли стран-участниц.

Ответ стран БРИКС+ последовал 31 августа. Координационный комитет БРИКС+ объявил о введении "зеркальных санкций", банки стран-участниц прекращают обслуживание долларовых счетов американских корпораций на своих территориях. Операции по счетам замораживаются до особого распоряжения, исключения сделаны только для дипломатических миссий и гуманитарных организаций.

Американские транснациональные корпорации оказались в ловушке ликвидности. По данным Института международных финансов (IIF), на счетах американских компаний в странах БРИКС+ находится около 680 млрд долларов нерепатриированной прибыли, эти средства теперь заморожены. Корпорации не могут перевести их в США для выплаты дивидендов, обратного выкупа акций или погашения долгов. Акции Apple, ExxonMobil и Caterpillar потеряли 12-18% стоимости.

— Администрация Ньюсома рассчитывала, что угроза отключения от долларовой системы заставит страны БРИКС+ отступить, — комментирует финансовый аналитик Bloomberg. — Но произошло обратное, БРИКС+ показал, что у них есть альтернативная инфраструктура, и они готовы ее использовать.

Сырьевые биржи начали переориентацию. Шанхайская нефтяная биржа (INE) объявила 5 сентября, что все новые контракты на нефть, газ и металлы будут номинироваться в юанях с клирингом через BRICS Bridge. Сингапурская биржа сырьевых товаров (SICOM) 10 сентября добавила корзину BRICS как опцию для расчетов по каучуку, пальмовому маслу и металлам. Лондонская биржа металлов (LME) и Чикагская товарная биржа (CME) сохраняют долларовые расчеты, но объемы торгов снизились на 20-30% из-за ухода азиатских и африканских клиентов.

По оценке аналитического центра Official Monetary and Financial Institutions Forum (OMFIF), объем долларовых расчетов в международной торговле, составлявший 62% в 2032 году, упадет до 47% в течение 18 месяцев.

— Доллар останется доминирующей валютой в западном полушарии и в расчетах с союзниками США, — прогнозирует главный экономист OMFIF. — Но в торговле между странами БРИКС+ и их партнерами в Африке, Азии и на Ближнем Востоке доллар перестанет употребляться.

Эксперты фиксируют, что глобальная финансовая система окончательно расколота на два лагеря. С одной стороны долларовая зона (США, их союзники в НАТО, часть Латинской Америки, некоторые страны Персидского залива, сохранившие привязку к доллару), с другой зона БРИКС+ (Китай, Россия, Индия, Бразилия, ЮАР), а также присоединившиеся к альтернативным расчетам страны Африки и Азии. Между этими лагерями "серая зона", которая сохраняет долларовые расчеты, но активно ищет альтернативы, чтобы не оказаться заложником конфликта.

Транзакционные издержки между блоками растут. По данным всемирного банка, средняя стоимость перевода долларов из США в Китай через легальные каналы выросла с 2033 года в 5.6 раз. В августе 2034 года объем международных платежей сократился на 7% по сравнению с июлем, аналитики связывают это с приостановкой операций до выяснения новых правил.

В США решение администрации вызвало ожесточенные споры. Республиканцы, контролирующие палату представителей, обвинили Ньюсома в развязывании финансовой войны без одобрения конгресса. Спикер палаты заявил, что исполнительный указ будет оспорен в суде. Демократы в сенате, сохраняющие большинство с перевесом в один голос, поддержали президента, но указали, что необходимы экстренные меры для поддержки американских корпораций, чьи счета заморожены.

Ассоциация международной торговли США подала иск в федеральный суд, требуя приостановить действие указа, который "наносит ущерб американскому бизнесу без видимой военной или дипломатической необходимости". Штаты Калифорния и Нью-Йорк, где базируются большинство пострадавших корпораций, заявили, что готовы оказать юридическую поддержку истцам. Федеральное правительство, однако, настаивает на своей правоте: "Защита доллара как резервной валюты — вопрос национальной безопасности, и президент имеет право принимать экстренные меры".

В ближайшие недели ожидаются переговоры между США и странами БРИКС+ при посредничестве Европейского союза. Возможен компромисс: размораживание счетов американских корпораций в обмен на отказ США от блокировки корреспондентских отношений для банков, использующих BRICS Bridge. Однако эксперты сомневаются, что стороны смогут договориться быстро, вероятнее всего, конфликт затянется на годы.

Пока же финансовая система мира замерла в ожидании. Американские корпорации не могут репатриировать прибыль, китайские и индийские банки не могут проводить долларовые платежи в США, сырьевые биржи переходят на юань и корзину BRICS, доллар теряет позиции, но не рушится. Мир вступил в эпоху финансовой биполярности без единого центра, без единых правил, с растущими издержками и замедляющейся торговлей, и никто не знает, когда и как эта эпоха закончится.

15 сентября 2034 года в Ла-Пасе подписано соглашение, которое эксперты называют поворотным моментом в истории латиноамериканской горнодобывающей промышленности. Китайская компания Tianqi Lithium, один из крупнейших в мире переработчиков литиевого сырья, и правительство Боливии договорились о строительстве завода по производству гидроксида лития мощностью 100 000 тонн в год на солончаке Уюни. Ключевая особенность соглашения — 60% переработки будет осуществляться на месте, а не в Китае, как это происходило десятилетиями.

Соглашение предусматривает создание совместного предприятия с долей Боливии 51% и китайской стороны 49%. Китай получает 40% произведенного гидроксида лития по фиксированной цене, которая на 10% ниже прогнозируемой рыночной на момент подписания долгосрочного контракта (сроком на 15 лет). Остальные 60% продукции Боливия может продавать на мировом рынке через аукционы, самостоятельно выбирая покупателей и определяя цену.

В обмен на уступку в цене Боливия получает полный трансфер технологий переработки, включая лицензии на использование патентованных процессов очистки и электролиза, подготовку кадров (не менее 200 боливийских инженеров и техников в течение трех лет), а также контрольный пакет в совместном предприятии. Завод будет построен китайской стороной за 2.8 млрд долларов, которые Tianqi Lithium предоставляет в виде кредита под 2% годовых с погашением из будущей прибыли предприятия.

Министр энергетики Боливии Франклин Молина подчеркнул, что соглашение с Tianqi Lithium — не единственный проект Боливии по переработке лития. Параллельно ведутся переговоры с американской Albemarle (через чилийскую дочернюю компанию, чтобы обойти санкционные ограничения) и австралийской Pilbara Minerals. Но именно китайский контракт стал первым, где трансфер технологий прописан юридически обязывающими терминами, а не как "возможность" или "план".

— До сих пор Китай был заинтересован в вывозе сырья и сохранении переработки у себя, — комментирует старший научный сотрудник Центра энергетических исследований Чилийского университета. — Боливия изменила правила игры, они сказали: "Без переработки здесь к нашим ресурсам не будет доступа". И Tianqi Lithium пришлось согласиться.

По всей видимости, другие производители лития в регионе последуют за Боливией. Аргентина, чьи солончаки (Салар-де-Оларос, Салар-де-Арисаро) содержат значительные запасы лития, уже заявила о намерении пересмотреть контракты с китайскими переработчиками. Чили, где добыча лития долгое время была монополизирована SQM и Albemarle, также рассматривает возможность национализации переработки.

— Латиноамериканские страны устали быть сырьевым придатком, — продолжает эксперт. — Они видят, что добавленная стоимость остается в Китае, а экологические издержки — у них. Аргентина и Чили уже ведут консультации с Боливией о координации переговорных позиций с Китаем.

У проекта есть и критики. Оппозиционные политики в Боливии указывают на высокую долю китайского кредита и риск долговой кабалы — завод строится за 2.8 млрд долларов китайских денег, которые нужно будет вернуть из прибыли. Экологи обеспокоены объемами потребления воды — гидроксид лития требует значительных водных ресурсов, а солончак Уюни находится в засушливом регионе, где вода и так в дефиците. Tianqi Lithium может столкнуться с противодействием китайских властей, которые не заинтересованы в создании конкурентов в переработке стратегического сырья.