Все могли бы жить

Так вот, можно ли унифицировать все авиамоторы водяного охлаждения конфигурации V-12 в размерность, ну скажем 150 х 170 мм? Так чтобы все основные детали у них были взаимозаменяемыми? Что скажете? Если существующий на сегодня предел мощности, накладываемый конфигурацией V-12 и поршнем диметром 150 мм не преодолим, то можно ли сделать авиационный мотор с поршнями диаметром 160, 170 или 180 мм в той же конфигурации V-12, с приемлемым для авиации весом и приличным ресурсом? И еще, по данным разведки, немцы готовят мотор V-12, 150 х 170, мощностью 1900 л.с. на высоте, сможете их превзойти?

(Йося, твою в бога душу, ты куда смотрел? Нафига, давно имея клоны двигателей БМВ и "Райт Циклона" покупали еще и лицензии у "Испано-сюизы" на производство двигателей такой же мощности, и которые ничуть не лучше давно имеющихся? И у "Рено" на практически такой же мотор как у Бессонова? На кой черт французским буржуям деньги отдали? Валюта у СССР "лишня"? Или кто-то в наркомате внешней торговли откат получил? Или именно ты сам этот откат и получил, а Йося?)

Ответить на эти вопросы сразу никто из конструкторов — двигателистов сразу не смог, все они соответственно получили свои задачи и сроки их решения.

Впрочем, задачи получили абсолютно все присутствующие, никто не ушел обиженным. Как говорится "Цели определены, задачи поставлены, за работу, товарищи!"

На следующий вечер мне доложили, что Яковлев на работу не вышел, сидит дома, и напился в хлам.

— Ну что ж, если сам за два дня не протрезвится и не пойдет работать, то доставьте его в Кремль, так и быть попробую в последний раз объяснить этому юному гению политику партии на современном этапе.

Это я добрый, Ежов бы уже расстрелял. По счастью даже душеспасительная беседа не понадобилась. На третий день, абсолютно трезвый авиаконструктор Александр Сергеич Яковлев приступил к работе. Посмотрим в январе, что он там наработает.

Пообщался на следующий день с Павлом Рычаговым. Рассказывал Павел о своей службе, о войне в Испании так, что заслушаешься, увлеченно, ярко и эмоционально. Но говорил он только о себе, даже своих ведомых летчиков из своего звена ни разу не вспомнил. На вопросы о том, как командовать, и не то что авиацией вообще, но даже чем-то крупнее звена он ни разу не ответил. На вопрос о том, как авиации взаимодействовать с сухопутными войсками повторил только туже глупость, которую в моей истории сказал на совещании комсостава — мол надо обозначать свой передний край чем-то белым. И все. И снова ни слова о радиосвязи, локаторах и организации службы. Ан нет, проскользнуло фраза что мол рации только утяжеляют самолет и отвлекают пилота... Мда-с... Он ведь все равно прикажет снять рации для повышения маневренности, даже если они работают идеально. Уж такой у него характер... И что ж с ним делать? Нет, безусловно, расстрелять его всегда можно успеть.

Поэтому я молчал и терпеливо ждал, пока Павел выговорится, успокоится и замолчит. Наконец этот момент настал. Я взял трубку и, не набивая ее табаком, прошелся несколько раз по кабинету. Потом сел в кресло рядом с Рычаговым и доверительно сказал ему:

— Товарищ Рычагов, Павел, вы же сами прекрасно понимаете, что вы еще не готовы занимать столь ответственный пост. Вы очень плохой организатор. Вы герой-одиночка. Характер у вас такой. Вы мыслите только о себе, а не о части, вверенной вашему командованию. Вы как были, так и остались ментально рядовым летчиком, в настоящее время вы не готовы к руководящей работе и не способны с нею справиться даже с помощью коллег и подчиненных. Назначая вас на высокую командную должность, мы поторопились. Я поторопился. Но вы очень хороший летчик истребитель. И такой вот летной работы для вас вскоре будет очень много. Думаю, что вам следует написать заявление об увольнении с занимаемой должности по собственному желанию и вернуться на прежнюю должность. Проявите так сказать гражданское мужество и честность. Паша, я это говорю тебе не как товарищ Сталин, а просто как старший, можешь считать, что это тебе отец говорит.

— Но почему, товарищ Сталин??? — воскликнул шокированный Рычагов.

— Потому что я не хочу тебя расстреливать за развал ВВС во время войны, что придется сделать, когда ты завалишь работу окончательно...

— Хорошо, товарищ Сталин, я это сделаю, — ответил Рычагов после достаточно долгого молчания.

— Тогда даю неделю отпуска, слетайте с женой в Крым, на море, а после возвращения получите новое назначение, в Монголию...

— В Монголию??? — Рычагов удивился еще больше, — А, понимаю, снова на помощь китайским товарищам?

— Да, в Монголию. Но это секрет. Не дай бог ляпнешь. Там получишь под командование эскадрилью. И по итогам работы именно всей эскадрильи в целом, а не тебя одного, будем думать о том, куда тебя назначить дальше. Не справишься с командованием одной эскадрильей — разжалую в рядовые, причем в пехоту, а не в летчики, навечно.

— Все, я нем как рыба, — Рычагов обрадовался и через четверть часа написал заявление, очень даже толково объясняющее причины его отставки с занимаемой должности.

Думаю что должности, которые занимал Рычагов, у меня займет Хрюкин. Не сразу конечно, но займет. Организация им успешного налета бомбардировщиков на Тайвань очень хорошо характеризует его как командира. А заодно и с историей потопленного японского авианосца разберемся попутно. Любопытно знаете ли...

А Байдиков будет командовать бомбардировочным полком особого назначения. Пикировщики так пикировщики. У меня для них есть масса очень "вкусных" целей. Как говорил классик? "Мосты в первую голову"? Вот пусть для начала научатся в них попадать.

Собственно говоря, это будет смешанная авиадивизия (нынче таких смешанных авиадивизий много, так что еще одна никого не удивит). Смешанная авиадивизия ОСНАЗ. И Бобров в этой дивизии будет командовать истребительным полком.

Встреча и беседа с летчиками только подтвердила это мое решение. Дивизией на этапе формирования будет командовать Хрюкин, Байдиков и Бобров будут командовать полками. Скрыловецкий, поскольку он был ранен в Испании, и правое колено у него уже никогда не будет функционировать нормально, то к полетам его медики больше не допускают, а в технике он очень въедливый и душой к ней прикипел, так сказать, возглавит инженерно-техническую службу этой дивизии. А если уж очень "припечет", как в реале это произошло в июне 1941, то он и летать сможет. Но я очень надеюсь, рассчитываю и планирую, что повторения трагедий лета 1941 года не будет...

Надо бы еще добавить в эту дивизию разведывательную эскадрилию и штурмовой полк или как минимум штурмовую эскадрилью. Это и сделаю, как только появится штурмовой вариант Ар-2, с четырьмя пушками как у "Москито"...

Так, с авиацией в основном разобрались.... Нет, не совсем. Надо срочно найти тех пилотов, кто в Испании вкатил бомбы во фрицевский крейсер "Дочланд" и привлечь формированию полков морской авиации, бомбардировочных и минно-торпедных. Черт, как же ж их звали? Одного кажется Николай Остряков, а остальных? Блин, испанские их псевдонимы вспомнил — Jos Arcega Njera, Leocadio Mendiola, а вот родное имя второго летчика не помню. Тем более никогда не слышал имена их штурманов... А ведь без штурманов в полете над морем никуда.... Да и Остряков уникум — СБ освоил уже в Испании, раньше на бомбардировщиках не летал, совершил на нем более 250 боевых вылетов, в 1941 хотя и возглавлял авиацию Черноморского флота, совершил около ста боевых вылетов как истребитель, сбил сколько-то фрицев. Погиб в Севастополе от бомбежки.... Мдааа.....

Так, что у нас запланировано на завтра?

О, это именно то, что надо. Командующий Ленинградским военным округом генерал Мерецков с докладом о ходе строительства укрепрайонов и боевой подготовке войск округа! На ловца как говорится и зверь бежит!

Доклад прошел, как и ожидалось: "Все хорошо, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо", "броня крепка и танки наши быстры", "и первый маршал в бой нас поведет" "и от тайги до Британских морей Красная Армия всех сильней!", ну и так далее и тому подобное самовосхваление.

— Это хорошо, Кирилл Афанасьевич, что у вас в округе все хорошо. Это очень хорошо. А вот теперь мы на практике проверим насколько все хорошо. Вы получите новый приказ...

— Слушаю вас внимательно, товарищ Сталин, — тут же ответил Мерецков перебив меня.

— Слушайте очень внимательно и не перебивайте, поскольку дело высшей степени секретное и бумажного приказа не будет. Так вот, начиная с завтрашнего дня в течение недели, вам поручается подготовить план захвата Финляндии. Вы должны выполнить расчет сил и средств, определить места развертывания войск, размещения складов, полевых аэродромов, направления ударов и так далее, исходя из следующих условий. Первое, начало операции между 15 и 20 октября сего года, срок выполнения — одна неделя, то есть Финляндия должна быть полностью захвачена нами за срок не более одной недели, то есть не более 168 часов с момента начала операции. Максимально допустимый уровень наших безвозвратных потерь — не более десяти тысяч человек. На первом этапе вы должны определиться хватит ли для этого сил Ленинградского округа и Балтфлота. Если нет, то определите, какие именно силы и средства должны быть привлечены из других военных округов. Если по вашим расчетам окажется, что эта задача никакими силами и средствами в принципе не может быть решена на указанных условиях, то так и доложите. Мне нужна точность и честность, — то есть честная информация о том, какими силами, в указанные сроки и с какими потерями может быть захвачена Финляндия, и какие силы потребуются после захвата для ее удержания, а не бравурные фантазии на тему "Красная Армия всех сильней". Вам понятно?

Сказать, что Мерецков был удивлен, это значит не сказать ничего. Мерецков был шокирован. Еще бы — ведь до сих пор никогда военным не ставили задачу точно и не двусмысленно. Я молчал, не мешая ему думать и минут десять в кабинете висела гнетущая тишина. Подумав, Мерецков наконец-то ответил:

— Так точно, товарищ Сталин, задача мне ясна. Я подготовлю такой план и вернусь с докладом 15 июня. Разрешите приступить к выполнению?

— Разрешаю. И помните, точность и честность. На данном этапе вы можете привлекать разработке плана не более десяти человек и пока только военных. Со Ждановым я сам поговорю позже, когда это потребуется. Да, учтите еще одну особенность. Метеорологи предсказывают, что зима в этом году в Финляндии, Карелии и Ленинграде с окрестностями будет особо суровой, снег выпадет довольно рано, и морозы в 40 градусов возможны уже в конце ноября и даже раньше. Так вот, обмороженных, и тем более замерзших насмерть красноармейцев быть не должно, учтите это.

Нет, я вовсе не собираюсь нападать на Финляндию. Я планирую удержать ее в рамках нейтралитета. Но "планы Б и В" нужны всегда. Ватомозглые путиноиды упорно не хотят видеть причинно-следственные связи между историческими событиями. Ужасы и трагедии ленинградской блокады это прямое следствие желания "передвинуть границу" подальше от Ленинграда и идиотского восторга от "ВыборгНаш". Если бы Сталин не пытался отодвигать границу и не нападал на Финляндию в 1939 году, то она бы осталась нейтральной, как Турция, на которую Сталин тоже хотел напасть, но не успел это сделать до июня 1941. Если бы советско-финской войны не было бы, и если бы даже в 1941 Финляндия присоединилась к Гитлеру, то в самом худшем случае повторилась блокада. Но в этом варианте остались бы живы те, кто погиб "на той войне не знаменитой", на финском фронте, в 1939-1940 годах. А это более ста двадцати пяти тысяч человек. Их жизни разве лишние? А в идеале, если Финляндия остается нейтральной, то СССР сохраняет более полутора миллионов жизней советских людей. Это как минимум. Не говоря уже о том, что отпадает громадный фронт от Балтики до Арктики. Разве что такой фронт будет совсем небольшой на границе с Норвегией... А в случае если, размечтавшись о Великой Финляндии (как убеждает нас ватная пропаганда), финны все-таки решат напасть на нас вместе с Гитлером, то разделаться с ними надо быстро и однозначно, образцово-показательно, не больше чем за неделю. Так что в худшем варианте развития событий, план, подготовленный Мерецковым, может и пригодится. Хотя я очень надеюсь, что он не потребуется никогда и навечно останется пылиться в архивах...

И да, кстати, об архивах. Почему-то ватомозглые историки свято убеждены, что всё, что происходит абсолютно честно и точно документируется. А всё, что задокументированно надежно и вечно хранится в архивах. И пример Баграмяна, который привез Кирпоносу в Киев устный приказ, их не убеждает...

Кстати, наш союзник по антигитлеровской коалиции, Британия, объявила войну Финляндии только 6 декабря 1941 года (накануне Перл-Харбора, кстати), уступив жестким и настойчивым требованиям Сталина. Но реально никогда с ними не воевала. А для США Финляндия вообще все время войны не была врагом. Более того, 2 октября 1941 года военный атташе США в Финляндии Джордж Хатштайнер участвовал в совместной фотосессии с японским военным атташе, гитлеровцами и финнами в столице Советской Карелии, в Петрозаводске, временно оккупированном финской армией. И только 16 марта 1944 президент США Франклин Делано Рузвельт призвал Финляндию к выходу из войны и разрыву отношений с Германией, однако финны проигнорировали это заявление. В конечном итоге, в ходе Второй мировой войны США не объявляли войну Финляндии. По некоторым другим публикациям Рузвельт все-таки объявил войну Финляндии уже чисто формально, в день подписания перемирия на советско-финском фронте, чтобы иметь формальный повод вмешаться в ход переговоров. Но точно ли это я не помню, разное читал на эту тему ...

Я пригласил на воскресный неформальный обед у себя на даче посла Польши пана Вацлава Гржибовского. Я это к чему? Пытаюсь практически реализовать лозунг "малой кровью, большим ударом, на территории врага". Война неизбежна, увы, так что если есть хоть малейшая возможность вести её на чужой территории эту возможность нельзя упускать. Ну и надо же хотя бы попытаться извлечь пользу для СССР из предыдущих йосиных злодейств — убийства Евгена Коновальца и ликвидации коммунистических партий Польши, Западной Украины и Западной Белоруссии. Пан Вацлав родился еще в Российской Империи, учился в Киевском университете, так что общаться мы можем без всяких проблем без переводчиков. Я вышел на порог встречать званого гостя. Пан Вацлав прибыл точно в назначенное время, судя по его стилю одежды — фланелевые брюки, твидовый пиджак и шейный платок, а не галстук — стиль одежды "джентльмен эт зэ уик-энд он зэ кантрисайд", мое приглашение он понял правильно.

— Добрый день, пан Гржибовский, я рад, что вы приняли мое приглашение.

— Господин Сталин, не принять его было бы абсолютной глупостью. Честно скажу, я заинтригован, такого в дипломатической практике отношений Польши и СССР никогда не было. Я теряюсь в догадках, но уверен, что вы все объясните.

— Да, вы правы, пан Вацлав, за обедом все прояснится. И я уверен, что обед, и все остальное вам понравится.