Опасно быть студентом. Часть 2

— Неплохо ты поиграл...

— Гауф! — согласился песик.

Спешно вскочив на ноги, я отругала маленького шкоду и отправила на место под стол. Негодник жалобно поскуливал и обиженно сверкал маленькими глазками, но я была сурова и непреклонна.

Вооружившись веником и тряпкой, спешно ликвидирую последствия, отчаянно моля Светлую Богиню, чтобы Натка не пришла раньше времени.

Кстати, а где Натка?!

Где-то около шести утра Руфус предупредил меня о том, что 'сладкая парочка ведьма-эльф' выползла из клуба, не расплатившись, и отправилась восвояси. Но, судя по заправленной кровати соседки, утопали приятели куда-то не в том направлении.

Пока я бегала туда-сюда по комнате, прикидывая, куда пьяные ноги и жажда приключений могли занести неадекватных друзей, щенок, осторожно пригибаясь, вылез из своего укрытия и отволок туда свитер с котятами.

Наблюдая, с каким удовольствием малыш рвет шерстяной ворот, я убралась, попрощалась с тремя тетрадями и похоронила Наткин безнадежно испорченный сапог на дне мусорки.

'Ой, плохо нам будет', — расстроено бубнил пессимизм.

'А почему нам? — возмущалась справедливость. — Щенок же, вроде, принадлежит Конни и Ролли'.

'Кстати, надо бы посмотреть ту пентаграмму, что они начертили для вызова', — напомнила память.

Закинув веник, я быстро влезла в первые попавшиеся штаны и кофту.

— Эй, беспредельщик! — позвала я щенка, натягивая теплую куртку. — Гулять пойдешь?

Дважды маленькому засранцу предлагать не пришлось. Весело гавкнув, он первым вылетел из дверей и побежал по коридору.

Выслушав от вахтера пару грозных предложений со словами 'держать животных запрещено' и клятвенно заверив, что сама донесу на себя ВУДу, я поинтересовалась судьбой подруги и услышала забавную историю о том, как почти полчаса эльф и ведьма провожали друг друга от дверей женского общежития до преподавательского крыла и обратно.

'Значит, решили не расставаться', — фыркнула интуиция.

Расслабленно выдохнув, я вышла на улицу и быстрым шагом пошла к главному корпусу, как неожиданно расслышала сдавленный крик со стороны стадиона.

Заинтересованно глянув в том направлении, я сделала небольшую петлю и вышла прямо к площадке с брусьями.

— Терпи, мужик! — весело смеялся Кебил.

— Осталась всего-то пара часов ада! — подбадривал Гафс.

— Гауф? — удивленно тявкнул песик и ринулся следом за Шарги, увлеченно ползущим под колючей проволокой по мокрой после прошедшего дождя земле.

Отстранённо наблюдающий за тренировкой блондин развернулся, первым почувствовав мое приближение, и... улыбнулся!

Шок от увиденного был настолько глубоким, что я даже споткнулась на ровном месте, а Доставала резко окаменел, возвращая лицу прежнее холодно-презрительное выражение, скривил губы и, скомандовав что-то парням, пошел в самую дальнюю часть поля.

— Линка! — поприветствовал меня Кебил и тут же по секрету поделился новостью:

— Ты представляешь, Хорст взялся тренировать Шарги!

Я очень даже представляла, ведь все-таки сама эту идею блондинчику и предложила, но вот парням об этом знать не следовало.

— Правда? — очень натурально удивляюсь, пряча озябшие руки в карманы. — И в честь чего такая 'радость' свалилась на бедного Шарги?

Темные переглянулись и развели руками.

— Он, все-таки, заинтересованное лицо, — весьма расплывчато ответил Кебил, не догадываясь, что я знаю о родственных узах между Крысенышем и Эми.

Я махнула помятому Шарги, спешно бегущему к гаденько ухмыляющемуся блондину, и не сдержала улыбки. Значит, наша 'злобная мачеха' решила дать ухажёру любимой племянницы крохотный шансик. Это хорошо...

По крайней мере, теперь я могу быть уверенной, что Крысеныш не такая уж и безмозглая груда мускулов и умеет прислушиваться к мнению других.

Подозвав к себе весело тявкающего щенка, я побежала исследовать сотворенную боевиками-недоучками пентаграмму и провозилась почти все время до завтрака.

А вот стоило мне опуститься за наш с девочками любимый столик, как настроение резко скакнуло вверх.

— Аумхк... — выдала Натка, поворачивая ко мне гудящую после вчерашнего голову.

— Хорошо погуляла?! — заботливо протягиваю минералочку.

— Кмх... — отмахнулась подруга и принялась большими глотками опустошать бутылку.

Я с довольной улыбкой обвела всех присутствующих за столиком. Шарги старательно прикрывал расцветающий на скуле синяк, Роззи, мрачная, как никогда, поглядывала в сторону Хорста, сидящего за столиком напротив, и горько вздыхала, а Эми... Блондинка вообще спала!

— Какое сегодня великолепное утро! — расплываясь в широкой улыбке, прокомментировала я и, заметив на горизонте двух боевиков, быстро встала:

— Не переживайте, тяжело будет только первые двенадцать часов!

Мои слова поддержки были приняты на 'ура', если, конечно, есть вселенная, где тяжелые взгляды и злобное 'да вали уже!' можно принять за знак одобрения.

Нисколько не обидевшись, я подхватила учебники и легкой танцующей походкой счастливого человека пошла навстречу приветливо улыбающимся Конни и Ролли.

— Прежде чем ты что-нибудь скажешь, знай...

— Мы тебя очень любим! — закончил Ролли, посмотрел мне за спину и помрачнел.

Я оглянулась в поисках похитителя хорошего настроения и наткнулась на немигающие щелочки серых глаз. Ну, кто бы сомневался!

— Линка, — шепнул мне на ухо Конни, — тебе не страшно, когда он вот так на тебя смотрит?

Страшно не было, потому что я была на сто процентов уверена: дальше обмена тяжелыми взглядами у нас с Хорстом не зайдет, а вот замершие по бокам парни по шее могут получить легко.

— А давайте в коридоре поговорим! — внес конструктивное предложение Ролли и потянул меня к выходу.

Мы с боевиком послушались дельного совета и покинули 'территорию грозных взглядов'.

На наше счастье соседние с лабораторией кабинеты, пострадавшей после ночных выходок четырех студентов, пустовали в силу невероятно громких строительных работ.

— Гребаный скол! — орал бригадир на рабочих так, что мы даже через стенку слышали. — Здесь же еще вчера было пять мешков с цементом, куда они делись?

Невнятный ответ рабочих мы так и не услышали, но, судя по заковыристым ругательствам бригадира, кое-кому оторвут руку и вставят в то место, которым думали те несчастные, утаскивая домой мешки с цементом.

Незнакомый мужчина бушевал все время, пока мы с парнями проверяли схемы, пассы и расчёты ритуала.

— У меня все правильно! — поднял голову Конни, проверявший потоки направленной магии.

— У меня тоже! — подвел итог Ролли, отодвигая заново перечерченные графические составляющие.

Парни с надеждой в глазах посмотрели на меня, мучительно перепроверяющую сразу все вычисления по ритуалу, но были разочарованы.

— Ребят, по мне — так это первый раз, когда студенты недовольны тем, что у них все сделано идеально!

Боевики как-то странно глянули на меня, явно не желая чувствовать тонкий юмор ситуации, и принялись пересчитывать все по новой.

— Здесь должна быть ошибка! — раздраженно оглядывая заваленный вычислениями стол, уверенно сказал Конни. — Если бы все было правильно, из портала не выкинуло бы щенка неизвестной породы.

Ролли задумчиво почесал стриженый затылок и предложил:

— Так может, это действительно Цербер? — Мы с Конни выразительно посмотрели в сторону парня, но тот и сам сообразил, что ляпнул глупость. — В смысле, маленький сыночек злого папочки! — поспешил исправиться парень.

Я задумчиво прикусила нижнюю губу, стараясь не рассмеяться.

— То есть, вы подсунули хрупкой девушке на временное содержание сынка или дочку Подземного Стража, за которым в любой момент может вернуться разгневанный папочка? — Ролли замялся и смущенно отвел глаза. — Так-то, если вы не знали — я очень люблю жить!

В аудитории повисла неловкая пауза. Ролли ерзал на стуле, поглядывая в сторону приятеля, а тот с загадочным видом складывал из бумаги кораблики. И вот когда в бумажной флотилии появился еще один кривой пароход, парень все-таки сдался.

— Обещайте на мизинчиках, что сказанное мной останется в тайне, — мы послушно протянули пальчики и произнесли клятву. — Хорошо, — кивнул успокоенный боевик. — Я почти на сто процентов уверен, что щенок — это не Цербер, потому что мой прадед был одним из послов в нижние миры, — признался он. — В семейном хранилище есть его дневники...

Я потрясенно застыла, а Ролли даже рот открыл от удивления. Просто лаэрды мало кого пускали в свое царство, а тут сидит, значит, такой потомок с ценнейшей информацией и косит под дурачка.

— Ну, ты и засранец! — опередил меня на долю секунды Ролли и обиженно скрестил руки на груди:

— Значит, когда мы с Линкой ломали голову, пытаясь выстроить призыв на основе параметров Цербера, ты молча стоял и ухохатывался! Так?

— Не драматизируй! — фыркнул Конни и признался:

— Дневники написаны на Древнем, поэтому никто ими особенно не интересуется. Но, судя по рассказам отца, врата в Царство были огромными, поэтому лаэрды создали Стража...

— И раз Страж создан магическим путем и у него нет аналогов в этом мире, значит, он не может размножаться, — подвожу черту под рассказом боевика.

Парень кивнул, и мы синхронно глянули на листки с формулами.

— Так кого же мы призвали? — растерянно выдохнул Ролли и посмотрел на меня. Конни последовал его примеру и сделал то же самое.

'Порой тяжело иметь репутацию самой умной', — печально вздохнул мозг.

'Ты лучше думай, давай', — раздраженно прикрикнул желудок, оставшийся без завтрака.

'Правильно! — поддержал его здравый смысл. — Ворчать, бубнить и сожалеть — это прямые обязанности пессимизма!'

'Все плохо!' — на всякий случай подтвердил вышеупомянутый, налегая на валерьянку.

Отогнав ненужные мысли, поворачиваюсь к боевику.

— Конни, мне нужны дневники твоего деда. Достать сможешь?

Парень задумчиво покрутил бумажный кораблик и уверенно кивнул:

— Достать смогу, только где ты найдешь переводчика?

Я усмехнулась, мысленно прикидывая, во что обойдется мне просьба.

* * *

Весь оставшийся учебный день пролетел стремительно.

Натка и Эми продрыхли почти все лекции с небольшими перерывами на перемены и практикумы, поэтому большую часть времени я занималась тем, что тихонько посвящала Роззи в хитросплетения студенческого социума.

Ой, да что там! Сплетничала я!

Даже несмотря на крышу в виде устрашающего парня под два метра ростом, Темная привлекала внимание парней, тем самым становясь конкуренткой в глазах девушек и врагом номер один.

И если честно, то в какой-то момент я даже испугалась за аристократку. Просто сомневаюсь, что у нее был факультатив по женским дракам в грязи. А, зная наших ревнивых девчонок, решение коллективно оттаскать Роззи за волосы уже не за горами.

В обед мне пришлось сесть вместе со своей группой теоретиков, потому что гениальность гениальностью, а рутину в виде лабораторных, рефератов и докладов еще никто не отменял.

Осознав, какие завалы несделанного скопились за последние несколько недель, я, как примерный ботаник, оставшееся свободное до вечера время провела в библиотеке, штурмуя один учебник за другим.

Рядом со мной расположились точно такие же ботаники с жаждой знаний в близоруких глазах, поэтому появление в читальном зале Гафса стало полной неожиданностью. А уж когда Темный, лишь слегка уступающий Хорсту в росте и ширине плеч, подошел к конторке библиотекаря и попросил книгу, Светлые выпали из образовательного процесса на пару минут.

Я бы на их месте тоже выпала! Все-таки, неожиданно, когда этакая громада тренированного мяса приходит в библиотеку, чтобы взять книгу по... кулинарии!

— Не занято? — показывая на свободный стул, шепотом спросил Гафс, чтобы не тревожить других.

Махнув рукой, я потянула парня за рукав, скорее усаживая рядом с собой, и грозно посмотрела вокруг. Студенты тут же спохватились и перестали таращиться на амбала с книгой.

— Если я пирог испеку, придешь вечером?

Молча киваю, внутренне поражаясь вниманию со стороны Гафса. Парень и раньше втихаря подкармливал нас с Наткой, но что-то было странное в его заботе. Особенно сейчас...

Додумать я не успела, потому что Гафс, быстро переписав один из рецептов, захлопнул книгу и наклонился ко мне:

— Тебя Хорст ищет, — предупредил он. — Причем так настойчиво, что даже вечернюю тренировку отменил. Ты будь с ним поосторожнее...

А то я сама не в курсе! Про осторожность было понятно еще с первого дня нашего 'теплого' знакомства.

Проводив взглядом Гафса к выходу, я еще час пыталась сосредоточиться на домашней работе, но мысли постоянно скакали с одного на другое.

До сих пор было непонятно, как девушки умирали. Мы с Русланом перелопатили вчера почти все справочники по заклинаниям, и ни в одном из них не было ничего, хотя бы отдаленно напоминающего наш способ убийства. А еще мне не давали спокойствия сроки: за столь малое количество дней — так много жертв!

Нужно срочно найти и посадить этого козла!

Решительно собрав все учебники и тетради, я попрощалась с библиотекарем и побежала к себе. Сейчас быстро переоденусь, заскочу в управление и попрошу Руслана отдать мне копии дела.

Я была так поглощена мыслями о расследовании, что, открыв дверь, даже не сразу сообразила, что нахожусь в комнате не одна.

— Зазнайка, у тебя на редкость невоспитанный щенок, — проворчал Крысеныш, обрабатывая покусанный указательный палец зеленкой.

— Нефиг вламываться! — парировала я, подхватывая радостно крутящегося у ног песика на руки. — Мой маленький герой! — чмокаю черный маленький носик и, отпустив малыша обратно на пол, спешно начинаю собираться.

— Ты уходишь? — нахмурился Темный, краем глаза посматривая на мои действия.

— Ухумс, — киваю и язвительно добавляю:

— Гафс пообещал пирог, поэтому постараюсь вернуться до того, как ты начнешь нервно вышагивать по комнате и, тоскливо вздыхая, высматривать мой силуэт в окошке.

Крысеныш привычно скривил губы в неком подобии улыбки, сел на мою кровать и похлопал по покрывалу:

— Поговорить надо!

Я медленно развернулась, смерила не в меру самоуверенного нахала тяжелым взглядом и сквозь зубы процедила:

— В прошлый раз, когда ты так сказал, это закончилось купанием в ледяной воде.

Но Хорста ни поза, ни убийственный прищур, ни холодные интонации не проняли.

— Речь о Рене и Натальи, — спокойно пояснил он.

Я осталась все также стоять на ногах и гневно сверлить нахала взглядом.

'Неужели в глубинах твоей гадкой темной душонки проснулась совесть?' — поразилась вера в чудо.

'Не говори глупостей', — отмахнулся реализм.

— Рене говорил что-нибудь о свадьбе? — задал неожиданный вопрос Хорст.

Стою. Молчу. Думаю.

О причинах, побудивших блондинчика на такой подлый шаг, как кляузничество начальству, можно было только догадываться. Плюс ко всему, меня связывало негласное правило хорошего собутыльника: не распространяться посторонним о сказанном под разрушительным действием алкоголя.