Бывшие охотники и рыбаки и по сей день оставались такими же честными и добросовестными младшими и средними командирами в имперских вооруженных силах Кирианской Империи. Во время поездки по провинциям я обратил внимание на то, что офицеров и унтер-офицеров из кланов Кабанов и Серн было невозможно встретить в гарнизонах и на военных базах, расположенных вблизи или в самой столице. Все они служили за пределами крупных городов, там, где время от времени вспыхивали пограничные конфликты или локальные войны.
В заключение своих исторических экскурсов, магистры обоих кланов открыто мне говорили о своих монархистских настроениях и убеждениях. Они подчеркивали, что только в императоре Иоанне можно увидеть спасителя родного отечества, которое сегодня погибает из-за политических разногласий, возникших среди имперских родовых кланов.
В свою очередь я пару слов сказал о себе и о моем сыне Артуре, а затем затронул отдельные вопросы политической ситуации, сложившейся на настоящий момент в Кирианской Империи, надеясь, что сэры Сергио и Борге выскажут по ним свои мнения. Разумеется, я не мог, открыто говорить о заговоре или о планах заговорщиков, но эзоповым языком поведал собеседникам о враждебной позиции в отношении императора Иоанна, занятой родовыми кланами Ястребов, Медведей и Муравьев. Сэры магистры Кабанов и Серн оказались умными и проницательными политиками, они были неплохо информированы по всем поднятым мною вопросам.
Не смотря на то, что сэры магистры проживали в дальних имперских провинциях, редко появлялись в имперской столице, они прекрасно знали и разбирались в столичном раскладе клановых и политических сил. По их встречным вопросам я понял, насколько мы с Филиппом оказались наивными людьми, когда, планируя встречу, думали, что я встречусь с политиками, которых нужно будет вводить в курс дела. Сэры Сергио и Борге были прекрасно обо всем были осведомлены и знали, как о конфликте, назревающим между императорским семейством и столичными кланами, так и о том, что в настоящий момент мы нуждаемся в союзниках.
Сэр Сергио впрямую поинтересовался:
— Принц, не могли бы нам разъяснить позицию императора Иоанна по отношению его острых взаимоотношений с имперскими кланами Медведей, Ястребов и Муравьев? Насколько мы осведомлены сэр Гароб, Магистр клана Медведей, настроен очень решительно требовать своего не уступая ни на шаг в этом своем требовании!
— Что вы имеете в виду, сэр?
— Не притворяйся, полковник Барк! Твой тесть, император Иоанн, наверняка поделился с тобой информацией в отношении своей глупости, своей юношеской клятвы. Ведь, по древним законам Кирианской империи, Иоанн должен обязательно передать Лиану и ее детей сэру Гаробу! Медведей не интересует, замужем ли принцесса или нет, для них сейчас главное, чтобы их ультиматум был выполнен, тогда они вправе будут претендовать на императорскую власть в Кирианской Империи.
Как только прозвучал этот вопрос, то я понял, что время дипломатических слов и оборотов закончилось, на этот вопрос следует отвечать тем же открытым языком, которым он был задан. Я, молча и зло, поднялся на ноги, чтобы пройтись по залу, подыскивая в памяти жесткие, но достаточно вежливые слова, которыми можно было бы выразить свою точку зрения по этому вопросу. Душой и сердцем я хорошо понимал, что, если сейчас я скажу, что из-за Лианы и своих детей под корень вырежу и выжгу весь доминион Медведей, то это прозвучит чересчур жестко, другие выражения пока не шли мне в голову.
В этот момент за моей спиной послышался голос Артура:
— Если Медведи не одумаются, если они не откажутся от своих планов или намерений. Если они не изменят свои позиции по этому вопросу, то папа уничтожит и выжжет дотла доминион Медведей, который раз и навсегда прекратит свое существование. Папа сейчас не решается произнести перед вами слова о море крови и огня, которое падет на Медведей, так как опасается, что вам, сэры Сергио и Борге, такие выражения не понравятся. К тому же мой папа не совсем понимает, что, моя мама, принцесса Лиана никогда не пойдет на то, чтобы предать его любовь! —
Слова наследного принца Артура произвели ошеломляющее впечатление на обоих магистров. Они синхронно вскочили на ноги и, не стесняясь присутствующих на переговорах других членов своих кланов, опустились на колени и склонили головы перед будущим императором Кирианской Империи. Вслед за магистрами на колени опустились и преклонили головы все другие участники переговоров. В зале воцарилась абсолютная тишина. Затем оба магистра поднялись на ноги, приложили ладони к левой половине груди и запели гимн Кирианской империи, клятвенно заверяя меня в своей верности.
В заключении переговоров сэр Борге пригласил нас пройти в другое помещение особняка, где мы должны были встретиться, побеседовать с уважаемыми членами обоих кланов. Как только Артур, а вслед за ним я вышли на сцену небольшого актового зала, то в партере зала послышалась команда:
— Господа рядовые, унтер-офицеры и офицеры, прошу вставанием приветствовать наследного принца Артура и члена императорской семьи, принца Барка!
Глава 3
1
Возвращение домой всегда означает, что не будет томительного ожидания и тоскливым мыслей в отношении того, ну, когда же придет конец этой, казалось бы, бесконечной и скучной дороге. Ведь ты хорошо знаешь, сколько времени тебе осталось дойти, доехать или долететь до дома. Ты хорошо знаешь о том, где находишься твой родной дом, семья, сколько времени тебе осталось до него добираться.
После завершения переговоров с магистрами кланов Серн и Кабанами наше возвращение домой началось перелетом через Внутренний океан. Этот перелет не был таким уж долгим и скучным, хотя внизу под нами ничего особо интересного не наблюдалось. Там бушевали одни только океанские волны, да изредка внизу появлялись рыбацкие баркасы! Мореходные районы находились несколько в стороне от нашего маршрута, поэтому крупнотоннажных кораблей, как военного, так и гражданского предназначения, нам попросту не встречались.
Артур, действуя по наглому, как только влетел в кабину истребителя, сразу же занял место второго пилота. Он повел истребитель на взлет и не выходил из-за штурвала практически весь перелет домой. Иррек же удобно расположился в кресле первого пилота, так как, считаясь наставником и учителем второго пилота, должен был постоянно за ним наблюдать. Иррек должен был вмешиваться в действия второго пилота, когда тот совершал какую-либо ошибку, пилотируя данное летательное средство. На деле же он умирал от скуки и безделья, поэтому тайком осматривал какой-то старинный блокбастер на маленьком выносном обзорном экране. Артур же работал, не разгибая спину, отказываясь даже мысленно со мной трепаться по всяким там житейским мелочам.
Я сидел в своем кресле, посматривал в иллюминатор и размышлял по поводу только что завершившихся переговоров с магистрами имперских кланов Серн и Кабанов. Мне понравилось, что у нас с ними получился прямой и откровенный разговор.
Мне было приятно сознавать, что с этими магистрами мне удалось обсудить практически все вопросы нашего сотрудничества. К тому же нам удалось в этих вопросах достигнуть полного взаимопонимания и согласия. Таким образом, наша инициативная группа получила первый положительный результат по вопросу привлечения на свою сторону офицеров младшего и среднего звена. Эти офицеры не командовали крупными армейскими подразделениями, — армиями, корпусами или дивизиями, они командовали всего лишь — взводами, ротами, батальонами и полками. Но, теперь мы можем говорить о том, что на нашей стороне впервые появилась реальная сила, с которой заговорщикам придется рано или поздно считаться.
Сэры Сергио и Борге во время переговоров назвали мне номера полков и дивизий, а также имена их командиров, которые готовы по первому зову встать в наши ряды, под наши знамена. Эти офицеры без колебаний и тотчас же нас поддержат в случае начала заговорщиками военного переворота. Таким образом, свое внимание я теперь был должен переключить на имперское министерство обороны и на имперский Генеральный штаб, чтобы там найти нужных нам кириан, которые нам будут помогать незаметно для заговорщиков собирать верных императору Иоанну армейских подразделений.
Да и с монархической столицей я к этому времени определился, решив, небольшой провинциальный городок Эдвардс, расположенный в северной имперской провинции Нантье, сделать нашей столицей.
— Ты, Барк, все-таки решил именно Эдвардс, из провинции Нантье сделать нашей столицей на время смуты?! — Внезапно вторгся в мои мысли полковник Филипп.
— Да, Филипп, именно так! Возьми в руки политическую карту Кирианской империи, внимательно на нее посмотри. В глаза тебе бросится гигантский мегаполис Саана, столица нашей империи. Но она расположена в таком месте, что ее легко блокировать двумя сходящими ударами с Севера и с Востока. А что у нас на Севере — сплошная имперская глухомань, одни только сельскохозяйственные угодья. Ну, а столицей этой глухомани является никому неприметный провинциальный городок Эдвардс. Но, если ты внимательно присмотришься к этому городку, то тогда обратишь внимание на то, что Эдвардс не просто городок, а крупный транспортный узел. Этот провинциальный городок имеет большой железнодорожный вокзал, три аэропорта и космодром. Правда, там пока нет какой-либо промышленности, но я уже переговорил с сэром Гийомом. Так он пообещал силами гномов построить два завода под этим Эдвардсом, — на одном заводе будет производиться фазерное, энергетическое оружия для мотстрелков и пехоты, а второй завод займется производством бронетанковой техники.
— Что ж, видимо, следует с тобой согласиться в этом вопросе. Эдвардс и мне нравится. В ближайшее время я туда направлю авангардную группу. Пускай ребята там поработают и создадут агентурные сети, которые там нам позже потребуются. Барк, я хочу тебя спросить, а как ты собираешься поддерживать связь с магистрами кланов Серн и Кабанов?
— Филипп, почему бы тебе этим делом самому не заняться! Создай группу в своей службе, ее работникам дай определенные права, а затем возьми в разработку магистров других имперских кланов, которые можно было бы привлечь на нашу сторону! И еще, Филипп, у меня к тебе имеется небольшая просьба. Какие у тебя взаимоотношения с командиром столичного гарнизона генерал-майором Хасселом.
— Да, никаких! Он дружил с моим отцом, а на меня не обращал внимания! Когда отец умер, то я с ним никогда больше не встречался!
— Но, он должен тебя помнить?
— Наверняка, после моего назначения руководителем имперской, столичные газеты в течение недели печатали мои фотографии и биографические данные! Эта информация не могла пройти мимо глаз этого старого генерала!
— Если ты обратишься к нему с личной просьбой, скажем, о переводе одного провинциального полка панцирной пехоты в столичный гарнизон, генерал Хассел тебе в этой просьбе не откажет?
— Барк, кончай темнить! Ты, что хочешь панцирный полк полковника Валдиса просто перевели бы в столичный гарнизон? Нет, ты, принц Барк, этого ты не хочешь, ты желаешь большего! Ты хочешь этот панцирный полк поставить на охрану императорского дворца в Саане. Смелая мысль, но я должен тебе прямо сказать, мой принц! Такого еще не случалось, чтобы панцирники бы несли караулы и патрульную службу, их никогда не использовали даже для охраны нашего императора Иоанна. Тяжелые пехотинцы привыкли в атаки ходить, прорывать укрепленную оборону противника. Ты знаешь, Барк, я все же попробую поговорить с генералом Хасселом по этому вопросу, но стопроцентного положительного результата не обещаю. Когда ты планируешь вернуться в столицу?
— Ночь проведу в резиденции, а утром вылечу к тебе, в столицу!
На этом наш мысленный разговор с Филиппом завершился.
Но я так и не сумел вернуться к своим размышлениям о переговорах с магистрами кланов Серн и Кабанов, так как теперь уже Иррек бесцеремонно ворвался ко мне в голову с криком:
— Барк, на экране монитора локатора появились две засветки, по характеру засветок, это истребители. Зараза, они отключили свои сигналы опознавания, не отвечают на запросы нашего ИРа о своей принадлежности. Принц, у этой пары враждебные намерения. Они заходят на нас в атаку с задней полусферы! Артур, извини, но я забираю пилотирование истребителем на себя!
Я сидел в заднем салоне истребителя, от злости кусал свои губы, вмешиваться в этот бой, сейчас Артура или Иррека выгонять из кресло пилота я не имел морального права. Да и времени на это не осталось. Придется полагаться на Иррек, как на пилота высшего класса, мы с ним немало повоевали на этой машине в свое время, он на многое способен. Я не видел, но почувствовал, как Иррек ушел на глубокий вираж, а затем начал резко набирать высоту. Этим маневром он не давал пилотам истребителей, нас атаковавшим, атаковать наш истребитель с задней полусферы. Малой доли секунду мне хватило на то, чтобы подключиться к сознанию Иррека, чтобы уже его глазами наблюдать за ходом этого воздушного боя. Большего мне нельзя было делать, если бы я попытался захватить организм Иррека целиков, то этим я мог бы его убить или превратить "в одуванчик".
В этот момент бортовая электронная аппаратура произвела опознание атакующих нас истребители. Я вздохнул с некоторым облегчением, это были устаревшие имперские истребители "Менуэт 4". Один из "Менуэтов 4" попытался нас обстрелять с дальней дистанции, пушечная трасса прошла далеко в стороне.
Тогда я суровым голосом произнес:
— Иррек, это не стимуляция воздушного боя! Это не виртуальная игра! Сейчас ты борешься за спасение двух жизней, моего сына и мне! Сними бортовое вооружение с предохранителя, отвечай огнем на вражеский огонь!
Словно отвечая на мое желание, короткими очередями металлически прогремели наши две 50 мм автоматические пушки. Невдалеке небо озарилось яркой вспышкой белого света, мое внутреннее зрения подсказало, что перестал существовать один из двух "Менуэтов 4". А в этот момент Иррек непонимающе вертел головой, он никак не мог понять, как это так получилось, что выстрелы из пушки произвел Артур?
— Принц Барк, первый вражеский истребитель исчез в неизвестном направлении, но я в него не стрелял! Кажется, этот бой закончился нашей победой!
— Парка, ты представляешь, я два раза стрелял из пушек по "Менуэту 4", а он все не горел и не горел. А затем небо вдали вдруг осветилось, и вражеского истребителя не стало видно на локаторе. —
Затем Артур перешел на мысленный шепот и виноватым голосом мне сообщил. — Па, кажется, что я все-таки немного испугался, когда появились эти истребители. Ведь, я мог бы взять на себя роль бортстрелка. вести огонь не только из пушки по этим врагам! Но почему-то этого не сделал!
— Артур, ничего страшного в этих твоих чувствах нет! И взрослые люди боятся смерти, поэтому никто не любит воевать. Но ты, сынуля, у меня герой, настоящий герой! Ведь, ты не бросил своего кресла пилота, не прибежал ко мне прятаться в задний салон истребителя! Наоборот, ты сам переборол свой страх, начал по врагу стрелять из пушек, одно уж это хорошо для мальчика твоего возраста!
