Смута 2

— Послал бы всех этих неизвестных в эротическое путешествие.

— Вот, а нас никуда не послали, да вдобавок ещё и разговаривали. Я специально подчеркнул, мне непонятны причины, по которым испанцы приняли наше предложение. На мой взгляд, ожидать можно было всего, вплоть до ведения боевых действий, хотя это и самый худший вариант. Скорее всего, нас бы просто послали. Неким объяснением, хоть как-то проясняющим случившееся, можно считать, что наши земли в настоящее время Испанию не интересуют. Хотя это и очень сильно притянуто за уши.

Но я не знаю ни одного честного правительства, которое позволило бы по своей воле кому-нибудь занять территорию, пусть и формально, принадлежащую государству, даже если она не представляет для страны никакого интереса.

— А что, эти правители честные что ли? — спросил Воротынский. — Десять тысяч реалов деньги далеко не малые.

— Согласен, но таковы реалии мира после изобретения денег. И особенно это касается тех, кто стоит выше тебя или наделён определёнными полномочиями. Не нами такой порядок придуман, ещё египетские чиновники брали взятки. И пиндосы берут, и европиндосы берут, а не только русские. Вот и испанцы берут. Так принято, и если ты нарушишь правила поведения, тебя не поймет никто.

— С этим я согласен, — ответил Никита. — Но вот зачем нужно испанцам, да и нам, заключать такой договор, в голове у меня не укладывается.

— Могу только гадать, но мне кажется, испанцы, скорее всего, лелеют какой-то тайный замысел по использованию наших сил. Может быть, хотят задействовать нас в качестве пушечного мяса, например, для зачистки островов, надеются с нашей помощью как-то если не справиться, то существенно ослабить пиратов. Может быть, таким образом намереваются усилить своё влияние в здешних местах, может быть, ещё в каких целях. Нам это неведомо, остаётся только гадать о причинах происходящего и быть готовым к любым неожиданностям. Не думаю, что последует что-то экстраординарное, но не стоит отбрасывать существования планов через некоторое время, например, отправить нас куда-нибудь в неизведанные места умирать за интересы Испании.

Что же касается наших интересов, то они вполне прозрачны и понятны. Первое и самое главное — мы получили, скажем так, международное признание. И пусть оно не совсем соответствует желаемому, но уже заключен первый межправительственный договор. И теперь государство СССР (Союз Суверенных Свободных Республик) перестаёт быть какой-то мифической силой, а имеет подтверждение своего существования на международной арене, чему и служит упомянутый договор.

— Ну да, договор есть, значит и должен быть субъект, который его будет выполнять, — проворчал Воротынский.

— Вот таким образом мы легализовали своё положение и получили признание своего государства. Далее. Мы взяли на себя охрану каких-то территорий. Причём обратите внимание на формулировки — Испания поручает нам охрану территорий вдоль побережья Карибского моря (Мексиканского залива) от полуострова Флорида до устья реки Рио-Гранде, а также земель, расположенных северней. И нигде не сказано, что охраняемые земли принадлежат Испании.

Конечно, об этом все знают, во всяком случае, подразумевается, кто является их собственником. Но для нас важно другое — раз мы охраняем территории, то скорее всего, они наши, ну или нашего союзника. То, что подразумевается, забудется или так и останется за кадром, тем более, что через шесть лет генерал-капитан будет другой, а вот сам факт охраны бесхозных земель останется. А значит они не бесхозные, а наши.

Конечно, это всё натянуто и довольно-таки зыбко, но ничего другого в сложившихся условиях сделать, на мой взгляд, нельзя. Придётся просто подождать, когда все недоговорённости превратятся в твёрдые факты. А мы никуда не торопимся, у нас есть по крайней мере сто лет до начала тут европейской экспансии.

— Призрачно всё в этом мире бушующем, — как обычно встрял Ваньша со своими комментариями.

— Ладно, оставим домыслы пока в сторонке, — подвёл итог обсуждения Трубецкой. — Что дальше делаем?

— А дальше нам надо искать союзников, а также везти сюда ещё людей. Союзниками могут быть только индейцы, тем более, насколько я помню, в верховьях Алабамы и предгорьях Аппалачей жили маскоги, или как их ещё называли, крики. А людей надо везти из России, думаю, желающие отправиться на новые земли там не перевелись. Или к туркам, выкупать русских рабов. Вот только денег на это у нас пока нет.

Так что готовься, Никита Романович, для начала к рейсу в Архангельск. Да и со святыми братьями надо пообщаться, думаю, во многом от них сейчас будет зависеть успех привлечения индейцев на нашу сторону. Как ты думаешь, батюшка, — обратился я к священнику, — согласятся ли монахи пойти жить среди дикарей и нести им слово божье?

— Это наше служение ему, и никто даже не помыслит отступиться от своего долга.

— Вот и хорошо, значит, вы с Савелием сами отправитесь с нами на переговоры с индейцами, а потом, думаю, тебе придётся ещё и обратиться к настоятелям Соловецкого и Холмогорского монастырей за помощью.

— Я понял тебя, сын мой. Благое дело задумал, крестить язычников.

— Ну вот и отлично, значит я отправляюсь на переговоры с индейцами, Никита готовится в походу в Архангельск, а остальные занимаются хозяйством — надо принять своевременные меры, чтобы спокойно встретить новых поселенцев, прокормить их, а также не забывать о порученном нам деле — охране побережья, а также разведке местности, но это уже в наших интересах. Разговор на подобную тему ещё впереди. Сейчас для нас главное — добиться успеха на встрече с индейцами, и я почему-то уверен, что всё будет хорошо.

— На чём основывается такое предположение? — поинтересовался Воротынский.

-Маскоги, или как их ещё станут называть, крики, вместе с чероками, чикасо и чокто, входили в состав группы пяти цивилизованных племён. Однако это их не спасло. Жадность американцев и их бесчестие не имеет границ, они сами, нарушив ими же установленные правила и обещания, выселили индейцев в резервации, разрушив всё, созданное теми за долгие годы, и захватили их земли. Естественно, это не прошло тихо и спокойно, были многочисленные вооружённые столкновения. Вот с такими людьми нам придётся договариваться, так что прошу всех относиться к ним с уважением.

После окончания нашего небольшого отчётного собрания меня перехватили Савелий и батюшка Николай. Как всегда, застрельщиком выступил Савелий, попросил меня немного задержаться и ответить на некоторые вопросы.

— Вот вы все постоянно говорите индейцы, индейцы, а кто это такие? Что-то про них нам рассказать можете? А то мы многое просто не понимаем.

— Давайте отойдём в сторонку, там присядем, и я вам расскажу всё, что знаю. Так вот, индейцы — местные жители, наверное, их можно в какой-то степени сравнить с вогулами или другими подобными им народами, проживающими на Урале. Основное их занятие — охота, рыбная ловля, ну и некоторые ещё занимаются земледелием. Жизнь ведут по большей части кочевую, хотя обрабатывающие землю живут оседло в постоянных деревнях. Есть и те, кто ведут полукочевую жизнь, пока не соберут урожай — располагаются на одном месте, а потом отправляются на охоту.

Расселились они почти во всей этой территории — и я обвёл рукой вокруг себя, подразумевая все, а не только окрестные земли, — и образ жизни во многом зависит от их места обитания. По общим оценкам, существует около шести сотен племён индейцев. У многих из них свой язык, обычаи и образ жизни. Как водится, все люди разные — кто-то более воинственный, кто-то наоборот отличается миролюбием, но все они отважные воины, прекрасные следопыты и отличные охотники.

Обычно племя состоит из нескольких общин численностью от тридцати до ста человек. Как правило, членами такой общины являются в первую очередь близкие родственники, а также другие воины племени. Обычно община кочует самостоятельно, лишь изредка, во время большой охоты или войны, собираясь вместе с другими. У каждой из них есть свой вождь, как правило, это один из самых уважаемых воинов и охотников.

Сейчас у индейцев сложный период, они столкнулись с белыми людьми, познакомились с лошадьми и другими домашними животными, огнестрельным оружием. И эти открытия полностью меняют их мировоззрение. Большая часть, проживающая на равнинах, называемых здесь прериями, уже сейчас пересаживается на лошадей и обзаводится ружьями. Лошадь становится мерилом богатства, а ружьё необходимым элементом выживания и признаком воинской доблести.

Про индейцев много ещё чего можно рассказывать, но необходимо учитывать, что это многогранный, способный приспосабливаться к резко меняющимся условиям жизни, народ. Это гордые, мужественные люди, у них есть своя честь и достоинство, и если найти с ними взаимопонимание, они будут верными союзниками и друзьями.

— Скажи, Фёдорыч, ты опять говоришь, как будто тебе заранее известно, что будет происходить дальше. Это что, поддержка божественных сил или происки дьявола? — спросил батюшка Николай.

— Ни то, ни другое, батюшка. Я уже неоднократно отвечал на этот вопрос, и мне добавить к сказанному нечего. Сейчас напомню, что в истории нашей страны нечто подобное происходящему здесь и сейчас, уже было раньше, и об этом написано много книг. Мне их приходилось читать, вот оттуда и все мои знания. Ну и не стоит забывать про помощь старцев. А сейчас прошу меня извинить, если больше вопросов нет, я пойду заниматься подготовкой экспедиции.

Катер уткнулся носом в отмель и после нескольких энергичных гребков, выполненных сидящими на вёслах бойцами, немного продвинулся вперёд, будто устраиваясь поудобней, словно предчувствуя долгий перерыв в запланированном путешествии. По установленному трапу я спустился на берег. Отмель, постепенно повышаясь, переходила в поляну, на которой стояло несколько вигвамов, и перед ними горел костёр.

Махнув рукой остальным на катере, мол, там и оставайтесь, я в одиночку направился к огню. Вокруг него, оставив свободное место со стороны реки, сидело трое мужчин, внимательно смотревших на меня. Больше никого в лагере заметно не было. Не доходя нескольких шагов до костра, я развёл руки в сторону, показывая пустые ладони, потом приложил правую руку к сердцу и произнёс:

— Мир вам, добрые люди. Пусть в ваших жилищах всегда будет тепло и не кончается добрая еда, пусть духи будут милостивы к вам, дети и женщины всегда радостны и довольны, а ваше потомство многочисленно. Меня зовут Михаил Фёдорович, я старший среди наших людей, мы русские, и мне очень приятно познакомиться с такими отважными воинами и охотниками.

Сразу надо добавить, что в этот раз общение давалось несколько легче. Встречи с индейцами, и в первую очередь с маскогами, происходили уже неоднократно. Некоторые из них появлялись в окрестностях Новоустюжинска, и даже в сопровождении Лёвы побывали внутри поселения. Так что какое-то знание языка появилось, позволяющее хоть и с трудом, но вести общение.

— И тебе легкой дороги, путник. Присаживайся к нашему огню, да и скажи своим людям, пусть выйдут из лодки и располагаются на берегу. День скоро закончится, так что пусть твои женщины готовят еду и ночлег. Я вождь племени маскогов, моё имя Парящий Орёл, это охотники племени — Быстрый Олень и Смотрящий вдаль.

— Не возражаешь, вождь, если наш разговор послушают и мои воины?

— Пусть слушают, — после небольшой паузы решил Парящий Орёл.

Я махнул рукой, ко мне направились Ваньша с небольшим свёртком в руках, Савелий и батюшка Николай. Их я специально пригласил, по моим замыслам, именно на них должна лечь основная нагрузка по сближению наших народов. Развернув переданный мне свёрток, я вручил в качестве подарков каждому из индейцев по стальному ножу, и судя по довольному блеску глаз, подарки пришлись по душе, а потом представил своих спутников.

— Это Иван Фёдорович, один из военных вождей нашего народа, это Савелий Михайлович, он тоже вождь, но не военный, а это батюшка Николай, служитель нашего бога, по-вашему — шаман.

После вручения подарков и окончания знакомства, Парящий Орёл раскурил трубку и передал её мне, а дальше она обошла всех по кругу, кроме батюшки, индейцы согласились с моим объяснением, что ему бог запрещает вдыхать любой дым.

— Так зачем ты искал встречи с нами, Михаил Фёдорович? — спросил после окончания церемонии знакомства Парящий Орёл.

— Так получилось, что мы устроили своё поселение на берегу Солёной воды, там, куда впадает эта река. Наш народ называется русские, наше племя — СССР (Союз Суверенных Свободных Республик), оно находится далеко, добраться туда мы не можем и вынуждены поселиться тут. Сразу говорю, что есть ещё племя русских, называется Россия, Русь, но сам понимаешь, вождь, что каждый хочет жить на своей земле, хотя и рад поддержке со стороны соседей.

Так что мы отправились на поиски незанятой земли, чтобы наше племя могло жить свободно и независимо, и первоначально решили, что такое место мы нашли. Но как оказалось, и у него есть хозяева. Сначала права на эту землю предъявили испанцы, думаю, вы знаете тех белых людей, что разводят лошадей, стреляют из ружей и уже побывали в этих местах. С ними мы договорились, и они не возражают против строительства тут нашего поселения.

Но оказалось, что именно вы являетесь настоящими хозяевами этих земель. Мне совсем не хочется ни с кем воевать, тем более, я знаю, что наше оружие сильнее, и даже всего несколько бойцов с ним могут победить гораздо большее число врагов. Поэтому я хотел бы договориться о дружбе и возможности построения новых поселений.

— Ты сомневаешься в силе и умении наших воинов? — спросил Парящий Орёл.

— Ты неправильно меня понял, вождь. Я говорю о силе оружия, а не о слабости воинов. Если у них будет такое же оружие, то они станут непобедимыми.

— Я ещё никогда не видел оружия, вооружившись которым, любой воин может стать непобедимым.

— А давай, один из нас, покажет, что может сделать подготовленный боец с таким оружием?

— И кто же этот непобедимый воин?

— А вот он, — и я указал на Ваньшу. — Сейчас он сам скажет, что ему надо.

— Я не сомневаюсь, что против меня выйдут великие воины, но всё дело в том, что с нашим оружием не так просто справиться, и не каждому это дано. Так что я предлагаю провести сравнение нашего и вашего оружия разными способами.

— Ну что же, наверное, так будет правильно, — решил Парящий Орёл. — Продолжай, вождь.

— Сначала мы поставим пять тыкв на расстоянии большем, чем полёт стрелы, и кто быстрее их разобьёт, тот и победит. Для следующей проверки мы поставим пять брёвен высотой с человека, и тот, кто первый их повалит, не сходя с места, тот и победит. Потом воины должны будут опять разбить пять тыкв, но уже на расстоянии броска ножа. И тот, кто лучше и быстрее справится со всеми заданиями, тот и будет победителем, а значит, и оружие у него лучше. Ну а если этого мало, я готов без оружия выйти против ваших троих бойцов.

— Мы принимаем твои условия, вождь, — решил Парящий Орёл.

На короткое время поднялась суета, откуда-то выскочившие воины принялись устраивать огневые рубежи. Быстрый Олень выстрелил из лука, и на двадцать метров дальше воткнувшейся в землю стрелы расположили по пять тыкв для каждого из бойцов. Причём со стороны индейцев выступало три воина. Так что было организовано в общей сложности четыре дорожки следующим образом: