1. Рель. Принцесса по крови

Я развернулась и молча вышла из библиотеки. Да уж, я даже от самой себя не ожидала такой тирады, что уж говорить о Алекориэле. Но, надеюсь, он задумается над моими словами. Очень надеюсь.

* * *

Не знаю, на что я рассчитывала, но всё же мне казалось, что после этого разговора что-нибудь должно измениться. Ну хоть что-то! Но ожидания оказались напрасными. Ничего, ничего не изменилось. Принц всё так же успешно избегал меня.

Сначала я расстроилась. Было обидно, что мои слова для него оказались пустым звуком. Потом удивилась. С какого такого перепугу я переживаю? Затем разозлилась. Да что он о себе возомнил, а? А потом пришло равнодушие. Он мне никто. Я ему попыталась помочь, но, кажется, безрезультатно. Не хочет меняться, не хочет понять — его дело. Я попыталась, я сделала всё, что в моих силах. А прислушаться к моим словам и измениться или остаться таким же забитым озлобленным ребенком — ему решать.

За своими переживаниями я и не заметила, как пришло время прощаться. Посольства стран, разобрав все проблемы и подписав необходимые документы, собирались на родину.

Последняя неделя выдалась несколько... суматошной. Гости доделали свои дела и теперь вовсю развлекались. Что, впрочем, не мешало им собираться в дорогу. Купить сувениры, пройтись по достопримечательным местам, завести полезные знакомства — это малое из списка того, что они пытались успеть сделать.

Владивель и Иртерс тоже не тратили время зря и веселились, как могли. Всем давно уже стало понятно, что два младших принца в будущем станут лучшими друзьями.

Алекориэл... как говорилось ранее, он меня избегал. Впрочем, не только меня. Что меня ничуть не удивило, так это то, что принц оказался нелюдим. И пресекал любые попытки познакомиться.

Меня, впрочем, это только веселило. Особенно забавно было наблюдать за своими фрейлинами.

Мои фрейлины — это вообще отдельная тема.

Танития и Нэлиания. Им обоим было по четырнадцать лет. Как и Алекориэлу.

Какой раз замечаю, что титул затмевает всё. Не для всех, конечно. Мне, например, были они безразличны. Какая разница, какой у тебя титул? Главное, чтобы человек оказался приличным, а не свиньей или гадюкой.

Хотя, может быть, не будь я принцессой, считала бы иначе. Или это так на меня влияет то, что я из другого мира? А может, сказывается воспитание? Там, на Земле, мама часто говорила, что судить людей нужно по уму, а не по одежке.

Не знаю, что на меня повлияло: что-то одно из этого списка, или всё сразу, но я была одной из немногих, кто не судил человека по титулу.

Мои фрейлины не разделяли моих взглядов. И, что меня ни капельки не удивило, решили завоевать неприступную крепость по имени Алекориэл.

Чего только не пытались предпринять девочки. Но все попытки оказались безрезультатными. И эльфийский принц оставался по-прежнему безразличным к девушкам.

Девушки страдали. Девушки злились. Девушки шли на отчаянные поступки. Но всё впустую.

И обо всех своих, по их мнению, удачах, Нэлиания и Танития рассказывали подружкам. И это проходило в моем присутствии.

— Ах, вы представляете, он сегодня так посмотрел на меня, так посмотрел...

— Да нет же, он сегодня смотрел только на меня!

— Вы не понимаете! Вот он на меня не смотрел, а как думаете, почему? Он просто не хочет показывать, что я ему нравлюсь!

— Да нет же, глупая, он просто не обратил на тебя внимания! А вот со мной он сегодня заговорил!

— Неужели? Да не может быть!

— Да-да! Он сказал мне, что я прекрасно выгляжу!

— Да не слушайте вы её! Он просто вежливо попросил её отойти от двери!

— Но ведь он назвал меня 'юной леди'!

— Ну и что! А вот мне он сегодня...

И так каждый день.

А потом одна из самых настырных девушек заявила, что знает, почему Алекориэл так спокойно относиться ко всем девушкам дворца. Она сказала, что принц интересуется только мальчиками!

Думаете, это остановило девушек? Да ни в коем разе!

Принцу рано или поздно, но в любом случае придется жениться на девушке. Пусть он и не наследный принц, но у королевской семьи с этим строго.

Не нашел свою единственную? Будь добр, поживи пока с другой. Послужи, как говориться, на благо родины. Женись на принцессе, иль графине и живи с ней, пока не встретишь свою любовь.

Эта, не знаю, как назвать, ... скажем, традиция меня, мягко говоря, неприятно удивила. Да, я знаю, что фиктивный брак был далеко не редкость на Земле. Правда, это было скорее в средневековье, но всё же было ведь, правда? Здесь, на Амелорине, это явление редко распространялось.

* * *

Например, метаморфы не могли выйти замуж или жениться по принуждению. Из-за этого они умирали. Угасали буквально за пару месяцев. К тому же у метаморфов нередко было так называемое Единение. Это когда твоя вторая половинка подходит тебе по всем параметрам. И по душевным, и по магическим.

Про эльфов я уже упоминала. Так получилось, что у каждого эльфа есть своя половинка. И каждый эльф хотя бы один раз сталкивается с ней. В этом эльфам помогает их богиня, Эльфириэль. На самом деле это, пожалуй, единственная богиня, которая проявляет себя столь... явно. Остальные боги редко помогают своему народу. Конечно, почти у каждого бога есть свои любимчики. Вот им боги пытаются помочь. Остальным же не знаю. Сама я богов не встречала и с уверенностью сказать не могу. Всё, что я знаю, я прочитала или узнала на уроках. Но вернёмся к парам.

С одной стороны, Эльфириэль всегда помогала своим детям, эльфам. С другой стороны, понять, что перед тобой твоя судьба не так-то просто. Это только можно проверить, произнеся клятву Вечной любви и верности. Название, конечно, милое. А вот свойства и действия этой клятвы... Это, пожалуй, самая сильная клятва эльфов.

Во-первых, в ней присутствует магия. Во-вторых, произнести эту клятву равносильно добровольно загнать себя в клетку.

Клятву можно произносить, как двоим одновременно, так и поодиночке в разное время. Для принесения клятвы нужно только одно — любовь. Причем, совсем необязательно, чтобы в паре обе половинки были эльфами. Достаточно одного эльфа или эльфийки в паре.

Итак, если половика уверена в своих чувствах, то она или он произносят клятву. Проходит несколько дней и если на запястье проявляется татуировка, то клятва принята богами. Если же татуировки нет, то и любви нет. Может быть влечение или влюбленность, или даже приворот, но только не настоящая любовь.

Татуировка проявляется, если ваша любовь подтверждена богами. И это значит, что вы никогда не полюбите другого и никогда не измените своей половинке. Татуировка — это своего рода благословление богиней Эльфириэль.

Что самое смешное, так это то, что эльфы боялись этой клятвы. И только немногие решались произнести её.

А зачем произносить клятву, когда и так можно жить? В браке эльфы не изменяют. У них это считается позором и чуть ли не самым страшным грехом. Подтвердить любовь? А вдруг окажется, что ожидания и надежды были напрасны и любовь ненастоящая.

Да, есть ещё один нюанс. В простом браке, без клятвы, может родиться максимум три ребенка. И это очень большая редкость. Обычно рождение одного ребенка уже огромная радость. Нет, вы сами подумайте: эльфы живут очень много, а если за это время родился всего лишь один ребенок — это печально

А вот после принесения клятвы детей обычно много. И почему-то у того, кто принес клятву, очень скоро рождается ребенок. Вообще, дети у эльфов — самая великая ценность. И каждый ребенок у них на счету.

Похожая любовь к детям есть и у гномов. У них тоже рождается мало детей. К сожалению, никакая клятва не может помочь им увеличить потомство. Да и не нужна им эта клятва. Гномы по своей сути однолюбы и если полюбили, то навсегда. У них даже нет такого понятия, как измена. Да и, если честно, ни влечение, ни страсть им неведомы. Любовь у них спокойная, размеренная. Знаете, у нас на земле такую любовь встречаешь в семьях пожилых людей. У них тоже эта безразмерная нежность и благодарность за то, что любовь есть. Зато, кого гномы и обожают, так это детей. Каждый гном гордится своим ребенком. Каждый гном просто обожает своего ребенка.

Чего уж не скажешь о нагах.

Это, пожалуй, те существа, которые не знают ничего о любви. Ни о любви к детям, ни о любви к противоположному полу. Зато у них с избытком хватает того, чего нет у гномов — страсти и влечения. Наги считаются самой похотливой расой на Амелорине. И самой расчетливой.

Да уж, раса наги — это такое маленькое вселенской зло. В них нет ничего светлого, чистого. Они сотканы из тьмы.

И всё же, к сожалению, их нельзя полностью уничтожить. Если наги исчезнут из Амелорина, то настанет дисбаланс света и тьмы. И всё это может привести к катастрофе. К исчезновению целого мира.

Наги, конечно, знали об этом, чем некоторые и пользовались. Впрочем, Особо обнаглевших нагов никогда не щадили. Тех же, что жили на своем материке, в Алекрисе, не трогали. Если они не трогали, соответственно, представителей других рас.

Впрочем, большинство нагов не показывались дальше Алекриса. Ибо было смертельно опасно. Наги ещё не до конца отошли от войны, хотя прошло уже много лет. Да и сомнительно, что когда-нибудь отойдут. По крайней мере, былого им не вернуть.

Да и кохари бы не позволили.

Кохари.

Самая странная раса на Амелорине. Отчего-то меня привлекала их нелюдимость, их кочевой образ жизни, их свобода слова и выбора. Я считаю, что это единственная раса, которая на самом деле свободна.

Наверное, если бы мне дали выбор, кем бы я хотела стать, я бы стала кохари.

Ведь это прекрасно — быть свободной. Но не только этим привлекала меня эта раса. Они умели любить по-настоящему. Знаете, если у кохари умирала пара, то вторая половинка тоже умирала. Правда, были исключения. Если у пары были дети. Но, как только младший ребенок достигал совершеннолетия, кохари, без своей половинки, умирал.

Детей кохари тоже любили. Но, в отличии от других рас, кохари с детства начинали их воспитывать. Детей не баловали, им не говорили о том, что они исключительные. Им говорили, да и говорят, что каждый представитель расы особенный.

Мне нравится, как кохари воспитывали детей. Меня, в той жизни, почти так же воспитывали.

* * *

Принцу не везло. Девушки пытались завоевать его до самого отъезда.

Ах, этот отъезд.

Он прошел без происшествий. Сначала из замка отправились метаморфы. Владивель, конечно, расстроился. Но, как я успела понять, расстаются они всего лишь на год или два. Затем мальчишки договорились отправиться учиться на остров Магиэль. Они решили, что там будут обучаться боевому искусству. А затем, закончив учебу, вместе поступят в Академию Магии.

Правители обоих государств были не против такой дружбы. Видимо, это было выгодно. Не знаю, я решила подумать об этом потом, как всё утрясется.

После метаморфов уезжали эльфы. Было отчего-то грустно. Не знаю, не может же быть, что я привязалась к Алекориэлу? Да нет, точно. Какая, к черту, привязанность?

Наверное, было грустно прощаться с этой веселой кутерьмой. Да, именно.

Что самое интересное, так это то, что за время прощания Алекориэл не сводил с меня взгляда. Но этого, кажется, никто кроме меня не замечал. А он смотрел, смотрел, смотрел... Я, если честно, занервничала. Было что-то в этом взгляде такое... Нет, не злоба, не ненависть... Что-то странное, похожее на грусть, сожаление. Но с чего бы ему о чем-то сожалеть? Не о том же, что не говорил со мной.

А после отъезда я нашла в своей комнате книгу. Все бы ничего, но это была не просто книга. Название этой книги заставило меня грустно улыбнуться.

'Классификация амулетов, артефактов, их свойства, особенности и история возникновения'. Кажется, это извинение?

Глава 3

Спустя два года

Прошло пять лет с тех пор, как я проснулась в этом мире. Пять лет с тех пор, как я осознала, что нахожусь в чужом теле. Хотя, ну каком чужом? Уже в своем, родименьком.

Я уже давно привыкла, что я — Светисивирель, или просто Рель. Свыклась с мыслью, что принцесса. Перестала цепляться за прошлое и жить воспоминаниями. Начала новую жизнь, стараясь все успеть.

Единственное, что омрачняет мое существование — ложь. Я начала жизнь ложью, я продолжаю жить ложью. И я не хочу умереть ложью.

Я много вру. Вру, что принцесса, вру, что у меня есть Дар Предвидения, вру, что не чувствую магию, вру, что всё прекрасно. Я притворяюсь. Моя жизнь пропитана притворством. И мне от этого тошно.

С чего такие мысли, спросите вы? Ну а что мне ещё делать, если меня наказали, и я оказалась запертой в комнате? И вот уже вторую неделю я сижу в одиночестве. Даже со своей служанкой, что приносит мне поесть, я не могу поговорить. Ибо нарушать приказ короля вредно для здоровья.

Как же я до такого докатилась, что мой собственный, меня сильно 'любящий' отец наказывает и запирает в комнате на месяц, обрекая на одиночество и скуку? Ведь он даже служанке запретил со мной разговаривать! А самое страшное, это то, что он оставил меня без книг, без учебы! Тренировками он мне запретил заниматься ещё два года назад, сразу после отъезда королей. Он лишает меня всего! Даже тайные ходы ради этого случая нашел и заблокировал, лишая свободы.

Так вот, как же я до такого докатилась... Как-как? Да не знаю я! Не знаю! Мне и самой жутко любопытно, что это с отцом происходит? А ведь всё было хорошо.

В последнее время всё чаще задаю себе один и тот же вопрос: ' Когда, когда король из любящего отца стал превращаться в отца-тирана?' И понимаю, что давно. Кажется, это ещё началось до приезда королей двух соседних государств. Как же я раньше этого не заметила? Как же я могла пропустить такое? Ведь я должна, просто не могла не заметить изменения! А вон как вышло всё... Не заметила. А когда заметила, оказалось поздно.

Тот, самый первый разговор в череде неприятных разговоров я не забуду никогда. Это было на следующий день после отъезда Алекориэла и других.

Я не зря, не зря упомянула принца. Ведь наш разговор с отцом начался с него.

* * *

Я постучала в дверь и, услышав 'Заходи, Рель', послушалась отца. Меня немного удивила его просьба зайти к нему. Не то, чтобы я была не рада, просто в последнее время мы с королём очень редко общались. В его кабинет я уже проводила пару раз в месяц, когда раньше я сидела чуть ли не каждый день.

Да и в последнее время я старалась не попадаться ему на глаза. Почему-то он был постоянно мной недоволен. Особенно он показывал свое неодобрение моими тренировками. Даже пытался отговорить.

— Здравствуй, Рель. Проходи, присаживайся. Мне нужно с тобой серьёзно поговорить. Мы ведь можем с тобой поговорить с тобой серьёзно? Как взрослые люди?

— Д-да, — чуть дрожащим голосом произнесла я. Что-то мне совсем не нравится начало разговора. Что-то тут не чисто.

Нет, мы конечно можем поговорить серьёзно, как взрослые люди. Мне хоть и восемь лет, но, во-первых, дети в этом мире развиваются намного быстрее, чем на Земле. И я по земным меркам тяну на двенадцатилетнюю девочку. Но это по развитию. Выгляжу я на все свои восемь. Ни больше, ни меньше.