Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Очухавшийся жрец засеменил к раненому охотнику, вдвоем с Калебом помогли ему выбраться из-под туши.
— Сможешь излечить его, отче? — Калеб оттирал припасенной тряпочкой кровь с Нагибатора.
— Не вижу особых сложностей, — мягко улыбнулся отец Клаудий. Сбоку на голове у него назревала большущая шишка.
Раздался громкий всхлип. Гном с изумлением увидел в глазах охотника слезы.
— Ты чего? Так больно?
Ханс помотал головой, сплюнул кровавый сгусток. Сзади подошли Ишва с Ариэлем.
— Это был мой брат, — негромко произнес охотник. Калеб ощутил, как волосы на затылке зашевелились от напряжения.
— С этого места поподробней, пожалуйста.
Отец Клаудий водил мягко сияющими светло-синим ладонями над плечом Ханса, а тот рассказывал свою историю.
Жили-были два брата. Жили они со своими любимыми родителями — мамой-стряпухой и отцом-рыбаком. Не знали горя братья, с самого детства помогали родителям и соседям, были умными и послушными. Деревушка их недалеко от Улена, так что, в награду за усердие отец часто брал сыновей с собой, посмотреть на большой город, себя показать. Но однажды, когда мальчишки уже достаточно выросли, в селении появилась молодая красавица, сразу привлекшая внимание Франса — младшего брата охотника.
Юноша увязался за девчонкой, принялся неловко ухаживать, дарить цветы, таскать ягоду из леса и всячески пытаться привлечь внимание, благо, девушка приехала к знакомой погостить на несколько дней. Все бы ничего, но молодуха отказала юноше, и тот, обиженный, подкараулил ее на речке, во время вечернего купания. Испугавшаяся и смущенная девица сильно разозлилась, когда Франс попытался ее поцеловать. Отвесив ему хлесткую пощечину, девушка пробормотала какую-то фразу, после чего, наутро, покинула деревню.
Через трое суток Франс, почувствовав начавшиеся изменения, убежал в лес, а оттуда, через пару дней, в Свистящее Ущелье. Ханс последовал за братом, построил дом, принялся бродить по округе, справляться у ведунов, как можно излечить парня. Но все они сходились в одном: неопытная колдунья наложила конечное проклятье, которое невозможно разомкнуть, перенаправить или уничтожить. Единственный возможный выход из ситуации — прикончить тварь, дабы облегчить страдания мятущейся души Франса.
— Благородная Дея, как жестоко... — прошептал Ишва, смахнув слезу. Отец Клаудий погасил сияние и легонько хлопнул ладонью по плечу Ханса.
— Руку сильно не беспокоить несколько дней, сама заживет.
— Идем, нужно похоронить твоего брата, — заявил Калеб. Охотник задумчиво поглядел на гнома, медленно кивнул.
Останки Франса закопали за домом, сверху посадили небольшой отросток сирени — привычный погребальный обряд Деи. Время клонилось к вечеру, и Ханс предложил путникам заночевать у него, благо дом просторный и есть, где разместиться. Калеб, недолго думая, согласился.
Утомившиеся искатели, наскоро перекусив, отправились спать, а гном с охотником сели у очага в гостиной.
Вино казалось необычайно вкусным после столь трудного и напряженного дня. Калеб задумчиво покатал жидкость на языке, после чего сглотнул. Приятно трещали дрова в очаге, пахло уютом и теплом. Гном понял, что его неудержимо клонит в сон. Что ж, возможно, не самая плохая идея...
— Простите, что использовал вас, — заговорил вдруг Ханс. Калеб встряхнулся, удивленно посмотрел на парня.
— Разве? По-моему, это мы тебя использовали.
Взгляд Ханса таил в себе тревогу и раскаяние, когда охотник невесело хмыкнул.
— Если бы. Я ведь сразу понял, кто утащил вашего приятеля. Только смолчал, понимая, что это единственный шанс убить брата. В одиночку я не справился бы, но с вами...с вами могло получиться.
— И получилось, — Калеб пожал плечами. — Не вини себя. Мы прекрасно знали, на что шли. Все же вокруг не абы что, а Свистящее Ущелье. Да и, принимая в расчет мою "удачливость", не могло это путешествие пройти спокойно. Так что, перестань страдать и расскажи-ка, лучше, про сокровища разбойничьей ватаги. Те самые, о которых так упорно судачат в тавернах.
Ханс откашлялся, пригладил растрепанные волосы и негромко фыркнул.
— Сокровища? Нет никаких сокровищ!
— Серьезно? — Калеб ощутил, как разочарование стискивает сердце, а на глаза наворачиваются слезы. — Столько усилий, и все напрасно?
— Подожди, — рассмеялся охотник. — Сокровищ нет, это верно. Но зато имеется некая гробница, в которой та самая ватага погребла давным-давно своего атамана. Понятия не имею, что там, но, возможно, найдутся ценности, которые не стыдно потом продать.
— Так все, небось, до нас растащили, — уныло отмахнулся гном.
— Не все там просто, — посерьезнел Ханс. — Гробница до сих пор запечатана. Судя по знаку на камне, открыть ее может лишь носитель определенной печати. Но я такой узор ни разу в жизни не видел, потому не могу сказать, что за печать и где ее достать.
— Говоришь, девственная гробница, — Калеб ощутил, как губы растягиваются в довольной ухмылке. — А что, можно испытать удачу!
— Ты ведь сам сказал, что неудачник, — подколол Ханс. Гном задумчиво почесал нос, ощущая, как задвигались извилины в голове.
— Что касается поиска сокровищ — там мне нет равных! — горделиво воскликнул он, ткнув себя пальцем в грудь. — Можно сказать, что я специалист по гробницам, курганам и тому подобным погребениям.
— И как же ты думаешь вскрыть ее? — заинтересовался охотник, хоть и глядел по-прежнему скептически.
— На месте разберемся, — Калеб задумчиво постучал пальцами по столику. — Если захоронение относительно свежее, значит, скорее всего, комбинированная печать, завязанная на несколько стихий. В таком случае я смогу ее отпереть, не прибегая к взлому, благо, все необходимые печати есть. Но если защита более свежая...
— Так что, решил все же посмотреть? — Ханс сцепил пальцы в замок. Гном кивнул.
— Еще бы. Не хочу уходить отсюда с пустыми руками. А там, глядишь, ухватим хотя бы колечко атамана!
Глядя на горящие азартом глаза гнома, охотник улыбнулся.
— В таком случае, тебе определенно понадобится проводник. Гробница находится в неприметном месте.
Калеб покосился на него, задумчиво кивнул.
— Да, твоя помощь будет очень кстати. Что ж, значит, выдвигаемся на рассвете!
Он одним глотком допил остатки вина, поставил кружку на стол и направился к расстеленному в соседней комнате плащу.
Ханс недоуменно поглядел вслед гному, затем тихонько рассмеялся.
— Какая интересная у них собралась компания. Может, стоит и мне попроситься?
Он почесал нос, тяжело вздохнул.
— Нет, не думаю. Лучше вернусь домой. Мама наверняка волнуется. Расскажу ей о судьбе Франса.
Парень тоже допил вино и, прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла. До рассвета осталось немного, а завтра предстоит насыщенный день.
Сказ десятый: О гробницах и сокровищах
"Умертвия — бывшие люди, умершие трагической или насильственной смертью и не обретшие покой в посмертии. Умертвия считаются более сильными и живучими, в сравнении с обычными мертвяками и, как правило, обитают в могильниках, гробницах, курганах — местах средоточия энергии смерти. Справиться с умертвием непросто, для этого понадобится оружие, усиленное печатями, или могущественный маг. Некоторые жрецы также обладают способностями, достаточными для сражения с нежитью высокого класса, но, готов поспорить, в момент, когда вы столкнетесь с умертвием, у вас под рукой будет лишь меч или нож. В таком случае следует бежать без оглядки и молиться Единому, возможно, он вам поможет..."
Выдержка из труда "Монстры и способы тактического отступления", за авторством Ле-Роя Женкинского, т.1, ч.1, стр.15
Калеб проснулся на рассвете, едва только солнце начало выкатываться из-за горизонта, даже не успев коснуться лучами макушек деревьев. Бодро засуетившись, гном растолкал спящих товарищей и погнал завтракать.
— Что, мы куда-то спешим? — зевая во весь рот, осведомился Ариэль.
— Ханс рассказал мне о гробнице, где должны быть те самые сокровища разбойников, — довольно усмехнулся Калеб. Эльф округлил глаза и быстрее заработал ложкой.
— А ты уверен, что там осталось хоть что-то? — Ишва был полон скептицизма.
— Гробница нетронута. Кстати, далеко до нее? — гном взглянул на охотника. Ханс почесал подбородок.
— Путь неблизкий, но до заката управимся. Вот только кони нам будут мешать.
— Значит, оставим здесь, — пожал плечами гном. — Доедайте и вперед!
Собрав сумки с припасами, отряд покинул дом охотника и направился все по той же дорожке на север. Путь шел вдоль реки, вскоре они миновали место, где переправлялись к пещере монстра. Через полтора часа местность начала повышаться, и тогда Ханс уверенно свернул направо, к скале. Оказавшись ближе, Калеб отчетливо увидел небольшую тропу, ведущую наверх. На лошади, определенно, не поместиться, но даже не самый мелкий человек пройдет свободно.
— Похоже, подъем предстоит долгий, — невесело протянул Ишва.
— Так и есть, — кивнул Ханс. — Как окажемся наверху, сможем по перевалу пройти на соседнюю гору, а там до гробницы рукой подать.
— Крепитесь, — гном подбодрил соратников. — Обедать будем на вершине.
Путь по тропе занял порядка пяти часов, дорожка то и дело петляла, а камень под ногами был неровный, порой нога соскальзывала, и тогда сердце напряженно билось в груди, впрыскивая в кровь заряд адреналина. Калеб невольно зауважал Ханса, спокойно шагавшего впереди — казалось, парень не знал усталости и страха перед высотой.
Наконец, после полудня отряд выбрался на вершину и, пройдя полсотни шагов, утомившиеся путники повалились на землю.
Камень здесь сменился жесткой землей, местами покрытой сухой тонкой травой. Полчаса потратили, чтобы перекусить и перевести дух, затем охотник поднял всех и повел дальше.
Миль через пять по достаточно ровной просторной местности, начался перевал: с двух стороны выросли неприветливые скалы, между ними запетляла узкая тропа, даже на вид казавшаяся неудобной. Однако, риск упасть был меньшим, чем при подъеме, потому искатели не слишком переживали.
Перевал занял еще несколько часов, а сразу за ним показалась соседняя гора, когда-то покачнувшаяся от землетрясений, или смещения литосферных плит, и привалившаяся боком к скале, что образовало естественную стену с восточной стороны. За этой самой "стеной", по словам Ханса, и находился вход в гробницу.
Так и оказалось. Остановившись перед крупной каменной плитой, вмурованной в тело скалы, Калеб оглянулся на отряд.
— Ну что, привал. Нужно поесть и изучить печать.
Все с удовольствием сбросили надоевшие сумки и принялись неторопливо доставать припасы. Взяв у Ишвы кусок хлеба и кусок мяса, Калеб подошел к плите.
На поверхности змеился интересный узор, в виде переплетающихся спиралей, в центре которых виднелся ромб с едва видимым изображением незнакомой гному птицы.
— Похоже, комбинированная, — задумчиво протянул Калеб. — Таким образом, если я активирую вот эти самые спирали и воздействую своей печатью на ромб в центре, должно сработать.
Он довольно потер ладони.
— Похоже, я без особых проблем смогу открыть проход, — сообщил лидер отряду. Ханс чуть не подавился водой, большими глазами уставился на Калеба, припомнил вечерний разговор и неразборчивое бормотание коротышки, покачал головой.
— Сумки оставим здесь, берите самое необходимое, — скомандовал гном. Развернувшись, он вытянул вперед левую руку и ощутил легкое покалывание, а затем щекотку, промчавшуюся через кончик пальца к затылку. На костяшке указательного пальца мягко засияла печать с изображением ромба, по центру которого хищник сражался с птицей.
Плита щелкнула и медленно поехала в сторону, открывая темный зев прохода.
— За мной!
Калеб пошел первым, и никто не стал оспаривать его право — у гнома было больше опыта в изучении пещер, гробниц и иных захоронений. Едва он ступил в темноту, как на стенах вспыхнули факелы, постепенно освещая широкий коридор.
— Похоже, скрытый механизм активации, — пробормотал Калеб, на всякий случай вынимая нож. — Будьте осторожны, внимательно смотрите по сторонам!
По мере того, как они продвигались вперед, гном удивлялся все больше: повсюду было чисто, аккуратно, если не считать толстого слоя пыли на стенах и полу — никаких костей, мусора и прочего. Похоже, гробница и впрямь оставалась нетронутой на протяжении долгих лет.
Неровно обработанный коридор шел прямо, никаких ответвлений, ниш и тому подобного. Единственная развилка случилась намного позже — с левой стороны появился поворот, ведущий в небольшую комнату-склад, где находилось несколько незапертых сундуков. Осмотрев их на наличие печатей, Калеб уверился, что хранилища чистые. Открыв сундуки, путники увидели несколько изогнутых южных клинков отличного качества. Некоторые хранилища были пустыми. Никаких тебе украшений, кубков, доспехов и прочего.
— Как-то не особо богато пока, — выразил сомнение Ариэль.
— Заберем оружие позже, на обратном пути, — решил гном. — Идем дальше, чую, основное помещение близко.
Чутье не подвело бывшего наемника и искателя приключений, через пару сотен шагов коридор привел в крупную комнату, по центру которой в пол был вмурован гроб. Самое помещение оказалось заставлено глиняными вазами, предметами быта, какими-то седлами, упряжью и прочим.
Подойдя к гробу, Калеб увидел на крышке предостережение в виде символов старого алфавита.
— Что тут написано? — полюбопытствовал Ханс, возникший рядом.
— Ничего хорошего. Любого, кто посмеет потревожить покой атамана, ждут вечные страдания.
— Сурово, — охотник отошел назад.
— Будьте осторожны, — еще раз предупредил остальных Калеб. — Ничего не трогайте!
Он аккуратно пошел мимо ваз, старых, почти истлевших, предметов, пытаясь отыскать что-нибудь ценное. Но находил лишь бесполезный мусор.
— Проклятье, ничего хорошего здесь нет! Хоть бы колечко завалящее...
Раздался грохот, от которого гном подскочил на месте. Резко развернувшись, он увидел валявшиеся в пыли осколки вазы и Ариэля рядом, усиленно делающего вид, что не его работа.
— Идиот! — выпалил Калеб, рванув к эльфу. — Я же сказал быть осторожнее!
Треск.
Печати на крышке гроба пошли трещинами, раскололись на части. Гном нервно сглотнул.
БУМ!
Крышка прогнулась изнутри от страшного удара, затем последовал еще один, она вздыбилась, в следующее мгновение отлетела в сторону.
Атаман медленно сел в гробу. Калеб различил сохранившиеся остатки плоти на костяке, и понял, что дело худо.
Они пробудили умертвие.
Нежить неторопливо выбралась из своего пристанища, деловито отряхнула пыль с надетых доспехов. Похоже, некогда атаман был плечистым и крепким мужиком, но сейчас плотная кольчуга с кожаными вставками поверх висела на костяке мешком. Но никто не рискнул засмеяться.
— Все на выход! — закричал Калеб. Искатели бросились в коридор, но проем перекрыла железная решетка. Сработала задуманная разбойниками ловушка. Отряд оказался заперт в клетке с опасным хищником.
Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |