Кэт и Прерия

— Сдурела? — дернулся парень, — ты куда колешь?! Чего так трясешься?! Дуршлаг из меня решила сделать?!

Закусив от обиды губы, я уже более уверено приступила к его ране. То есть вонзила иголку в край кожи и тут же сползла на пол.

— Где только Кит таких дур набирает?! Совсем люди Ахилесса нюх потеряли.

Все еще пребывая в полусознании, я смотрела как он ругаясь шьет. Значит хозяина зовут Кит, подходящая кличка. Брр, к горлу подкатила тошнота.

— Вот я доберусь до самого Ахилесса, — между тем бормотал озверевший больной, — мало того, что всякие шестерки ножами пыряются, так еще вместо квалифицированной помощи получаю шалав всяких.

Обозвав его последними словами, отползла в сторону к оброненной железяке. Надо будет правда огреть его, как закончит с вышиванием. Достал уже.

Сон это не то чувство, с которым я привыкла бороться. Так что внезапно поняла, как тяжело мне оставаться с открытыми глазами, и буквально с трудом разлепляла веки. Шитье, между тем, пришло к концу. Этот опять развалился на диване, в перепачканной кровью руке виднелась крохотная бутылка. Отсалютовав ею мне, он залпом осушил емкость, крякнул.

— Кит себя любит, для анестезии лучшее пойло использует.

Я лишь мотнула головой. Ужасно хотелось свернуться клубочком на кровати и уснуть. Но спать рядом с уголовником! Нет уж, увольте.

— Иди сюда, — приглашающее махнул парень рукой, — развлечешь меня, пока твоего нету.

Поздно добрым стал, ничего ему не обломится! Поэтому вместо ответа угрожающе качнула подставкой. Раненный лишь рассмеялся.

— А если у Ахилесса тебя как компенсацию попрошу? Не боишься?

— Проси! — разрешила я.

Его карие глаза превратились в тонкие щелочки. Догадываюсь, он не отшлепал меня лишь потому, что боялся беспокоить рану. Но злость затаил. Пусть таит, нам пофиг. Пару минут мы злобно пялились друг на друга. Точнее, я пыталась подавить зевок, а он насмешливо проходился по моему расхлистаному виду. Вдруг в глубине коридора грохнула дверь. В животе сгустился холодный комочек, а сонливость сошла на нет.

— Ух ты! — вошедший Кит радостно расплылся в улыбке. — Макс, ты, смотрю, бодрячком.

— Не благодаря тебе, — неприязненно выдавил раненный тип.

— Слушай, честное слово, мужик, не знал, что ты там. А потом — в пылу драки, разве что разберешь?! — хозяин с досадой швырнул на столик ключи. — Кто тебя понес с ними лететь?

— Не твое дело, — парень поудобнее устроился на диване. — Какого черта вам надо было лезть к ГОКовским? Вроде же спокойно все.

— Да надо было борзых осадить.

Кит наконец нашел взглядом меня, удивленно приподнял бровь. Я тут же опустила на пол подставку и сделала робкий шаг назад.

— Ну, — бугай с татуировками мимолетно улыбнулся мне и перевел взгляд на гостя, — надеюсь мы уладим дело между собой, Макс. Мне бы не хотелось афишировать... понимаешь?

— Даже не знаю, — в голосе раненного поприбавилось наглости. — Что ты мне можешь такого предложить, чтобы я забыл о ...

Он аккуратно погладил себя по краям раны. Кит задумался, мыслительный процесс явственно читался на его хмуром лице.

— Тачка есть одна, спортивная... может...

— Есть другая идея, — спокойно ответил Макс. — Она!

Кит, словно не веря, уставился на меня.

— Эта русалочка?

— Ага, забираю девочку и шито-крыто.

Я сделала еще пару шагов назад и уперлась в холодное стекло окна. Неужели все это происходит на самом деле? Да какое они право имеют?! Я свободный человек, почти что добропорядочная гражданка!

Между тем Кит с неприкрытой радостью согласился.

— Забирай. Я тебя даже подкину на своем коптере.

— Я уже вызвал своих.

Хозяин непонятливо потер переносицу:

— Вызовы же блокированы.

— С твоего позволения, я не буду раскрывать профессиональные секреты.

— Как знаешь, — хозяин халупки тут же переключился на свои визоры, — и правда твои уже на крышу садятся. Даже разрешения не спросили!

— Поможешь?

Кит с легкостью рванул его с дивана. Раненный взвыл, ругнув его за столь нежное обращение.

— Я так и сам могу встать! Закинь эту в коптер.

— Хорошо! — через миг меня сгребли с воодушевлением в охапку, а на ухо жарко прошептали: — ну и выручила ты меня, Русалочка. Я на твои визоры контакт свой сбросил. Будет нужна помощь — звякни.

— Может сейчас поможешь? — пропищала я, едва не лопаясь от чрезмерно усиленных объятий бугая.

— Ну и шутница ты, Русалочка.

Мы мигом взлетели по лестнице на крышу. Светло-зеленый коптер гасил свои пропеллеры. Меня быстро запихнули в кабину, крепко пристегнули к креслу ремнями безопасности. Внутри всё тоже было светло-зеленое. Четыре сиденья. Двое самого затрапезного вида парней помогли Максу залезть. Он с улыбкой превосходства сел напротив. Рубашка уже застегнута, хотя изодранный край ему приходится придерживать рукой.

— Скоро ты будешь дома, крошка.

И больше внимания не обращал. Стал бурно общаться с помощниками, едва слышно и настолько непонятными терминами, что просто не стала прислушиваться. Почему мужики такие упрямые гордецы, ну зачем ему я такая? Вон, только всё сиденье промочу. До сих пор не высохла после купания.

Между тем накатила усталость, я зевнула, и склонив голову, задремала. "Не стоило все же злоупотреблять успокаивающими леденцами" — мелькнула мысль на краю сознания, и меня окутало какое-то сновиденье.

Опять приснилась Сапфир. Как она там в пещере, без визоров, без помощи, без меня? Я протерла глаза. Где мы собственно? Комната вовсе не походила на кабину коптера. Неужели срубило так серьезно?

Пошарила в кармане — ну естественно, визоров в помине нет. Лежала я на диване, и тело немного затекло. Встав, сладко потянулась. Что у нас тут? Комнатка небольшая, без окон. Огромный стол, на нем страшный бардак, плюс валяется несколько визоров, но я не решилась их взять. Кресло у стола — красное, потертое, на одной ножке. Под моим весом оно тихо печально скрипнуло, зато сидеть в нем — одно удовольствие. Хозяин местный — просто сибарит. Остальное помещение занимали шкафы, набитые книгами, какая роскошь или может опять технофобы, без разницы у меня руки зачесались все перечитать. Ну и мой злополучный диванчик завершал обстановку.

Хорошо, свет включен. Представляю, какой тут мрак без этой жалкой лампочки. Чуть порывшись в завалах стола, вернулась на диван. Интересно, сколько времени? Надеюсь, еще не вечер? И вообще, почему я сижу как дура? Вскочила, бросилась к двери, дернула за ручку, и она мягко поддалась натиску.

— Да! — радостно прошептала я, ступая в полутемный коридор. В одном конце была лестница и поэтому вопроса с направлением не стояло. Быстро слетела по ступенькам, которые делали поворот на девяносто градусов и едва не врезалась в поднимающегося навстречу хозяина. Тот самый раненный Макс, только теперь без рубашки, зато весь перебинтованный. Он качнулся, но все же удержался от падения, крепко обняв меня за талию.

— Сбежать решила? — ласковый голос не скрывал насмешливой угрозы.

— Не-е-ет.

— Это хорошо! — все так же "по-доброму" продолжал парень. — Я ведь и рассердиться могу.

Надо было срочно брать инициативу в свои руки. Уж очень мне не нравился блеск его карих глаз.

— Где я? — спросила как можно строже.

Он отпустил меня, поставив на ступеньку выше. Так мы были одного роста.

— У меня дома. В одной маленькой деревушке вдали от городского шума.

— Где мои визоры?

— Сколько претензий, — хмыкнул хозяин, — я думал это мусор — и выбросил.

Заметив нарастающий гнев в моем взгляде, он весело улыбнулся:

— Тут они, твои стекляшки, но их еще заслужить надо.

Я нахмурилась. Даже не собираюсь думать, каким образом должна служить этому наглецу. Он между тем опять попытался меня обнять. Пришлось отбиваться. Впрочем я старалась не стукать по ране, скрытой под бинтами. Правда, мои потуги были тщетны — сильный, гад — и он уволок меня в какую-то комнатку на первом этаже. Здесь находился очередной диван, стол, кажется даже рояль, и много окон. Рассматривать убранство ужасно трудно, когда пытаешься расцарапать лицо насильнику, заваливающему тебя на мягкую мебель.

— Да что б тебя! — прохрипел с натугой Макс. — Кит совсем не дрессирует своих девочек.

— Пошел ты!

— Ах ты,..., ...

Тут нашу возню перекрыл ломкий юношеский голос:

— Ты чего, Макс?!

Знакомый, между прочим, голос. Этот маньяк грубо отшвырнул меня в сторону и устало поднялся.

— Занят я, Вова, занят!

Я , тем временем, сквозь надвигающие слезы увидела знакомую круглую фигурку Вована. Надо же! Я взлетела, стрелой рванула к двери, и в один миг очутилась у него на шее. Тот ошарашено пригладил мои растрепанные волосы.

— Кэт, сестренка, ты что ли? — с долей сомнения спросил он.

— Вов... он.. он.. — я зарыдала, хотя не планировала истерику, всё как-то само собой вышло. И ведь плакать не хочу особенно, а трясет всю, аж слова выдавить не могу. А от счастья, что это мой Вованчик с корабля аж башку сносит. Он в обиду не даст... надеюсь. Не забыл же, что сестрой меня назвал.

— Эээ, — кажется мой насильник потерял на миг дар речи. — Вова! Надеюсь ты понимаешь, что я не был в курсе...

Вован, моя защита и опора, не стал слушать речи этого гада, и правильно. Потащил меня прочь. Максим сначала шел следом, пытаясь объяснить, что в целом ничего плохо не хотел, всего лишь шутил.

Шутки, блин, у него — просто блеск. Все еще рыдая на плече у новоявленного брата, я оторвалась на мгновение от мокрой рубашки и, довольно ухмыльнувшись, показала преследователю фак. Макс застыл, злобно глядя на меня, но мы с Вованом уже быстро скрылись за поворотом. Через минуту я была в ванной.

Малолетний преступник сел на край керамической купальни, а я долго умывалась, сморкалась, вообщем приводила себя в порядок. Но когда закончила, все равно выглядела так себе, красное лицо, глаза воспаленные. Хорошо, Сапфир не видит.

— Ну ты даешь! — одобряюще сказал Вован. — Как улизнула-то с корабля?

Пришлось вкратце ему рассказать. Не называя имен, и пропустив приключения между побегом с корабля и дорогой в город.

— Почему этот козел тебя слушается? — в свою очередь поинтересовалась я, выслушав плосковатые дифирамбы по поводу моей крутости.

— Он двоюродный брательник, заботится вместо отца.

— Не повезло тебе с родителем.

— Да ты шо! — Вован фыркнул. — Макс — нормальный чувак, просто заносит его. Слишком много работает, вот на девок времени не хватает, а то бы вряд ли он на тебя полез.

— Спасибо, не надо комплиментов.

Парнишка добродушно расхохотался.

— Ты наверно голодная, как всегда.

— А вот и нет! — обидчиво ответила я. — Мне надо в город!

Вован присвистнул.

— Эк разогналась, подруга! Я тебе не летун, надо ждать попутки. Макс каждое утро гоняет по делам во все стороны, попросишься... ну, остынь, я сам попрошу его.

Так я осталась на вечер в этой Богом забытой деревне. Время — еще только пять.

Вован тут же организовал мне возврат визоров, даже предлагал новые, но я гордо отказалась. Потом пожалела. Макса видно не было. "Работает", — с ноткой восхищения сказал мой спутник. Мы между тем бродили по окрестностям. Деревню мне особо не показывали, ибо вовсе никакая это не деревня.

Жилые дома располагались на самой верхушке холма, который казался рукотворным. Издали он был и вовсе похож на тортик -высокий и сдобный. Остальное пространство представляло собой равнину, далекую, полную зарослей кустарников и ярко-зеленой травы. Лёгкий ветерок откуда-то доносит влажное дыхание реки. А почти у горризонта виднеется лес и совсем уж крохотные зубцы гор. Красиво.

Вован и я просто бродили по пояс в цветах. Мне всучили какой-то дробовик, сказали стрелять, только если убьют Вована. Тот был с хорошей винтовкой, новенькой, красивой. Нес ее за плечом вполне уверенно. Вообще, выглядит пободрее, на природе-то. Часто оглядывается, прислушивается, но успевает делиться информацией.

— Если б Макс раньше всех тут не засел, — доверительно говорит паренек, — то здесь бы уже сидели ребята пошустрее.

— Шустряк, блин! — пнула я какую-то цветочную головку.

Вован морщится. Не понять этого уголовничка — защищать меня защищает, а гадости про брата говорить нельзя.

— Между прочим, этот холмик не просто так здесь стоит, он внутри как муравейник, — отвлекает он.

— Полон всякой дряни, да?

Защитник махнул рукой.

— Да ну тебя!

— Мне нужны деньги.

— Удивила, всем нужны. — Вован вздохнул. — Много не дам, знаю я вас, баб, тратите на всякую ерунду. Но я тебе дам больше чем деньги. Вот контакт одного парня. У него ферма у города, все привозит на продажу, на рынок. Скажешь от кого, насыплет.

— Бррр, — нужны мне эти продукты сто лет! Но контакт записала, и кодовое примечание "От Вована Лаврова" — тоже.

— Не знаешь ты своего счастья, эти ребята хоть и странные, но Макс их уважает побольше, чем Ахилесса.

Я промолчала, хотя хотелось пройтись по этому уважительному молодому человеку.

— Еще мне надо найти одни визоры, — я остановила Вована, — не мои, а подруги, той, которая помогла. Их потеряли... я их потеряла... теперь она меня убить хочет.

Взгляд парня стал насмешливый. Ишь какие все проницательные! Меня насквозь видят и как облупленную знают.

— Это из-за нее все! — начала я по-глупому оправдываться. — Сама виновата, что отдала их мне. Да, и вообще, не надо их искать, обойдется.

— Да ладно, если дашь в своих покопаться... ты же с ней связывалась, файлами обменивалась. Может найдем, если ими пользуются. Правда, если пользуются, то наверняка начинка теперь вся чистая.

— Делай что хошь.

Мы вновь двинулись вперед. Тепло-то как! Мне тут так часто приходилось мерзнуть при такой погоде, прям удивительно. Буйная живность обходит жилье стороной, да и отваживают самую непонятливую. Жители деревеньки Лаврова — все сплошь крепкие парни, есть правда их жены, да дети, но не так много. Возле холма земля распаханная, но немного, видимо питаются привозным. Когда солнце начало подходить к горизонту, над полем зеленой стрелой пролетел коптер.

Вован рукой закрыл глаза от солнца, глядя вслед транспорту.

— Киндер вернулся!

— Что за хрен?

— Да, сестренка, разошлась ты. Киндер — умный парень, прям жуть берет. Макс его ценит больше своей головы. Во всех делах помогает, и прочее. Есть у него, правда, заскок — коптеры. День не погоняет — всё, депрессняк на неделю. Раньше дельтопланом баловался, но Макс боится за него, увлекающийся чувак, может грохнуться.

— Ну, пошли знакомиться с этим Киндер-Сюрпризом.

И мы потопали к холму.

Киндер появился лишь когда мы уже все были в столовой. Все — это я и толпа мужиков. Хорошо наш стол был элитным, стоял на приступке, и рядом сидели лишь Вован, да двое более-менее приличных мужских особей. Вместе с жизнерадостным худощавым юношей прибыл и мрачный Макс. На меня даже не взглянул, упал на стул и, положив ладонь на стол, стал постукивать пальцами.

Киндер сел с нашего боку, напротив Вована. Залпом осушил стакан с компотом.