| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Прошу меня извинить, — церемонно и слегка язвительно протянул Эмли, возвращая приветствие, — но я сегодня с неофициальным визитом. Хотелось самому взглянуть, что тут творится. Правда, не ожидал, что вы уже окажетесь на месте. Хотя... это раньше эта пустошь никому не нужна была... и граница, — неопределенно махнул он рукой, — присутствовала только условная. А теперь по какой стороне проводим — как на бумаге было или иначе? — слегка нахмурился он, мысленно припоминая, что на заверенных по всем правилам картам значился пограничный пунктир по склону горы со стороны государства Котов.
— Интересный вопрос, — озадаченно поскреб гладкий подбородок Эцор.
— Если как на карте... вот задачка, — строго произнес Эмли хорошо поставленным голосом, которому привыкли повиноваться (правда, должного впечатления на обоих представителей Клана Оборотней эта речь не произвела), — вроде бы простая, но... ведь и тогда горы труднопроходимые были! А теперь — шляйся не хочу!!!
Эцор удивленно взглянул на царственного соседа, но заметив в уголках его глаз озорные смешинки, рассмеялся со вздохом облегчения.
— Я чуть было не купился, — буркнул Сейцу, наконец-то соизволив проявить более открытые чувства, и, дружески обнявшись с Эмли, отпустил его, чтобы тот мог так же сердечно поздороваться и с его сыном.
Слегка отойдя от шока первого впечатления от преобразований, мужчины, посмеиваясь, обменивались мнениями, шутками и замечаниями по поводу получившейся неразберихи.
— Пожалуй, гномы теперь потеряют свою монополию на гранитный щебень и строительный камень, — заметил Эцор.
— Это точно, — хмыкнул Эмли, обозрев груды обломков бывшей горы, прикидывая, действительно ли теперь можно обойтись, не привлекая посторонних подрядчиков.
— А вообще, если серьезно, Эмли, ты бы сына все-таки приструнил слегка.
— Да, попридержал бы его на коротком поводке хоть какое-то время, а то я даже предположить не могу, что он отчудит в следующий раз, — выразительно обвел рукой Эцор руины, поддерживая заявление отца.
— Да ладно тебе, повеселился ребенок, — беспечно пожал плечами Высший демон. — Оба мальчика слегка размялись...
— Ах, повеселился? — возмутился Сейцу. — Да он браслет Обуздания сперва сжег!!!
— Что?!! — чуть не подпрыгнул на месте Эмли.
— Что-что, — хмуро передразнил Эцор. — Радуйся! Теперь нет у нас больше на тебя этой управы.
— Хм... — заинтересовался Повелитель, лихорадочно соображая, позволить ли своему невольному облегчению от доброй вести прорваться сквозь ожидаемое возмущение и запоздалый страх — кто посмел надеть на его мальчика браслет чудовищной Силы, способный удержать под контролем магию Высших демонов?!
Родительские чувства, как и всегда, победили:
— Ну и кто этот несчастный, отважившийся потягаться с моей кровиночкой? — недобро прищурился Повелитель.
— Цай, — нехотя признался Сейцу, слегка поежившись под пронзительным взглядом давнего приятеля. — Что с них взять, 'ребенки' еще, — передразнил он отца Айвена.
— Уф... ну, это еще нормально, — пробормотал себе под нос заметно успокоившийся Повелитель, усмиряя свой гнев и признавая правоту Сейцу. Однако обеспокоенность случившимся все еще сквозила:
— И ради чего была такая предосторожность?
— Ну, насколько мы поняли, парням надо было поговорить об одной... девушке... Догадываешься о ком, или ты не в курсе увлечений наших детей?
— Ах, об Альене, видимо, — с облегчением, выдохнул Эмли. — Тогда понятно, с чего это Айв вспылил... можно не беспокоиться.
— Ты так считаешь? — изумленно переспросил Эцор, слегка нахмурившись, и вопросительно взглянул на отца, ища поддержки.
— Эмли, в самом деле, может, ты приструнишь сына? Пусть он девочку в покое оставит, зачем ей голову задурманивать разными... эээ... — замялся старший Оборотень, — несбыточными мечтами? Ты ведь еще не в курсе того, наверное, что она нам родственницей приходится? Да и у Айва, судя по слухам, совсем скоро свадьба с дочерью Первого Восседающего...
Губы Повелителя слегка изогнулись в подобии усмешки, но он все же ответил:
— Да, нет... я-то как раз в курсе насчет того, что эта девочка — родня твоей жены, Сейцу, намного дольше, чем ты. И насчет свадьбы гномы — не слухи вовсе. Барб Эмффруль по моей воле замуж выходит. Это решенный вопрос. А вот в личные дела моего сына, касающиеся такой тонкой материи, как сердечная привязанность, я не лезу. Да и вам не советую. Вспомните себя в таких же ситуациях, — с мягким укором покачал головой отец Айвена. — Много вы слушали советов старших родичей, считая, что встретили свою единственную-неповторимую?
— Ты это сейчас на что намекаешь? — подозрительно взглянул дед Цая на Повелителя.
— Догадайся с трех раз, — вместо разъяснения ехидно рассмеялся тот, быстренько переведя разговор в более безопасное русло, перейдя от личных предпочтений к общему вопросу, где же все-таки проводить призрачную границу владений своей огромной империи и небольшого государства Независимых Котов.
Но когда предварительная договоренность была достигнута и Повелитель удалился восвояси, решив, что дальнейшие юридические и финансовые вопросы на приграничной территории могут решить между собой министры обоих государств, в том числе и по поводу строительства удобной дороги, Эйцор повернулся к отцу:
— Ты понял, на что он намекал? — задал он прямой вопрос.
— Боюсь, что не совсем, — покачал головой Сейцу. — Слишком уж невероятно мое предположение. Но Цаю все-таки надо сказать, чтобы он нашу девочку от общения с демоненком оградил... или хотя бы свел к минимуму возможные последствия их общения. Эти Рыжие слишком упрямы, а сын в папу уродился, недаром Эмли над ним так трясется...
— Ну, он все-таки у него один наследник, — резонно возразил отец Цая.
— Наш мальчик, если считать прямых наследников, у нас тоже один! — оборвал его Сейцор. — Да и Алечка — единственная для меня в своем роде, — слегка скаламбурил он, махнув рукой, предлагая закругляться с осмотром и возвращаться домой...
* * *
После обеда, утащив ветку винограда, я снова заняла облюбованное местечко на новом диване. Венька тут же плюхнулся рядом, совершенно не заботясь о необходимой дистанции для соблюдения этикета.
Я не стала выговаривать ему по этому поводу. Во всем теле разливалась приятная нега после сытого застолья. На языке все еще медленно таял вкус воздушного пирожного безе, которое мне удалось впихнуть в себя на десерт.
Честно говоря, теперь-то мне уж точно было не метафизики, и даже поступок нагло подвинувшегося еще ближе демона не вызывал привычного раздражения.
Соблазненные янтарным солнечным светом, заключенным в оболочку продолговатых крупных ягод, мы потянулись одновременно к сочной кисти винограда. Рыжие лохмы щекотно мазнули меня по щеке, и мы оба вздрогнули, ощутив странный разряд, проскочивший межу нами.
— Не наглей, Вень, — растерянно отшатнулась я, живо вскидывая руку с веточкой винограда вверх, чтобы он не достал. Просто из вредности. Я уже сыта и мне не было жаль для Айва этих ягод, которые принесли его же слуги.
— Не жадничай, — укоризненно покачал головой демон. — Давай еще разок повторим теорию. А потом я приглашаю тебя в гости.
— Зачем? — тут же насторожилась я.
— Увидишь, — многозначительно подмигнул Веник.
— Не, так не годится, — заупрямилась я. — Ты опять со своими глупостями?
— Вовсе нет, — сдался демон. — Просто некоторые... пособия в твоем скворечнике никак не поместятся.
— Каком "скворечнике"? — возмутилась я.
— А как еще назвать твою миниатюрную квартирку? — рассмеялся Рыжий.
— Меня устраивает! — сурово поджала я губы, не успев добавить: " Имеешь что-нибудь против?".
Венька меня перебил:
— Конечно, — хмыкнул наглый демон, — еще бы не устраивала — ты ведь и сама маленькая, словно птенчик... — обезоруживающе улыбнулся он.
Ну вот — то ли сделал комплимент, то ли съехидничал...
И как тут реагировать?
Я решила, что ссорится неуместно и, глубоко вздохнув, рассмеялась:
— Ладно, живи. Наверное, ты прав. А то придется опасаться за сохранность рассудка моей вредной соседки. Снова будет вопить, что пожалуется управляющему из-за того, что я таскаю в квартиру всякий хлам.
— Я скорее не за ее рассудок опасаюсь, — поморщился демон, — а за сохранность шкурки моих пособий.
— В смысле? — удивилась я. — Они что, живые?
— Увидишь, — снова напустил на себя загадочный вид Рыжик. И, воспользовавшись моим замешательством, нагло прихватил ртом еще одну ягодку с виноградной кисти, нечаянно зацепив и мои пальцы.
От неожиданности я охнула и замерла, лихорадочно пытаясь собрать мысли в кучу. Горячие губы обожгли кожу. Волнительное тепло захлестнуло, устремляясь от кончиков пальцев вверх по руке, и замерло где-то около горла, вызвав дыхательный спазм.
Наверное, я просто испугалась, что Веник нечаянно откусит мне пальцы. Зубки-то у демона — ого-го какие острые... но он умудрился даже не задеть их. Вот только и губы, пленившие часть моей собственности, не спешили отпускать. Наоборот, он специально раскусил сворованную ягоду. И брызнувший липкий сок потек по пальцам к моей ладони. А Веник, не отрывая от меня внимательного взгляда, осторожно облизывал их, посасывая.
Ощущение непередаваемые...
— Прекрати... — отчаянно выдохнула я, заливаясь краской и безуспешно пытаясь обрести возможность снова ясно соображать.
Демон нехотя отпустил мою руку и довольно облизнулся, наслаждаясь моим постыдным замешательством.
— Сладкая...
Так и захотелось еще раз стукнуть!
Но вместо этого я положила виноград на край стола и спрятала руки за спину. На всякий случай.
Видимо, мои действия снова развеселили несносного Рыжего гаденыша.
Но он не стал ржать в голос. Просто, уловив мое воинственное настроение, спрятал шальной блеск своих синющих глаз под опущенными ресницами.
— Итак, повторим теорию? — миролюбиво предложил он.
— Д-да, — запинаясь, согласилась я, решив, что потом ему обязательно это припомню...
* * *
С теорией я справилась быстро, к тому же меня просто распирало от любопытства, что же это за такие необыкновенные у него пособия, которые в моей квартире поместиться не могут?
Однако здоровый скептицизм заставлял оставаться настороже. Я отчего-то никак не могла сосредоточиться на предмете обсуждения. И очень сильно надеялась, что это все-таки от довольно сытного обеда, а вовсе не потому, что обоняние нервирует аромат кожи придвинувшегося вплотную парня с огненно-рыжими волосами.
Но наконец Веник прекратил мои мучения, со вздохом сожаления поднявшись с дивана. Наверное, совсем разуверившись в своей способности без наглядного примера объяснить принцип действия метафизической дисциплины.
— Все, Альен, я сдаюсь, — криво усмехнулся он, протягивая мне руку, чтобы помочь подняться. — Сейчас придем ко мне, и я тебе ситуацию с реальным и идеальным быстро объясню...
Хотелось бы надеяться. А то как-то даже неловко оттого, что я оказалась настолько невосприимчивой к его наставлениям.
Чтобы сократить время на дорогу, Веник изящно перенес нас обоих прямо к ажурным воротам своего особняка.
Само перемещение оказалось очень даже захватывающим, потому что этот наглый демон собственнически прижал меня к себе под предлогом, чтобы я не потерялась по дороге.
Ага, как будто я не знаю, что достаточно было лишь держаться за руки. Только вот у меня от небольшого путешествия вдруг, и в самом деле, закружилась голова. И даже снова почувствовав твердую почву под ногами, я никак не могла заставить себя отцепить свои руки от его талии.
Надо отдать Венику должное, он деликатно подождал, пока я приду в себя, и не спешил отстраниться. Наверное, целую минуту, пока не перевел задумчиво-восторженный взгляд с моего лица куда-то поверх моей головы и не издал горестный вопль.
Я поспешно отпихнула парня и обернулась.
Н-да уж...
Оказывается, здесь нас ожидал весьма интересный сюрприз.
Судя по вытаращенным глазам и отвалившейся челюсти Веника, для демона этот сюрприз оказался тоже неожиданным.
Великолепный ухоженный сад, окружавший богатый особняк отпрыска Повелителя, превратился в...
Кхм... Даже не могу сразу слово подходящее подобрать.
Вообще-то сада, как такового, больше не существовало (за исключением чудом уцелевшей посредине импровизированной лужайки зеленого островка с беседкой внутри). Что еще было не обглодано (будто пережило нашествие несметных полчищ саранчи), и не затоптано, то выглядело совсем плачевно. Голые обломанные ветки когда-то пышно цветущих редких растений представляли собой жалкое угнетающее зрелище.
Но хуже всего был одуряющий запах. У меня даже глаза заслезились, как только порыв ветра донес невообразимое амбре, совершенно очевидно исходившее именно оттуда.
Нет, сказать, что я никогда раньше с запахом навоза не сталкивалась, было бы большим преувеличением. Все же у родителей птичник приличный, да и поросят держали, и корову. Даже лошадь в хозяйстве была. Но такое... Дышать было возможно только через раз...
Судя по всему демоненок, похоже, испытывал подобные ощущения. После первого же вдоха его лицо пошло подозрительными пятнами и скривилось, как если бы он одним махом выпил большую бутыль уксуса и закусил ядреным орочьим перчиком.
С перекошенной рожей Айв быстро пробормотал себе под нос заклинание и очертил вокруг нас рукой круг.
Пахнуть перестало. Ура!
— Альен... ты извини, я сразу не подумал запахи отсечь, — чуть виновато сказал мой Рыжик.
Я только слегка отмахнулась от его извинений. Сейчас меня интересовало нечто иное. Получив возможность свободно дышать, я во все глаза смотрела в сад.
А посмотреть там было можно на многое. Редкие породы деревьев, декоративные кустарники, цветы... Вот только... именно посмотреть... утром, например... которое прошло...
Теперь же...
Среди всего творящегося сейчас в саду 'великолепия' важно прогуливались две громадные животинки, не обращая внимания на маленького сухонького старикашку, без особого успеха пытающегося образумить ненасытных тварюшек. Одним из зверей был слон, а вот второй... мамочки... мамонт...
Настоящий!
Нет, не то чтобы я никогда мамонтов не видела, но, дожив до своих семнадцати, вживую еще не доводилось встречать. Говорят, что их даже в столичном зоосаде нет. Только в личном Заповеднике Повелителя есть небольшое стадо.
Но туда в основном водят на экскурсии заграничных послов да дипломатов, а вовсе не местных адептов и студентов...
Я на всякий случай даже глаза протерла — мало ли — вдруг, померещилось...
А нет... в самом деле — живой мамонт, к тому же... его шерсть оказалась прелестного каштанового оттенка, при свете яркого солнца отливающая в рыжину!
Мои губы сами собой расползлись в ехидной усмешке, но я постаралась быстренько оборвать ассоциативную цепочку, а то еще почему-то рыжий козел в парке вдруг вспомнился...
Бедный демон! Деревья и цветы действительно жаль. Вряд ли они подлежат восстановлению в первоначальном виде.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
