Два корабля.

-И на ком же ты тренировался? — как бы между прочим спросила Лариса.

Олег на мгновенье нахмурился, вспоминая, как вернувшись в свой взвод после лечения, пошёл с напарником минировать мост. Операция прошла как по маслу и инженерный объект (мост) они подорвали... Ага, вместе с пятой частью вражеской колонны. Вот только, когда они уже решили, что удалось уйти без последствий, на них, как черти, выскочили три английских десантника в тяжелых боевых скафандрах. А это явная смерть, потому как сапер в легком скафандре таким ребятам не противник.

В следующую секунду его напарник рухнул, прошитый сразу двумя очередями, а у самого Олега, успевшего рвануть навстречу десантникам, выстрелом повредило интерфейс шлема. И его легкий скафандр, потеряв управление, отрубился. Вот тогда-то и случилось с ним в первый раз непонятное и необъяснимое... Прямо перед глазами, без всякой помощи электроники, вспыхнула надпись:

Активировано: Режим "Берсерк" и Автономная Система Боевого Ориентирования.

Мир в глазах Олега стал черно белым, мелкие детали исчезли, а контуры десантников расчертили снабженные стрелками векторов и указателями скорости движения линии кинематики. Поле зрения сократилось до пяти метров. Самое удивительное, что он увидел, как автоматный ствол десантника относительно быстро, но при этом вполне различимо, выплёвывает шарики пуль. В следующее мгновение Олег уже не думал, проснувшаяся память чётко сообщала порядок действий, раскладывая по полочкам и частично объясняя, что с ним сейчас происходит. Тот, кому ранее принадлежал этот участок памяти, не просто знал что происходит, но и умел этим знанием пользоваться.

Через три секунды Олег стоял над тремя трупами, и тупо смотрел на свои, затянутые в перчатки мертвого боевого скафандра, руки. Но, при этом легко свернувшие головы двум десантникам и пробившие насквозь, вплоть до задней стенки, шлем третьего.

Мир вернулся к привычному порядку вещей, наполнившись деталями и красками. Исчез "туман войны" скрывавший остальное пространство. А перед глазами вновь появилась надпись:

Произвести анализ боя?

Олег непроизвольно подумал "Да", и спустя некоторое время, он вдруг осознал, что помнит весь бой буквально по миллисекундам. Знает каждое свое движение, силу, с которой они выполнялись, и сколько потратило его тело энергии на всю схватку. При желании он мог просмотреть весь бой в движении с любой скоростью или наоборот, что называется по кадрам. А ещё, он теперь знал, что такое ТК-3А, и как его запустить в ограниченном режиме защиты.

Для запуска в полном объеме требовался код личной активации и сигнал компьютера командования ВМФ России. Но ни того, ни другого у него не было. Первого он не знал, а второго не существовало уже 1930 лет. Ограниченный режим тоже запускался личным кодом, только более низкого уровня. А вот откуда он его знает, Олег так и не понял.

С того момента он не один раз пользовался возможностями ТК, но рассказывать об этом ни кому не собирался. Кусочек чужой памяти хранил также знание о том, что этот комплекс является секретным, и при попытке рассказать о нем лицу без соответствующего допуска, он просто умрет в тот же момент. Программа комплекса сама определяла, когда её секретность подвергалась угрозе. Секретом было даже само существование этого комплекса...

Улыбнувшись Ларисе, Олег прошёл вслед за ней в кабинет и достал из шкафчика бутылку водки.

-Вот смотри, Лара. Для того, чтобы просто отломить горлышко этой бутылки, требуется угловое усилие в 24 килограмма на сантиметр под углом в 85 градусов, — чиркнув ногтем по основанию горлышка, Олег непринужденно его отломил и, поставив на стол отдельно бутылку и отдельно стеклянное горлышко. — Приложенное усилие 92 килограмма на сантиметр угол приложения силы 84 градуса пять минут... Точность выкладок можешь проверить на компьютере.

-Но как?

-На войне научился... — пожав плечами, ответил Олег. — Стопочки то найдутся? Или из ножки стула слепить?

-Не трогай стулья, варвар, в шкафчике рюмки стоят.

-Ну, если ты настаиваешь... — разлив по стопкам водку, Олег присел к столику.

-За что пьем? — спросила Лара.

-За Димкино здоровье... — звякнули рюмочки, и Олег опрокинул напиток в себя. На секунду задержав дыхание и почувствовав, как по груди прокатился огненный ком, он резко выдохнул. Лариса внимательно посмотрела на Олега и, употребив свою порцию водки, спросила:

-Рассказывай уже, что такое у Димки случилось, что он на медведя один попёрся?

-А я знаю? Только и могу, что догадываться. Любовь у него, вот и дурит...

-Это к Ильеной Наташке, что ли?

-К ней... Язве болотной...

-Она же с Витькой крутит... Об этом весь посёлок судачит...

-А ещё она перед Димкой с Игорем хвостом крутит...

-Так поговорил бы с ним.

-Думаешь, он меня слушает? Сразу замыкается, и говорить отказывается.

-Ну, тогда я сама с ним поговорю. Расскажу кое-что из врачебной тайны. Хотя, какая к чёрту тайна на третьем месяце...

-Как так?

-А вот так! Допрыгалась вертихвостка. Позавчера приходила, просила аборт сделать.

-То есть как аборт? Это же десять лет тюрьмы... — Олег изумлённо уставился на Ларису. — Да и не по-людски это...

Дело в том, что ещё в далёком прошлом, когда только-только закончилась ядерная зима, и немногие выжившие люди начали помаленьку выходить из убежищ, обустраиваясь на изменившейся за пятьсот лет земле, были приняты несколько весьма строгих законов. В том числе был принят запрет на прерывание беременности. Приравнявший таким образом аборт к убийству. Причём, это касалось и женщины, решившей это сделать, и врача. Наказание было одно для всех — десять лет тюрьмы строгого режима. И никаких поблажек и исключений. Людей осталось очень мало, и каждый ребенок был дороже всего на свете. Только благодаря этому закону прирост населения увеличился на двадцать процентов. А потом, как-то само собой поменялось и общественное мнение, и женщину, даже замыслившую такое, люди начинали просто-напросто презирать.

-Не ершись, сама знаю. И я ей не завидую. Хотя, где-то даже чуть-чуть понимаю... — Лариса показала пальцами насколько, заставив Олега невольно усмехнуться — волосок не пройдет. — Женщина своего ребенка всегда чувствует, а она дура не от Вити залетела, а от...

-Даже слушать не хочу, сама пусть выкручивается. — Олег поморщился, словно сжевал лимон. Разлив водку по рюмкам, он продолжил. — И вообще, ну ее... на хрен ... Выживут ее наши бабы... Зуб даю...

-Как родит, точно выживут... Ладно, бог с ней... Теперь-то за что пить будем?

-За тебя... И не смотри на меня так...

-Как?

-А вот так...

Глава 5. Свои чужие сны.

22.01.4079 г. от Р. Х. Таёжный посёлок "Борзые караси".

Олег Борисович Бероев сидел в том же самом кресле около КПП сына, что и без малого год назад. Он с легким нетерпением ждал, когда система отсчитает последние секунды и завершит работу. Вот диаграмма на дисплее полностью окрасилась в зеленый цвет и на экране появилась надпись:

Рекомендована дополнительная терапия согласно инструкции 23СБ349БИС...

Прошла минута, и закрывавшая Дмитрия плёнка вновь стала прозрачной. Бероев взглянув на открывшуюся картину и судорожно выдохнул. Он хорошо помнил, как выглядел сын, когда его укладывали в КПП. Слава богу, теперь всё в порядке.

Потребовалось ещё какое-то время, чтобы кокон полностью утратил герметичность и Дим открыл глаза.

-Привет бать... Ты только не ругайся... Сам знаю, что дурак... Но, если бы эта бешеная самка мне рогатину не поломала, я бы и... — затараторил, было Дмитрий. Но заметив, как отец невозмутимо показал жестом знак тишины, мгновенно примолк. За что удостоился благосклонного кивка.

— Сына, первое, о чём стоит спрашивать, проснувшись в КПП — это сколько?

-Чего?

-Ты пролежал в коконе одиннадцать месяцев и двадцать шесть дней... И события годичной давности, я давным-давно перепсиховал. Веришь, медведи поселок теперь за пятьдесят километров обходят... — отец тепло улыбнулся сыну и добавил. — Решишь снова ради девчонки выпендриться, придётся набегать километров сто по тайге...

-Бать, ты чего, — опешил от такого напора Дим. — Я же...

-Да ладно сына, нормально всё... Вставай уже, видишь, вон автоматика говорит, что ты здоров как полтора быка. Как раз хватит здоровья, чтобы с честью принять новости. Тем более что не все они такие приятные.

-Ты о чём?

-Да вон сам глянь, что на дисплеи высветилось...

-А что значит соответствие 88%?

-Позже поймешь... Тебе важнее узнать другое...

Не решаясь огорчать сына, Олег Борисович задумчиво подошёл к окну и несколько минут смотрел на падающий за тройным стеклом снег. Хотя он уже давно репетировал этот разговор, но... Это для всех жителей посёлка прошел год, а для Дима и суток не миновало. Эмоции по-прежнему могли хлестать через край.

А затем, наконец, решившись, повернулся к сыну, который всё это время терпеливо ждал продолжения разговора.

-Наталью осудили...

Дмитрий порывисто выскользнул из кокона и бросился к отцу. Перехватив взбешенный взгляд сына, Бероев невольно попятился. Перед его глазами сами собой всплыли системные сообщения:

Вероятность выживания нулевая.

-За что?

-Десять лет...

-Десять? Вот... дура... — Дим, в ярости врезал кулаком по стене, и ошарашено замер. Его рука по локоть ушла в бетонную стену, а перед глазами пылали слова:

Дополнительные боевые системы: развёртывание произведено.

Дим перевёл ошалевший взгляд на отца, от чего висящий прямо перед глазами текст сменился на другой.

Подтверждаете атаку?

-Па-п... — как-то жалобно и по детски удивленно протянул Дим. — Что со мной?

-Хэм... Про тактический комплекс ТК-3А, тебе лучше мачеха пускай рассказывает... Она вроде как с ним общий язык нашла, а я так — варвар мануальщик...

Дмитрий, с ошарашенным лицом выдернул руку из стены и обречённо сел прямо на пол...

-Бать, я ничего не понимаю... Какой комплекс? Какая мачеха? Ты что, это... женился что ли?

-Угу...

-И на ком?

-На мне! Или у вас, молодой человек, есть возражения? — в палату вошла... Хотя нет, вступила с грацией королевы Лариса Васильевна Старицкая. Вернее уже Бероева. Окинув палату хозяйским взглядом, и решив, что мальчики в её помощи как медика пока не нуждаются, она направилась прямиком к дисплею контроля КПП. Потратив пару минут на общение с терминалом, тем самым позволив Диму стыдливо прикрыться простынёй, Лариса повернулась к мужу.

-Представляешь, дорогой, этот гроб не имеет понятия, что такое терапия по инструкции 23СБ349БИС, но всё равно советует... Может запрос в центральный архив послать? Ладно, потом... Пошли домой, что ли... Баньку натопим, пропаритесь... а потом, если сил хватит, рефлексировать будете... И отключите вы свои ТК... А то мой мединк сильно нервничает.

-Э...э... Бать... а как его...

-Подумай, и он сам вырубится... — повернувшись к жене, Олег продолжил. — Вот видишь, а ты переживала... — а затем Бероев опять перевёл взгляд на сына. — Только, вот что сына, ты постарайся к лагерю, где она сидит, ближе километра не подходить...

-Не стану... Её выбор... Сама ответить должна.

-А спасать не кинешься?

-Зачем?

-Дим, ты не всё зна... — подключилась к разговору мачеха.

-Лариса Васильевна, — не дослушал до конца Дмитрий. Я знаю от кого у Натальи ребенок... Именно поэтому мне нужно время, чтобы всё осмыслить. Но, в любом случае, глупостей делать я не стану...

Бероев вздохнув, подошел к сыну и, обняв, прошептал:

-Меня не твои глупости страшат, а что ты сделаешь, подумав как следует...

* * *

Через пару часов Дмитрий сидел дома на веранде. Как и год назад, он медленно потягивал квас, пытаясь упорядочить свалившиеся на него новости: начиная с тактического комплекса и заканчивая женитьбой отца.

С ТК всё оказалось более-менее понятно. Вернее относительно понятно. У отца он активировался после ранения и лечения в КПП. К слову, комплект в котором выздоравливал Дим, оказался тем же самым. Но в тоже время, у него процесс выздоровления пошёл как-то не так. Его тактический комплекс активировался в полном объёме, а это, по словам отца, было невозможно в принципе. И даже объяснил почему.

Протянув руку к кружке кваса, Дмитрий почувствовал легкое головокружение и откинувшись на спинку кресла попытался понять, что на этот раз не так. В глазах внезапно потемнело и тут же прояснилось. Такое впечатление, что на одну секунду, кто-то накинули на разум Дима темную пелену. Но когда наваждение сошло на нет, он внезапно понял, что прошло не меньше часа. И главное, теперь Дмитрий помнил...

* * *

16.01.2162г. от Р.Х. Москва.

-Здравствуйте господа офицеры!

-Здравия желаю, товарищ полковник! — рявкнула в ответ сотня луженых глоток, заставив метаться эхо по плацу учебной базы ОРВД.

-Задерживать не буду, сейчас повзводно бегом в медцентр, а потом на инструктаж...

Михаилу повезло попасть в кабинет врача одним из первых. Строевым шагом, пройдя в центр помещения, он чётко отрапортовал:

-Товарищ полковник. Старший лейтенант Иванов прибыл в ваше распоряжение.

-Присаживайтесь молодой человек. Сейчас сделаем укольчик и можете идти.

-Есть товарищ полковник!

-Успокойтесь, вы не на плацу... Ко мне можно обращаться просто Василий Николаевич. И там, на выходе, предупредите остальных. Вы только одиннадцатый, а у меня от вашего крика уже уши болят.

-Есть...

-Голубчик, я что, непонятно сказал?

-Понял. Виноват. Исправлюсь...

Процедура, и правда, не заняла много времени. Инъектор издал противный шипящий звук и баллончик в 50 кубиков, маркированный личным номером Михаила, отвалился, начав распадаться прямо на глазах.

-Ну, вот и всё, теперь на инструктаж.

-Спасибо и всего доброго, Василий Николаевич...

На выходе из комнаты, Михаил столкнулся с готовым войти следом за ним Сергеем.

-Серый, товарищ подполковник просил обращаться по имени отчеству. Передай по цепочке — Василий Николаевич.

-Хорошо Миш, а ты куда сейчас?

-Сказали на инструктаж...

-Ладно, я тебя догоню, подождешь?

-Хорошо...

Михаил отошел в сторонку, и прислушался к своим ощущениям. В принципе, он не ждал, что сразу что-то почувствует. Без активации боевые системы работать не будут, но чем чёрт не шутит. За последний год биоботы в армии внедряли всем, и в том была заслуга его отца.