Целительница 2

— Уходи, я держу. Сейчас отпускать нельзя.

Зал опустел. Упала мёртвая тишина. Только энергия, рвущаяся наружу и Светлана. Она медленно попятилась к двери, всё ещё держа защиту. Рассеивалось медленно. Слишком медленно. Надо придумать что-то другое... Думаем...

А зачем собственно? Зал пуст. Осталась только она. Зачем ей-то бежать? Ну выйдет она во двор. И что дальше? Да ничего. Пустота. И боль, разрывающая душу. Боль никогда не замолчит.

Силы окончательно растаяли, защита разлетелась. Первая волна отшвырнула Светлану к стене. Удар головой. И холодная, вязкая пустота, похожая на тёмное лесное болото.

Светлана оперлась о стену, чтобы не рухнуть на пол. Зал ещё темней, чем казался вначале. И ещё более душный. Целительница очень глубоко вдохнула, стараясь вернуть себе силы. И надеялась, что смогла сохранить больше достоинства, чем Плюб, с трудом поднимающийся на четвереньки.

— Ну что, кончились ваши разборки? — осведомился Саримат, всё ещё не спустившийся с трона.

— Отказалась тогда от награды за спасение людей из зала суда, — усмехнулся Плюб, обращаясь к Светлане. — Я об этом слышал. Теперь понял, почему. Это был не подвиг, а попытка самоубийства.

— Ты хотел узнать про страх смерти, — напомнила она. — Увидел? Не было его. Сомнительный дар. Ты, может, когда-нибудь чувствовал себя ходячим трупом? Хорошо тебе сейчас было?

Плюба перекосило так, что и сомневаться не стоило.

— И знаешь, кто в этом виноват? Знаешь, кто это сделал? Ты! И не одной мне! Это маленький кусочек того, что испытывают люди! Крохотный! — Светлана подалась вперёд и чуть не упала, но эти слова она слишком долго готовила. Было время, когда она их раз за разом повторяла во сне. — Что, у тебя осталось желание убивать? Если осталось, я ещё добавлю! Ведь люди с этим годами и десятилетиями живут! Ты даже не пытался это представить! Но я могу ещё показать. У меня таких воспоминаний целая коллекция. Для тебя специально собирала.

— Нет! Больше нет! Прекрати! — Плюб загородился рукой, как будто это могло помочь. А повторить можно. Защита раскрыта...

— Не вынесешь больше, так?

— Не надо!

Светлана усмехнулась, чувствуя неожиданное облегчение и... злорадство. Только бы не упасть!

— Не буду, — произнесла она. Скорее приказывая себе, чем отвечая Плюбу. — Не буду. А теперь хотелось бы рассчитывать на обмен информацией. Как вы сбежали?

Тут же пришлось остановить мелькнувшую серебристую молнию. То есть летящий кинжал. Какой примитив! Только мгновение понадобилось, чтобы он на полпути осыпался серой крошкой.

— Что, мало?

— Нет. Я бы избавил...

— Спасибо, обойдусь, — Светлана состроила саркастическую гримасу и чуть поклонилась. — Дела у меня ещё есть.

Второй удар она всё-таки пропустила. Он был в спину и чем-то, чего Светлана даже заметить не успела. Сознание потеряла гораздо раньше.

Саримат взвесил в руке длинный разукрашенный посох.

— Что это ты сделал? — осведомился Плюб. Он встал, хотя ещё слегка покачивался, и для проверки толкнул носком ноги лежащее на полу тело в бок.

— Отключил. Её ещё можно использовать.

— Лучше сразу шею свернуть. Я был в её голове. Не будет она тебе ничего делать.

— А я её и спрашивать не собираюсь. Даже приводить в сознание не надо. Помоги оттащить в подвал.

Глава шестая

ВАМПИРЫ

— Какое историческое значение имеет открытие мгновенного переноса в пространстве живых существ? Ревека, отвечайте. Почему молчите?

Ревека вздрогнула, потому что по её парте учитель постучал указкой. Она вскочила как ужаленная по школьной привычке, хотя в Высшей Школе это не нужно было. Заставить себя думать о пространственном перемещении и его историческом значении что-то плохо получалось. Тем не менее отвечать пришлось.

— Время перелётов уменьшилось в разы. Расширились связи между городами и государствами. Быстрее распространялись новости. Ну и оповещение о происшествиях.

— А теперь приведите конкретные факты.

С этим куда сложнее. В голове много мусора, но среди всех событий, связанных с телепортацией, как-то не находилось исторического. Кто-то уже тянул руку.

В дверь постучали. Учитель скомандовал Ревеке: 'Думай пока' — и вышел. Ученица быстро перебирала факты, прикидывая, какой из них будет более показателен.

Учитель вернулся.

— Например, весть о революции в Килтоне, когда свергли короля Рикара, дошла до нашего королевства буквально на следующий день, потому один из дворцовых магов успел телепортировать гонца... — выпалила Ревека, пока из головы снова не выветрились все имена, которые она с таким трудом вспомнила.

— Отлично. Идите, это вас.

Ревека практически сорвалась с места и через весь кабинет бросилась к двери. Наверное, гонец от королевы...

Но это оказался не гонец от королевы, а двое из Службы Безопасности. Статный молодой человек с длинными волосами и низкорослый уже довольно немолодой мужчина со шрамом на подбородке.

— Приветствую. Вы ученица Высшей Школы Ревека? Так? — уточнил тот, что помоложе. Старший одобрительно кивнул.

— Да, — ответила девушка.

— Хорошо. Мне нужно с вами поговорить. Я сотрудник Службы Безопасности Гаспар. Речь пойдёт о происшествии с вашим другом Терентием.

— А где он сейчас? — спросила Ревека. В Школе Терентий надолго не остался. На следующий день он не сдержал себя и попытался напасть на кого-то, за что и получил. Естественно, после этого его не могли оставить.

— В поселении вампиров, — ответил Гаспар. — Как и положено. К сожалению, он не умеет себя сдерживать.

— Амарус говорил, это очень сложно.

— Не спорю.

— Кстати, а где Амарус? — заинтересовалась Ревека. — Его тоже в поселение?

— Нет.

— Так, Гаспар, ты беседуй тут, а я пойду лес обследую. Понюхаю там, попробую. Ревека, вам что хотел сказать... Про Светлану мы знаем и в курсе всех обстоятельств. Всё, что знаете, рассказывайте и не скрывайте. Это очень сильно облегчит нам работу. Договорились?

— Да, конечно.

— Ну хорошо. Если что ценное, с меня пироженка.

На чём старший и распрощался.

Службе Безопасности, похоже, предоставили целый кабинет. Ревека уже привычно пересказывала тот злополучный день, из-за которого её снова после занятий ждали три больших кабинета, швабра и тряпка. Она и раньше ничего не утаивала. Гаспар слушал, кивал и что-то отмечал у себя в блокноте. Верили ей или нет — она не знала. Кивали все, порой уточняли и что-то переспрашивали. Ревека уже готова была вспомнить, что за жук плюнул ей в очки, какие у него были усики и из какой дырки он высунулся, только бы это помогло определиться.

Определиться не помогало. Расходились рассказы Амаруса и Терентия только в одном. Амарус утверждал, что сразу же после встречи с Сариматом бросился искать Светлану и звать её на помощь. Терентий утверждал, что как раз в это время его укусили. На вопрос 'почему Амарус так долго искал?' тот отвечал, что сначала дракона искал и звал. И заплутал немного. Кому из них верить, никто не знал. А Ревека ничего из этого подтвердить не могла, потому что в это время была без сознания.

Ревека замолчала. Гаспар разглядывал что-то в своём листке. И тоже молчал.

— А могу я узнать, где Амарус? Вы говорили, что его в поселение не отправили.

— Нет, его не отправили в поселение. Его посмотрел лекарь и сказал, что он не вампир, так что он у нас в изоляторе.

— Не вампир, значит?

— Не вампир. Это невероятно, но это так.

— Это хорошо, — заметила Ревека. — А я могу его навестить?

— А вы его родственница? — уточнил Гаспар.

— Нет. Я просто...

— Вы его подруга?

— Да, подруга.

Оставалось надеяться, что под словом 'подруга' они оба понимают одни и те же отношения. Впрочем, какая разница?

— Вы что-то ещё добавить можете? — Гаспар закрыл блокнот.

Ревека покачала головой.

— А Амаруса когда я могу навестить?

— Можете хоть сегодня. Ему разрешены любые встречи.

— Отлично! Тогда я при первой же возможности приду, — обещала Ревека.

— Вопрос не для записи. Просто так, — Гаспар дружелюбно улыбнулся. — Вы правда ученица Светланы?

— Ну... — Ревека поправила очки. — Нет, она со мной немного позанималась. Ну и мы много что обсудили, пока на расчистке работали. Но учусь-то я у других. А для чего вам?

— Заинтересовался.

— Я могу идти?

— Да.

Занятия уже кончились, поэтому Ревека заглянула в кабинет только забрать сумку с книжками и потащилась в спальню. Надо готовиться к экзаменам, надо делать домашние задания, вспоминать весь год. Сессия совсем скоро. Вторая по счёту. Первую она уже удачно сдала, но тогда-то не шло всё кувырком. Надо хотя бы как-то успокоиться, надо хотя бы в чем-то быть уверенной. Ну хотя бы в том, что Амарус не виноват. Тогда надо в точности знать, кто врёт: Терентий или Амарус? Мало верила она обоим. Терентию — потому, что он мог и приврать. А Амарусу — потому, что он мог забыть... Не нарочно, а потому что терял самообладание.

В спальне уже была Нанайя. Она лежала на полу и явно читала что-то весёлое, поскольку улыбалась и болтала в воздухе босыми ногами. Окно было нараспашку, и в комнату залетал лёгкий, приятный ветерок. Похоже, у неё, в отличие от Ревеки, настроение было приподнятое.

— Слушай, Нанайя, а ты обычно хорошо понимаешь настроение других? — вдруг решилась спросить Ревека. Она придумала один вариант.

— Да. В обычные дни даже не заражаюсь, — Нанайя отодвинула книжку и села, подняв глаза на Ревеку. — Не всегда заражаюсь. А что?

— Ложь ты распознать можешь?

— Обычно да, — кивнула она.

Да, Ревека всегда завидовала глазам Нанайи. Они были большие, почти синие и не особенно наивные. Зато заинтересованные.

— Ты мне поможешь? — спросила Ревека.

— Ты расстроена и запуталась. Помогу, чем смогу.

— Да, я совершенно запуталась, — призналась Ревека. — И мне надо прямо сегодня знать, врёт Терентий или нет.

Нанайя знала большую часть истории с Терентием. Вся школа знала и очень Терентию сочувствовала. А вот к Амарусу особого сочувствия или понимания не наблюдалось. Да, собственно, про него и знали только от Терентия. Нанайя Амаруса видела и как-то заметила Ревеке, что не верит, что 'этот черноволосый парень' мог кого-то укусить.

— Так, а Терентий уже вернулся? — насторожилась Нанайя.

— Э... Нет, — призналась Ревека.

— Только не говори мне, что мы отправляемся в вампирское поселение.

— Говорить-то уже и незачем. Ты и так поняла.

Нанайя задумчиво уставилась в окно, прикусив губу.

— Я тебе со всеми контрольными помогать буду, — предложила Ревека. — С меня торт. И...

— Слушай, ты ведь защищаться от вампиров умеешь? — прервала Нанайя.

— Да, умею.

— Хорошо. С телепортацией у тебя как?

— Всё гладенько. Хотя пока у меня больше двух раз в день не получается.

— Этого будет достаточно. Туда и обратно.

Если быть точной, то у Ревеки гладенько получается один раз, и она должна подготовиться. Второй раз получается хуже, менее гладко и не всегда точно. Телепортация штука довольно опасная и трудная. Порой даже бывает болезненная. А ещё она требует сосредоточения и душевного равновесия. Если вышел из себя, лучше не рисковать и пройтись пешочком, полететь на драконе или на лодке поплыть. А то так можно и промахнуться, или процесс окажется очень болезненным. Природная или установленная защита, конечно, не даст оставить какую-нибудь конечность на старте, а самому оказаться на финише, но ощущение, что тебя волочит через сточную трубу, полную ежей, тебе гарантировано.

— Ладно, когда выходим? — уточнила Нанайя.

— Согласна?

— Да.

— Выходим, когда я полы помою, — вздохнула Ревека.

— Договорились. Пока соберусь.

Условились встретиться за забором. Старую дырку уже залатали, а вот новую старшекурсники проковыряли почти сразу же. Или она уже была про запас? Про неё не все знали? Или не пользовались потому, что она была очень неудобная?

Да, её удобство было очень сомнительным. С одной стороны приходилось пробираться через заросли колючих кустов, а потом выходить в чистое поле, благо бурьян вырос уже по пояс. Когда Ревека выползла из дыры с мыслью, что теперь она будет любить милые ромашки, а не эти колючие фиолетовые розы, Нанайя была уже на месте. Она сидела в траве с большой сумкой на коленях.

— Что у тебя там? — шёпотом спросила Ревека.

— Яблоки, — ответила девушка. — Вампиры всё время голодные. Чтобы мне не голодать, я взяла яблок.

— То есть у тебя продолжается?

— Нет. Понадобится. Я себя знаю.

— Хорошо, раз знаешь. Телепортируемся?

Поселение вампиров спряталось в чахлом лесу среди топкого болота. Добраться туда было трудно, да и желающих мало. Тем не менее, дорога сюда шла. Неширокая, явно не особенно езженная, мало ухоженная. Но Ревека на неё хотя бы попала. Вела она к деревянным воротам в потемневшем от сырости частоколе. Высокие ели и сосны почти нависали над ним, бросая на поселение узорчатую тень. Вампиры не любят солнечный свет, хотя он и не смертелен.

В общем, картина девочкам предстала вполне в духе страшных сказок. Где-то на уровне инстинктов появился страх потерять друг друга из виду, и к воротам они шли плечом к плечу. Здесь было прохладно. Нанайя остановилась и вытащила за рукав из сумки тёплый вязаный свитер. Ревека восхитилась предусмотрительности соседки, сама она натянула повыше воротник и зашагала быстрее.

Даже стучаться не пришлось. Перед ними распахнули ворота сразу же. Открыл им здоровенный вампир с очень длинными клыками. Оружия при нём не было, да и не надо; одежда — застиранная и не особенно свежая.

— О, к нам мясо пожаловало, — оскалился он.

— Мы к Терентию, — решительно произнесла Ревека. Нанайя извлекла из сумки яблоко и жадно в него вгрызлась.

Это были не городские вампиры, которые спокойно могли беседовать с людьми, и даже и не вспомнишь, что он в полнолуние с удовольствием вцепится в твою глотку. Это были вампиры в поселении. Здесь — их право. С теми, кто сюда пришёл, они считали себя вправе делать что заблагорассудится. Войти и спокойно выйти из поселения можно было в двух случаях: если у тебя есть королевская грамота с каким-то поручением, или если тебя выведет за ворота один из местных вампиров. И хорошо бы он был уважаемым, а не то местные решат, что вкусно поесть сегодня дороже, чем сохранить хорошие отношения с собратом.

— У него комната почти на входе, — ответил здоровяк, не скрывая, что с аппетитом облизывается.

Часть идиотизма своей затеи Ревека ощутила, когда из домов начали выглядывать другие вампиры. И всего-то они мимо двух деревянных домиков прошли. Встретивший их показал на боковую деревянную дверь в третьем от частокола доме. К ней вело высокое крыльцо. Дверь тут была ещё одна, но на другой стороне и гораздо более ухоженная, расписанная красными узорами. Говорят, вампиры любят красный цвет. Вообще-то не только цвет.

У Терентия оказалось открыто. Комната у него была маленькая с необработанными стенами сруба, маленький очаг, кровать и стол посреди комнаты. Окон не было. И чтобы не сидеть в темноте, Ревека запустила над головой светящийся шарик. Он получился красноватым, а не жёлтым, как положено.