Триединство: Светоч Любви Часть 1

"Куда теперь, звезда моя?" — поинтересовался у неё ветер.

"А кто его знает!" — с беззаботной улыбкой на губах парировала его вопрос Эрна и мило глянула на него. Вернее, глянула она куда-то на дорожку чуть впереди неё. Для Эрны не было столь важным найти визуальное подтверждение своего собеседника, образ Эфира просто возникал у неё в душе.

"Как ты узнала, что мы на верном пути?" — помолчав немного, спросил у неё Эфир.

Эрна мягко пожала плечами, и её взгляд стал небесного цвета. Эфир дёрнулся и тихо прошумел по кругу вокруг неё.

"Ты чего?" — недоумённо произнесла Эрна.

"Эри, родная! Не трансформируй, пожалуйста, своё человеческое тело. Будь осторожна", — пристально глянул на неё ветер, и в его голосе укрылось лёгкое волнение.

"Ты чего? Ты это о глазах?" — переспросила она.

"Прости! Я не собиралась. Это само собой как-то получилось", — закончила Эрна и на её лице вновь появилась улыбка.

Эфир ещё раз пристально посмотрел на своего друга, пытаясь поймать её постоянно ускользающий взгляд. Затем он пробормотал себе что-то под нос. Видя, что Эфир продолжает беспокоиться, она добавила:

"Ну, чего ты так волнуешься? Ведь глаза — это зеркало души, разве не так?" — и её взгляд блеснул.

"Да. Всегда так было. Но не выставляй её сейчас на показ, моя голубка", — тихо обнял её ветер.

"Твоя душа ещё полетает, но не сейчас, родная. Давай найдём Мильшальма", — мягко закончил Эфир и нежно взглянул на Эрну.

Эрна озадачено замерла и её глаза потихоньку стали становиться кофейного цвета.

"Вот видишь, теперь я более похожа", — слегка обижено прищурив глаза, возразила ему Эрна. И обессилено разведя руками, она зашагала вперёд по вымощенной тротуарной плиткой дорожке.

"Решила воспользоваться старым добрым методом?" — добродушно прошумел Эфир.

"То есть ты хотел сказать, куда ноги приведут?" — ответила ему Эрна и хитро прищурила глаз.

По лицу Эфира скользнула едва заметная одобрительная улыбка, и он сконцентрировал своё внимание на Эрне, выражая свою готовность выслушать её, поскольку уже заранее знал, что он дальше услышит.

"Я не возьмусь отмерять ногами все положительные пути этого метода, хотя он, бесспорно, очень хороший. Но в нашем случае он, пожалуй, будет долгим. Кстати, ты там в пространственный информационный поток не заглядывал?" — как бы не в значай поинтересовалась Эрна у Эфира и, не дождавшись ответа, продолжила:

"Брось, Эфи! Я ведь знаю, что заглядывал. Поток вариаций не переставая течёт в твоём сознании".

"Я знаю только, что твоё появление в этом мире очень взбудоражило его пространство. Там сейчас волнами столько событий расходится. Но нужного нам я пока не вижу", — задумавшись, ответил Эфир и тут же добавил:

"Не заметить нас было просто невозможно".

"Вот и прекрасно! — недолго думая, произнесла Эрна и немного ускорила шаг: — Это как раз то, что нам нужно".

"Может, просветишь моё интуитивное чувство реальности?" — удивился Эфир.

" Всё просто. Без чтения реальности мне конечно не комфортно. Но и с ней мы бы сейчас здесь мало чего смогли добиться. Нам нужна отправная точка отчёта. Её мы пока не нашли. Но мы можем найти того, кто сможет нам помочь в этом. Ну, я имею в виду того, кто поможет более эффективно проработать вариативность этой реальности", — тут она немного замедлила шаг, прикидывая в уме, куда же направиться дальше, и, подумав секунду, свернула вправо.

"Помнишь, я тебе про золотое перо рассказывала? Тогда я тебе ещё говорила, что повстречалась с Берегиней одной страны, — продолжила Эрна: — Вот, правда, не помню какой именно. Столько уже всего произошло с тех пор. Ну, да не в этом суть".

"А! Да. Что-то припоминаю", — протянул Эфир.

"Берегини...Да! Ты ещё говорила, что у каждой территории, ну, или страны они разные, и что они обладают больше созидательной силой. Когда нужно подлатать раненое пространство или разорвать губительные сростки, они всегда это чувствуют и без них не обойтись".

"В двух словах это так. Они — это энергия, данная свыше, и жить она может в любом, но прежде всего в добром духом человеке", — на ходу ответила ему Эрна.

"Хм! А почему не в зайце или воробье?" — переспросил её Эфир.

"Дайка подумать! Потому что зайцы и воробьи вынужденно затерялись где-то за пределами этой жизни, как и тигры с орлами, — ровным голосом ответила Эрна: — Кончай паясничать, Эфи!" — и её глаза блеснули.

Она остановилась. В её поле зрения попала просторная витрина магазина. Чопорные платья с костюмами безмолвно следили за движением улицы и у ног их лежали аккуратно расставленные сапожки. Они равнодушно украшали витрину, но когда Эрна с задумчивой мечтательностью коснулась стеклянной грани, они словно встрепенулись ото сна.

За стеклом, вне всякого сомнения, они увидели нежный свет, струящийся по коже молодой женщины. Её глаза сияли глубиною неба, но в них и лёгкая задумчивость была. Русые волосы мягко ложились на плечи, и её свободное до полу платье радужным цветом играло на свету и временами порхало при лёгком дуновении ветра, словно крылья хрупкой бабочки. И свет, вокруг был солнечный свет!

— Бедненькие вы мои, — прислонив лицо к витрине, тихо прошептала Эрна, и её сердце наполнилось печалью.

— Сколько же вам ещё так мучиться, — продолжала она: — Вы ведь всё ещё ждёте.

По стеклу пробежала капля, и глаза Эрны будто бы открыли дверь в другой мир. Её взгляд дрогнул от нахлынувшей печали и её безмолвные собеседники, находящиеся по ту сторону стеклянной грани восхищённо заиграли тканями. А за стеклом они увидели красивое раскидистое белое дерево с золотистой кроной на зелёном лугу. Голубая гладь неба мягко укрылась в её глазах, которые ещё раз, подбадривая, глянули на них, и молодая женщина воздушным шагом отошла в сторону от витрины, унося с собой весь тот мир, что таился у неё в душе.

Эфир наблюдал со стороны, молча поддерживая Эрну, и когда она отошла, понимающе провёл рукой по её волосам.

"Эфир, это действительно тот самый мир, откуда мы начали своё долгое путешествие по волнам судьбы, это он, но только очень грустный мир", — печально произнесла Эрна, и её сердце сжалось от боли.

"Не думай об этом, родная. Не думай, — тихо успокаивая её, произнёс ветер. -Давай лучше поищем того, кто бережёт это пространство".

"Берегинь?" — с грустной наивностью в голосе спросила его Эрна, подтверждая тем самым своё желание идти дальше.

"Ага. Я тебе подсоблю немного, — продолжил подбадривать её Эфир. — Сейчас мы попытаемся встряхнуть посильнее эту берегиню, и пусть простят меня стихии. А то заспалась она видимо".

Эрна подозрительно глянула на Эфира, а он затих, словно исчез из пространства и, когда вновь появился, в воздухе внезапно закружили лёгкие белые снежинки.

"Эфи, ты чего? Снег в самый разгар лета? Не слишком ли это странно? А мне ещё про глаза говорил!"

"Я же немножко. И это всего лишь локальное явление. Смотри!" — и, подумав о чём-то, он легонько дунул на парящие снежинки. Белые хлопья, подхваченные внезапно появившимся знойным ветром, закружили в воздушном потоке и, перелетев через дорогу, исчезли где-то вверху.

"Спасибо вам, ребята!" — мысленно произнёс Эфир и тут же встретился с пытливым взглядом Эрны.

"Хм! Снежок и Летний бриз, я правильно уловила их имена?" — и при этих словах она пробуравила его взглядом, слегка склоняя голову на бок.

"Ну, — начал оправдываться Эфир: — Им не тяжело было. К тому же они далеко продвинулись в деле продвижения по уровням сознания, так что я скоро всё равно встречаюсь с ними на Великом Лазурном Переходе. Это всего лишь вопрос времени. А помощь нам не помешала бы".

Эрна молча согласилась и больше не обращала внимание на это событие. Её взгляд уже был обращён вверх, туда, где растворились в воздухе снежинки. Эфир с любопытством огляделся вокруг и с довольной радостью устремил свои мысли вслед за Эрной.

" Никто так ничего и не заметил!" — отметил для себя ветер, и от этого его любопытство разгорелось ещё больше.

Рядом с ними была небольшая асфальтированная дорога, по которой то и дело пробегали машины, а по другую сторону вдоль этой дороги растянулись пятиэтажные дома с небольшими магазинчиками понизу. Кое-где росли деревья, некоторые из них имели довольно странный вид, будто они загнулись под грузом городских проблем. А над ними всеми высилось большое высотное здание, блестя на солнце своими стальными окнами.

Эрна прислушалась к разговору пространства, погрузившись в задумчивую тишину, и как только она почувствовала пульсацию этого мира, она уловила лёгкое движение где-то вначале улицы. Оно было лёгким, едва заметным, словно не хотело, чтобы его заметили.

Возвращаясь из своих мыслей в наполненный звуками мир, она мягко повернула голову влево и на расстоянии ста метров она заметила молодого паренька. Он неприметно стоял под нависающим козырьком антикварного магазина и смотрел вверх, в сторону высотки, туда, где только что растаяла последняя снежинка. Его уши были прикрыты наушниками, и лицо его было уверенно спокойным.

Внезапно он перевёл взгляд на Эрну, задержал его чуть больше обычного, и, быстро, но всё так же спокойно отвёл его в сторону, сунул руки в карманы джинс, нагнул голову и зашагал прочь, уходя на пересекающую улицу.

Достучаться до заветного: А может, всё-таки, попробовать?..

:Ветвь первая:

— Смотри! Это — он, вернее, она. Да какая, впрочем, разница! Нам обязательно нужно его догнать.

— Да не переживай ты так, моя драгоценная голубка! Даже если он потеряется из виду, я уже знаю, как выглядит его дух, и мы просто найдём его по вариациям бытия этого пространства. Главное, чтобы это не оказалось напрасным. Мы можем просто потерять время и то необходимое количество энергии, которое держит твою человеческую форму. Ты же знаешь, что с закрытием солнечных врат твоя материальная форма исчезнет, — умиротворённым голосом возразил Эфир.

Он ничего не хотел делать сгоряча, по крайней мере, так сказалось на нём влияние Эрны.

Ранее, когда Эфир был совсем ещё молодым, он беззаботно летал по пространству своего мира, живя бок о бок с такими же, как и он: каплями весеннего дождя, облаками, проливным дождём или водной лёгкой рябью.

В те времена, ради забавы, он запросто мог резким порывом отвести облака на другой конец горизонта или поднять вихрь из танцующих искр костра. Тогда он был совсем юным и мир, который назывался Фляурос, с любопытством смотрел, как рос юный ветер. Ведь в мире стихий и не такое бывало.

В этом мире они учились жить вместе, понимать друг друга, хотя на первый взгляд это могло показаться невозможным. И, когда они становились взрослыми, они восходили в Великий Круг Стихий мира Фляуроса, тем самым подтверждая, что они очистили своё осознание мировых энергий и теперь могут считаться полноценными духами, то есть теми, кто чувствует свой дух и живёт по его истинам.

Эфир вошёл в Великий Круг, или как ему нравилось больше говорить, в Светлое Семейство Ветров, и ощутил, что его путь проложен где-то в другом месте. Он мог остаться там и помогать остальным юным стихиям, но его дух рвался дальше, за грани ведомого ему мира.

Ему хотелось сорваться и улететь, лёгким порывом, к первым лучам света, в то место, где рождалась его мечта. Там он впервые познакомился с Эрной и Мильшальмом, а после — с Яолем, Рольмом, Ирби и Анитуло.

И лишь только тогда он понял, что всё, что он знал ранее, без них было неполным. Именно подружившись с Эрной и ребятами, он осознал, что сила его была не в его способностях гонять воздушные потоки или вздымать огромные волны, а в любви к ребятам, его друзьям, его новой семье. Тогда-то он и стал осторожным с чрезмерным использованием своей энергии, ведь рядом с ним находились теперь они — такие разные и уникальные, но при этом они были едины своим желанием любить эти миры.

— Ну, развеется она только через два с половиной дня, когда полностью закончится солнцестояние. Я чувствую, что это правильный вариант. И, вообще! Тебе тоже надо прислушаться к самому себе. Порой это может оказаться единственно верным решением, — ответила ему Эрна, и посмотрела в сторону, где скрылся тот парень.

— Но ты, как всегда, прав, Эфир, — задумавшись, добавила она.

— Этот юноша оказался единственным, кто заметил твои проделки, но, почему-то никак это не исправил.

— Возможно, не посчитал нужным, — начал было Эфир. — Но в вариативном пространстве сейчас так штормит. Вот именно здесь как раз нужно вмешательство, — немного раздосадовано закончил он.

-Да, да, — задумчиво ответила Эрна, мыслями летая где-то далеко.

Внезапно она глянула на Эфира, и её глаза были полны удивления.

— Знаешь, такое ощущение, что они все спят. Не все конечно, но большая часть здешнего мира. Просто это та часть, которую я смогла сейчас увидеть.

— Подожди! Как увидеть? Ты говорила, что не можешь сейчас читать вариации бытия, — озадачено переспросил её ветер.

— Да, — будто прислушиваясь к чему-то внутри себя, ответила Эрна: — Но перед моими глазами возникают какие-то обрывочные картинки и это мне пока не подконтрольно. Сама не понимаю. Возможно, это так проявляется моё осознание мировых законов.

— Но, знаешь, здесь это тяжело, — не понимая это явление, произнесла она.

— А ещё знаешь, что самое интересное? — добавила она и внезапно перевела на Эфира свой небесно яркий взгляд: — Я бы сейчас могла поработать над сознанием этого тела, но боюсь, у меня это не получиться.

— Почему?

— Мне надо будет побыть с собой наедине. А здесь это вряд ли выйдет. Ты видел, как рассердился тот человек, когда я просто остановилась на его пути. Лучшим вариантом, конечно, было бы найти себе место где-нибудь под раскидистым деревом...

— Под любым деревом. С раскидистыми здесь будет туговато, как я погляжу, — перебил её Эфир.

— Именно. Спасибо. Под любым деревом, — продолжила Эрна. — Однако, я рискую опять наткнуться на какую-нибудь милую бабушку. Вариантов становится всё меньше и меньше, Эфир.

— Не весело, стало быть, тебе, моя звезда! — констатировал он, понимая всю ограниченность выбора.

— Но не расстраивайся! Со свободным полётом духа здесь пока немного проблематично, — воодушевлённо начал Эфир, словно в его осознании только что родилась гениальная идея: — Будешь развивать его по ходу.

— По ходу дела? — переспросила его Эрна, видимо уточняя для себя что-то.

— Нет. По ходу движения. Нам пора! А то он через пять минут скроется за дверью своей квартиры, — не обращая в полной мере внимания на свои слова, отрешённо ответил ветер, вглядываясь куда-то вдаль.

Эрна секунду недоумённо смотрела на Эфира, затем открыла рот и в глазах её появился огонёк осознанности.

— А! Ты про парня сейчас! — немного запинаясь от неожиданности, произнесла она.

— Ты же кричал, что за ним спешить не следует! — придя в себя после небольшой заминки, возмутилась Эрна.

— Правильно. Просто я только что в вариациях бытия увидел, что вот он зайдёт к себе в квартиру и выйдет оттуда не раньше середины следующего дня. У него появилось предчувствие, что на улицу лучше не выходить. Наверное, это из-за нас.