Дима только обхватил себя руками и уставился в пол. Неужели в подземельях действительно похолодало или его морозит только об одной мысли о Питерсоне?
— Похоже, на то...
Дима и Винс разом вздрогнули. Источник звука нашелся быстро. Рыжая белка слезла по балдахину и метаморфознулась в немного смущеную девушку, присевшую на краю кровати.
— Черт возьми!..
— А ты-то тут, что делаешь?! — Дима резко шагнул к Сьюзан. — Я сейчас имею полное право снять очки с твоего факультета, за проникновение...
— Знаю, но я рассчитываю, что ты этого не сделаешь. Именно поэтому я и показала себя.
— Значит, за нами следили два шпиона! Сказать по правде, от тебя я такого не ожидал!
Не смотря на повышенный тон Димы, девушка оставалась спокойной.
— Не надо на мне срываться. Я просто хочу забрать палочку Питера. Ты же ее так и не вернул.
Дима быстро вытащил палочку и поспешил отдать Сьюзан, будто она была проклята.
— Плащ пусть пока остается у тебя. Его я унести не могу...
— Я могу отдать его декану.
— Можешь, но не сделаешь. А теперь мне пора. Увидимся завтра на Гербологии, — Сьюзан взяла палочку в рот и снова приняла форму белки.
Когда она пробежала возле Винса, он негромко спросил:
— Стефи, ты — белка?
Белка остановилась и взяла палочку лапками.
— А ты можешь быть и смешным, Маклакенс, — с этими словами она выбежала за дверь.
Глава 10. Вода-проказница
Последующие две недели Дима активно избегал Питерсона. На общих уроках, он садился подальше, а в случаи непредвиденной встречи, менял маршрут.
Близился Хелоуин. Все начинали готовиться к празднику. Хоть у себя дома, Дима его не отмечал, он загорелся желанием в нем поучаствовать. Самым большим вопросом для него стал выбор костюма, но он был не одинок.
— Думаю, тебе бы подошел костюм ангела, — как-то вечером сказал Винс.
— Это идея! Ну а сам ты кем будешь? — Дима дописывал работу по Нумерологии, периодически поглядывая на друга, развалившегося у него на кровати.
— Не знаю еще. Это такой сложный вопрос... Мама уже предложила раскраситься как демону, но мне что-то не очень нравиться идея.
— Размажешься еще потом по другим, — Дима довольно улыбнулся.
— Ага. Тогда ты подвергнешься нападению темных сил в лице Питерсона, — знал же куда бить.
— Ну, знаешь! — Дима поставил жирную точку и вскочил со стула.
— Кстати, о Гриффиндоре. Почему-то в последнее время они утихомирились. Неужели что-то снова намечают?.. Да и Оувинс прекратил свои подколки. Представляешь, я сегодня столкнулся с ним на лестнице, а он и слова не сказал. Будто я для него существовать перестал...
— Для тебя это так важно? — Дима сказал это с неким намеком, но Винс только безразлично покачал головой.
— Просто непривычно. Он меня с третьего курса достает, а до того и не замечал, вроде. Хоть жить спокойней станет.
— А может, ты уже спать пойдешь, а то нам завтра рано вставать?..
— Я бы с радостью, но!.. — он театрально развел руками. — Чарем привел свою девушку и попросил нас с Нельсоном отлучиться "ненадолго". Слушай, а может мне к тебе переселиться?..
— А где же Людвиг?
— Его я не видел с обеда. Наверное, тоже где-то с кем-то...
* * *
Проснулся Дима от того, что ему было холодно и... мокро? В стекло мирно постукивали капли дождя. Он потрогал одеяло и удивился тому, что оно оказалось влажным. Не понимая, что произошло, Дима сел и поджал ноги, желая согреться, но бесполезно. Простыня тоже была влажной, а подушка какой-то сырой. Недовольно протерев глаза, слизеринец осмотрелся и непонимающе уставился на стол, плавающий в каком-то метре справа от него. Вскочив на ноги, Дима мало того, что ударился об потолок, так еще и заставил кровать погрузиться в воду. Вода омыла ступни Димы и отступила.
— Какого?!
В комнате плавало все. Даже шкаф, который казался довольно стойким, сейчас покачивался недалеко от Димы спинкой вверх. Хотелось кричать и кричать громко. Все вещи, все учебники и домашние задание, лежавшие на столе были намочены, если не промокли полностью. Вообще откуда тут вода?!
Делать нечего. Дима попытался дотянуться до палочки и перстня на тумбочке, отплывшей в другой конец комнаты, но ему это не удалось. Пришлось слезть с кровати в ледяную воду и вплавь добираться до тумбочки. Надев кольцо, Дима взял палочку и произнес отпирающее заклинание. Вода мгновенно начала отбывать, но не полностью, как рассчитывал парень. Ему было уже по пояс, когда он заметил, что в коридоре столько же воды.
— Не может быть!.. Потоп?!
* * *
— Видимо "землетрясение", — Вирджиния сделала паузу, — произошедшее больше месяца назад, не прошло даром, как мы думали...
Еще бы! Все утро преподаватели спасали слизеринцев от нагрянувшей беды. Уровень воды был настолько высоким, что затопил выход из гостиной. Старшие студенты, что знали нужные заклинания, сумели проплыть это расстояние и поднять панику. Дима бы сам отправился за помощью, но долг заставил его и Бет оставаться возле младших курсов. Первокурсники чуть не плакали, а другие причитали, что тут им и придет конец.
Было два варианта выхода: выплыть или рушить потолок. Преподаватели выбрали первое. Они мгновенно поспели к студентам и начали спасательную операцию. Преподаватели наколдовывали пузырьки с воздухом и небольшими группами выплывали. Хуже всего было то, что вода стремительно прибывала. Когда ситуация более или менее была взята под контроль, Дима быстро переодел пижаму в форму (странно было одеваться в воде).
Завтрак для всех начался значительно позже. Студенты трех других факультетов пораженно смотрели на Слизеринский стол. Почти все слизеринцы сидели в пижамах. Всех высушили, но смотрелись они все равно вяло. Винс тоже додумался надеть форму, но сообразительней всех оказались девчонки старших курсов. Они не только успели переодеться, а еще и накраситься, да и вообще выглядели будто ничего и не произошло.
— Подземелья затопило, и мы ничего не можем сделать, пока идет дождь. Студентам Слизерина придется пожить в другом месте, пока подземелья не будут высушены, а трещины в основании замка не устранены. Поскольку у нас нет такого количества жилых помещений, чтобы поселить всех вместе, придется вас, слизеринцы, разделить. С первого по третий курс поселятся с Хаффлпаф, четвертый и пятый курсы — с рейвенкловцами, ну, а шестой и седьмой курсы — отправятся в башню Гриффиндора.
Зал моментально загудел. Принять, приютить у себя слизеринцов. Только отдельные личности, по стечению их личных обстоятельств, были согласны на такое. Слизеринцы были возмущены значительно больше, но их недовольные голоса притихли, как только директор снова заговорила.
— Слизеринцы, вы можете забрать свои вещи, но только под присмотром преподавателя. Это относится к старшим курсам. Остальным вещи доставят преподаватели. Занятия никто не отменял, так что быстро завтракайте. Слизеринцы могут пропустить первое занятие, но на следующее, чтобы явились. Как уже некоторые догадались — Зелий сегодня не будет. И еще...
Двери зала резко распахнулись, и в походе появился злой, словно растормошенный клубок змей декан Слизерина. С его одежды и волос капала вода, но он не обращал на это внимание, быстро шагая по проходу к преподавательскому столу. Еще никогда Диме не приходилось видеть профессора в таком беспорядке: одежда была мокрой и местами грязной, мантию он вообще где-то дел, волосы были распущены и мокрыми локонами спадали на лицо и спину. Однако такой вид был коротко временным. Дроклов поднял свою палочку, и одежда его высохла, стала снова чисто и свежей на вид. Проведя рукой по волосам, он просушил и их, одновременно укладывая, словно зачесанные назад.
— Как наши дела, Гектор?
— Я бы мог вас обнадежить и сказать много чего хорошего, но это было бы ложью. Все не просто плохо. Все паршиво! Еще немного воды и все подземелья погрузятся под воду! Будет такой аквариум со слизеринцами! Мои покои не пострадали, но долго защитные чары не продержатся! Нужно немедленно достать все запасы, иначе нам влетит в копеечку все это восстановить!
— Хорошо, мы этим займемся, но сначала нам нужно позаботиться о студентах. Быстрее заканчивайте, и деканы других факультетов отведут вас в новые апартаменты. Поскольку Хогвардс не резиновый, то некоторым придется потесниться. Будьте к этому готовы!..
* * *
— Поскольку спальни рассчитаны максимум на пятерых, придется подселить одних к другим, — Лимпфон выглядел довольней некуда, похоже, сейчас его мысли занимало что-то другое. — Девушки, вам повезло. Вас десять, так что ваши комнаты так и остаются, можете идти. Парни, вы уж простите, но троих из вас придется подселить к нашим семикурсникам. Ваш прошлый состав так и остается, так что идите, ищите двери со своими именами. Дальше. Девушки, — он осмотрел оставшихся шестикурсников, — вас четверо, а наших двое. Придется немного потесниться. Будете жить вшестером. Уберем пару тумбочек, и будет как раз. Можете идти. Возражения принимаются только в письменном виде по каждому второму вторнику нечетного месяца. Идите, — Бет так и не высказала все, что надумала и тихо догнала подруг. — Остаются парни. Вас шестеро, но не беспокойтесь — вас селить вшестером не будем. Наших четверо, так что один из вас подселится к ним. Не надо спорить, я уже знаю, кто это будет. Загорный жил один, так что подселяться будет он. И не надо благодарить меня за такое мудрое решение вашей делемы. Все свободны. Я уже сказал, когда принимаются возражения, так что идите, обосновывайтесь, — декан Гриффиндора сжег пергамент с распределением и направился к выходу, насвистывая что-то себе под нос.
— Вот повезло!
Винс одобряюще похлопал Диму по плечу. Другие парни тоже сочувствующе на него поглядывали.
— Это же надо такое! И сколько же нам придется провести в этом обители зла? — Винс недоверчиво смотрел абсолютно на все предметы в гостиной. — Я тут долго не выдержу!
— Ничего не поделаешь. Во всем виноват этот потоп, — Людвиг пожал плечами и первым направился к спальням, он был еще одним из немногих, кто додумался переодеть пижаму.
Диме тоже не нравилось такое количество красно-золотистых цветов. Зайдя в комнату, он сразу сообразил, куда ему нужно было. Крайняя правая кровать была единственная завешана зеленым балдахином и застелена черным покрывалом с серебристой змеей. Запихнув свои вещи по новым местам, а плащ-невидимку под кровать, он быстро отправился в ванную. Больше всего он хотел стать под теплый душ и согреться, но он определенно не был готов к кранам в форме львиных голов и ванной на львиных ножках.
* * *
Целый день Дима провел на взводе. Слизеринцу совсем не нравилась идея обитать в башне Гриффиндора. Ему там было неуютно... Даже попытка воссоздать слизелинскую обстановку в его углу комнаты была бесполезной. Он до последнего отсиживался в комнате друзей, после отправившись в ванную для старост. Дима максимально оттягивал момент возвращения в 'свою' комнату. У него был один план, но его воплощение зависило от времени.
Слизеринец тихо приоткрыл дверь комнаты и услышал раскатистый храп, в промежутках которого доносились монотонные постукивание дождя в стекло. Погода была отвратительная и еще долго обещала оставаться таковой. Видимо, он здесь надолго. Дима тихо вздохнул и, как можно тише, прикрыл за собой дверь. Решив не рисковать, он, проходя мимо каждой кровати, запустил в спящих Пундусом храпундусом. Пусть спят до рассвета, а там и он проснется. Положив свои вещи на стул, Дима переоделся в пижаму и залез под одеяло. В башне было теплее, значительно теплее, чем в подземельях. Сон мгновенно увлек Диму в свой мир, но сегодня он обещал быть неспокойным.
Выйдя из ванной, Питер поразился, что все уже спят. А ведь он хотел еще кое-что обсудить с Томом. Ладно. Оно может подождать и до завтра, а пока... Он с интересом посмотрел на пятую кровать с зеленым слизеринским балдахином. А ведь он так и не узнал, кого к ним подселили. Один быстрый взгляд не разбудит спящего. Подойдя ближе, он услышал тихое всхлипывание, которое проскакивало между храпом Джема. Подумав, что ему показалось, Питер подошел к кровати и, раздвинув балдахин, замер на месте. В проникшем лунном свете, на бледном лице спящего блестели две влажные дорожки. Тихо всхлипывая, слизеринец каждый раз поджимал ноги, пытаясь казаться меньше. Его губы двигались, но слов Питер не слышал.
— Загорный? Дима!.. — Питерсон протянул к спящему руку, но она была перехвачена на подходе. Кажись, подумав немного, Дима притянул ее к себе и прижал к груди.
— П...
— Что? — Питер залез на кровать и нагнулся.
— Паша... — слизеринец сильнее сжал руку, и по щеке покатилась еще одна слеза.
— Дима, проснись! — Питер второй рукой начал трясти парня, но это было бесполезно.
— Паша, помоги!.. — Дима потянул одну руку вперед и гриффиндорец сжал ее своей.
Питер не мог просто так оставить плачущего Загорного и не потому, что он бы не дал ему заснуть. Осторожно стерев влагу со щек слизеринца, Питер взял его лицо в ладони и соединил их губы. Просто поцелуй, только прикосновение. Дима снова всхлипнул и обеими руками вцепился в пижаму гриффиндорца. Питер оборвал поцелуй и обнял Загорного, плотно прижимая его к себе. Так они и сидели некоторое время, пока Дима, наконец, не престал всхлипывать. Его дыхание стало ровным и, похоже, кошмар отступил. Неохотно Питер высвободился и уложил слизеринца, укрыв одеялом. А Дима может быть милым, хотя, похоже, только когда спит. Жаль. Питерсон провел пальцами по своим губам. Его внезапно осенила очень интересная идея. Если воплотить ее в жизнь, то что-то может получиться. Питер бросил на Диму много обещающий взгляд и отправился спать. Надо будет завтра сутра зайти к Лимпфону.
* * *
На следующее утро Дима проснулся с очень странным ощущением. Он помнил, что ему снилось что-то плохое, но сон ушел. Глянув в окно, Дима заметил, что балдахин открыт, а он точно его закрывал. Что-то тут было не то. Вот уже рассвет и заклятие спадет с его сокомнатников. Нужно было торопиться. Наспех приняв душ, слизеринец привел себя в порядок и поспешил в совятню. Он хотел написать Паше о последних событиях и спросить совета в подборе костюма на Хелоуин. Проходя мимо средней кровати, Дима на мгновение задержался. Почему-то ему не понравилась эта довольная улыбка на лице Питерсона. Избегал его две недели, а теперь им жить в одной комнате. Вот он — закон подлости. Сегодня ночью ничего не случилось, так как Дима заранее все просчитал. 'И за что мне такое наказание?' — развернувшись, слизеринец отправился писать письмо первому лучшему другу.
Глава 11. Правда — Дело
Вернувшись в гостиную после занятий, Дима и Винс поразились стоящей в дальнем углу красно-зеленому шатру с вкраплениями золотого и серебряного.
— Примирение Слизерина и Гриффиндора?
— Почти, — парни разом обернулись на голос и увидели Сьюзан Стефи. — Пока это просто шатер, но примирение одно из возможных последствий. Вот держите, — девушка протянула два конверта с написанными сверху именами. — Надеюсь, вы все же примете приглашение, — не дождавшись ответа, она развернулась и отправилась к выходу из гостиной.
