Вен Яхуи поднял руки, словно признавая поражение.
|Я просто попросил тебя подумать об этом. Решение всегда было принимать тебе. Вы не были официально обручены. Но сейчас всё это в прошлом...|
— Хмф. Всё ещё занимаешься семантикой? Старый пердун, думаешь, я тебя не отравлю?
|Эм. В этот раз ситуация другая. Нет, нет. Мы полностью обрубили связи с Шенами. Семья Лонг в этом была весьма настойчива. Понятно, учитывая их обстоятельства, но их настойчивость необычна. Обручение едва не было отменено просто потому, что я сделал пару отстранённых замечаний...|
Упоминание семьи Лонг успешно смогло отвлечь Вен Джиайи. Наследнице семьи Вен необходимо обращать особое внимание на действия других древних семей.
"Шены готовы стать агрессорами, и они мобилизуют аномальные силы. Это подтверждение. Между этими семьями что-то произошло. Семья Лонг, или скорее их матриарх, не стала бы заморачиваться войной при обычных обстоятельствах.
Возможность встать на сторону Шенов может стать спусковым клапаном, если отношения с Лонгами станут нежелательными. Хорошо, по крайней мере старый пердун всё ещё сообразил оставить мне пространство для маневра".
Единственным, что беспокоило Вен Джиайи, было одно использованное её отцом слово. Её розовые глаза вздрогнули, когда она осознала, что едва не заглотила наживку.
— ...Обручение?
|Официальное заявление было сделано вчера. Тысячи семей и сект прислали поздравления. Их пожелания благополучия и подарки хранятся в малой сокровищнице. Проверь их позже. Особенно ту маленькую чёрную коробку.|
Отец и дочь уставились друг другу в глаза. В этот момент интуиция Вен Яхуи зазвенела набатом. К счастью, он вскоре уйдёт в затвор. Не будет же она злиться дольше нескольких тысяч лет. Не будет же...
— Ты...
Ранее бывший расслабленным тон Вен Яхуи похолодел. Пряник должен сопровождаться кнутом.
|Я дал тебе семнадцать лет, чтобы найти свою возможность. За это время Шен Ксинг умер дважды. Ты ожидаешь, что я оставлю будущее семьи на волю случая? Ты никогда не была наивной девочкой, должна быть в состоянии понимать это решение.|
Разумеется, Вен Джиайи понимала, почему и ощутила огромное огорчение от своего отца. Она обладала талантом, интеллектом, и красотой, превосходящими всех её так называемых соперников. Даже сучка из семьи Ли ей не соперница! К сожалению, этого было недостаточно, чтобы получить доверие её отца. Полного подчинения внешних фракций семьи Вен было недостаточно.
Из ниоткуда возникла нефритовая пластина, и зависла перед Вен Джиайи.
|Это информация, переданная тебе семьёй Лонг в качестве демонстрации их искренности.|
Духовная энергия внутри выглядящей хрупкой пластины была аномально активна. Хватило беглого взгляда, чтобы Вен Джиайи убедилась, что она была создана истинным мастером. Кем-то, чей уровень значительно выше её отца. Она могла это осознать, поскольку всю жизнь была окружена высшими существами.
17 лет назад она получила нефритовую пластину, которая должна была содержать некую информацию о Шен Ксинге. Назвать это "информацией" уже было натяжкой. Она была заполнена гламурными достижениями семьи Шен. Даже не самого Шен Ксинга, а его семьи! Они вели себя так, словно семья Вен не знает слухи о том, как он может реинкарнировать, сохраняя память. Чтение содержимого этой сводки было испытанием терпения!
Она на секунду представила, как разбивает нефрит, но в итоге всё же направила в него своё духовное чувство.
"...
Это... Определённо отличается..."
Тонкая нефритовая пластина принялась рассыпаться сразу же, как только вступила во взаимодействие с духовным чувством Вен Джиайи. Она была создана как одноразовый предмет, и учитывая содержание, Вен Джиайи была не удивлена. К счастью, её память была идеальна. Просмотреть содержимое один раз было достаточно.
Первая половина содержала предысторию семьи Хан Де, его секты, и детальное изложение его жизни. Вторая содержала детальный анализ его культивации, предположения о созданных им искусствах, и предположения о результатах программы "планирования семьи" Лонгов.
Если бы Хан Де прочитал этот доклад, он ахнул бы от жуткого отсутствия приватности, которое переносил идиот-культиватор. Всё, что он делал, записывалось. Как он искал просветлённых, как налево и направо бросал вызовы потенциальным ГГ во имя сохранения лица, как бегал за Чу Чен.
Всё это было здесь. Всё, кроме трёх моментов.
Отсутствовала информация об ученицах Хан Де. Их существование и талант признавались, но не раскрывались даже их имена. Этот доклад был о Хан Де, и только о Хан Де.
Двумя другими отсутствующими моментами были взаимодействие Хан Де с тараканом, и его близкие контакты с пустотными существами.
Перед самым концом была маленькая секция, содержащая договор между семьями Лонг и Вен.
"Все дети женского пола присоединяются к семье Лонг после рождения? Подбором супруг всех будущих детей мужского пола будет заниматься семья Лонг?!"
Вен Джиайи ошарашенно уставилась на своего отца. Вен Яхуи усмехнулся в ответ.
|Семья Лонг отчаянно боролась за эту сделку. Преимущества для нас перевешивают недостатки.|
Вен Яхуи взглянул на небо, словно наблюдал за чем-то. Миг спустя он помотал головой.
|Я не пошёл бы на эту сделку, если бы не желание твоей прапрабабушки. Ты всё ещё можешь отказаться без каких-то штрафов для семьи Вен, я это обеспечил. Остальное зависит от тебя.|
Вен Яхуи исчез, не оставив никаких флюктуаций духовной силы, предоставив свою дочь её раздумьям.
Это обручение было очевидно невыгодным для семьи Лонг. Их единственными требованиями были пункты о потенциальных детях, и разрывание всех связей с семьёй Шен и их союзниками. В обмен они обеспечивали безусловную поддержку и защиту семье Вен при любых обстоятельствах.
"Они высказывают пренебрежение семьёй Вен, делая пункт о "защите" столь широким? Нет, будь оно так, разве этот старый пердун согласился бы? Он заботится о своём лице больше, чем о чём-либо. Даже желание старой карги не заставило бы его это сделать. Чего-то не хватает".
Последняя секция нефритовой пластины содержала образы Хан Де. Образы в брачных интервью были персональным табу Вен Джиайи. При обычных обстоятельствах любой, что что-то о ней знает, не стал бы включать изображения. Особенно нагишом. Ки Яда Вен Джиайи выдержит не каждый!
Образы Хан Де, однако, были неожиданно неплохи. Некоторые были "сняты", пока он культивировал. Некоторые — когда он взмахивал мечом с полуулыбкой на лице. Самый рискованный был сделан в ванной, отображая контуры тела Хан Де в идеальном свете, в то же время скрывая интимные части паром.
"Похоже, у каждого изображения есть тема. Некоторые подают его надёжность, другие — уязвимость. Заметно, что семья Лонг — матриархат. Они знают, как подать материал.
Хмм. Выглядит он неплохо. Хотя я видала мужчин и лучше. Этого недостаточно, чтобы меня заинтересовать".
Как только Вен Джиайи закончила просматривать последний образ, нефритовая пластина полностью рассыпалась.
В договоре семья Лонг конкретно сказала им, что они согласятся на любые её проверки; она может свободно испытывать Хан Де, как пожелает.
В прошлом Вен Джиайи выдвинула эти требования семье Шен, поскольку знала, что семья Шен понятия не имеет, где находится Шен Ксинг, и даже если бы они знали, они сочли бы унизительным, чтобы женщина их испытывала. Это было её способом лениво оскорбить Шенов, но, неожиданно, семья Лонг упреждающе согласилась на всё. Проблемное развитие в противоположном направлении.
92. Реверс-гаремный альянс.
"Обязанности... Обязанности... Какие вообще обязанности у меня могут быть?! Они перевезли секту? Что насчёт семьи Хан? Это про становление старейшиной семьи?"
Иметь дело с толпой морщинистых старых убийственных надменных семейных старейшин и так было тем ещё испытанием. А теперь эти старейшины утратили своё основание, их планета почти уничтожена, а то, что от неё осталось, недоступно. Их спасательный круг — семья Лонг, а их единственная связь с этой семьёй — Лонг Ксю. Если его мать действительно оставила позицию главы семьи, Хан Де предвидел, что эти старые лисы постараются сделать всё, что смогут, чтобы повысить своё влияние.
Разумеется, это было сценарием, выстроенным на основе воспоминаний идиота-культиватора. Поскольку он никогда не интересовался семейными делами, большая часть предположений Хан Де была ненадёжна.
Вторым возможным сценарием была его вовлечённость в секту, но это казалось в лучшем случае маловероятным. Секта была просто лицом семьи Хан, с чего бы бабушке со стороны матери называть это обязанностью?
"Единственная связанная со мной альтернатива это... договорной брак? Но у семьи Хан там нет никакого влияния.
Есть ли семье Лонг до этого какое-то дело? Мама никогда не говорила о своей семье. Ещё она пыталась свести со мной Нинг Би. Возможно, семье Лонг нет дела до брачных альянсов".
Будучи сторонником основательного планирования, Хан Де мысленно прошёлся по худшим возможным сценариям. Хотя он имел некоторое представление о том, какими бывают сяньсийские семьи, и "праведные" секты, его личный опыт был ограничен опытом идиота-культиватора. Неизбежно, вывод, к которому он пришёл, отражал то, что он считал самым важным. А именно, к "войне" с отцом таракана.
Хан Де был уверен, что пока его мать жива, семья Лонг не сможет использовать его как козла отпущения в войне. Она была его щитом, как и бабушка заодно.
Его тревожаще молодо выглядящая "бабушка" сказала, что ей потребуется какое-то время, чтобы добраться. Но Хан Де очевидно не верил её словам. Она выглядела как некто, кто может прибыть через несколько минут, а потом жаловаться, как долго пришлось добираться. "Бабуля" создавала впечатление ребёнка с лупой — может часами наблюдать за всем подряд, а может устроить геноцид из каприза.
"Что бы там ни было, самое безопасное для меня — играть роль благочестивого сына. Если понадобится, я могу положиться на Систему, чтобы впечатлить семью Лонг и поднять свою ценность, да и в целом получить больше влияния. Хотел бы я знать, как там девчонки... Лонг Джуан... нет, моя бабушка, сказала, что они в порядке. У них должны быть крутые конституции, так что они должны быть в порядке..."
В норме наличие могучих конституций у ГГ притягивает неприятности, но с его ученицами была мать Хан Де. Она не позволит никому их эксплуатировать.
"Я реально не знаю ничего ни о семье Лонг, ни о Мириаде Царств, или как там называется фракция таракана..."
Хан Де изо всех сил старался забыть о причине войны и разрушении его родного мира. Когда он об этом думал, его дыхание становилось дёрганым, и сердце начинало колотиться.
"Просто забыть об этом. Не думать. Делать что-то другое. Займусь чем-нибудь другим, угу. Почему бы не испытать мечи Зарождающейся Души? Это должно бы отвлечь мысли от бесполезного..."
Когда он отсутствующе прошёлся по своему кольцу хранилища в поисках мечей уровня Зарождающейся Души, Хан Де заметил потрёпанную книгу, заныканную в углу. Ему понадобилась секунда, чтобы вспомнить, это был его дневник. Почему он такой потрёпанный?
Он искал отвлечение, почему бы не проверить дневник? Он же всё равно начал его вести, чтобы наблюдать за своим психологическим состоянием, и сейчас момент не хуже других.
На первых страницах были записи об образовании его лакеев, вперемешку с раздражёнными замечаниями насчёт садов духовных трав. Это было в районе того времени, когда он заметил эффекты понимания грандмастерского уровня.
У Хан Де была культиваторская память, и он мог вспомнить, как писал каждую букву, не то что содержание того дня. Против своей же оценки, он ощутил, что писать дневник может быть пустой тратой времени. Его память попросту лучше, чем такой ненадёжный медиум, как бумага!
Всё же, Хан Де перелистнул на следующую страницу. Которая была заполнена новыми раздражениями про неэффективный уход за духовными травами. Напоминание об этих воистину отвратительных условиях в секте наполнило Хан Де яростью. Он раздражённо перелистнул страницу.
И немедленно нахмурился.
'k{> |w?|$k ' лучше всего! 1 миллион x]&w(<"n k>%]#
Это было лишь подтверждением, вопросом ради того, чтобы не оставлять ни одного камня не перевёрнутым. Однако, Себастьян во второй раз умолк. Немедленного ответа не было. Хан Де непроизвольно затаил дыхание, ожидая.
<|Я извиняюсь, молодой господин... В моём текущем состоянии я могу произнести семь слов об испытании, прежде чем небеса погасят мою душу.|>
Себастьян был исполнен сожаления. У него был шанс, но он не смог достойно служить молодому господину. Очевидно, этот вопрос был наказанием. Левиафан начал готовиться. Сопротивляться наказанию небес — это не то, что пройти испытание небес. Реакция будет быстрой и безжалостной. Нужно быть быстрым, иначе не выйдет и трёх слов.
<Память этого тела неидеальна. Поскольку испытание было нестандартным, ничего не говори.>
Слова молодого господина заставили Себастьяна встрепенуться. Было ли это действительно из-за несовершенства нового тела? Себастьян мог ответить на это лишь "нет". Хотя несовершенство может быть и реально, но не это. Это было, одновременно, предупреждение. В словах такого существа, как молодой господин, будет смысл за смыслом.
"Чё за нах, с каких это пор рассказ об испытании вызывает кару?!"
У Хан Де было огромное уважение к испытанию небес. Если понадобится склониться, он склонится. Если понадобиться встать на колени, сделать земной поклон тысячу раз, и просить прощения, он определённо так и сделает! Испытание небес — это вам не шутка!
Осознание того, что произошло, и что могло произойти, вызвало озноб по спине Хан Де.
Призыв испытаний небес просто словами было экзистенциальным проклятьем Хан Де. Воистину. В секте он едва не вызвал такое знаниями физики из средней школы. Хотя на тот момент он на этом не фокусировался, но это было, вообще-то, травматичным опытом для Хан Де. Не заморачиваться этим было сознательным выбором! Тактикой предотвращения прискорбных инцидентов!
Что, если он заговорит во сне о фундаментальных силах вселенной? Что, если у него будет сон о просмотре статьи википедии про чёрные дыры, а какой-то левый культиватор подсмотрит? Будет ли небесное испытание заморачиваться техническими тонкостями того, что он был на этот момент не в сознании? Что, если он ответит кому-то, не подумав? Есть ли какие-то правила в духе того, что рефлекторные ответы не считаются, если счёт слов ниже определённого порога?
Хан Де не мог не мучаться такими вопросами. Всего секунду назад он очень хотел узнать, что произошло в испытании, но сейчас он больше не хотел об этом слышать. В каком-то смысле, Система оказала ему большую услугу. Вероятно. Может быть.
"ОК, забьём на это. Это не лучшее направление мысли. Из расследования этого испытания ничего хорошего не выйдет. Идём дальше..."
Вторым, и более немедленным вопросом, было надвигающееся разрушение планеты, или того, что от неё осталось.
