Римская республика III—I вв. до н. э.
Римской республикой по-прежнему управляли представители консулярных фамилий (нобилитет), которые руководили политической жизнью государства и сената. Они проводили на магистратские должности нужных им кандидатов и умели обуздывать еще встречавшихся слишком независимых плебейских трибунов. Впрочем, аристократы порой допускали в свои ряды талантливых и тщеславных «новичков», не имевших консулярных предков, одновременно вовлекая через народные собрания всех граждан в процесс принятия политических решений. Но все это не снимало напряжения между нобилитетом и всадниками, а также между демократическими и олигархическими группировками внутри самого сената.
Наконец, назревала необходимость пересмотреть Риму свои взаимоотношения с италийскими союзниками, которые давно уже составляли большую часть римской армии и выносили на своих плечах тяжесть завоеваний, в то время как все выгоды от них доставались римским гражданам. Более того, отмена «права перемещения» даже аристократию италийских муниципиев лишало надежды на приобщение к большой политике, которая вершилась в Риме. Обретение союзниками прав римского гражданства могло бы изменить ситуацию, однако римляне не торопились делиться своими привилегиями с италийцами.
Длительные заморские войны сказались на ухудшении положения крестьянства. Надолго покинутые хозяйства приходили в запустение. Возвращаясь с войны, крестьяне зачастую обнаруживали свои участки в руках более удачливых соседей, которые увеличивали за их счет свои владения, широко используя в них труд рабов. Вчерашние собственники превращались в люмпенов, наводнявших Рим в поисках «хлеба и зрелищ». Процесс разорения мелких собственников, проявившийся уже к концу II в. до н. э., вел к ухудшению боевых качеств римских легионов, в комплектовании которых по-прежнему сохранялась характерная для гражданского коллектива связь между статусом воина и землевладельца. За решение проблемы восстановления мелкого землевладения с целью укрепления римской армии взялся уже известный нам Тиберий Семпроний Гракх (162—133 гг. до н. э.).
По своему происхождению Тиберий и Гай Гракхи принадлежали к выдающимся фамилиям римского нобилитета. Их мать, Корнелия, была дочерью Сципиона Африканского, победителя Ганнибала, а отец, Тиберий Семпроний Гракх, — известным полководцем, политическим деятелем и человеком благородного характера. Будучи плебейским трибуном, он предотвратил основанный на ложном обвинении в присвоении доли контрибуции арест Луция Сципиона, брата Сципиона Африканского, избавив их семью от позора. Гракхи с юных лет были тесно связаны дружескими и родственными отношениями со Сципионом Эмилианом, который стал мужем их сестры.
В юности Тиберий сражался в армии Сципиона под стенами Карфагена. Проекты аграрных преобразований обсуждались в кружке, сложившемся в 60-е годы II в. до н. э. вокруг Сципиона Эмилиана, но были подхвачены людьми нового поколения.
Замысел Тиберия Гракха не выходил за рамки предшествующих аграрных законопроектов, которыми индивидуальные владения главы семьи на общественной земле ограничивались 500 югерами (125 га). Несмотря на внушительные размеры таких участков, их владельцы незаконно присваивали себе новые угодья, создавая крупные хозяйства на «общественной земле», фонд которой изначально считался собственностью всего римского народа. Сохранив уже существовавшее ограничение, Тиберий добавил по 250 югеров на каждого взрослого сына, но в целом семья могла иметь не более 1000 югеров (250 га). Излишки земли изымались и делились на участки по 30 югеров (7,5 га) для раздачи безземельным крестьянам в наследственное пользование. Таким образом, в аграрной реформе Тиберия Гракха не содержалось ничего излишне революционного. Но для осуществления реформы он решил обратиться к помощи народного собрания, чтобы противостоять своим противникам, большинство которых сосредоточилось в сенате.
Согласно букве закона его действия были правомерными, поскольку любой законопроект, принятый народом в собрании по трибам (плебисцит), распространялся на всех римских граждан. Но в соответствии с римской конституцией законопроекты, вносимые на голосование в народное собрание, должны были получить предварительное одобрение со стороны сената. В этой ситуации становится понятным, почему сенат решил противодействовать Тиберию, используя право «вето» его коллеги, другого плебейского трибуна Марка Октавия. Несмотря на накал борьбы, действия обеих сторон не выходили за «конституционные» рамки. И только когда Тиберий, апеллируя к народному собранию, отрешил от должности своего коллегу, поправ неприкосновенность личности плебейского трибуна, его действия привели к эскалации конфликта. С этого момента действия Тиберия классифицировались сенатом как мятеж, поскольку нарушали выработанную веками установку на взаимное согласие между всеми ветвями власти в государстве.
Единственный выход из создавшейся ситуации Тиберий видел в своем переизбрании на должность трибуна на следующий год, что противоречило римской политической традиции. Его переизбрание позволило бы обеспечить продолжение работы аграрной комиссии во главе с тестем Аппием Клавдием, которая начала уже перераспределение земли. Поскольку сенат отказался финансировать деятельность комиссии, Тиберий в поисках денег предложил, чтобы народное собрание, а не сенат распоряжалось сокровищами пергамского царя Аттала III, завещанными Риму. Его противники использовали этот поступок для обвинения Тиберия в стремлении к царской власти, тем самым фактически объявив его вне закона.
Кульминация и развязка кризиса пришлись на время проведения народного собрания, которое большинством голосов триб склонялось в пользу Тиберия. Сопротивление Тиберию возглавил великий понтифик Сципион Назика, учинивший во время голосования избиение сторонников Тиберия. Убийство Тиберия сделало год его трибуната поворотным пунктом в римской истории. Это событие положило начало эпохе гражданских кровопролитий и безнаказанных убийств в Риме. По словам римского историка, «с этого времени закон был подавлен силой, и могущественный занимал первое место». Поражение Тиберия Гракха объясняется тем, что своим поведением он шел вразрез с существовавшими древними традициями, закреплявшими ведущее положение сената в государстве. Тиберий Гракх ввел в обиход новый стиль поведения политика, основным элементом которого было достижение собственных целей путем опоры на народное собрание и использование демократических лозунгов. Опору Тиберию составляло крестьянство, но этого оказалось недостаточно, чтобы противостоять сплоченной оппозиции из нобилитета и сената в целом, а также из всадников и богатых плебеев — собственников вилл, не желавших терять свои земли. Аграрная реформа также затрагивала интересы италийских союзников Рима, которые при размежевании владений лишались своей доли «общественной земли».
Младший брат Тиберия Гай начал свою политическую карьеру в качестве члена аграрной комиссии. В 123 и 122 гг. до н. э. он был избран плебейским трибуном. Хорошо усвоив уроки, преподнесенные гибелью Тиберия, Гай всерьез взялся за демократизацию римского общества. Он провел ряд законов, которые должны были сплотить вокруг него различные слои римских граждан и помочь осуществить в полном объеме аграрный закон Тиберия. Закон о продаже зерна по низким ценам был выгоден городскому плебсу. Всадников Гай привлек на свою сторону, включив их в судебные комиссии по разбору дел о злоупотреблениях наместников в провинциях. Для укрепления позиций средних землевладельцев (сельского плебса) было предложено вывести колонии на незанятые земли в Италии и даже на место разрушенного Карфагена. Но главное, Гаю необходимо было привлечь на свою сторону италийских союзников. С этой целью он предложил законопроект о предоставлении им прав римского гражданства. Однако этот шаг реформатора вызвал протест всех слоев римских граждан — от нобилей до плебса, не желавших делиться с союзниками привилегиями, которые заключал в себе статус гражданина, и серьезно сказался на популярности Гая Гракха. В результате на 121 г. до н. э. он не был избран плебейским трибуном.
Дальнейшее развитие событий показало, что годичная должность трибуна не может стать основой для долгосрочных политических преобразований. В то же время стало ясно, что подчас противоположные интересы различных социальных групп, которые намеревался сплотить вокруг себя Гай, мешают созданию прочной коалиции. В этой ситуации консулу Луцию Опимию, противнику Гая, оказалось несложно убедить сенат объявить, что государство находится в состоянии крайней опасности, и предоставить ему чрезвычайные полномочия для расправы со сторонниками реформ. Кровавую победу над согражданами (погибло около 3 тыс. соратников Гракха) консул отпраздновал постройкой храма богини Согласия.
Закон плебейского трибуна 111 г. до н. э. Спурия Тория подвел черту под аграрными преобразованиями в Риме. Отныне все «общественные земли», находившиеся в частном владении, объявлялись собственностью их хозяев. Тем самым общественная собственность, бывшая основой землевладения гражданского коллектива, уступила место частной собственности на землю.
Проблемы, которые пытались решить Гракхи, оставались актуальными для римского общества и после их гибели. Однако для их решения требовалось искать другие средства, что и продемонстрировали преобразования в римской армии, связанные с именем Гая Мария.
Гай Марий — уроженец городка Арпин, был человеком незнатного происхождения («новым человеком» — «выскочкой») и свою карьеру начал со службы в армии. Во время Нумантинской войны он сражался под командованием Сципиона Эмилиана. Но наибольшей известности Марий достиг в войне, которую Рим вел в Африке с нумидийским царем Югуртой (111—105 гг. до н. э.). Приняв как консул в 107 г. до н. э. командование над римской армией, он одержал окончательную победу над Югуртой, пленение которого произошло при непосредственном участии Луция Корнелия Суллы, который находился в армии Мария в должности квестора. Уже во время этой войны Марий начал принимать на военную службу не только подлежащих набору граждан, но и добровольцев, не имевших никакой собственности. Тем самым была нарушена характерная для гражданского коллектива связь между военной службой и земельной собственностью, размер которой определял место гражданина в войске. Из гражданского ополчения римская армия становилась добровольной и профессиональной. Она постепенно превратилась в машину для сражения, чьи интересы отличались от нужд гражданского коллектива. Претерпели изменения отношения между армией и ее командирами. Полководцы начали использовать легионы для реализации своих амбициозных политических проектов.
Марий. Мрамор. Копия с изображения I в. до н. э. Мюнхен
Военная реформа Мария решила проблему боеспособности римской армии, но повлекла за собой обострение социальных проблем. Безземельный легионер по окончании военной службы должен был занять определенное место в обществе. Гарантией стабильного существования ветерана в гражданском коллективе мог быть только земельный надел, полученный за службу Проблема наделения землей ветеранов, сражавшихся в Африке, встала уже перед Марием. Для ее решения он в 103 г. до н. э. объединил усилия с плебейским трибуном Луцием Апулеем Сатуринином. Союзники планировали провести законопроект, позволявший основать ветеранские колонии за пределами Италии. Подходящим для этого оказался 100 г. до н. э., когда Марий после триумфальной победы над вторгнувшимися в Италию германскими племенами кимвров и тевтонов в шестой раз был избран консулом, а Сатурнин во второй раз стал плебейским трибуном. Большинство сенаторов (так называемых оптиматов, или «лучших» по терминологии Цицерона) выступило против расселения римских граждан в провинциях. Столкновение интересов переросло в открытый гражданский конфликт. Как консулу Марию было поручено усмирение мятежников-популяров, которое закончилось гибелью его недавнего сподвижника Сатурнина.
Начало I в. до н. э. ознаменовалось событием, последствием которого стало крушение республики, сопровождавшееся серией гражданских войн. Так, плебейский трибун 91 г. до н. э. Марк Ливий Друз предложил широкую программу реформ, нацеленную на удовлетворение интересов различных социальных групп, сопоставимую с замыслами Гая Гракха. Его программа включала законопроекты о продаже зерна городскому плебсу по низким ценам, о выведении колоний на италийские земли, о передаче судов, разбиравших дела провинциальных наместников, от всадников сенаторам. Чтобы заручиться поддержкой со стороны сената для осуществления этих мероприятий, по замыслу Друза, необходимо было пополнить его состав 300 новыми членами из всаднического сословия. Но его проект реформирования государства встретил скорее оппозицию, чем поддержку. Отношение римского общества к реформам продемонстрировало, что интересы различных групп, даже внутри высших сословий республики, оставались непримиримыми. Рим давно уже не сталкивался с серьезной угрозой извне, которая заставила бы римлян стремиться к поиску общественного компромисса и гражданского мира.
Однако больше всего римскую публику будоражил законопроект Друза, который предоставлял права гражданства всем жителям Италии. В итоге Друз был убит при невыясненных обстоятельствах. Провал законопроекта сделал неизбежной борьбу италийских народов за свои права, которая вошла в историю под названием Союзнической войны (91—88 гг. до н. э.). Правда, не все союзники выступили против Рима. Остались в стороне Этрурия, Умбрия, греческие города юга Италии и большинство городов Кампании. Восстали осские и сабелльские племена (самниты, луканы, марсы), к которым присоединились некоторые города, расположенные на юге Кампании. Но даже при такой расстановке сил восстание обернулось, хотя и непродолжительной, но кровопролитной и опустошительной войной. По сути дела, она вылилась в гражданскую войну, исход которой был предопределен культурно-историческим прошлым, объединявшим италийские народы с Римом. Последний, несмотря на разгром повстанцев, смог сохранить лидирующее положение в Италии, лишь предоставив права римского гражданства побежденным союзникам. Результатом этого процесса стало создание объединенной Италии, романизация которой происходила благодаря укоренению в местных городах римских муниципальных институтов.
Вооруженная борьба на территории Италии имела серьезные последствия для римского общества. Предоставление гражданских прав бывшим союзникам резко увеличило численность гражданского коллектива, правда, ограничив его пределами Апеннинского п-ова. Изменение социальной ситуации требовало создания адекватного ей политического строя. Как показала практика политической борьбы предшествующих десятилетий, альтернативой республиканскому правлению «общей пользы» выступал режим единоличной власти, который все же стремились оформить, опираясь на республиканские магистратуры — будь то трибунские перевыборы Гракхов или семикратное избрание консулом Гая Мария. Новый же политический режим рождался в битвах между римскими полководцами, которые в действительности преследовали свои политические цели. Наконец, вооруженное противостояние в Италии стерло важную для римского сознания границу между войной, которая велась на территории противника, и мирной жизнью, протекавшей в лоне гражданского коллектива. А это значит, что политическая борьба внутри Рима грозила обернуться борьбой за сам Рим.
