Реформы внешне выглядели как продолжение курса, который был заложен Решид-пашой, но они обрели новое звучание. Льготы, которые подтверждались или вновь предоставлялись, были адресованы прежде всего немусульманским подданным султана. Это касалось смешанных судов, допуска представителей религиозных общин в Высший совет юстиции, допуска немусульман к государственной и военной службе, провозглашения общего равенства налогообложения, признания права иностранцев на владение землей и недвижимостью. Еще заставший этот новый виток преобразований Решид-паша (он умер в 1858 г.) говорил о нем как о разрушительном для империи.
Преобразования, осуществлявшиеся после 1856 г., облегчали действие на территории османского государства иностранного капитала и многочисленных посредников между ним и местным населением, происходивших, как правило, из нетурецкой среды. Подобная компрадорская прослойка составила особый слой населения, получивший название «левантийцев». Она быстрее приспосабливалась к новым условиям, умело воспользовавшись правовыми гарантиями и выгодами капитуляционного режима, который был подтвержден торговыми договорами, заключенными в 1861—1862 гг. Благодаря им на территорию империи можно было провозить любые товары, кроме тех, что были объявлены государственной монополией (соль, табак, оружие, предметы военного снаряжения), были установлены льготные (в 8 %) импортные пошлины, отменены все внутренние таможенные сборы. В результате процесс экономической модернизации обрел для населения империи очень болезненный характер: в упадок стали приходить основные центры производства шелковых и шерстяных тканей и некоторых других отраслей традиционного производства. Упадок ремесла сопровождался разложением цеховой организации, усилилось подчинение непосредственных производителей инонациональному торговому капиталу. Деятельность левантийцев вызывала растущую враждебность особенно в среде провинциальных горожан.
Потребности мирового рынка были стимулирующим фактором для развития сельскохозяйственного производства. В аграрной сфере османской экономики чаще стал применяться наемный труд, использоваться различные новшества, ориентированные на товарное производство аграрной продукции. Этому должен был способствовать новый земельный закон, принятый в 1858 г. Однако он распространялся лишь на государственные земли. В отношении земель с иной формой собственности продолжали действовать шариатские правила. Эти земли нельзя было продавать, отдавать под залог, менять без разрешения чиновников характер использования земли. Поэтому закон не создавал у сельского населения уверенности в завтрашнем дне, в прочности их владельческих прав.
Наиболее заметны были перемены в сфере административного управления, вызывавшие острую реакцию в обществе. Так, борьба реформаторов и их противников развернулась вокруг принятия нового гражданского кодекса, который в итоге сохранил многие нормы мусульманского права. Соответственно и закон о вилайетах пришлось вводить постепенно. Испытательным полем для него послужил Дунайский вилайет, в который входила большая часть болгарских земель. Управлял им известный впоследствии реформатор Мидхат-паша. Он был одним из разработчиков этого закона, по которому во всех административных единицах должны были действовать совещательные советы. В них, кроме чиновников, входили выборные представители как мусульманского, так и немусульманского населения. Местной администрации предписывалось не вмешиваться в работу судебных органов. Подобная перестройка административных порядков, по замыслу Мидхат-паши, должна была предотвратить распространение идей национального освобождения в среде болгарского населения.
Тот же замысел лежал в основе усилий танзиматских реформаторов по регулированию межнациональных и межрелигиозных отношений. Был разработан новый статус немусульманских миллетов. Руководство всеми светскими делами в миллете возлагалось на гражданские советы. Допускалось выделение из среды трех старых миллетов новых образований, в которые могли объединяться представители иных религиозных течений (католиков, лютеран, протестантов).
Наиболее заметное влияние танзиматские реформы оказали на сферу просвещения и культуры. В 1869 г. был принят «Органический закон о всеобщем образовании», который подвел итоги успехам правительства в деле народного просвещения и вводил новую структуру образовательных учреждений в империи. Создавались начальные и средние школы, где обучались бесплатно не только мальчики, но и девочки. С 1867 г. в них стали принимать и немусульман. Увеличивалось число специальных учебных заведений: школ гражданских чиновников, канцеляристов, переводчиков, женских и мужских педагогических и ремесленных училищ. В 1868 г. по инициативе нового султана Абдул-Азиза (1861—1876) был учрежден Галатасарайский лицей, созданный по французскому образцу. В него принимались люди разных вероисповеданий, что должно было способствовать «слиянию мусульман и немусульман в единый народ, верноподданный султану». В столице начали функционировать различные научные и литературные сообщества. С особым интересом в обществе было встречено появление газеты «Терджуман-и ахваль» (Толкователь событий), свидетельствовавшее о рождении частной периодической печати. Росло число изданий художественной литературы, а также туркоязычных и переводных книг по османской и всеобщей истории, шло становление профессионального театра.
Во второй половине XIX в. увеличилась европейски образованная прослойка османского общества. Возросло число врачей, юристов, служащих разных компаний, писателей и переводчиков, чиновников и офицеров. Многие офицеры, чиновники и лица свободных профессий были выходцами из бюрократической среды и, получив образование во вновь созданных военных и специальных гражданских учебных заведениях, глубоко прониклись просветительскими и западными идеями.
В 1865 г. авторитетный писатель Намык Кемаль, публицисты Зия-бей, Али Суави и некоторые другие выступили инициаторами создания тайного союза, получившего название «Общество новых османов». Оно быстро обрело многих сторонников среди молодых офицеров, чиновников, журналистов. В своих статьях в газете «Тасфир-и эфкяр» (Выразитель идей) они пропагандировали идею «османизма» — единства всех подданных, имеющих общую родину — Османскую империю. Введенное ими понятие ватан (родина) фактически ставило верность ей выше прежнего представления о безоговорочной преданности султану-халифу. Тем самым оправдывалась и цель их деятельности — борьба за введение в Османской империи конституционного строя. «Новые османы» признавали, что танзиматские реформы способствовали ограничению произвола властей и сохранению целостности Османской империи. Однако деспотический режим, который стремился вновь утвердить Абдул-Азиз, по их мнению, не позволял обществу в полной мере усвоить плоды просвещения и устоять перед западным закабалением. По султанскому приказу Кемаль и его соратники были отправлены в ссылку, но конституционные идеи продолжали волновать османское общество.
Все эти новые процессы разворачивались в 60-70-е годы на фоне усиливавшегося финансового кризиса, в который втягивалась империя. За двадцать лет Порта заключила уже 15 внешних займов на общую сумму в 5 млрд франков. По подсчетам турецких ученых, лишь шестая часть займов была использована производительно — на строительство первых железных дорог, промышленных предприятий. Все остальное пошло на покрытие бюджетного дефицита и дворцовые траты. Расплачиваясь с долгами, правительство было вынуждено отдать в руки кредиторов такие статьи доходов, как ежегодная дань с Египта, поступления с сирийской, измирской и стамбульской таможен, налоговые сборы с ряда провинций. В 1873 г. сильная засуха, а потом очень суровая зима повлекли за собой страшный голод и эпидемии, вызвав запустение в ряде районов империи и падение налоговых поступлений в казну. Поэтому в 1876 г. Порта официально объявила о своем банкротстве.
С 1856 г. в Османской империи действовал первый банк — Оттоманский банк с английским и французским капиталом. В обязанности банка входило обслуживание всех операций, связанных с поступлениями в государственную казну. Хотя банк получил право осуществлять контроль за государственными и финансовыми ресурсами, он не сумел предотвратить банкротство.
Неурожай и вымогательства откупщиков государственных налогов вызвали в 1875 г. массовые восстания в Герцеговине, а затем в Боснии, Сербии и Черногории. В апреле 1876 г. восстала Болгария. Османская армия, иррегулярные части (башибузуки) и недавние переселенцы с Кавказа — черкесы, поселенные османскими властями в балканском регионе и выполнявшие там полицейские функции, устроили жестокую расправу над местным населением.
События на Балканах стали толчком для нового обострения Восточного вопроса. С начала 1876 г. западные державы предъявили Порте ряд меморандумов, требуя прекратить карательные экспедиции и провести необходимые в этих районах реформы. Эти требования были восприняты в османском обществе как попытки отторгнуть балканские провинции. По Стамбулу прошли бурные демонстрации учащихся религиозных училищ, поддержанные городской беднотой. «Новые османы» в своем воззвании обвиняли султана как в восстаниях на Балканах, так и в финансовом банкротстве державы. В этих условиях 30 мая 1876 г. произошел государственный переворот: Абдул-Азиз был низложен, а затем вскоре и отравлен.
Мидхат-паша, ставший лидером конституционалистов, рассчитывал, что на престол взойдет старший сын Абдул-Азиза Мурад V. Однако вскоре выяснилось, что новый султан из-за нервного расстройства не может выполнять свои обязанности. 31 августа он был низложен, а султаном был объявлен его младший брат — Абдул-Хамид II (1876—1909). Перед коронацией он обещал Мидхат-паше провозгласить конституцию, но, вступив на престол, не спешил с выполнением своего обещания. В конечном итоге его окружение все же решило поторопиться с введением в стране конституции, поскольку в Стамбуле должна была начаться конференция шести европейских держав (Великобритании, Австро-Венгрии, Германии, Италии, России и Франции) по урегулированию балканского конфликта. Предлагавшийся для обсуждения проект предусматривал автономию Боснии, Герцеговины и Болгарии, на что не хотело соглашаться османское правительство. В момент открытия конференции был провозглашен указ султана, вводивший в стране конституционное правление, а представители Порты заявили, что в новых «демократических» условиях вмешательство держав в дела османского государства неуместно. Однако попытка султана решить проблемы с Европой введением конституции не увенчалась успехом. Впрочем, и конференция не пришла к общему решению. Ее закрытие Абдул-Хамид ознаменовал высылкой из страны одного из авторов текста конституции Мидхат-паши.
Церемония открытия первого парламента Османской империи в Долмабахче. 1876 г.
Конституция 1876 г., ставшая кульминацией периода Танзимата, объявляла Османскую империю единым, неделимым государством, подданные которого равны перед законом. Им гарантировались безопасность личности, собственности и имущества. Предусматривалась независимость судов, обязательность начального образования. Учреждался двухпалатный парламент, верхняя палата которого назначалась султаном, а нижняя — выбиралась мужским населением государства. За султаном сохранялось право назначать министров, а также распускать парламент, вводить чрезвычайное положение. Даже в условиях начавшейся в апреле 1877 г. войны с Россией конституция продолжала некоторое время действовать. Однако в феврале 1878 г. султан распустил парламент, объявив его главным виновником поражения в войне. Действие конституции было надолго приостановлено. Борьба за ее восстановление стала главным лозунгом оппозиционного движения в период правления Абдул-Хамида II.
Русско-турецкая война завершилась сокрушительным поражением Османской империи. По условиям мира, выработанным на Берлинском конгрессе 1878 г., она теряла ряд своих важнейших территорий на Балканах. Сербия и Черногория, а также Валахия и Молдавия, объединившиеся в единое государство — Румынию, были объявлены полностью независимыми. К северу от Балканского хребта создавалось Болгарское княжество, остававшееся под формальным сюзеренитетом султана, а Южная Болгария (Восточная Румелия), получившая автономный статус, и Македония возвращались Османской империи. На востоке Анатолии за Россией остались Карс и Ардаган. Батум был объявлен порто-франко. На Порту были наложены тяжелая контрибуция и обязательство провести реформы в армянских районах. Англия получила право занять Кипр, а Австро-Венгрия — оккупировать Боснию и Герцеговину.
В последующие годы, используя разные предлоги, европейские державы захватили и некоторые другие части Османской империи. В 1881 г. Франция установила протекторат над Тунисом, в 1882 г. Англия оккупировала Египет. Греция при поддержке великих держав присоединила Фессалию и Эпир. В 1885 г. воссоединились Болгария и Восточная Румелия, а в 1897 г. империя потеряла Крит.
Война и обязательство уплатить России огромную контрибуцию нанесли османским финансам новый удар. Западные державы пришли к выводу о необходимости установить прямой контроль за финансами обанкротившейся империи. 20 декабря 1881 г. султан был вынужден подписать Мухарремский декрет, по которому для обслуживания государственного долга в распоряжение кредиторов передавались многие ранее поступавшие в бюджет статьи доходов. Право на их взимание получило созданное из представителей кредиторов «Управление османского публичного долга». По форме это была частная организация, по сути же таким образом устанавливался коллективный европейский контроль не только за финансами, но и вообще за экономическим развитием страны.
Режим самодержавного правления Абдул-Хамида II казался полной противоположностью танзиматской «вольнице», однако общим для этих двух периодов османской истории было стремление властей во что бы то ни стало сохранить империю. В период Танзимата предпринимались усилия обновить державу, приблизив ее к европейским образцам. Абдул-Хамид хотел продолжать курс на модернизацию империи, но использовать при этом иные методы для обеспечения ее стабильности как во внутренних делах, так и на международной арене.
Поскольку деятельность Управления постепенно обеспечила некоторое упорядочение финансового положения, основное внимание султана во внутренней политике было обращено на состояние армии, полиции и жандармерии. На их нужды в бюджете ежегодно выделялось до 1 млрд курушей. Армия вооружалась новым артиллерийским и стрелковым оружием западного производства. Военный флот пополнялся броненосцами, корветами, подводными лодками. Из Германии была приглашена военная миссия во главе с генералом фон дер Гольцем для обучения османской армии по немецким стандартам. Успех в подобных начинаниях позволил восстановить сильную султанскую власть, часть прерогатив которой в эпоху Танзимата была фактически отдана правящей бюрократической элите.
