Та послушно последовала за ним, но только до того момента, пока они не отдалились на приличное расстояние от испугавшей Андрея парочки. Там девушка резко вырвала свою руку и уставилась на парня.
-Ну, ты ничего не хочешь мне объяснить? — спросила она.
-А что тут объяснять, — махнул рукой парень, — хорошо, что я её первым заметил, а не она меня. Иначе бы, всё было очень плохо, в первую очередь, для неё.
-Для неё, — удивилась Агата, — это что, одна из твоих бывших подружек? А она не слишком для тебя взрослая?
-Опять ты за своё, — поморщился Андрей, — сколько можно повторять, что у меня много знакомых девушек, с которыми у меня хорошие отношения. Но это вовсе не значит, что они все мои подружки, настоящие или бывшие.
-Жаль, — неожиданно огорчилась девушка, — а так прикольно было тебя представлять в роли этакого современного Казановы.
Соколов от удивления на пару мгновений потерял дар речи, потом осторожно взял Агату за руку, — скажи, ты на Арбате бывала раньше?
-Вообще-то нет, — ответила она, — я в Москве всего во второй раз.
-Тогда поехали, я тебя пирожными угощу. По Арбату прогуляемся, по Старому, и по Новому. В кино тоже можно сходить, в Художественный или в Октябрь. А здесь я точно не останусь. Мне адреналина в крови теперь до ночи хватит!
-Надо же, какие мы нежные? — удивилась девушка, — ладно, поехали на твой Арбат, ребят мы уже точно потеряли. Только ты мне скажи, неужели московские пирожные, лучше, чем скажем у нас, в Севере?
-Они просто другие, — ответил Соколов и повел Агату прочь из парка, где он едва лоб в лоб не столкнулся с Синтией Фолк.
Воскресенье 27 июля утро. Ленинград. Московский вокзал. Утро.
— Надо же, сегодня меня никто не встречает, — легонько удивился Андрей, — хотя чему тут удивляться. Тома и Мелкая на даче, Саня с Софьей там же. Кузя, так она не знает, когда я приезжаю. Хотя это не факт. Раз Мелкая в курсе, то и Кузя вполне может быть. Они меня вдвоем четко контролируют.
-Так мальчики я побежала, меня встречают, — раздался голос Агаты.
-Папе привет, — пробурчал Панин, — вчера вечером, он на радостях позволил себе лишнего, и сегодня ощущал себя не слишком комфортно.
Девушка окинула их внимательным взглядом и вдруг со словами, — ладно, мальчики, заслужили, — быстро их расцеловала.
Потом помахала им на прощание изящной ручкой и упорхнула. Только они её и видели.
-Классная девчонка, — посмотрел ей вслед Рукшин, — а ты, Ваня, лопух.
-Я в курсе, — пробормотал тот, — вот только насильно мил не будешь.
-Я и говорю, лопух, — подтвердил Сергей и ткнул приятеля кулаком в бок.
-Посмотри налево, — прошелестело у Андрея в голове, — около газетного киоска. Похоже, ваш отдых на сегодня отменяется. И мой тоже. Ну и ладно. Покой нам только снится!
Соколов чуть повернул голову. — Ну вот, подумал он. Картина Репина, приплыли. А то меня никто не встречает. Ишь, размечтался!
-Ты давай, не рассусоливай, — сердито произнес внутренний голос, — шагай быстрее, не видишь к ней два каких-то придурка клеятся.
Андрей резко ускорил шаг, оторвался от своих спутников и почти бегом направился к киоску, где два каких-то мутных типа пытались завязать с Наташей беседу. Один даже попытался взять ее за руку, но получил резкий удар по пальцам.
-Ах, ты ж, — прошипел тот от боли, но закончить фразу не успел.
Соколов резко дёрнул его за плечи, разворачивая лицом к себе.
-Добавить или тебе хватит на сегодня? — спросил он, словно тисками сжимая плеча противника.
Лицо того исказила гримаса боли, он было дернулся, но Андрей держал его крепко. Второй, щупловатый долговязый парнишка в растерянности стоял рядом, явно не зная, что делать. Так как его гораздо более крепкий приятель застыл в руках Соколова. Из нерешительности его вывели быстро приближающиеся шаги. Это подошли чуть отставшие приятели Андрея. Поняв, что ловить здесь нечего, он осторожно, бочком — бочком начал отходить в сторону. Тут первый отчаянно рванулся, Соколов неожиданно для того разжал руки, и не ожидавший подобного сюрприза парень споткнулся и плюхнулся на задницу. Впрочем, вскочил он довольно быстро и, не оглядываясь, скрылся за угол вокзала. За ним туда последовал и его приятель.
-Почему я все время должна тебя ждать? — услышал Андрей вместо слов благодарности.
-О, знакомые все лица, — вымучил из себя улыбку Панин, — слушай, Андрюх, мы пойдем, пожалуй. Вроде бы вам помощь не требуется, в отличие от меня.
И они с Рукшиным двинулись по направлению к ближайшему пивному залу.
-Что это с ним? — удивилась Кузенкова, — ему точно помощь не нужна? Он как то не очень хорошо выглядит.
-Наташ, ты за него не переживай, Сергей проследит за ним, — усмехнулся Соколов, — сейчас они пивка выпьют и ему полегчает. Ты лучше, скажи, у вас с Мелкой что, телепатия открылась? Все, что я ей говорю, тут же становится известно тебе.
-Дюша, я и слов-то таких не знаю, телепатия! — улыбнулась Кузя, — пошли лучше в кафе посидим, ты мне про Москву расскажешь. А я тебе, хочешь, про Выборг расскажу, тоже интересно.
-Про Выборг потом расскажешь, — отмахнулся от нее Андрей, — ты лучше скажи, куда Серёжку подевала? И да, насчёт кафе, я только за.
-Кто бы сомневался, сладкоежка, — Наталья уцепилась за руку парня, и они двинулись по направлению к "Северу".
-А Серёжка уехал, вчера, — сообщила она, — но на каникулы он снова сюда собирается, если конечно, учиться хорошо будет!
-Ты лучше, как съездил, расскажи, — негромко сказала она, — все, что планировал, получилось?
-А ведь она за меня действительно переживала, — вдруг понял Андрей, и ласково сжал руку девушки, — у меня всё получилось, трам — пам— пам!
-Дюша, прекрати, — неожиданно дернулась та, — а то я сейчас к тебе на шею при всех кинусь! И я не шучу!
-Понял, извини, больше так не буду, точнее, буду, но не на людях, — шепнул ей на ушко Соколов, но пальцы разжал.
Так за разговорами, они дошли до кафе, купили себе пирожных и чай, и уселись в уголке этого уютного заведения. Благо, народа с утра в нем было немного, и никто не мешал им беседовать.
-Ну и какие у тебя планы на сегодня и на следующую неделю вообще, — спросила его Наташа, осторожно надкусывая '"воздушное пирожное".
-Про сегодня это у тебя надо спросить! — Соколов снова легонько коснулся пальчиков девушки, — а вот следующая неделя у меня будет очень непростая, потому, что мне с вами надо что-то решать!
-Про сегодня я поняла, — кивнула головой Наталья, не отнимая руки, — сейчас посидим в кафе, потом зайдём к тебе, правда ненадолго. Мы с мамой сегодня должны по магазинам пройтись. Всё — таки новый учебный год через несколько дней, а у меня ещё и школьной формы нет, и вообще. А вот что ты имел в виду под фразой, что тебе надо с нами, что-то решать?
-Я Томке больше врать не хочу, и не буду, — ответил Андрей, глядя прямо в глаза девушки.
-Похвальное желание, — ровным голосом произнесла Наташа, — что ещё?
-А ещё, ты мне нужна, и Томка тоже, и что с этим делать, я пока точно не знаю, хотя некоторые мысли у меня на этот счёт есть, — признался Соколов.
-Тогда назначай на ближайшие дни рандеву, — спокойным голосом произнесла девушка.
-Что прости? — не понял ее парень.
-Встречу говорю, назначай, трехстороннюю, — чуть сердито сказала Наталья, — ты, я и Афанасьева. У тебя дома. Только учти, что с завтрашнего дня я по вечерам занята, с четырех до восьми я в больнице убираюсь. Там зарплату повысили, и прилично.
-А Мелкую, к этому твоему рандеву привлечь не надо? — чуть съязвил Андрей, — для полного, так сказать, кворума.
-Это было бы неплохо, — вдруг прыснула девушка, — но тогда мы с ней любое решение продавим, а вам с Афанасьевой оно надо?
-И вообще, Андрей, ты одно учти, пожалуйста, — совершенно серьезно сказала она, — мы обязательно должны найти какой-то компромисс. Иначе у нас будут большие проблемы. Причем у всех. И Тамара тоже в стороне не сможет остаться.
-В общем, думай голова, — она ласково потрепала кудри парня, — ты же у нас не просто умный, ты у нас почти гениальный. А тут всего лишь простенький треугольник. А сейчас, допивай свой чай, и пойдем. А то часики-то тикают!
Вторник 29 августа. Ленинград. Квартира Соколова. 10 часов утра.
Андрей открыл входную дверь и легонечко подтолкнул Тому вперёд.
-Давай, разувайся и проходи в комнату. Нас ждут.
-Какой ты сегодня загадочный! — слегка игривым тоном произнесла девушка, но быстро скинула туфли и шагнула в приоткрытую дверь.
-А вот такого я точно не ожидала, — пробормотал она, с изумлением глядя на расположившуюся в кресле, Кузенкову.
Та же отложила в сторонку альбом с фотографиями и с лёгкой укоризной в голосе обратилась к Соколову, — что-то вы не очень торопились. Я уже думала, а стоит ли вас вообще ждать.
-Не болтай, — довольно резко оборвал девушку парень. Взял Тому за руку и усадил её в другое кресло.
-В общем, так, девушки, — он глубоко вздохнул, и словно бросаясь в глубокий омут с головой, выпалил, — знакомьтесь, это Тома, моя подруга, а это Наташа, и она тоже моя подруга!
Афанасьева на мгновенье замерла, а потом попыталась вскочить с кресла. Но руки Андрея преградили ей путь, и он легчайшим толчком отправил ее обратно.
-Совсем сдурел, — буквально прошипела девушка, — а ну пусти меня сейчас же!
Она снова попыталась подняться, но руки Соколова опять вернули её на место. Тома выдохнула и правой рукой нанесла резкий удар по предплечью парня. Точнее, попыталась это сделать. Тот сделал какое-то абсолютно неуловимое движение, и рука девушки скользнула по плечу Андрея, не причинив ему никакого вреда.
-Афанасьева, прекрати буянить, — тоном строгой учительницы вдруг произнесла Кузенкова, — всё равно тебе придется его выслушать. И учти, что мы с ним и вдвоем, если что, не справимся, он вон какой бугай вымахал.
Удивительно, но голос Наташи подействовал на Томку успокаивающе. Она расправила юбку на коленях и легонько махнула рукой, — ладно, пусть говорит, все равно ему уже ничего не поможет. Я такого не прощаю, пусть и не надеется, клоун.
Соколов как будто и не слышал её слов. — Тома, посмотри мне в глаза, пожалуйста, — ровным голосом сказал он.
Та подняла глаза, встретилась с Андреем взглядом и... пропала. От него к ней внезапно потекла вполне осязаемая волна эмоций. И девушка тут же ощутила, как ее буквально накрывает этой волной. Гнев и обида на Соколова совершенно неожиданно для нее отступили куда-то совсем далеко. И она внезапно ощутила, что внутри ее, навстречу эмоциям парня, поднимается ответная волна.
-Это, что, гипноз такой, что ли? — подумала Тома, попыталась сопротивляться, но через несколько мгновений осознав тщетность своих усилий, отдалась нахлынувшему чувству.
Андрей заметил наступившую в девушке перемену, осторожно опустился перед ней на корточки и зарылся лицом в её колени. Афанасьева легонько вздрогнула и ласково стала перебирать пальцами его волосы.
-Надо же, какие мы нежные, — голос Натальи внезапно нарушил их идиллию, — вот так Тома, он нами и вертит! Причем делает это совершенно искренне! А ты на него обижаться вздумала!
Соколов с заметным раздражением посмотрел на Кузю, а вот Тома явно растерялась.
-И что нам теперь делать? — в её голосе проявилась какая-то совсем детская обида, на происходящее.
-Кушать хочешь? — неожиданно совсем не в тему спросила Наташа.
-Не поняла, — удивилась та.
-Значит, хочешь, — констатировала Кузя и обернулась к Андрею, — Соколов, а ну ка, марш на кухню. У тебя тут две девушки голодные, а он расселся. Кофе и бутерброды горячие, на двоих, быстро!
Парень с заметным недоумением посмотрел на Наташу, та же с явной укоризной посмотрела на него, — Дюша, ну ты что как маленький! Нам с Томкой поговорить надо, о своем, о женском. Так что, иди ты... на кухню!
-Конспираторши! — раздался насмешливый голос в голове Соколова, — ладно, пошли Андрей, куда нас послали. Все равно я их услышу. У меня слух теперь, о-го-го!
-Не надо их слушать, — неожиданно резко ответил ему парень, плотно прикрывая дверь из комнаты. Потом и кухонную дверь так же плотно притворил.
-Не надо? — удивился внутренний голос, — это ещё почему? Они сейчас такого напридумывают, особенно Кузя!
-Не надо и всё! — упёрся Соколов, — мне с ними жить, между прочим! И если я не буду им доверять, то ни хрена у меня с ними не выйдет. Не нужны мне ихние секреты, что захотят рассказать, сами скажут!
-А ведь ты прав, Андрей, — внутренний голос был тих и задумчив, — нельзя за теми, кого любишь подсматривать. Неправильно это! Так что пускай спокойно общаются, а мы пока им ланч сготовим, как раз его время подходит.
...В комнате, тем временем, происходил весьма любопытный разговор.
-Это ведь я его соблазнила, — рассказывала Наташа, — у меня тогда, сложный период в жизни был, я никак не могла забыть своего первого мужчину. А тут Соколов, весь такой из себя, загадочно-неприступный. Вот я и решила его проверить и себя испытать, на прочность чувств.
-А теперь ты в него влюбилась, — то ли спросила, то ли констатировала факт Афанасьева.
-Не уверена, — подала плечами Кузя, — понимаешь Томка, один очень умный человек сказал, что любовь, это когда твоя мысль постоянно находит повод, чтобы вернуться к объекту любви, и каждый раз, когда это происходит, твою душу пьянит омывающим светом. И ещё он сказал — поверь, что когда к тебе придет настоящая любовь, то ты не перепутаешь её ни с чем.
-Я пока про себя в отношении Соколова, такого сказать не могу, — добавила она.
Тут она взглянула на задумавшуюся Афанасьеву и неожиданно тихо сказала, — если у тебя с ним так, то ты только скажи. Я отступлюсь. Мне будет непросто, но я это сделаю. Но не пытайся мне врать. Я это сразу пойму, и тогда мы с тобой будем просто соперницы. А от этого плохо будет всем.
Томе очень хотелось сказать, что да, она любит Андрея, сильно-сильно, но в её голове внезапно неожиданно всплыл образ Вадима. Тот криво ухмыльнулся, — любишь, говоришь? Ну-ну! — и опять пропал.
-Мне Андрей очень нравится и мне с ним очень хорошо, — с усилием выдавила она из себя, — но это еще не та любовь, про которую, ты только что сказала.
-Хорошо, — с явным облегчением сказала Наташа, — тогда будем искать компромисс. И вот что я предлагаю...
Соколов практически закончил накрывать на стол, когда дверь на кухню отворилась и в нее, с самым заговорщицким видом вошли две девушки.
-Нет, так-то он конечно, молодец, — словно развивая свою мысль, продолжила Кузя, — и шьёт и готовит, и вообще... Вот только при этом кобель, каких свет не видывал!
-Я кобель? — удивился парень, — ты, что такое говоришь-то?
-А вот мы и проверим, — неожиданно азартно сказала Наташа, — в общем, так, Дюша. В школе будет всё, как и раньше. Тома твоя девушка, А я, как и Яся, твои верные боевые подруги. А дальше, мы посмотрим на твоё поведение. Никакого бойкота тебе с нашей стороны не будет, но от тела мы тебя на некоторое время отлучим. Мы потерпим, и тебе придется! Тогда и поглядим, насколько твоего терпения хватит, и не кинешься ли ты, под воздействием гормонов, искать приключения на стороне. Будешь стойким оловянным солдатиком, будет тогда всем нам счастье. А если ты просто котяра мартовский, не пропускающий мимо ни одной юбки, тогда совсем другой разговор у нас с тобой будет!
