Территориальные потери привели к тому, что к концу XIX в. Османская империя стала страной с преимущественно мусульманским населением. Это обстоятельство вынуждало султана и его окружение искать поддержку своей политики в мусульманской среде анатолийских и арабских территорий, в том числе среди мусульман, перебравшихся из России в пределы империи после Кавказской войны. Абдул-Хамид II постарался вернуть былой престиж институту халифата, который стал рассматриваться им как инструмент, обеспечивающий легитимацию его начинаний и помогающий единению его мусульманских подданных. Первостепенное значение, которое стало придаваться исламу в имперской идеологии, означало также отказ от опоры на вестернизированную элиту Стамбула и усиление влияния при султанском дворе крупных анатолийских землевладельцев и авторитетных арабских шейхов.
Изменилась и ориентация внешней политики. Последствия войны 1877—1878 гг. заставили султана отойти от конфронтационой политики в отношениях с Россией, а в качестве основного союзника и кредитора Порты выбрать Германию, как некий противовес другим европейским державам, пытавшимся контролировать и направлять политику Стамбула. В ходе визита в Османскую империю осенью 1898 г. кайзер Вильгельм II объявил себя другом и союзником «трехсот миллионов мусульман и султана-халифа». На следующий год был подписан османо-германский торговый договор. Немецкому Дойче банку была предоставлена концессия на сооружение первой очереди Багдадской железной дороги.
Уже в первые десятилетия правления Абдул-Хамида II обозначился конфликт между целями и методами его политики, которая представляла собой противоречивое сочетание элементов старой османской политической культуры, основанной на патернализме, с новыми понятиями, утверждавшими приоритет современных знаний и представлений. Реформы в сфере образования, обеспечившие создание довольно целостной системы светского школьного образования, и открытие в 1900 г. первого университета в Стамбуле способствовали зарождению османского среднего класса. Его представители были заинтересованы в социальном и культурном обновлении империи, они не принимали возврата к фаворитизму, непотизму и коррупции, связанных с возрождением самодержавных принципов управления. Довольно быстро выявилась несостоятельность попыток заменить панисламизмом идеологию османизма. Пробуждение арабского и албанского национализма в 80-е годы подорвало изнутри влияние панисламистских идей, которые уже не работали на имперское единство. В 1887 г. султанскими властями была создана «Верховная мусульманская иммиграционная комиссия», которая стала вести пропаганду за переселение мусульман как из пределов России, так и из вновь создававшихся балканских государств.
Многих мусульманских переселенцев начали размещать в Восточной Анатолии, в частности в районах с армянским населением. Это привело к обострению отношений властей с армянами, в среде которых бурно развивался процесс национального самосознания. Об этом свидетельствовала, в частности, оппозиционная деятельность ряда армянских общественно-политических организаций. С начала 90-х годов они приступили к организации кампаний протеста против отказа властей осуществить проекты реформ. Чтобы не допустить дальнейшей активизации их деятельности, султан пошел на организацию армянских погромов в Сасуне и других центрах Восточной Анатолии. В ходе столкновений погибло около 300 тыс. человек.
Многими жертвами сопровождались преследования македонских и болгарских националистов в 1902—1903 гг. Однако репрессии не дали ожидаемых результатов. Они лишь привели к обострению этнорелигиозной ситуации в империи и падению престижа Абдул-Хамида II в Европе, где его стали называть «красным» (т. е. «кровавым») султаном.
Сосредоточив в своих руках всю полноту власти, Абдул-Хамид фактически установил в стране режим террора. Практикой стали многочисленные аресты, ссылки, тайные расправы, которые сеяли в людях страх и взаимную подозрительность. Поэтому современники воспринимали время правления Абдул-Хамида II как эпоху зулюма (тирании).
Действия властей по подавлению инакомыслия вызывали широкое недовольство и пробудили оппозиционное движение. Молодая интеллигенция, военные и часть чиновничества выступали за восстановление конституционного строя в стране. Действуя в подполье и за границей, сотрудничая с партиями национальных меньшинств, они начали борьбу за свержение ненавистного режима Абдул-Хамида. Участников этих оппозиционных обществ, которые объединились в 1892 г. в организацию «Единение и прогресс» (Иттихад ве теракки), стали называть иттихадистами, а в Европе младотурками.
Своими главными целями младотурки считали восстановление конституционного режима и более активное осуществление реформ. Попытка объединить усилия всех политических партий, групп и кружков, выступавших за борьбу против абдул-хамидовского режима, была предпринята на первом конгрессе младотурок в Париже в 1902 г. Однако разногласия по вопросу о путях и методах изменения существующего строя привели к расколу участников конгресса и созданию двух самостоятельных объединений. Основу одного из них составила группа Ахмеда Риза-бея, выступавшая за доктрину «османизма» и сильную центральную власть, которая не допускала бы вмешательства держав в дела империи. Группа принца Сабахаддина оформилась в «Общество частной инициативы и децентрализации», выступавшее за федеративную структуру османского общества, в рамках которой все народности в империи пользовались бы автономией. Оно также высказывалось за активное сотрудничество с иностранными державами. Взаимное соперничество двух младотурецких центров привело к снижению активности их деятельности. Это обстоятельство было особенно заметно на фоне большого размаха выступлений общественно-политических организаций нетурецких народов.
Хотя в 1903 г. Илинденское восстание в Македонии было подавлено, но во многих районах этой провинции развернулась борьба партизанских отрядов (чет). Одновременно возросла активность армянских радикалов в империи, усилилась деятельность арабских националистов, начались антиправительственные акции, организованные Комитетом за свободу Албании.
Широкий отклик получили в Османской империи известия о революционных событиях 1905—1907 гг. в России и в Иране в конце 1905 г. Волна антиправительственных акций оказала сильное воздействие на младотурецкое движение. В 1907 г. в Париже состоялся новый объединительный съезд, который принял программу действий, направленных на свержение деспотического режима и восстановление конституционного правления.
Нарастание недовольства в османском обществе шло быстрее, чем предполагали оппозиционеры, и уже в июле 1908 г. оно реализовалось в виде выступлений ряда воинских частей, расквартированных в Македонии, где влияние младотурок было наиболее сильным. В течение короткого времени младотурки установили контроль над значительной частью европейских владений султана. 23 июля они в ультимативной форме потребовали от султана немедленно восстановить конституцию 1876 г., угрожая в противном случае походом революционных сил на Стамбул. Абдул-Хамиду пришлось издать указ о возобновлении конституционного порядка и созыве парламента. Вскоре была объявлена амнистия 40 тыс. политических заключенных и эмигрантов, отменена цензура, ликвидирована тайная полиция и распущена 30-тысячная армия доносчиков.
Добившись быстрой и бескровной победы, младотурки после короткой «конституционной весны» должны были обратиться к проблемам, стоявшим перед государством. Однако они не обладали достаточным опытом управления, не располагали широкой сетью своих ячеек в Анатолии и не имели прочного влияния в Стамбуле. Поэтому в империи сложилось своеобразное двоевластие. Во главе правительства остались представители консервативной бюрократической элиты. Вопреки решениям съезда руководители младотурецкого движения оставили на престоле Абдул-Хамида II и не вошли в состав кабинета министров. Они считали, что, установив контроль над армией и парламентом, смогут поддерживать и укреплять свое влияние во властных структурах.
Первые шаги младотурок свидетельствовали об их умеренности. В новой программе 1908 г. они не ставили задач радикальных изменений в политической и социально-экономической жизни общества. Более того, они решительно пресекали всякие попытки внести изменения в сложившиеся аграрные порядки или добиться улучшения условий труда наемных рабочих в городах. Их мероприятия практически не затронули существующую структуру государственного управления, что позволило султанскому окружению довольно быстро оправиться от удара, нанесенного в июле 1908 г.
Малая активность младотурок определялась также усилившимися идейными и политическими разногласиями в их рядах. Общая цель, объединявшая различные течения внутри движения, — восстановление конституционного порядка — была достигнута. Когда же встал вопрос о будущем государства, старые противоречия обрели решающее значение. Младотурецкие парламентарии раскололись на две группы. Одна из них, возглавляемая принцем Сабахаддином, выступала за децентрализацию и религиозно-национальную автономию, другая — поддерживала курс руководящего комитета «Единение и прогресс» на строгую централизацию и ведущую роль тюрко-исламских элементов в османском обществе. В результате раскола младотурки не смогли провести через парламент ни одного существенного решения, что явно понизило их авторитет в обществе.
Серьезный удар по позициям младотурок был нанесен действиями европейских государств. 5 октября 1908 г. Болгария объявила о своей полной независимости от султанской власти, а на следующий день Австро-Венгрия осуществила окончательную аннексию Боснии и Герцеговины. Попытки младотурок апеллировать к великим державам и организовать экономический бойкот Австро-Венгрии не имели успеха. Внешнеполитические неудачи были использованы противниками иттихадистов для того, чтобы обвинить их в «оскорблении нации и ее религии».
13 апреля 1909 г. сторонники Абдул-Хамида II организовали выступление частей стамбульского гарнизона, потребовавших упразднения палаты депутатов, восстановления шариата и власти султана. В столице начались преследования младотурок. На короткое время Абдул-Хамиду удалось возродить самодержавный строй. Однако младотурки сумели быстро подавить контрреволюционный мятеж. Опираясь на верные воинские части, они к 26 апреля восстановили контроль над столицей. На следующий день парламент принял решение о низложении султана. На престол был возведен безвольный Мехмед V Решид (1909—1918). В новое правительство вошел ряд младотурецких деятелей. Комитет «Единение и прогресс», реорганизованный в политическую партию под тем же названием (сокращенно КЕП), стал играть решающую роль в управлении государством.
Апрельские события 1909 г. означали окончательное завершение младотурецкой революции. Начатая как выступление военных частей во имя восстановления конституционного строя она обрела затем свое историческое значение, открыв возможности для тех новых социальных сил, чья энергия долго сдерживалась запретами и репрессиями султанских властей. За короткое время Стамбул стал центром политической активности в регионе. Важным показателем перемен стала деятельность обществ и объединений нетурецкого населения империи, таких как Арабо-османское братство, конституционные клубы болгар, албанцев, курдов. Как правило, они выступали за развитие национальной культуры, создание национальных школ, библиотек, за допуск всех османских подданных к государственной службе.
Основное внимание представители КЕП, как ярые государственники, сосредоточили на реформах административного аппарата, армии, права и просвещения. Они полагали, что обновление управленческих кадров, утверждение светских норм в судопроизводстве и школьном образовании позволят ускорить модернизацию государства и общества. Однако подобные нововведения не могли дать тех положительных результатов, на которые рассчитывали их инициаторы, из-за ограниченности социальной опоры иттихадистов и их неготовности осуществлять необходимые социально-экономические преобразования.
Во имя сохранения целостности имперской структуры они быстро отказались от прежних обещаний «свободы, равенства и братства» для всех народностей османского государства, чем способствовали росту оппозиционных настроений, особенно в среде нетурецких меньшинств. Дальнейшему падению авторитета младотурок способствовала их неготовность к войне против Италии, решившей захватить последние североафриканские провинции империи — Триполитанию и Киренаику. Военными неудачами воспользовались политические противники КЕП, которые объединились вокруг созданной в 1911 г. партии «Свобода и согласие» (Хюрриет ве итиляф). В 1912 г. итиляфисты сумели добиться роспуска парламента, где преобладали иттихадисты, и привести к власти правительство, составленное из оппозиционных политиков. Однако военные неудачи в ходе Балканских войн 1912—1913 гг. позволили младотуркам вернуться к власти, осуществив военный переворот. Но и им не удалось изменить ситуацию на Балканах. Из прежних владений Порта сохранила лишь Восточную Фракию с Эдирне.
Крушение османского господства на Балканах оказало большое воздействие на активизацию выступлений арабских националистов. В этих условиях младотурки признали значимость религиозных уз, связывавших мусульман империи, и стали активнее использовать идеи панисламизма. Однако основой национальной политики в эти годы стала концепция пантюркизма. Наиболее ярким выразителем идей турецкого национализма выступал философ Зия Гёкалп (1876—1924). В противовес приверженцам панисламизма он обосновывал необходимость разделения светской и духовной власти и развития турецкой нации на основе достижений европейской цивилизации. Одним из условий успеха на этом пути он считал объединение тюркоязычных народов. Подобные идеи получили широкую популярность в среде младотурок. Наиболее шовинистически настроенные их представители развили мысли Гёкалпа в пантюркистскую доктрину, требовавшую объединить под властью турецкого султана все тюркоязычные народы, призывавшую к насильственному отуречиванию всех национальных меньшинств в империи.
Кайзеровская Германия активно поддерживала пантюркистские и панисламистские планы младотурок, надеясь использовать Османскую империю в борьбе с Англией и Россией. В правящей верхушке КЕП постепенно усиливалась прогерманская группировка. Ее роль особенно возросла после того, как летом 1913 г. власть в государстве перешла в руки младотурецкого «триумвирата» — военного министра Энвер-паши, министра внутренних дел и председателя центрального комитета партии Талаат-паши и морского министра и губернатора Стамбула Джемаль-паши. Они рассчитывали при поддержке Германии добиться освобождения империи от капитуляционного режима.
Новая программа партии, утвержденная в 1913 г. провозгласила, что государство должно сыграть активную роль в развитии промышленности и сельского хозяйства. Переговоры, которые велись в 1911—1913 гг. с представителями европейских правительств, показали, что Англия, Франция и другие державы не соглашались пересмотреть условия «капитуляций».
