Она вдруг тихо улыбнулась и осторожно поцеловала Андрея в щеку, — не разочаруй нас Дюша, иначе, ты не только себе, ты всем нам очень больно сделаешь!
-От себя добавлю, — чуть ревниво произнесла Афанасьева, — я теперь после школы, тоже с вами бегать буду. Чтобы у вас искушения нарушить этот наш договор не было!
Тут хлопнула входная дверь и через несколько мгновений на пороге кухни появилась Мелкая. Она окинула чуть недоуменным взглядом притихшую компанию и неожиданно топнула ножкой, — вот, что такое не везёт, и как с этим бороться! Опять самое интересное пропустила!
-Нет, Наталья, не права ты, — улыбнулась Тома, — никакой у нас не треугольник! У нас четырехугольник, да ещё и неравносторонний!
-А что ты ещё хотела, от великого то математика, — поддержала ее та, и весёлый девичий смех загулял под сводами квартиры Соколова.
Вместо эпилога.
Среда 30 августа. Вашингтон. Белый дом.
Тридцать девятый президент Соединённых Штатов Америки, Джеймс Эрл Картер-младший пребывал в смятенных чувствах. Уже почти два часа прошло, после того, как Овальный кабинет покинул директор ЦРУ Стэнсфилд Тернер, а глава американского государства все никак не мог успокоиться. Ситуация с планом "Полония" явно выходила из-под контроля. Русские что-то пронюхали и начали организовать довольно серьезно противодействие. А тут ещё совсем не своевременная гибель ихнего кардинала, которая вкупе со смертью папы, ввергла тамошних католиков в серьезное уныние и несколько отвлекла их от участия в политических процессах. А расчет на это был.
"Ладно, — подумал он, — это не так важно. Папа умер, да здравствует новый папа. Пройдет не так много времени и все вернётся на круги своя. А вот то, что польских радикалов, местные власти сумели поприжать, это плохо, очень плохо. А последние события, о которых и докладывал Тернер, вообще будут иметь непредсказуемые последствия. Убийство полицейского, склад с оружием, подпольная типография с уже отпечатанным тиражом, это всё предельно серьезно. Это очень не понравится польским гражданам, даже сочувствующим идеям "Солидарности". А то, что при этом взяли с поличным двух граждан США с польскими корнями, это провал. И скандал. Причем международный. Советы этого точно просто так не оставят"!
При мысли о Советах президент недовольно поморщился. Русские в последнее время реально стали напрягать. Опять активно полезли в дела ближнего Востока, недаром их министр иностранных дел только что вернулся оттуда. И как сообщил Тернер, очень велика вероятность присоединения СССР к Организации стран экспортеров нефти. А это даст русским возможность участвовать в формировании цен на нефть.
-А вот этого уже допускать никак нельзя, — раздражение Картера вылилось наружу, и он громко стукнул кулаком по полированной поверхности стола.
-А тут и в Иране фанатики Хомейни подняли головы, и дружественный нам режим шаха Аббаса зашатался, да и запланированные нами переговоры между Египтом и Израилем точно подольют масла в огонь, — покачал головой он.
Тут его мысли скакнули в другом направлении, — и с Китаем опять начались какие-то непонятки. Вроде обо всем договорились и вдруг, они зачем-то открывают военную миссию СССР в Харбине и консульство КНР в Ленинграде. Вот что это может означать?
-Ладно, — чуть успокаиваясь, подумал он, — когда Китай и Вьетнам столкнутся лбами, русским в стороне остаться не удастся! И китайцы волей неволей придут к нам на поклон.
Настроение президента начало улучшаться и вдруг его прошил холодный пот, — я идиот, причем, похоже, клинический. Ну как я мог забыть про этот странный отказ конгрессменов, в том числе и моих демократов, по поводу этого дурацкого патента Советов. Просьба-то наших компаний выеденного яйца не стоила, подумаешь, интересы русских слегка ущемить. В первый раз что ли. Но отказались, причем категорично.
Его мозг заработал ещё лихорадочней, пытаясь связать воедино известные ему события последних дней. И тут его осенило.
-Господи, да это же Колби! Недаром же говорят, что бывших директоров ЦРУ не бывает. Он же только что вернулся от русских и привез оттуда информацию о смерти Андропова. Причем гораздо раньше, чем об этом объявили официально. Значит, он смог сделать то, что не смог сделать Тернер, выйти на контакт с русским руководством. И те попросили его об услуге.
-Но нет, — покачал головой президент, — это как-то странно. Уильям матёрый волк, он не мог не понимать, что когда это откроется, у него будут серьезнейшие проблемы. Если только...
Картер снял трубку телефона.
-Мне срочно нужен Тернер! Что значит, час назад уехал? Найдите его! Он мне нужен немедленно. Дело касается государственной безопасности! Вы поняли меня? Государственной! — проорал он в трубку, — я буду ждать его звонка у себя в кабинете!
Он бросил трубку и сильно ссутулился.
-Господи, пронеси, — почти беззвучно прошептал он. А в мозгу его непрерывно крутились слова, сказанные директором ЦРУ о том, что его сотрудники очень скоро привезут в Штаты эту девицу, которая посмела оклеветать Збигнева, и что буквально в эти минуты операция на территории Франции вступила в решающую фазу.
-Так вот почему, Колби не боялся, — подумал Картер, — он просто решил одним махом свалить не только Збига, но и меня. Уильям наверняка знал об операции Тернера, у французов свои люди у него точно есть, а если ещё и русские поделились с ним информацией, то это всё. Шах и мат. Если только мы не успеем отменить операцию.
И он ссутулился ещё больше.
—
—
