Целеуказание

На пару секунд автоматической стрельбы. В общем для стрелкового боя, когда пулемет должен давить огневой мощью противника, не давая поднять ему головы и стрелять в ответ. Этого небольшого магазина всего на двадцать патронов было явно мало. И вот я, смотря на стандартный БАР, вдруг увидел перед глазами пулемет "Калашникова". С которым я был неплохо так знаком по прошлой жизни с той горной войны. И тут мне в голову пришла гениальная мысль. А что, если взять за основу этот самый ручной пулемет "Браунинга" и превратить его в нечто похожее на ПК? По этому поводу я созвал своих инженеров-оружейников и объяснил им задачу. И мы начали творить историю. Я же примерно представлял себе, что в итоге у нас должно получиться. Поэтому творческий процесс у нас особо не затянулся. И вскоре первый такой пулемет, который своим дизайном был довольно сильно похож на тот самый пулемет "Калашникова" из моих воспоминаний о будущем, был воплощен сначала в чертежах, а потом уже и в металле с деревом. И он практически сразу оказался рабочим образцом.

Так как в его основе все же лежал довольно надежный пулемет "Браунинга". Вот только в нашем пулемете черты БАР совершенно затерялись. Там от него остались лишь сильно измененная внутренняя затворная группа, которая стала более массивной и прочной, и газовый регулятор. Даже ствол там стал съёмным, более толстым и обзавёлся специальными продольными бороздками снаружи и охладительным дырчатым кожухом. На конце ствола разместился и оригинальный щелевой пламегаситель. Это чтобы вспышки при выстреле не слепили стрелка и не демаскировали позицию пулеметчика перед противником. Про скелетообразный деревянный приклад с отверстием в центре как у оригинального ПК я тоже уже говорил.

После многочисленных и жестких испытаний и доводок, пулемет, наконец-то, получил мое одобрение и был принят в производство. Получив обозначение основной пулемет "Иглса" М-1 образца 1924 года. И знаете что? А ничего так машинка получилась! Вполне себе надёжная, простая в эксплуатации и смертоносная. Что-то вроде того самого пулемета "Калашникова" из будущего. Только с местным колоритом. И я не зря тут хвастался перед теми китайскими генералами. На мой взгляд это был сейчас один из лучших основных пулеметов в мире. И я надеялся, что он займет здесь такую же нишу. Что была у пулемета "Калашникова" там в будущем. То есть он станет основным пулеметом в пехотных подразделениях. А то все эти убогие и ненадежные ручные пулеметы, что местные оружейники здесь пока сделали и еще сделают в ближайшем будущем перед Второй Мировой войной. Все это не то пальто. Все эти Дегтяревы, Брены, Шательро, Бреды, Льюисы и Браунинги со всеми их косяками и недостатками. Все это не то, что нужно для нормального стрелкового боя.

И только можно сказать, что у немцев тогда что-то подобное моему пулемету получилось типа ихнего МГ-42. И они под это дело даже свою оригинальную тактику для пехоты придумали, построенную именно возле подобного пулемета. Вот это был бы достойный конкурент моему пулемету М-1. Вот только такое оружие у Германии должно появиться лишь в 1942 году. А вот сейчас в 1924 году конкурентных аналогов моему пулемету просто нет. Он все местные поделки кроет как бык овцу.

— Еще наша корпорация может предложить вам настоящее немецкое качество! — продолжал свою презентацию я, похлопывая по кожуху водяного охлаждения пулемёта МГ-08 и показывая на ящики с другими типами оружия. — Нестареющая немецкая классика. Думаю, что немецкое оружие в дополнительной рекламе не нуждается. И вы, господа генералы, с ним должны быть хорошо знакомы. Ведь в Китае сейчас довольно много такого оружия имеется. Я слышал, что даже некоторые китайские арсеналы производят винтовки "Маузера", пистолеты "Маузера" С96, пулеметы МГ-08 и пистолеты-пулеметы МП-18. И патроны к ним вы тоже умеете делать. Вот только давайте будем честными перед самими собой. Термин китайское качество в мире сейчас стал нарицательным. Вы все здесь умные люди, господа генералы. И должны понимать, что все оружие, которое сейчас делается в Китае является очень ненадежным из-за плохого качества сборки и негодных материалов. А вот наша корпорация "Милитех" предлагает вам отличное немецкое качество за довольно скромную цену. И я могу твердо заверить вас, что наше оружие качеством не уступает тому, что производится в Германии.

— А что это у вас за пистолет такой, похож на "Кольт", но какой-то другой? — заинтересовался моим товаром генерал Чан Кайши, рассматривая заинтересовавший его образец.

— О, генерал, по вам сразу видно знатока оружия! — решил польстить китайцу я, протягивая ему тот самый пистолет. — Это, действительно, полуавтоматический пистолет "Кольт" М1911. Но только сильно модернизированный нашей оружейной корпорацией. Вместо стандартного американского патрона калибра сорок пять мы выпускаем такие вот отличные пистолеты под более легкий и удобный 9-миллиметровый патрон "Парабеллум". Это позволяет значительно уменьшить отдачу при стрельбе. И пистолет уже не так сильно подкидывает в воздух как от сорок пятого калибра. Не понимаю я янки с их тягой к большим калибрам. На мой взгляд пистолетный патрон калибром девять миллиметров вполне отвечает современным тенденциям на поле боя. А вот сорок пятый слишком мощный и избыточный. И еще кроме этого замена калибра у данного пистолета "Кольт" также позволила уменьшить его вес и габариты. А также увеличить обойму с семи до десять патронов в рукоятке. Кроме того мы еще немного изменили дизайн рукоятки, ствольной коробки и предохранителя. Поставили более удобный прицел и заменили спусковой крючок на более мягкий. И в результате у нас получился пистолет, который значительно превосходит стандартный "Кольт" М1911. Он стал более легкий, эргономичный и ухватистый. Наша корпорация выпускает это оружие под названием полуавтоматический пистолет "Милитех" П-24 образца 1924 года. И я хочу вам подарить такой пистолет на память о нашей встрече, генерал Чан Кайши. Думаю, что такое оружие как человеку военному вам должно понравиться.

После этого генерал Чан Кайши какое-то время был занят, разбираясь с моим подарком. Я ему показал, как заряжать и как стрелять из нашего пистолета "Милитех" П-24. И вскоре генерал уже с увлечением палил по мишеням из своего пистолета. Потом он захотел опробовать и другие образцы нашего оружия. А с ним к этому веселью подключились и все китайские офицеры, которые входили в комиссию по переговорам со мной. Военные еще какое-то время разносили мишени из пулеметов, винтовок, пистолетов-пулеметов и пистолетов. И им понравились особо наши винтовки М-24 и пулемет М-1. Пистолеты тоже зашли. Кстати, к устаревшему пистолету "Маузер" С96 у китайцев почему-то была какая-то нездоровая тяга. Вот нравится им этот тяжелый и брутальный пистолет с революционным прошлым. Не знаю почему, но нравится. А мне вот больше наш модернизированный "Кольт" приглянулся. Я же в него свою душу вложил, воплощая в жизнь мои идеи об идеальном пистолете.

Наконец, когда китайцы вдоволь настрелялись и успокоились. Я повел из к последним двум лотам нашей оружейной коллекции. Двум пушкам, изобретенным в далёкой Германии когда-то. Выпуск 20-миллиметровой автоматической зенитки "Беккера" мы освоили довольно быстро. Неплохая пушечка у немцев получилась. Но теперь она будет известна миру не как "Эрликон", а как "Милитех-20". А вот с полевой пушкой калибра семьдесят семь миллиметров поначалу у нас возникли определенные сложности. Мне не нравилось раздельное заряжание этого орудия. Это когда в ствол сначала закладывался сам фугасный снаряд, а потом уже к нему заталкивался туда же и отдельный заряд спрессованного артиллерийского пороха. Мне такая система доверия не внушала. А что если дождь пойдет? Как тогда быть? Ведь под каким-нибудь ливнем порох в метательном заряде может просто промокнуть. Да, и не удобно это вот так заряжать пушку в бою.

Еще ладно в какой-нибудь артиллерийской башне корабля это делать. Там все же люди более грамотные и умные служат. А вот в полевой артиллерии могут и каких-нибудь неучей тупых, но сильных сделать подносчиками снарядов и заряжающими. И те по запарке в бою в ходе стрельбы могут просто перепутать очередность. И вместо снаряда первыми в ствол засунуть пороховой заряд. А потом еще снарядом его подопрут и выстрелить попробуют. Ну, да? В бою человек может и не такие фортели от стресса выкинуть. Поэтому если какие-нибудь немецкие артиллеристы с подобным раздельным заряжанием своих полевых пушек нормально справлялись во время войны.

То вот китайские пушкари, набранные из вчерашних крестьян, вполне могут все перепутать и заиметь от этого очень большие проблемы вплоть до летального исхода от взорвавшегося орудия. Поэтому для заряжания наших пушек просто необходимы были обычные унитарные снаряды. Где снаряд и гильза с порохом соединены в один боеприпас. В общем, нам тогда пришлось помучиться, чтобы переделать наши пушки калибра семьдесят семь миллиметров на унитарные боеприпасы. Но мои инженеры все же справились с этой трудной задачей. И теперь это немецкое орудие выпускалось нашей корпорацией как 77-миллиметровая полевая пушка "Милитех" М-1924. А я с гордостью ее сейчас показывал важно кивающим китайцам.

— Почему вы решили торговать именно с Гоминданом, господин директор? — спросил у меня капитан Зотов, когда китайцы, наконец-то, согласились купить все наше оружие, что мы им привезли в Кантон. — Почему не с Пекинским правительством, а с этими революционерами?

— Понимаете, Николай Максимович, я долго думал и пришел к выводу, что нам эти гоминдановцы наиболее симпатичны будут! — серьезно ответил ему я. — Я прекрасно понимаю, что вас смущает Сунь Ятсен, что сейчас является лидером Гоминьдана, и которого все сравнивают здесь с китайским Лениным. Да, он пока управляет Гоминданом, чья штаб-квартира располагается здесь в городе Кантоне на юге Китая. Он организовал китайскую революцию и сверг китайского императора с трона. Вот только это не Ленин с его сворой большевиков. Сунь Ятсен больше похож на вашего Керенского, бывшего главой Временного правительства в 1917 году. Который точно также поспособствовал падению российского царя и сам потом залез на трон. И который выражал интересы российской буржуазии. Но его же оттуда и скинули те самые большевики, которых вы, дорогой капитан, так ненавидите. Теперь вы понимаете, о чем я говорю?

— Я вас понял, господин Иглс! — с усмешкой ответил мне начальник моей службы безопасности. — Сунь Ятсен, конечно, революционер, но он не красный, а скорее наоборот! Однако, ходят упорные слухи, что Гоминдан хочет заключить договор с Советской Россией. Мне одна птичка напела, что сейчас лидер Гоминьдана находится в Москве и ведет там переговоры с красными о сотрудничестве и военной помощи. Что вы на это скажете?

— Может быть и так, господин капитан? — ухмыльнулся я в ответ своему собеседнику. — Вот только мне тоже одна птичка напела, что жить вождю китайской революции осталось очень мало. Так как недавно врачи у него диагностировали рак печени. И жить ему осталось несколько месяцев. А вот потом место павшего вождя займет его заместитель.

— Которым в данный момент является генерал Чан Кайши! — азартно дополнил мою мысль мой собеседник. — И который слывет ярым националистом и ненавистником коммунизма! И он ни за что не допустит потом сближения Гоминьдана и Советской России. Красных генерал Чан Кайши очень не любит! Значит, инициатива покойного Сунь Ятсена будет зарублена на корню его же заместителем, который потом займёт место вождя Гоминьдана!

— Ну, вот видите, Николай Максимович, вы и сами все прекрасно поняли без моих подсказок! — с улыбкой сказал я. — Поэтому нам сейчас выгодно поддерживать Гоминдан и генерала Чан Кайши! Он уж точно с красными в союз не вступит, а наоборот станет с ними бороться. И будет беспощадно уничтожать китайских коммунистов с нашей разумеется посильной помощью. А мы ему в этом поможем своим оружием.

— Но другие лидеры остальных китайских фракций Китая ведь тоже не очень любят коммунистов? — спросил капитан Зотов, нахмурив брови. — Почему бы нам не помогать им? Взять хотя бы северян с их правительством в Пекине. Они ведь тоже борются с коммунистами.

— Ага, борются! — зло усмехнулся я, глядя на такие наивные метания моего собеседника. — Я ведь прекрасно понял, почему вы, господин начальник моей СБ, хотите помочь Пекинскому правительству! Ведь там на севере сейчас в Шанхае и Харбине проживает довольно много ваших соотечественников. Которые в Китай бежали не от хорошей жизни, а потому что проиграли гражданскую войну в России. Ведь так?

— Так! — со вздохом произнес капитан Зотов, отвернувшись от меня. — Вы совершенно правы, господин директор! Я хотел помочь моим знакомым, которые сейчас проживают на севере Китая и в Манчжурии. Ведь многие из них захотят вступить в вооруженные силы Пекинского правительства, чтобы сражаться против китайских коммунистов. Да, и с Гоминданом они тоже воюют сейчас.

— О-хо-хо, господин капитан! — пробормотал я, покосившись на бывшего белогвардейского контрразведчика. — Вроде бы взрослый человек, были даже контрразведчиком у белых, а в сказки верите! А вы отбросьте в сторону свои личные симпатии и эмоции и трезво взгляните на факты. А факты таковы, что сейчас в Китае только у Гоминьдана есть хоть какая-то возможность захватить власть и объединить весь Китай под своей пятой.

— Это почему еще? — развернулся ко мне мой собеседник.

— А потому, господин Зотов! — серьёзно сказал я, глядя ему в глаза. — Что только Гоминдан стоит на позициях китайского национализма. Только они сейчас выражают идеи простых и малограмотных китайцев, которым очень не нравятся все эти иностранцы, заполонившие Китай. Ведь китайцы являются жуткими нацистами. Для них все не китайцы — это люди второго сорта. А вот сами они являются гражданами Великого Китая, цивилизации которого несколько тысяч лет уже исполнилось. А все остальные для них являются варварами, которых китайцы особо не любят. Поэтому гоминдановцы, которые сейчас ратуют за общекитайские ценности и чисто китайские, национальные интересы, здешнему народу более понятны и симпатичны в данный момент. Китайские малограмотные крестьяне, которые в Китае большинство населения составляют, хотят снова видеть Китай великим и могучим без засилья иностранцев.

— А что же другие стороны этой китайской гражданской войны? — со скепсисом и какой-то горечью спросил у меня капитан Зотов.

— Ваше любимое правительство в Пекине, за которое вы тут меня пытались агитировать, даже и не скрывает, что полностью зависит от японцев и их кредитов! — со вздохом ответил я. — И правитель Манчжурии Чжан Цзолинь также не скрывает, что опирается на японские штыки. То есть среди народных масс Китая эти деятели точно особой поддержки не получат. Да, они, кстати, тоже стараются бороться с коммунистами. Вот только делают это скорее по указке тех же японцев, а не по собственной инициативе. Про других более мелких милитаристов Китая, которые удерживают сейчас отдельные провинции и являются эдакими феодальными князьями, я вообще говорить не хочу. Для меня все эти генеральчики в опереточных мундирах несуществующей сейчас китайской императорской армии похожи на ваших атаманов и разбойных лидеров вроде того же батьки Махно. Их ведь у вас тоже хватало во время гражданской войны. Вот только какой-то серьезной военной силы за теми бандитами не было. И у вас за власть над страной боролись только две серьезные силы — это белые и красные. А все остальные были либо их союзниками, либо прятались в сторонке и грабили. Вот и китайские милитаристы в своих провинциях тоже похожи на таких мелких бандитов для меня. И в данный момент в Китае существуют только две серьезные организации. Которые борются за власть. Это Гоминдан и Северная клика. И про них я, вам все уже рассказал.