После смерти Берты Лео не прикасался ни к одной женщине. Видимо, зря. Сейчас, обучая премудростям любви эту трепетную девочку, он постоянно сдерживал себя и не получал полного удовлетворения. Но она схватывала всё на лету. Со временем из неё выйдет потрясающая любовница, только бы у него хватило терпения не испугать её.
— Сегодня ночью, я так полагаю, ты меня к себе не допустишь.
Он сказал это так просто, что Зоя даже не смутилась.
— Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра.
— Я не хочу оставлять тебя одну.
Она поняла, что он имеет в виду.
— Ты думаешь, он может вернуться?
— Я бы на его месте вернулся.
— Но ведь он получил, что хотел. Он перестал быть Призраком.
— Он любит тебя так же, как и я, только в отличие от меня, у него нет возможности быть с тобой. Он будет искать любой удобный случай, чтобы...
Зоя поняла его с полуслова и содрогнулась.
— Он способен на насилие?
— Физическое, думаю, нет. Но он — маг, Зоя. Ты не сможешь ему противостоять.
Лео был почти уверен, что в ту ночь его Призрак не удовлетворился объятьями. Зоя говорит, что ничего не было. Но ведь она спала. Он мог углубить её сон и взять во сне. Он не поступал так ни с одной женщиной, но, как знать, во что он превратился за время их разлуки.
— Я тоже маг, Лео... Научи меня защищаться.
— У нас нет времени на это.
— Но мы не можем всё время быть вместе.
Лео не слышал её. Смутные догадки теснились на подступах к сознанию, но он никак не мог докопаться до их сути.
— Я должен найти его, как можно быстрее, — подумал он вслух.
— И что будет?
— Не знаю, но думаю, разберусь по обстоятельствам. В конце концов, он — часть меня. Мы найдём общий язык.
— Я не могу понять, — произнесла Зоя.
— Вы для меня — два разных человека, просто похожих внешне. Я не представляю его частью тебя.
— И не надо представлять... Давай закончим этот разговор. Сегодня, завтра и послезавтра ты будешь спать со мной. Просто спать. Так мне будет спокойней.
— Но, Лео!
— Ты полагаешь, что я не умею держать себя в руках?
Она облегченно вздохнула и прислонилась к нему так, как куталась в одеяло. Некоторое время они молчали, и Лео слушал её музыку. Она о чем-то размышляла и не хотела пускать его в свои мысли, наконец ей это надоело, и она произнесла.
— Лео, я обещала Теодору привезти компьютер. Мне надо съездить домой.
— Нет!
— Я на Зелёнке, туда и обратно.
— Нет!
— Лео! Я не могу сидеть без дела. Мне лезут в голову такие мысли, что в пору выть белугой. У меня, в конце концов, горит работа. Не представляю, что скажу Женьке... У нас все сроки летят...
— Какая работа? Какой Женька? Какие сроки? — посыпались вопросы, но их перечеркнула реальная угроза.
— Зоя! Ты только выйдешь за пределы поселка, как Норда схватит тебя.
— Зачем я ей? Она охотится на вас с Теодором.
— Сейчас она охотится на всех.
— Лео! Ну, придумай что-нибудь. Я просто обязана позвонить на работу и заняться своей программой. Я могу это делать здесь. Через интернет мы будем держать связь. Но мне нужен мой компьютер.
— Позвонить, положим, ты можешь хоть сейчас, — задумчиво произнёс Лео, — а вот за компьютером мы отправим кого-нибудь другого.
— Кого?
— Идём.
Они шли по заросшей травой улице. Зоя подумала, что для необжитого поселка трава эта подозрительно вытоптана. Такое впечатление, что дорогой пользуются, может быть не так часто, как раньше, но достаточно активно. Потом она отметила, что у некоторых ворот совершенно отсутствует растительность, а кое-где сквозь листву живой изгороди проглядывают самые настоящие грядки. Неужели здесь ещё кто-то живёт? Конечно, живёт. Ведь идут они к кому-то. А несколько дней назад ей казалось, что они совершенно одни в этом заброшенном дачном поселке. Более того, она была уверена, что тогда они, действительно, были одни. Что-то произошло, и маги стали возвращаться в свои дома. Только маги. Простым людям вход сюда был по-прежнему заказан.
У невысокого свежевыкрашенного заборчика Лео резко остановился и привычным жестом отодвинул засов калитки. Маленький рубленый домик утопал в зарослях сирени самых разных сортов. Грядок не было, но аккуратно постриженная трава наводила на мысль о кропотливом садовнике. Завернув за угол дома, Зоя увидела серебристую волгу и точащие из-под неё ноги.
— Привет, Мазаич!
Лео подошёл к машине и присел рядом на корточки.
— Это ты, Лео? — раздался из-под машины знакомый низкий бас.
— Да, у меня к тебе дело. Ты не мог бы привезти мне из города одну вещицу.
Мазаич завозился и стал выбираться. Через некоторое время перед ними появилась его перемазанная усатая физиономия.
— Вот ведь, — крякнул он, уставившись на Зою, — Здравствуй, дочка.
— Здравствуй, Мазаич.
Зоя готова была броситься ему на шею.
— Странное желание, — заявил Здравый Смысл. — Учитывая то обстоятельство, что ты видишь его во второй раз.
— Значит, вы помирились. Я ведь знал, кого сажать за руль Зелёнки, что бы ты окончательно не спятил.
— Лирические отступления потом, — оборвал его Лео.
— Нам надо, что бы ты съездил к ней домой и привез компьютер.
— А на чём я поеду?
Мазаич в сердцах пнул свое транспортное средство.
— Поддерживай отечественного производителя, — передразнил он кого-то, кто, видно, здорово его достал.
— Всё, надоело! Ты из нас самый мудрый, Лео. Я тоже выкину эту кучу железа и куплю себе джип.
— Что, совсем безнадёжно?
— А...
Мазаич махнул рукой, но потом сменил гнев на милость.
— Ладно, разберёмся. Часа через два я к вам подъеду. Покатаемся, дочка.
— Она не поедет.
— Почему?
— Ты же знаешь Норду.
— Норда сейчас занята своими делами. Арктур устроил такой переполох в её курятнике...
— Тогда я поеду сам...
— А вот тебе ехать я бы не советовал.
В устах Мазаича это прозвучало, как приказ.
— На тебя настроены десятки её ищеек.
— Лео, я поеду, — Зоя дернула его за руку, как ребёнок.
— Он все равно ничего без меня не найдет. Мне ещё надо купить Теодору несколько дисков с играми и заехать к одному другу. Ничего не случится.
— А если и случится, — вставил Мазаич, — у меня для Норды есть один сюрприз. Давно хотел проверить его в действии.
— Какому ещё другу? — сурово спросил Лео, не обращая внимания на заявление Мазаича.
Зоя сама не заметила, как расплылась в улыбке. Она не могла быть серьёзной, когда вспоминала Женьку.
— Замечательный человек! Геофизик от бога! Мы вместе работаем над пакетом программ... Это произведет фурор на геофизическом конгрессе. Лео, ну не вредничай, я обязательно вернусь.
— Если не вернешься через три часа, я пойду тебя искать.
— Нет!
— Да!
— Ну, вот и порешили, — засуетился Мазаич, пытаясь замять едва начавшуюся ссору.
— Через два часа я у твоих ворот, Лео. Ты все там же, в доме...
Мазаич хотел произнести имя и запнулся.
— Да, в том же доме.
Спокойно ответил Лео, взял Зою за руку и они пошли прочь.
— Мне не нравится эта затея, — наконец произнёс Лео, когда они почти дошли до своей калитки.
— Если бы затея была безнадёжной, — резонно заметила Зоя, — наверняка набежала бы куча советчиков, а раз они молчат, мы можем поступать, как считаем нужным.
— Я, лично, считаю, что это — блажь.
— Тогда почему ты меня отпускаешь?
— Я не отпускаю. Но ты не хочешь меня слушать.
— Лео, давай не будем начинать все сначала.
— Надеюсь, ты поняла, что через три часа я отправлюсь за тобой.
— Через три с половиной.
— Это что-то решает?
— Да. Если Женька окажется дома, он не отпустит меня, пока не посвятит в очередную бредовую идею, которую непременно надо запрограммировать.
— Для тебя это так важно?
— Мне необходимо хоть что-то твердое под ногами.
— Хорошо, я жду три с половиной часа.
— Лео! Но если я... задержусь, прежде чем срываться, подумай о Теодоре.
— Теперь о нём есть, кому подумать. Если тебя не станет, не станет и меня. Запомни это.
Зоя сидела рядом с Мазаичем и тысячный раз перебирала в памяти их последний разговор. Лео живёт только из-за неё. Это не нормально. Но с другой стороны, если с ним что-нибудь случится, сможет ли она пережить? Скорее всего, сможет. Жизнь для неё только начинается. И дело не в том, что её чувство к нему слабее, просто он дошёл до предела, и ему здесь нечего делать. Чисто случайно она удержала его от рокового шага, надолго ли? Он обещал остаться, когда их магическая связь прервётся, но не станет ли жизнь для него пыткой?
Мимо пролетали запылённые домики в густой зелени весенней листвы, и пролетали на довольно приличной скорости. Мазаич легко вёл волгу, обгоняя иномарки, и Зоя подумала, зря он грешит на свою машину. "волга" шла плавно, двигатель работал ровно. Мазаич, видимо, тоже наслаждался поездкой и всю дорогу что-то говорил. Зоя прислушалась.
— ... В казино остались одни жетоны. Норда кусала локти, но ничего не могла сделать. Арктур ей не по зубам. А знаешь, что он устроил в её банке?..
Зоя вдруг подумала, что ничего, в сущности, не знает о взаимоотношениях Лео с её отцом. Они были друзьями. Одиннадцать лет назад один предал другого, и отец заставил Зою забыть Лео. Не вяжется что-то. Она забыла Лео гораздо раньше, когда ей было пять или шесть лет. И сад около дома заброшен примерно в то же время. Не означает ли это, что разрыв двух магов произошёл именно тогда.
— Мазаич, — прервала Зоя бесконечный монолог, — Ты не знаешь, что случилось у Лео с моим отцом двадцать пять лет назад?
Мазаич задумался, прикидывая что-то в уме. Потом коротко ответил.
— Они здорово повздорили.
— Из-за чего?
— Никто ничего не знает, но после ссоры они стали врагами: твой отец перешёл на сторону Тавриды, а Лео сблизился с Нордой.
— Лео был заодно с Нордой?
Это не укладывалось в голове.
— Не то, что бы заодно, — пояснил Мазаич. — Он отказался воевать на стороне Тавриды, и Норда сочла возможным привлечь его к себе. Думаю, у неё ничего не вышло, иначе она не подослала бы к нему... — он запнулся.
— Я знаю о Берте. Можешь продолжать.
— Ну, если ты знаешь о Берте, то рассказывать больше нечего.
Он явно хотел закончить этот разговор, но Зоя не собиралась останавливаться на пол пути.
— Если они были врагами, почему Лео считает предательством убийство Берты?
Мазаич тяжело вздохнул.
— Зачем тебе копаться во всём этом?
— Я хочу вытащить Лео. Помоги мне.
— Хорошо...— Мазаич покрутил ус и начал припоминать.
— Собственно, врагами, как таковыми, тогда они ещё не были. Я не так выразился. Между ними пробежала кошка, но если кому-то угрожала опасность, другой всегда оказывался рядом. Исчезли близкие отношения. Лео перестал посещать ваш дом, и Теодор переехал в город...
— Теодор? Моего отца звали Теодор?
— А тебе никто не говорил?
Где-то в самой глубине шевельнулось предчувствие невероятного открытия.
— Продолжай дальше.
— Ты скучала без Лео и продолжала его ждать. Видимо, поэтому Теодор и заставил тебя его забыть.
— Я ждала Лео?
— Ты очень его любила, Зоя. Мне казалось, даже больше, чем отца. Стоило ему только приблизиться к вашей калитке, как ты неслась ему навстречу, где бы ни была.
— Это его тяготило?
— Ничуть, — улыбнулся Мазаич, и лицо его на мгновение помолодело, — С тобой он превращался в мальчишку. Он тоже тебя любил. Я очень надеялся, что это чувство в нем не исчезло, потому и подтолкнул тебя к Зелёнке.
— Подтолкнул?
— Извини уж, но без меня тебе бы и в голову не пришло учиться водить машину.
— Ты сделал это ради Зелёнки?
— Я сделал это ради Лео и Теодора. То, что сотворила с ними Норда, не имеет названия. Свой разрыв они как-нибудь пережили бы. Конечно, пережили. Она же ударила по больному. Иначе ей было их не одолеть.
— Зачем? Зачем одолевать?
— Ей нужны либо сообщники, либо враги. Почему? Спроси у неё. Она с упоением посвятит тебя в свои бредовые планы. Я не хочу даже касаться их.
— И чего ты добился?
— Вашей встречи. Лео жив. И ты жива. Не всё ещё потеряно.
Как бы ей хотелось быть также уверенной в этом.
— Мазаич, а кто — моя мать?
— Трудно сказать, дочка. Никто о ней ничего не слышал, разве что Лео.
— Она хоть жива?
— Не знаю. Знаю только, что Теодор принёс тебя в дом несколько недель от роду. И матерью тебе фактически стал Лео. Он носился по молочным кухням так, что над ним все смеялись, потом нашёл кормилицу.
— А отец?
— Он не знал, что с тобой делать. По-моему, до полугода он вообще боялся к тебе подойти.
— А почему вы решили, что... Теодор — мой отец?
— Тут и решать нечего. Это у людей могут быть сомнения. У нас — нет. Ты — его дочь. В этом можешь быть уверена.
— Отец... любил меня?
— Теодор любил всех своих детей и, в отличии от Лео, не оставлял их до самой их смерти.
— А Лео. Лео своих детей любил?
— Он помогал им встать на ноги и забывал начисто, точно их не существовало. Многие маги так поступают. У нас, как правило, рождаются смертные дети. Тяжело видеть, как они стареют.
Смертные дети... У неё ведь тоже может родиться смертный ребёнок. Как она об этом не подумала?
— Разве ни у кого из них не было ребёнка — мага?
— Насколько мне известно, у Теодора была дочь, но никто её не видел. Поговаривали, что она погибла из-за Лео, но, скорее всего, это — слухи. Мы не могли найти причину их размолвки и приписали то смерти... твоей сестры.
— Так она умерла?
— Ничего не могу сказать. Мы не видели её живой, мы не видели её мертвой. Либо Теодор скрывал её ото всех, либо её просто не было. Лео может пролить свет на эту историю, но я бы не советовал тебе спрашивать его. Тем более, сейчас.
Зоя решила, что хватит с неё на сегодня информации, и замолчала. Мазаич с радостью сменил тему и вернулся к рассказу о погроме, учиненном Арктуром в стане Норды. Зоя слушала его через слово, чтобы только не пропустить вопросительную интонацию и ответить что-нибудь.
Мысли её вертелись вокруг отношений Лео и отца, вокруг совпадения имен отца и брата, вокруг совпадения гибели двух детей и рождения одного.
Одновременное зачатие трех магов не случайно! Двое — погибли, третий — впитал в себя их силу. Без тех двоих этот третий не должен был родиться. Они заплатили за его рождение жизнью. Какая чудовищная истина? Кто нашептывает её Зое? И в голове закручивается разбитая мозаика, стеклышки калейдоскопа, которым необходима хорошая встряска, чтобы все сложилось в четкую картину.
До дома доехали без приключений. Зое стало стыдно, когда, пригласив Мазаича в комнату, она обнаружила там невообразимый беспорядок. Конечно, если вспомнить, как она собиралась, то это состояние можно объяснить. Но Мазаич не знал и ухмыльнулся.
— У тебя здесь побывал полк ищеек?
— Нет. Я должна была срочно уходить. Лео ведь не предупредил меня заранее о нашем отъезде.
— Понятно.
