Древнейшая история Славян и Славяно-Руссов

Итак, прозвище «Рюрик» есть чисто славянское, означающее сокола, и безуспешны будут все притязания скандинавоманов на него.

Рассмотрим теперь имя второго брата князей варяжских, Синеуса.

Древние сечные казаки управлялись особыми князьями; в числе их был князь Засекин, идущий по колену князей Темносиних, от князей смоленских. Почему князья Темносиние получили это прозвище? Не один ли повод служил причиной в обоих случаях, как у ветви князей смоленских, так и у брата Рюрикова? Но посмотрим далее: Плиний приводит синеволосых роксолан, живших на Поморье. Не станем еще доказывать здесь, что поморские роксолане суть Руссы, а обратим только внимание на то, что и Синеус мог быть так прозван по синим усам его. Что он не назван синебородым — это понятно, ибо варяги брили бороды и носили усы, и самый Рюрик изображается только с усами в наших генеалогических картинах, а равно и на золотом брактеате, хранящемся в копенгагенском музее. Что прозвища по цвету волос и других частей давались во всей Европе, а не только у одних славян, мы видим из того, что Гвид, граф Бульонский, назван был Белобородым, Фридрих I — Рыжею бородою, Гаральд III, датский король, — Синезубым (Blaatand), Генрих — Синей бородой.

Синими волосами называют вообще черные, с синим отливом.

Итак, Синеус есть эпитетное прозвище второго брата из призванных русских князей, на княжение в новогородскую область и означает не что иное, как Сине-усого.

Имя третьего брата Трувор должно быть не эпитетное; но что оно славянское, тому служат доказательством много других имен, заверное славянских, похожих на него своим строем и окончанием, а именно: Вигбир, сын Вулка, князя поморского (996), Думар, князь Черешпан (1114), Прибор, в Лобурге, Фогт у магдебургского архиепископа — славянин и идолопоклонник (1115), Самбор, князь восточной Помории (1170).

Теперь рассмотрим имя Оскольда. Оскольд ни роду, ни племени Руссов, сказано в летописи. И действительно, он должен быть литовец; ибо у литовцев множество имен с подобным окончанием, например: Рингольд — литовский великий князь; Ромпольд, Гастольд, Гедигольд — литовцы и главные деятели во время войны Руси с Литвой.

Об Дире мы пока еще ничего сказать не можем; но, может быть, дальнейшие исследования литовской истории дадут возможность приурочить и это имя к соплеменным ему литовским.

Последнее возражение скандинавоманов относится к добровольному избранию Рюрика. Они утверждают, что Рюрик завоевал Новогородскую область. Доказательства их основываются на голословном предположении, опровергаемом самой летописью. Но если допустить, что Рюрик завоевал Россию, как думают недоспелые критики, не сообразившие неравенство боя, то он должен бы был привести с собой не рослагенскую горсть народа, а все народонаселение тогдашней Скандинавии; да и тогда трудно бы было ему бороться с могучими еще Новогородцами в делах внешнего неприязненного влияния.

У них разлад был только внутренний, но самосохранение соединило лбы их для отражения внешних нападений, а между тем и история Швеции сохранила бы память о такой великой победе, между тем эта история не дает ни малейшего намека на такое событие — она молчит, как гроб вековой! А потому оставим и мы эту пустую, ничтожную и фантастическую придирку, не заслуживающую, по-настоящему, и опровержений, особенно же когда в разных местах несторовой летописи сказано: 1) Болгаре насильницы Словенам быша. 2) Обры насильницы Дулебам быша, 3) варяги (же) насельницы Новограда. Здесь ясно, что первые и вторые насиловали народы, т.е. победили их, а последние только поселились между Новогородцами как мирные сограждане.

Что меря и Чудь участвовали в призыве варягов, это нисколько не удивительно; эти племена слились еще задолго до того времени, по обстоятельствам торговым, в один общий союз с Новогородцами, и Новгород был центром их действий; а потому, если б они и могли отложиться от него, то считали для себя такое отложение невыгодным, ибо им надлежало бы тогда отказаться и от новогородской торговли. Примеры подобных соединений разноплеменных народов мы видим в торговых вольных областях греческих. Хотя историки говорят преимущественно об одних только военных действиях греков, однако же занятия их торговлей ясно проглядывают в описаниях всех областей. Да и нельзя бы было без торговли так скоро богатеть им, особенно же частным лицам стяжать такие огромные богатства.

Что избрано было три князя — это естественно и соответствовало господствовавшей тогда удельной системе.

Итак, вывод наш состоит в том, что варяги составляли касту, а не народ; что в этой касте участвовали различные народы; что варяги составляли вначале охранное войско торговых судов на морях и реках, а впоследствии и сами занимались торговлею; что излишние варяги нанимались к разным владельцам в качестве телохранителей или вспомогательных войск; что Ганза вытеснила варягов из их круга действий, и что с усилением Ганзы варяжничество кончилось и имя варягов исчезло в истории. Далее: что название «варяг» есть славянское, что варяги-Руссы были славяне; что они сидели в Поморье, между Фриш—Гафом и Куриш-Гафом, что все это пространство называлось Русью, что и до призвания варягов— Руссов в Новогородской области сидели Руссы, которые также участвовали с прочими в призвании варягов-Руссов. Что имеЬа Рюрик, Синеус и Трувор чисто славянские; что Оскольд — имя литовское и, наконец, что Тимковский вместо исправления лаврентьевского списка Нестеровой летописи ввел в нее своими поправками ошибочные понятия, введшие многих в заблуждение, служившее к поддержанию до настоящего времени ложного учения скандинавоманов, и, наконец, что уже пора историкам славянского мира идти по чистому пути летописей и оставить голословные опровержения скандинавоманов, пока сами обратятся на путь истинный и признают молча или торжественно свое заблуждение.

СКИФЫ И САРМАТЫ

ревние народы Европы, ведя кочующую жизнь, переходили с одного места на другое, и если встречали к тому препятствия, то употребляли насилие к достижению цели своей. Подвижная жизнь эта и воинственные действия должны были произвести, с одной стороны, деление народов на племена, с другой, соединение их порабощением одних другими или доброй волей. Почти каждое такое событие вносило новое имя в страницы истории. От этого древняя история европейских народов составляет сеть из прозвищ, так разнообразно перепутанных между собой, что трудно восстановить теперь порядок развития племен от первобытных народов.

Затруднение это становится еще более оттого, что вместе с собственными именами племен вкрались в историю и прозвища их, данные им соседями, да и самые собственные имена значительно изуродованы в устах греков, первых историков Европы. Совершенно разграничить все эти прозвания по племенам народов есть дело невероятно сложное, ибо от продолжительного небрежения этого предмета истина и ложь скипелись в какой-то исторический конгломерат, в котором хотя и ясно различаются гетерогенные части, но отделение их довольно трудно. В этом хаосе заплыли и имена праотцов славянских. Чтобы получить свет в истории славян, надлежит сперва вывести наружу и уничтожить все прозвища их, которыми они сами никогда не назывались. Сделав это, мы раскроем нить истории между древнейших предков — Славян и их обильных потомков; мы укажем, где была первобытная колыбель великого Славянского племени.

Не станем поступать подобно германцам и включать в число предков своих по безотчетному праву; сильного те племена, которые нам более нравятся, но остановим и их в подобном деле, докажем им, что они до двадцати племен славянских зачислили в праотцы свои и что Напрасно протягивают они руку на отнятие у нас главного родового имени нашего — имени Руссов.

Начнем с тех имен, которые уже умерли для современной нам истории и незаконно живут еще в древней.

Мы знаем из истории, что вся почти северо-восточная часть Европы, часть Азии между Аральским и Каспийским морями, от 45 до 55 ® северной широты и большая часть Малой Азии заняты были некогда народом, игравшим великую роль во всемирной истории. Действия этого народа далеко простирались на юг, север и запад. Греки называли этот народ Скифами и делили его на несколько племен (Геродот).

Так называли греки народ, которого они не знали. Сведения их о нем основывались только на показаниях караванных путешественников и торговцев. Что Скифы не есть родовое имя этого народа, в том сознается и сам Геродот; он говорит: Скифы сами себя называют сколотами.

Греки, по сделанной однажды привычке называть народ произвольно придуманным ими именем — Скифами, продолжали употреблять это название и тогда, когда уже он им известен был сперва под прозвищем арматов, а потом под другим, грозным для Византии именем Руссов, державших греческих императоров в постоянном страхе и неоднократно приводивших и в трепет.

Анна Комнена, Киннам и Константин Багрянородный называют их еще Скифами, когда уже все прочие историки именуют Руссами.

Предание говорит нам, что Скифы имели также свою баснословную историю, которую историки передают трояко, согласно тому, как они слышали ее из разных источников.

Геродот пишет, что, по преданию Скифов, первый человек, пришедший в их страну, по имени Таргитай, был сын Зевеса и Днепровской девы (русалки?), дочери Днепра. 2) Диодор рассказывает, вследствие другого скифского мифа, что первый Скиф был сын Зевеса и родившейся от земли (апии) девы, названной Эхидною[34].

3) Понтийские греки говорят, что будто Геркулес, пришед в эту страну, прижил с девою-змеею по имени Эхидною трех сыновей: Агатирса, Гелона и Скифа, из которых последний принял по воле богов это царство, а прочие поселились подалее, на запад от него.

Мы впоследствии докажем, что размещение этих мнимых трех братьев по протяжению от востока к западу взято с натуры понтийскими греками. А теперь рассмотрим, какое пространство занимала Скифия и какие племена в ней сидели.

В истории мы видим два огромных царства Скифов, еще с приселками или выселками их, занимавшие значительную часть Азии и почти половину Европы. По показанию Геродота, часть этих Скифов сама себя называла сколотами; персы называли их саками: Плиний говорит, что их же называли и хазарами; Эратостен (—196) утверждает, что Скифами прозвали их понтийские греки; а по древней географии страна и народ Рось, расположенные по Араксу, названы были Скифами от других народов.

Геродотова Скифия занимала 16 000 000 квадратных стадий, или 640 000 квадратных верст. Она занимала всю южную часть Птолемаевой Сарматии, которой описание показано ниже; на севере она доходила только до истока Дона; но на запад она заходила за пределы Сарматии, а именно до Фракии (позднейшей Мезени — Mosjen), нынешней части Булагарии, и врезываясь в Молдавию и Валахию; на восток границей ее было Азовское море, на юге Черное море и Крым; север же не показан, упомянуто только, что за Скифами сидят Меланхлены.

Народы ее, калипиды и алазане, ведущие скифскую жизнь, признаны всеми позднейшими историками за алан; около них, по его сказанию, сидят земледельческие Скифы; древние кимры, подданные Скифов и алан другие земледельческие Скифы-борисоениты; далее кочующие Скифы; королевские же Скифы живут от Герроса до Тавра. Кроме того, Скифы сидели у Аральского моря — это массагеты, в Скифии intra Immaus, между изгибов Яксарта; в битве с которыми пал Кир. А на восток от выселившихся Скифов сидели исседоны (азы-даны).

Сведения Геродотовы не простирались на север выше Харьковской губернии по той причине, что он почитал Балтийское море идущим дугой к Каспийскому. На основании этого северовосточная оконечность Геродотовой Скифии и не смыкается в описании его с северо-западной. Ясно, что он не знал, какие именно племена Скифские, или не Скифские, жили на севере; ибо его описание, очевидно, не окончено с северной стороны, а то, может быть, его Скифия покрыла бы и всю Сарматию Птолемая.

Плиний также говорит о Великой Скифии, идущей от Дона на восток и север, и о Малой — от Дона к Днепру и далее на запад. При этом он прибавляет: но населено ли все это пространство между Лабой и Доном и кем населено — то неизвестно.

Страбон тоже говорит о большой или азиатской Скифии, находящейся на том же месте; но только имя Скифов он часто смешивает уже с Сарматами.

Древние историки говорят, что междоусобия в скифских степях, при Черном море, произвели то, что множество Скифов перешло опять в Азию. Эти Скифы покорили Мидию и владели ею 28 лет; они же покорили Ассирию и доходили до Египта, соорудя на пути туда, в малой Азии, город Скифополь.

Дарий воевал в 480 году до Р. Х. со Скифами черноморскими.

У Римлян вся нынешняя Россия и придунайские земли названы были Скифией. Географ Равенский включает в число скифских владений и Скандинавию, говоря: Magna insula antiqua Scythia... quam Jornandes Scanziam appellat. — Он помещает Великую Скифию, в которой жили хазары и славяне новогородские, между мурман, финнов, карпов и роксолан — это владения, составляющие одну Новогородскую область. Вероятно, имя Новгорода Великий дало ему повод назвать и полагаемую им тут Скифию Великою.

При Птолемае Тавроскифы жили у Ахиллесова пролива.

В 400 году до P. X. готы покорили гетов и Скифов при устье Вислы; следовательно, и на устье Вислы сидели Скифы.

В трех верстах от Симферополя находилась в старину скифская крепость Неаполь.

Там, где нынешний Акерман, сидели Скифы под именем тирагетов.

Олоферн, военачальник Навуходоносора, ополчался между Гаваем и скифским городом.

За несколько лет до P. X. геты фракийские отняли у Скифов земли между Дунаем и Днепром. Стало быть, Скифы сидели до самого Дуная.

Мела, называя все пространство между Лабой и Доном Сарматией, указывает на находящиеся подле этой Сарматии азиатскую (значит, за Доном) и пространную европейскую (значит, от Дуная до Днепра) Скифию.

Siginni (сигуны), по древней географии Скифы, выселившиеся из Египта и севшие за Каспием. Но Сигуном называлась нынешняя река Сыр-Дарья (у древних Яксарт), следовательно, Скифы и у Аральского моря и в Египте.

Аорси показаны Сармато-скифским народом на северозападной стороне Каспийского моря. Это у устья Волги, где сидела, по другим историкам, Рса приволжская.

Арихи — скифское племя, сидевшее между Азовским морем и Кавказом[35].

Далмация причислялась в старину к Фракии, а вместе с нею к Скифии, следовательно, и в Далмации сидели Скифы.

Дамна — город в Азии, жители его Дамняне-Скифы.

Кельты названы Скифами. Адам Бременский называет Винету скифским городом.

Нестор пишет, что греки называли Великой Скифией полян, древлян, северян, радимичей, вятичей, хорватов, дулебов, оуличей и тиверцов до самого моря.

Из этого мы усматриваем, как широко раскинулись мнимые Скифы по Европе. И Фукидид в 460 году до P. X. говорит, что Скифы есть многолюднейшее племя в мире.

Теперь перейдем к Сарматам. Начнем с праотца истории Геродота: он говорит, что Сарматы скифского племени, ибо они говорили скифским языком, но другим наречием, а поэтому Геродот и замечет, что они говорили испорченным скифским. — Каждое племя считает свое наречие чистым, а прочие к тому же языку относящиеся испорченными. Очень естественно, что наречие мидийское могло разниться с наречием придонским, а потому скифский градоначальник, сообщивший Геродоту эти сведения, и сказал ему, что Сарматы говорят испорченным скифским языком.