Искры весны

Из хороших новостей можно было отметить возобновление рыбалки. После Ночи Огня рыбацкие корабли набились в гавань Ханнестеда, их экипажи проводили время на берегу. Те, кто решался-таки выйти в море, не всегда возвращались. Ходили слухи о морских чудовищах, о нападениях северян, о опустевших рыбных местах и появлении рыбы там, где её никогда не было прежде. Теперь же, под защитой военного флота, рыбаки охотнее поднимали паруса и отправлялись за уловом. Четыре или пять каравелл почти постоянно сопровождали их в дальних вылазках. Это, впрочем, вызвало другую проблему.

— Соль, — сказал как-то вечером Мария, сидя за столом в своём кабинете. Ей выделили комнату одного из секретарей бургомистра, где имелось всё необходимо для работы — стол, кресло, шкафы для бумаг, письменные принадлежности, даже небольшая софа в углу, где можно было подремать.

— Соль, — повторила девушка, подняв со стола какой-то листок. Принёсший ей чай Карлон заглянул в бумажку и увидел таблицу с цифрами, которые ничего ему не говорили.

— Важная штука в магии, часто её использую, — хмыкнул мэтр, ставя поднос с чайником и чашками на свободный от бумаг угол стола. — А что с ней не так?

— Знаешь, сколько соли нужно, чтобы сохранять рыбу? — леди-гвардеец разжала пальцы, позволяя листку упасть.

— Много? — предположил маг.

— Ужасно много. Больше, чем много, — Мария, не поднимая взгляда от стола, сцепила пальцы в замок. — Без соли рыбу не перевезёшь и не отложишь назавтра. Рыба — наш единственный козырь. Город может обеспечить рыбой себя и соседей. Флот может оорганизовать поставки из других прибрежных поселений. Но где нам брать соль? Склады пустеют на глазах. Вываривая морскую соль из воды много не получишь, да и топливо скоро понадобится для обогрева.

Карлон молча погладил девушку по голове. Невольно залюбовался ей — сейчас как никогда собранной, серьёзной, и в том прекрасной. Мундир гвардейца она теперь не носила, оставив эту привилегию Эмилии. Гражданский костюм Марии был строгим, но не лишённым изящества. Белая блуза со свободными рукавами, заправленными в коричневые перчатки до локтей, тёмно-синяя жилетка с двумя рядами серебряных пуговиц и чёрным узором, облегающие серые брюки и ботфорты выше середины бедра, под цвет перчаток. Талию стягивали два ремня — обычный, с серебряной литой пряжкой, и оружейный, с ножнами длинной шпаги.

— А где здесь её брали раньше? — спросил он после небольшой паузы. — Не из Эльварта же?

— Из Корната, — Мария дёрнула плечами. — Эльфы добывают её в горах.

— Пон-нятно... — протянул маг. — То есть мало того, что надо убедить эльфов открыть границу, между нами ещё владения графа Шольцморды.

— Соль есть на паре островов Зеериге, — продолжила леди, чуть откидываясь назад и расслабляясь. Карлон продолжил гладить её по макушке. — Но с кем там договариваться о её покупке теперь? И чем платить?

— Да-а... — Карлон вздохнул. — Действительно.

Тем же вечером он посетил командора Витцлебена на его флагмане, и кое-что обсудил с молодым моряком. Утром они вдвоём явились к Марии. Разговор вышел тяжёлым...

Вскоре из Ханнестеда вышла небольшая эскадра. Два нау и три каравеллы двинулись вдоль побережья на восток. На их борту находились Мария и Карлон. Корабли шли под флагами герцогства, офицеры носили лучшие свои костюмы, которые обычно приберегали для торжеств. Эскадра задерживалась у каждого прибрежного поселения, высаживала отряд во главе с Марией. Бледная леди собирала людей и сообщала, что порядок в герцогстве восстанавливается, спрашивала, не нужна ли помощь. Пару раз пришлось запрашивать с кораблей лекаря для осмотра местных больных, трижды случались стычки с мародёрами, бандитами и дезертирами, занявшими селение или расположившимися вблизи него. Благо, вооружённый сброд не мог противостоять опытным головорезам с военных кораблей. А вид эскадры на рейде производил сильное впечатление. За неделю плавания большая часть побережья Эльварта изъявила верность Верховному Совету, хоть это и было пока только на словах. Обеспечить реальный контроль ещё только предстояло, однако первый шаг был сделан.

Когда впереди замаячили выходящие к морю отроги Корнатского хребта, флотилия отвернула к северу и вышла в открытое море. Там она рассеялась. Капитанам строго было приказано не трогать корабли, идущие под флагами короля Хокона, по возможности не оставлять свидетелей и избегать военных парусников и галер. В остальном им была предоставлена свобода действий...

К возвращению "Святого Хуберта" в порту Ханнестеда уже стояли две вернувшиеся каравеллы. Между ними у причала покачивался старомодный когг с квадратной кормой, с которого выгружали какие-то мешки.

— Мы не первые с добычей, — хмыкнул Карлон, вышедший на полубак. Поднявшаяся следом Мария пожала плечами и отвела взгляд.

На пристани их встречала целая делегация, возглавляемая Эмилией. Кудрявая леди, не церемонясь, обняла сестру и шепнула ей на ухо достаточно громко, чтобы Карлон расслышал:

— У нас гости.

— Кто? — Мария стиснула маленькую девушку в ответ и отпустила, чуть отстранилась.

— Посольство от графа, — объяснила Эмилия, оправляя синий мундир.

— Ещё одно? — нахмурился мэтр. — Они же приезжали ещё до нас...

— Тут дело серьёзнее, — Эмилия покачала головой. — Главным целый барон, вроде как приближённый графа. Бургомистр не хочет с ними говорить без Марии, они пока встали лагерем за воротами.

— Тогда не будем медлить, — Мария поджала губы. — Идём в ратушу, и пусть их пригласят.

Бледная леди даже не стала переодеваться во что-то более нарядное. В том же костюме, в каком стояла на шканцах нау, она заняла место во главе стола в комнате собраний ратуши. По сторонам от неё сидели господин Вогт и Евгения. Карлон с Эмилией стояли за креслом Марии, как телохранители.

Послом графа Фридриха оказался мужчина лет пятидесяти, сухощавый и седой, с бородкой клинышком и залысинами на лбу. Одет он был богато, но по-дорожному. Видимо, тоже не счёл нужным везти с собой и надевать парадный костюм. Его сопровождали двое молодых людей при шпагах, по виду — мелкие дворяне. Один из них выступил вперёд, как только троица переступила порог, и объявил:

— Сэр Готлиб, барон де Манрозе, доверенное лицо сэра Фридриха, герцога Эльвартского, графа Шольцштайна.

— Леди Мария, председатель Верховного Совета герцогства, — холодно ответила бледная девушка, вставая из кресла. Кланяться или делать какие-то приветственные жесты она не стала. — Добро пожаловать, барон. Садитесь.

Посол опустился на сиденье по другую сторону стола, спутники встали сзади него — точно как Карлон и Эмилия за Марией. Леди-гвардеец тоже села, положила руки в перчатках на резные подлокотники.

— Мне кажется, представители графа, — Мария сделала ударение на титуле Фридриха, — уже посещали этот город, и получили однозначный ответ на свои предложения. У вас есть какие-то новые?

— Леди, вы сразу переходите к делу, я смотрю, — приподнял брови сэр Готлиб. — Впрочем, и правда. У нас тут не собрание знатных господ, чтобы соблюдать церемониал. Торгашеские сборища всегда более практичны.

Он обвёл взглядом собеседников. Господин Вогт, кажется, не понял, на что намекает посол, остальные же достаточно хорошо владели собой, чтобы не отреагировать на оскорбление. Строго говоря, из всех присутствующих со стороны Ханнестеда дворянкой являлась одна только Евгения, и то без титула. Статус гвардейцев был весьма специфичным, и сохранялся только пока жив их сюзерен. Если граф Шольцштайн считает герцогиню Кристину мёртвой, то для него Мария и Эмилия — всего лишь хорошо обученные и воспитанные простолюдинки.

— Мой господин видит, какие усилия достойные леди, некогда служившие герцогине Кристине, приложили, чтобы восстановить порядок в северной части герцогства, — продолжил барон. — Он благодарен им за это, и готов предложить свои милости. Как только леди прибудут к его двору, он дарует им дворянское достоинство. Он также согласен назначить одну из леди наместницей прибрежных областей. В ответ он ждёт вассальной присяги, передачи ему командования флотом, поставок рыбы, людей для его войск. Также в Ханнестеде будут размещены его кавалеристы для большей... безопасности.

— Хм, — пальцы Марии, затянутые в коричневую кожу, слегка согнулись. Казалось, она хочет вонзить ногти в дерево подлокотников, да перчатки мешают. С каменным лицом леди-гвардеец поинтересовалась: — На чём основаны претензии сэра Фридриха на герцогскую корону?

— На отсутствии других достойных претендентов, — с готовностью ответил барон. — Герцогская династия прервалась, у других владетели герцогства нет сил и средств, чтобы взять на себя ответственность за государство. Часть других землевладельцев уже изъявила ему свою покорность. Его Высочество восстановит порядок в стране, в ответ же он ждёт верности и послушания. Нет никаких сомнений, что Император утвердит его в титуле, как только станет возможно.

— Но позвольте, с чего граф считает, что род герцогов Эльвартских прервался? — подала голос Евгения.

— Да, Его Высочество в курсе, что вы ещё надеетесь, что герцогиня Кристина жива, и потому упорствуете. В связи с этим он предпринял некоторые шаги. — Сэр Готлиб сделал знак, и тот его спутник, что хранил молчание до сих пор, поставил на стол деревянную шкатулку. Отступил назад. Барон указал на шкатулку. — Откройте, леди.

Евгения поднялась, прошла вдоль стола и откинула крышку резной коробочки. Ахнула.

— Демоны, — сквозь зубы процедил Карлон, тоже не сдержав эмоций.

Внутри шкатулки, на подложке из красного бархата, лежала хорошо ему знакомая корона герцогов эльвартских. С одной стороны обруч сильно оплавился, оставшаяся часть почернела, в короне не хватало камней, и всё же не узнать её было невозможно. Внутри короны, на том же бархате, лежала пара перстней, которые Карлон прежде также видел на пальцах Кристины Второй.

— К сожалению, само тело не годилось к перевозке, — без капли того самого сожаления в голосе сообщил барон. — Но сэр Фридрих счёл, что такие доказательства будут вполне убедительны. Когда наши люди нашли...

Закончить фразу он не успел. Свистнула сталь и длинное лезвие фехтовального кинжала вошло послу под челюсть.

— Ублюдки! — рявкнула Евгения, выдергивая клинок из горла барона. — Вы убили её!

Никто не успел заметить, когда она обнажила оружие. Ошарашенные спутники посла схватились за рукояти шпаг, однако рыжая девушка врезала ближайшему по зубам крестовиной, крутанулась на каблуках, поворачиваясь к дальнему, отводя руку с кинжалом назад для броска...

— Стоять! — от рыка Марии замерли все — Евгения, сопровождающие посла, наполовину вытянувшая шпагу из ножен Эмилия, даже ворвавшиеся в зал стражники с алебардами. — Всем стоять!

Бледная леди вскочила на ноги, её грудь под жилеткой вздымалась от тяжёлого дыхания. Не оборачиваясь, она скомандовала:

— Карлон!

— Понял.

Маг подбежал к хрипящему в кресле барону, склонился к нему и осмотрел рану. Покачал головой, выпрямляясь:

— Без шансов.

Посол сэра Фридриха уже затихал. По его телу пробежала судорога, затем он обмяк.

— Ублюдки, — повторила Евгения, с ненавистью глядя на убитого.

— Стража, — Мария взмахнула рукой. — Сопроводите леди Евгению в карцер при казармах. Вызовите отряд матросов с "Бесстрашного", чтобы караул при карцере несли они. Этих господ... — она указала на ошарашенных посланцев графа. — Проводите за ворота. Тело сэра Готлиба им передадут вскоре, если они подождут немного.

Стражники помогли подняться оглушённому спутнику посла, взяли под локти Евгению. Та не сопротивлялась. Когда рыжую девушку проводили мимо Карлона, она посмотрел на мага и... почти незаметно приподняла уголок губ. Потом двери зала приёмов захлопнулись за её спиной.

— Мда... — только и смог выдавить из себя мэтр.

Леди Мария медленно прошла вдоль стола, остановилась перед шкатулкой.

— Если у нас и не было войны с графом, то теперь она есть точно, — сказал ей Карлон. Беловолосая девушка будто не услышала его. Она взяла из шкатулки оплавленную корону, подняла на уровень глаза. Долго смотрела на неё. Карлон, Эмилия и бургомистр таращились на леди-гвардейца, не решаясь снова заговорить. Наконец, Мария повернулась к господину Вогту:

— Мне нужна кузница с горном. Надо кое-что расплавить. Так, чтобы и следов не осталось.

Глава 12

Карцер при бараках городской стражи был маленьким и напоминал скорее кладовку с зарешечённым окном, нежели темницу. Сюда обычно бросали буянящих пьяниц, проштрафившихся стражников и прочих бедолаг, чьи прегрешения не заслуживали большего чем пара-тройка дней на казённой похлёбке. Всё убранство состояло из прибитой к стене деревянной скамейки, застеленной соломенным матрасом и одеялом. Леди Евгения лежала на ней, глада в потолок и водя по воздуху пальцем, словно что-то рисуя.

Когда Карлон вошёл и дверь за его спиной захлопнулась, рыжая девушка одним плавным движением села, спустила ноги в сапогах на пол и сложила ладони на коленях. Посмотрела на гостя, чуть приподняв брови.

— У вас всё хорошо, леди? — поинтересовался маг, стоя у порога. С запозданием он подумал, что стило прихватить табурет или стул.

— Мне раньше не доводилось сидеть в тюрьме, так что не с чем сравнивать, но всё куда лучше, чем обычно описывают в книгах, — секретарь герцогини чуть подвинулась и жестом пригласили Карлона сесть рядом.

Хмыкнув, мэтр опустился на скамью по правую руку от девушки. Сказал:

— Мы позаботились, чтобы вас охраняли люди командора Витцлебена, а не стража бургомистра. Так что пока вы в безопасности. И говорить можно свободно.

— А мне что-то угрожало? — Евгения чуть повернула голову и взглянула на мага искоса. Её очки блеснули. — Ну, кроме справедливого суда за мои прегрешения.

— Члены Совета пришли в большое волнение, когда узнали, что война с Шольцштайном неизбежна. — Карлон скривил губы, припомнив в красках заседание Совета, случившееся сразу после убийства посла. — Идти под его скипетр особо желающих нет, но многие совсем не против поделить с ним герцогство и жить мирно. Предлагали послать графу вашу голову с извинениями.

— Полагаю, Марии это не понравилось, — на губах рыжей леди появилась улыбка, хотя глаза за линзами очков оставались серьёзными.

— Ваш поступок ей тоже не понравился, — заметил маг. — Но отдавать кому-то вашу голову, конечно, она не позволит. Мария убедила Совет, что у нас есть более насущные проблемы, чем суд над вами. Когда же драка с узурпатором пойдёт всерьёз, наказывать вас за ваш поступок станет глупо. Думаю, вы посидите в заключении ещё пару месяцев, после чего вас тихонько выпустят. Но есть риск, что кто-то из первых людей города проявит... инициативу. Мы думаем перевести вас в место понадёжней. Может, на "Бесстрашного".

— И что же обсуждали дальше?

— Войну, — Карлон пожал плечами. — Мария постаралась довести до советников мысль, что теперь для графа вопрос репутации — разделаться с нами. И компромиссов не будет. А в случае его победы на виселицу пойдут все. Советников проняло.