Адепт тьмы

— Тихо, — Никита приложил к губам палец. — Отбросил оружие, на землю мордой вниз, ноги в стороны, руки назад.

Жора в точности выполнил все команды. Тогда к нему приблизился Никита и связал руки брючным ремнём. Потом освободил от пут Максима, и они вместе обездвижили Толстого. Вернувшийся Песок сдался сразу, увидев направленные на него два пистолета.

— Что там наверху? — спросил Никита, укладывая Песка рядом с подельниками.

— Мужик какой-то лежит с раскроенной черепушкой.

— И кто ж его так?

Песок только пожал плечами.

— Я, — неожиданно раздался голос от парадного входа.

Никита вздрогнул и обернулся. В проёме стоял четвёртый бандит.

— Не дёргайтесь, — Синяк вытянул вперёд руки с растопыренными пальцами. — Думал разборки с братишками будут, а против власти выступать не намерен. Я уже и милицию вызвал.

— Тогда оружие на землю, — скомандовал Никита, — а сам у стеночки посиди.

Синяк в точности выполнил указания и уселся невдалеке на бетонный пол.

Стукнув наблюдателя, он кинулся, было, бежать, но уже около машин решил, что это не выход и, прячась за автомобилями, позвонил в милицию.

С трудом растолковал, где находится, потом подкрался к дверному проёму и заглянул внутрь. И тут с удивлением обнаружил, что ситуация в корне изменилась. Его прежние подельники лежат связанные на полу, а над ними два вооружённых бывших пленника.

— Осторожненько достал мобильник и положил в сторонке, — приказал Никита неожиданному помощнику и обернулся к брату. — Макс, позвони Петелину, скажи, местные сюда едут, и могут подсказать, где мы находимся.

Стас не подкачал, он даже чуть не опередил местную милицию. Таким возбуждённым Максим ещё его не видел. Милиционеры принесли со второго этажа наблюдателя и оцепили по периметру забора всю территорию долгостроя. Минут через сорок во двор въёхала целая кавалькада автомобилей.

Среди приехавших были капитан Фомина, тётя Вера и целый отряд спецназа. Часть из них усилила оцепление, а остальные стали прочёсывать территорию. Кроме уже известных участников похищения, на стройке никого не нашли. Зато отыскалась очень интересная штучка, похожая на локатор. Она, видимо упала в пролом, когда Синяк отоварил наблюдателя, но один из спецназовцев отыскал её в куче мусора.

— Значит, он не только наблюдал, но и слушал, — заметил Стас, выслушав объяснения эксперта, — а эта штучка не бинокль, её случайно с собой не прихватишь.

Скорая была всего одна. В неё положили наблюдателя, а рядом устроился Никита, который как ни хорохорился, вынужден был согласиться, что врачебная помощь не помешает. Сопровождать их поехали похожий на инопланетянина спецназовец и доброволец в лице Нади.

Макса Петелин посадил в свою машину, но почему-то отказал тёте Вере, хотя она тоже ехала в отдел.

— Извини, нам ещё в одно место заехать надо, — сказал он с виноватой улыбкой. — А ты, если можешь, проследи, чтобы машину Никиты к управлению подогнали.

— Куда ещё заезжать будем? — сразу, как только они отъехали, спросил Максим.

— Никуда.

— Так чего ты Веру не взял? Машину и без неё обещали доставить.

— Чую я, что сегодняшнее приключение связано с твоими чудесами, — мрачно ответил Стас. — По отчётам у нас везде железная логика, получается, кто-то из своих о тебе растрепался.

— Но тёти Веры не было с нами, когда ты заставил меня фокусы показывать.

— Это не значит, что она не знает.

— Если так вопрос ставить, то придётся всю родню наших с тобой товарищей подозревать.

— Не думаю. Я специально просил ребят помалкивать. Кто-то сделал это целенаправленно. За такой короткий срок успеть, организовать похищение, основываясь на слухах — не реально.

— Так что у нас засланный казачок?

— Возможно.

— Тогда почему они столько времени выжидали?

— Вот тут и начинается самое интересное, — Стас остановился и всем корпусом повернулся к Максу. — Рассказывай, по каким таким делам вы с Никитой сегодня полдня мотались?

— Появилась новая примочка. Я её называю 'запах смерти'. Вот мы с Никитой и уточняли, что же я чую.

— И что?

— Насильственную смерть.

— Теперь понял в чём дело?

Максим отрицательно помотал головой.

— Способности у тебя появляются по мере надобности. Если направить тебя в другую сферу: ну, не знаю, биржу предсказывать, мысли у конкурентов читать, то это же золотое дно.

— Но зачем для этого похищать и уж тем более бить? Куда естественнее попробовать договориться. Кто от денег откажется.

— Тут ты прав, — согласился Стас, запуская двигатель. — Я об этом тоже думал. Нестыковка получается. Ладно, поехали в отдел, авось похитители твои или наблюдатель, который, скорее всего, за ними и стоит, чего прояснят.

Но не проехали они и пары километров, как позвонила Фомина.

— Стас, мы рядом с метро Автозаводская. Раненый сбежал.

— Да, куда он денется? Наверно в отдел поехал.

— Я не про Никиту говорю, — крикнула Надя, — наблюдатель скрылся.

— Слышал? — Петелин, напугав с десяток водителей, развернулся через две сплошные и с грохотом поставил на крышу мигалку.

— Как такое может быть? — Максим был просто поражён. — Кроме Нади и Никиты там ещё спецназовец был с автоматом.

— Сейчас узнаем, — сквозь зубы процедил Стас. — Держись за воздух.

Дальнейшую гонку Максим воспринимал, как страшный сон. Хорошо, что длилась она всего минут двадцать. Скорую помощь, стоявшую у обочины, они заметили издалека. Увидев, что все живы здоровы, Максим перевёл дух.

— Докладывайте, капитан, — сурово приказал Петелин.

— Вынуждены были остановиться из-за пробки перед светофором, — Фомина говорила так, как будто сама не верила своему рассказу. — И всё.

— Что всё? — рявкнул Стас.

— Мы все, как уснули. Очнулись, вокруг машины сигналят, а его нет. Даже не знаем, сколько в отключке были.

— Он что газ какой-то применил?

— Не понятно, — вмешался Никита. — Мы уже это раз десять между собой обсуждали. Всё было, как рассказала Надя..., то есть капитан Фомина.

— Все в отдел, — оборвал его Стас. — И постарайтесь больше не спать, чтобы кто-нибудь ещё не исчез.

Допросы затянулись за полночь. Сначала Стас убедился, что бригада скорой не имеет никакого отношения к побегу наблюдателя, и отпустил их, предупредив, что возможно ещё раз вызывет для дачи показаний. Примерно в то же время пришла машина за спецназовцем. Похитителей он мариновал значительно дольше. Однако и тут ничего не добился. Сразу отпала троица: Толстый, Песок и Синяк. Они даже приблизительно не знали, на что шли. Жора рассказал чуть больше. Вчера к нему в пивной подошёл парень и предложил работёнку: попугать должников.

— Где это видано, чтобы за такую работу платили пять штук баксов, да ещё вперёд? — саркастически поинтересовался Петелин.

Жора только пожал плечами.

— Я ребят позвал, — кивнул он в сторону подельников, — потом тот мне позвонил и сказал, где клиентов можно без шума взять. А дальше вы всё знаете.

Коля попробовал пробить номер заказчика, но из этого ничего не вышло.

— Парня этого раньше видел? — на всякий случай спросил Стас, но, как и ожидал, получил отрицательный ответ.

— Он в 'Карусель' не ходит, — мрачно ответил Жора.

— Ладно, — вздохнул Стас, — иди посиди и хорошенько подумай, чем можешь следствию помочь. А завтра фоторобот заказчика составлять будем.

Синяка Петелин отпустил под подписку о невыезде, а остальные отправились в камеру.

* * *

— После побега вернулся на стройку, — обстоятельно докладывал молодой, на голове которого, каким-то образом, не осталось и следа от удара Синяка, — гарантирую, что к сети никто не прикасался.

— Тогда, как освободился пленник? — уголки губ у пожилого были опущены и говорил он медленно и чуть саркастически.

— Вот, я принёс, — молодой положил на стол обрывок клейкой ленты. — Лента старая вся рассохлась, ну и не выдержала.

Пожилой нажал кнопку на столе и передал появившейся женщине сморщенный кусочек ленты.

— Валерию Павловичу, — он откинулся в кресле. — Скажите, срочно.

Женщина ушла, пожилой прикрыл глаза и, как показалось молодому, задремал. Тогда он тоже, покрутившись на стуле, принял более вольную позу, зная по опыту, что ожидание и есть ожидание, и оно не подразумевает разговоров или питья кофе.

Через полчаса телефон на столе зазвонил. Пожилой снял трубку, выслушал собеседника, и осторожно положил её назад.

— Напортачил ты сегодня изрядно, — он поднял руку, чтобы остановить молодого, собиравшегося оправдываться, — но за эту ленту тебе прощается всё. Валерий Павлович сказал, что ей не меньше сорока лет.

— Вот видите, — всё-таки рискнул вставить слово молодой, — я же говорил она старая, потому и порвалась.

— Не сказал бы эту глупость, я может тебя и похвалил, — рассмеялся пожилой, у которого заметно поднялось настроение. — Сорок лет назад таких лент не делали, а если бы чудом сохранился какой образец, то он ссохся до такой степени, что размотать его просто невозможно.

— Тогда что это? — спросил молодой еле слышно.

— Это значит, что ты нашёл его, — торжественно объявил пожилой. — А я объявляю большой сбор. Приказываю к группе Петелина близко не подходить.

— А как же агент?

— Контакты с ним прекратить. Ты просто не представляешь, с чем мы столкнулись, — голос пожилого дрогнул и молодой не понял от восторга или тревоги. — На тебя они выйти не смогут?

— Не должны.

— Говори.

— Был там один парень, который у нас на подмене в охране пару дней работал. Но он меня не узнал.

— А если вспомнит? Ведь не только тебя засветит.

— С чего, вдруг. Его в милиции уже допрашивали, и ничего.

Глава3

Проблемы

Ввиду кутерьмы с похищением Ерёминых и побегом из-под стражи наблюдателя, группу временно отстранили от дел. Точнее, им не предлагали нового задания, и Петелин решил, что самое время разобраться с Трофимом Матюхиным. Хотя и было доказано, что непосредственного отношения к делу о похищении, которое они расследовали, он не имеет, Стасу не давала покоя интуитивное чувство незавершённости. Где-то в мутной водичке скрывалась немалая щука. Конечно, можно было обрубить хвост, но тут ещё Макс с этим запахом смерти....

— А ты, — Стас повернулся к Никите, — езжай к деду на дачу. Мне наш доктор звонил, настаивает, чтобы больничный был использован полностью.

Никита не очень сопротивлялся, похоже, досталось ему крепко.

— На дачу я, конечно, не поеду, — шепнул он Максу, — дома побуду. А ты держи меня в курсе.

Никита уехал, Стас с Фоминой отправились допрашивать, отморозков, похитивших братьев Ерёминых, а Макс с Николаем засели в техническом отделе. На этот раз хозяину было что показать. Кабинет преобразился. Максу казалось, что он в рубке космического корабля, на меньшее не соглашалась юношеская восторженность, охватившая его при виде техники, которую он раньше считал вымыслом голливудских сценаристов.

— Картинки со спутников у тебя тут тоже есть? — с замиранием сердца спросил Максим.

— Есть, — подтвердил Коля и почему-то вздохнул, — но ограниченно. Доступны только картинки прошлого: от нескольких часов, до суток. Для просмотра в реальном времени нужен запрос начальства, и все мои действия будут под контролем.

— Давай глянем куда-нибудь.

— Позже, — по всему было заметно, что Николаю не терпится немножко похвастаться, но удерживала дисциплина. — Подполковник скоро вернётся, надо хоть что-то ему предъявить.

Прошерстив всё по Григорьевску, ничего нового они не получили. Да и какая могла быть особая информация о тех слоях общества, которые их интересовали. Пропажи бомжей практически не упоминались, а вот насчёт уличных и плечевых проституток ситуация была немного лучше, потому что о них беспокоились подружки, сутенёры и изредка родственники. Но и это частенько оставалось в недоступном компьютерам мире устных разговоров и написанных на бумаге рапортов. Больше всего дал массовый допрос, проведённый самой группой в Григорьевске. Однако даже по этим крохам данных было очевидно, что количество подобных случаев зашкаливает за среднестатистический уровень не только по стране, но и по Московской области.

— Ничего нового, — уныло констатировал Коля.

Они посидели, глядя на суперсовременную технику, которая могла рассказать почти обо всём в мире, но была бессильно заглянуть на самое дно общества, где и обитали интересующие следствие фигуранты.

— Если мы имеем дело с маньяком, пользующимся каким-то транспортом, то почему мы ограничили себя окрестностями Григорьевска? — голос Максима постепенно набирал уверенности, по мере того, как новая мысль завладевала им.

— Как же мы раньше об этом не подумали?! — Колины пальцы быстро забегали по клавиатуре.

Он работал минут десять, и постепенно радостная улыбка на его лице начала угасать.

— Ничего нет, — наконец объявил Николай и повернулся к Максиму.

— Ты знаешь, я подумал, а ведь и не должно быть. В маленьких городках стрёмно заниматься такими делами. Не знаешь ни обстановки, ни местности, да и каждый новый человек на виду. Другое дело — родной город, или такой монстр, как Москва. Пройдись по восточным окраинам нашей столицы.

На этот раз Коля завис минут на двадцать с лишним, но ещё до того, как он закончил работать, стало ясно: что-то вытанцовывается.

— Есть! — наконец удовлетворённо объявил он. — Пик за последний год. Причём примерно в то же время, когда в Григорьевске пошло на спад.

— Есть какая-нибудь конкретика: кто-то что-то видел, слышал?

— Этим и собираюсь сейчас заняться.

Его работу прервал Стас. Он был возбуждён от очередной неудачи, которых за последнее время накопилось слишком много.

Жора, осознав, что влип по самое не могу, помогал следствию, как мог, но всё напрасно. Фоторобот заказчика подозрительно смахивал на одного актера, часто играющего в сериалах. Люди сразу заявляли, что видели его, но не могли вспомнить где. Фомина поехала в пивную, в которой Жора и заключил эту роковую сделку, а Петелин решил проверить компьютерных археологов.

— Как успехи? — задал Стас, не отличающийся особой оригинальностью вопрос

— Кое-что есть, — с деланным равнодушием ответил Николай, — и если ближайшие полчаса мне никто не будет мешать, будет больше.

— Пойдём, покурим, — предложил Петелин Максиму и направился к выходу.

Понятно, что никто не собирался курить: Стас давно бросил, а Макс никогда и не начинал.

— Что нарыли? — спросил Петелин, как только за ними закрылась дверь технического отдела.

— Год назад в Григорьевске преступления против бомжей и проституток сошли на нет, точнее стали соответствовать всегдашней статистике, зато резко возросли в восточной части Москвы.

— Какие-нибудь зацепки есть?

— Коля их сейчас ищет.

— Пойду наверху прокачаю, — потирая руки, промычал Петелин и быстрым шагом направился к начальнику.

Прохоров проявил явное неудовольствие затеей Стаса.

— Дались тебе эти бомжи, — проворчал он. — Тут на вас таких собак спустили. Впору группу распускать. Слава богу, Григорьевская верхушка грудью встала.