Утро черных звезд

— Я сумел понять, как изменились векторы силы, и создал одноразовый портал, преобразовав стандартное заклинание, — пояснил Таргат. — Кое-какие мои недавние разработки помогли. Могу ими поделиться, но вам, они скорее всего, будут бесполезны — такого рода порталы создаются при помощи магии Смерти. Впрочем, при должном старании можно заменить ее и другой, но это займет слишком много времени, придется пересчитывать все вектора приложения силы — они слишком быстро меняются.

— Слишком быстро? — с профессиональным интересом переспросил верховный маг, усилием воли отодвинув вглубь сознания ненависть к сидящему перед ним существу. — Почему вы так думаете?

— Я не думаю, я знаю, — холодно уведомил некромант. — За прошедшие с момента катастрофы дни они изменились уже три раза. Причем, хаотично, никакой системы в их изменениях нет. Понимаете, что это значит?

— Понимаю... — закусил губу Исар. — Но какую именно катастрофу вы имеете в виду?

— Не ту, что случилась из-за ваших идиотов-воздушников, — гнусно ухмыльнулся Таргат. — Она только следствие. У нас тоже случилось нечто подобное, но на данный момент это неважно. Важно то, что мне удалось выяснить!

— И что же вы выяснили?

— Случившееся — не природная катастрофа, а чья-то злая воля! В первый же день после изменения векторов силы я погрузился в наиболее глубокий из доступных мне слоев ментала. И едва сумел вырваться оттуда живым! Это при моем-то опыте! Но демон с опытом, я кое-что сумел узнать и вскоре понял, что мне и моим магам с этим врагом не справиться.

— Да с каким врагом?! — не выдержал верховный маг. — Вы можете внятно объяснить?!

— Хорошо, объясню, — поморщился некромант, что на его покрытом сухой кожей, похожем на череп лице выглядело страшновато. — Как вы знаете, существет Создатель Вселенной, всего бесконечного числа миров.

— Я не согласен с теорией множественности миров, — брезгливо бросил Исар. — Не рассказывайте мне сказки!

— Да какая разница, согласны вы или нет? — пожал плечами Таргат. — Я бывал в других мирах и видел их сам. Суть не в этом. Итак, существует Создатель. За ним идут Сверхсущности, их довольно много. После них демиурги, в некоторых мирах их почему-то называют Контролирующими, причины я не знаю. Потом местные, планетарные духи, которых чернь считает богами — вот уж несусветная глупость! К последним относится и весь ваш пантеон. Не стоит возражать, я не закончил, мне вы ничего не докажете, я, в отличие от вас, не верю, а знаю. Так вот, наш мир, похоже, попал в зону войны между различными демиургами! Почему я так думаю? Да потому что вызвать нечто подобное не в силах никому из магов или даже планетарных духов, а Сверхсущности на такие мелочи, как один мир, размениваться не станут. В ментале видно, что сама суть нашего мира поражена чем-то непонятным, пораженные участки видятся черными кляксами, они — нечто абсолютно чуждое, вызывающее омерзение на уровне подсознания даже у меня. И эти кляксы разрастаются с каждым днем все больше! Мне удалось очистить от них небольшое пространство над нашей столицей, только потому я смог пересчитать векторы и переместиться сюда. Сейчас мои маги чистят, что могут, но их сил явно недостаточно. Вам тоже следовало бы заняться этим хотя бы над вашей территорией.

— Далеко не все наши маги умеют работать с менталом... — глухо сказал верховный, он почему-то сразу поверил Черному, хотя и сам не мог понять почему. Может потому, что его версия многое объясняла? Возможно, но не только. Исар подосадовал на себя за то, что сам не додумался выйти в ментал и посмотреть, что там творится. Это надо будет срочно сделать.

— Я сказал все, что хотел, — встал Таргат. — Не советую меня удерживать и вообще применять силу, мне найдется чем ответить.

— Я и не собирался, — криво усмехнулся Исар, откидываясь на спинку кресла. — Вы правы, думаю, до нормализации обстановки следует объявить перемирие. Я сегодня же встречусь с императором. Узнав обо всем, он согласится со мной и отзовет войска.

— Ничего не имею против перемирия, — с некоторым удивлением посмотрел на него некромант. — Мне, если честно, эта глупая война надоела до тошноты. Надеюсь, мы сумеем договориться.

— А как вы собираетесь возвращаться? — поинтересовался верховный маг. — Неужто опять пересчитали векторы?

— Пересчитал, — заверил Таргат.

Он улыбнулся чему-то своему, на удивление светло улыбнулся, отчего его лицо даже стало похоже на человеческое, выдохнул формулу активации заклинания и исчез в черном тумане.

Исар довольно долго смотрел на место, где только что стоял ужас их мира, и размышлял. Ему тоже не нравилась постоянная война. Может и вправду удастся договориться? Хорошо бы. Но это потом, сейчас нужно незамедлительно самому подняться в ментал и выяснить, прав ли был некромант.

В глазах ненадолго потемнело, и станция вышла в реальное пространство на орбите какой-то почти полностью покрытой темными, клочковатыми облаками планеты. Ри устало выдохнул и вытер пот со лба, ему нелегко дался этот переход, усилий по какой-то причине пришлось затратить значительно больше, чем прежде. Где это они, интересно, оказались?

— Искин! — заставил инженера поднять голову голос Таенна. — Ты просканировал планету?

— Да, — ответил тот. — Белая зона. Мир магического плана. Поражен реакцией более чем на сорок процентов, энергоструктура стремительно разрушается.

— А что такое "магического плана"? — устало спросил Ри.

— То и значит, — хитро усмехнулся Безумный Бард. — Вместо технологии здесь царит магия.

— Магия?! — изумился инженер. — Ее не существует!

— Кто вам это сказал? — насмешливо поинтересовался незаметно подошедший Морис. — Существует. Но магия — не менее точная наука, чем математика. Она совсем не то, что думают о ней в техногенных мирах.

— Объясните, — встал со своего места Ит. — Знаете, я тоже встречал упоминания о магии только в сказках...

— То, что иногда называют магией, на самом деле прямое мыследействие, — устало сказал Сэфес. — Точнее, некое приближение к нему. То есть, для получения определенного результата магу необходимо приложить значительно меньше усилий, чем обычному человеку. Пример. Имеется проект дома, его необходимо построить или вырастить. Не магам для этого нужно немало усилий, многим людям придется участвовать в постройке. Тогда как магу достаточно всего лишь составить формулу действия, и дом возникнет словно ниоткуда — молекулы необходимых веществ под воздействием силы его мозга объединятся в нужную форму. Но! И это "но" крайне важно. Сделать что-либо подобное даже самый умелый, сильный и опытный маг способен только в мире, находящемся в потоке определенного рода энергии. В вашем мире, Ри, или в вашем, Ит, он не сумеет сделать ничего, кроме балаганных фокусов. Энергии нет! Зато там, где она есть, совсем иное дело. Здесь этой энергии предостаточно, потому магия, думаю, весьма развита.

— Никогда бы не подумал... — растерянно пробурчал Ри. — Всегда считал колдовство глупыми сказками...

— И это верно, — широко улыбнулся Сэфес. — Для вашего мира. А вот для этого — нет. Впрочем, магией прямое мыследействие называют невежды, на самом деле это всего лишь особенности строения мозга некоторых индивидуумов в энергетически насыщенных мирах. И способы применения этих особенностей. Вариантов множество — белые, черные, стихиальные и прочие магии. Все это надстройки, значение имеет лишь энергорезерв мага и степень развития необходимых центров его мозга, способность быстро составлять необходимые формулы и наполнять их энергией. Иначе говоря, хороший маг — это не менее хороший математик, способный быстро производить в уме сложнейшие расчеты. Остальные пользуются заученными формулами, и их возможности крайне ограничены.

— Не могу сказать, что все понял, но кое-что — да, — почесал в затылке инженер. — Правда, возникает один вопрос. Ладно, пусть существуют индивидуумы, способные, в силу особенностей своего мозга, управлять некой энергией. Но их ведь, судя по всему, немного. А это значит, что они вряд ли станут сотрудничать, как должно. И развитие их мира из-за этого будет крайне медленным. Не так ли?

— Именно так, — подтвердил непонятно как оказавшийся за его спиной Таенн. — Цивилизации магического плана обычно застревают на уровне средневековья. Зато цивилизации техно-магического плана развиваются чрезвычайно быстро. Совмещение несовместимого всегда дает интересный и часто неожиданный результат. Я сталкивался с несколькими такими мирами и был ими просто восхищен. Недавно выводил подобный из-под зонирования технологического конклава, который погубил бы уникальную цивилизацию и, скорее всего, погубил бы этим и себя. Понимаю, Ри, вам неприятно такое слышать, но что поделать — чисто технологические цивилизации чаще всего не представляют собой никакой ценности. Ни одна за эоны и эоны лет так и не поднялась на следующий уровень развития. Это факт, и ничего с ним не поделаешь.

— Вы правы только в отношении Индиго, — вмешался Морис. — В Мадженте все иначе, впрочем, у нас чисто технологических цивилизаций и нет. Точнее, иногда встречаются, но очень быстро перестают быть таковыми.

— Мне трудно все это принять и осознать, — недовольно пробурчал инженер, взлохматив себе волосы. — Слишком много новых и непривычных концепций.

— Понимаю, — как-то непонятно улыбнулся Сэфес. — Ничего, осознаете, пусть и не сразу, не боги горшки лепят. Мироздание, понимаете ли, совсем не таково, как нам кажется. Оно намного больше любых наших представлений.

— Вы, конечно, правы, — вынужден был согласиться Ри. — Но оставим эту тему. Что мы планируем делать дальше?

— Сутки придется провести здесь, — немного подумав, ответил Морис. — Быстрее расчеты следующего прыжка не сделать, вы в курсе. Думаю, стоит поглядеть на планету пристальнее, возможно, спуститься и...

— Погоди-ка! — перебил его Леон. — Ты только посмотри на это! Местные пытаются справиться с поражением энергоструктуры! И у них что-то получается!

— Минуту.

Мориса окутало световое облако, в котором то и дело проблескивали цветные искорки, Ри не раз уже наблюдал такую картину. Прошло около минуты, прежде чем Сэфес вернулся в реальный мир. Контролирующий выглядел очень удивленным, периодически хмыкал себе под нос и теребил мочку уха.

— Какие молодцы... — восторженно протянул он. — Какие молодцы! Сил не хватает, гибнут, но все равно очищают от грязи эгрегор своего мира, не считаясь с потерями! Кто-то понял, что происходит, и сумел заставить понять остальных. Низкий ему за это поклон!

— Ты заметил, что фокуса силы два? — спросил Леон, выглядящий не менее удивленным.

— Да, так называемые темный и светлый, видимо, местные в свое время тоже поддались глупой дуальности и разделились на два лагеря.

— Но при этом они работают вместе!

— Довольно странно, — покачал головой Морис. — Обычно они воюют, слишком сильно ненавидят друг друга.

— Да, воюют, — наклонил голову Леон, о чем-то напряженно размышляя. — Наверное, поняли, что сейчас устраивать междоусобицы — самоубийство. Решили отложить вражду до лучших времен.

Ит тихо недоумевал про себя. Чему они удивляются? Тому, что разумные сумели договориться и вместе спасают свой мир?! Так это же естественно! Он не верил, что существуют те, с кем невозможно договориться. Разумные существа обязательно найдут общий язык, если они разумные! Пусть далеко не сразу, но найдут. По слухам, в Индиго бывало иначе, но поверить в такое созидающий просто не мог, это противоречило всем его жизненным установкам, всему, чему его учили.

— Надо помочь, — негромко сказал Таенн. — Они сами не справятся.

— Надо, — согласился Морис, переглянувшись с Леоном.

— Давно хочу задать вам один вопрос... — Ри хмуро посмотрел на них.

— Какой?

— Почему вы то отказываете кому-то в помощи, то вдруг помогаете? Никакой логики в вашем поведении я не вижу.

— Это трудно объяснить, — грустно улыбнулся Таенн. — Но я попробую. Линейная логика тут не поможет. Представьте, что вы знаете последствия каждого своего поступка, к чему он приведет сейчас и через тысячи лет. Представьте, что сейчас вы можете спасти сотни, но четко знаете, что через некоторое время ваша помощь приведет к гибели миллионов. Представили?

— Представил, — поежился индженер. — Не хотел бы я брать на себя такую ответственность...

— А кто хотел бы? — вздохнул Бард. — Но кому-то нужно. В Сети мы вообще способны делать только то, что нужно самой Сети. Понимаете? Права выбора у нас практически нет, мы можем выбирать только "как", но ни в коем случае не "что". Поэтому изредка помогаем кому-то в отпуске, если понимаем, что не нанесем этой помощью слишком сильного вреда.

— Кажется, понимаю... — неуверенно выдавил из себя Ри. — Но это вы. А Сэфес?

— У нас ограничений еще больше. — По губам Леона скользнула тень улыбки, очень грустной улыбки.

— В этом случае мы помочь можем еще и потому, что произошла беда, общая для всех, в том числе, и для нас, — после недолгого молчания добавил Таенн. — Данная планета поражена той же заразой, что и остальные, на которых мы побывали. Но этого мало, местные не ждут покорно гибели, а пытаются сами что-то сделать, спастись. Тут грех не помочь. Мы сейчас немногое можем, но все же больше, чем они.

— Куда пойдем? — поинтересовался Морис.

— Думаю, к светлому фокусу, — ответил Бард после мысленного запроса информации у искина. — К этой, как ее, а, Цитадели Света.

Верховный маг отдыхал после очередного погружения в ментал, которое вымотало его донельзя. Но это его, а сколько молодых талантов погибли, выложившись полностью?.. Он смахнул непрошенную слезу, вспомнив о Ланисе, любимом ученике, вчера выгоревшем полностью. На тело бедняги страшно было смотреть, считай, обгоревший скелет остался от полного сил молодого парня. Но потери имели смысл, распространение черных клякс удалось остановить. Увы, всего лишь остановить, а не сократить их число. И что делать дальше Исар не знал, ни единой идеи не было.

Перед дверью вдруг возникли клубы черного тумана, откуда быстрым шагом вышел встревоженный Таргат. Настолько встревоженным некроманта верховному видеть еще не доводилось. Да и вообще выглядел он страшно, почернел, похудел до невозможности, только глаза продолжали яростно сверкать с покрытого пергаментной, сухой кожей лица. Тоже, видимо, в последние дни выкладывался до конца. Кто бы мог подумать, что это чудовище станет отдавать все свои силы ради спасения мира? Уж никак не он. Получается, что не такое уж Таргат и чудовище...

— Есть новости! — проскрипел некромант, буквально падая в кресло.

— Какие? — подался вперед верховный.

— Около нашего мира появилось нечто неизмеримо сильное, несколько сущностей, на которых и взглянуть-то страшно.