"Пенрик и бандит" (Мир пяти богов 13)

— Две, три мили? — прохрипел Роз.

— Кто-нибудь преследует нас?

Дез без вопросов включила ясновидение; Пену показалось, что ее дальность действия значительно сократилась. Я тоже прихожу в себя, знаешь ли, коротко сказала она. Только это был вызов. Ощущение гордой ухмылки. И демоническая мания отступает, как прилив. Пен умел сопереживать. Нам лучше никогда не рассказывать об этом Аделису, продолжила она. Он бы слишком разволновался. Пену так и не удалось убедить своего шурина генерала в том, что волшебники не могут быть использованы в военных целях. Или... не без уничтожения волшебника.

Учитывая, как свободно генералы расходуют свои армии, сказала Дез, я не уверена, насколько это важно для него.

Роз, отойдя в сторону, чтобы послушать, что происходит дальше по дороге, покачал головой и сказал: — Пока нет.

— Верно. Давай... давай продолжим. — Пен прищурился. — Похоже, у нас только один конь.

Роз мрачно фыркнул. — Ага. Полагаю, это еще одна шутка вашего бога. На этот раз над нами обоими. Мы сможем ехать вдвоем еще какое-то время, если я позволю бедному животному идти шагом.

— Хорошо...

Они с трудом поднялись, Пен неловко устроился на седельных сумках позади Роза. Конь недовольно фыркнул от добавочного веса, но, казалось, слишком устал, чтобы пытаться сбросить их. Одежда Пена была влажной, но благодаря последнему теплу его тела высыхала достаточно хорошо. С промокшими ботинками ему придется разобраться позже. Они двинулись в путь гораздо медленнее.

— Что случилось с твоими запасными? — Пен решил спросить об этом после нескольких минут молчания.

Роз немного помолчал. — Я мог бы взять их, или мог бы взять вас. Я выбрал вас, да помогут мне боги.

Я думаю, что бог помог... Пен не был уверен, когда пришло раскаяние, но замечательный компромисс Роза в тот безумный момент показался ему справедливым искуплением. Не то чтобы он был беспристрастен. И не то чтобы он говорил от имени богов.

О? сказала Дез. Я думала, что та клятва, которую ты дал в храме, означает именно это, ученый жрец.

Собираясь сказать неуместное "спасибо", он обнаружил, что оно срывается с его языка, превращаясь в искреннее "Благословляю тебя".

Роз как-то странно вздрогнул. — Вы не просто произносите слова, когда говорите это. Не так ли? — Подразумевалось, как все остальные храмовники, которых я встречал.

— Не в этот раз. Хотя, если ты хочешь, чтобы слова имели реальный вес, тебе придется познакомиться с моим другом Ироки. Может быть, потому, что у него их так мало.

Пен не мог видеть, но почувствовал, как Роз закатил глаза. — Это было бы переменой... кто такой Ироки?

— Рыбак... в основном. Живет рядом с маленькой деревушкой Пеф, вверх по течению от зимней столицы герцога Догриты. Думаю, вы бы поладили. — В основном потому, что благословенный Ироки ладил со всеми, это правда. От нищих до лордов. Такой же беспристрастный, как великий бог, к которому иногда обращался святой. — Пен задумался, каким был давно умерший благословенный Азиджи. Возможно, ему рассказали о нем потерянные сундучки с книгами.... он уделил минутку, чтобы оплакать их. Но не так глубоко, как он оплакивал бы, хотя и недолго, то, что не вернулся домой, к Никис.

Роз замолчал, возможно, обдумывая невысказанное приглашение, прозвучавшее в словах Пена. Пен не добавил, что мы могли бы остановиться и повидаться с ним на обратном пути. Он все еще не знал, в какую сторону бросится Роз, когда они дойдут до перекрестка.

Или, на самом деле, доберутся ли они до перекрестка.

Повторяя его мысль, Роз оглянулся через плечо и с беспокойством спросил: — Как думаете, они погонятся за нами? Они, должно быть, уже сходят с ума.

— Эм, да. Но они также и разбиты. Дез оставила около половины седел поврежденными на земле вместе с наездниками. Ей удалось устроить несколько пожаров на одежде и волосах. Я обезоружил около дюжины тех, кто подобрался слишком близко. То есть... обезоружил, как Табака. Перестали пользоваться рукой. Постоянно. Наверное, выполнял работу палача. У меня не было времени на что-то, кроме жестокости.

— Вы добрались до Улбака?

— Ах... да, я так думаю. До его другой руки.

Пен представил, как на лице Роза появляется волчья ухмылка. — Хорошо.

— И в конце пострадала одна бедная лошадь, которую убила Дез. Мне было жаль, но пришлось быстро сбросить перегрузку хаосом, иначе я бы кончил гораздо хуже, чем просто потерей сознания. Это их озадачит.

— Я видел, как это произошло. Вы... это сделали? — Роз беспокойно пошевелился.

— Да... В прошлом мне приходилось разделывать множество животных необычным образом. Для того, чтобы погрузиться в хаос достаточно много раз. Есть целая история о высокой цене исцеляющей магии волшебника-целителя. Не самая моя любимая история. — Пен отмахнулся от этого. — Но маленькой армии Улбака также придется потратить некоторое время на то, чтобы вытащить их команду из пещеры. Ожидаю, что сравнение их рассказов тоже будет запутанным. Но мне интересно, откуда они все взялись в тот момент. Не думаю, что у Фига было время проделать весь этот путь до... где бы то ни было, найти их и привезти с собой. Они, должно быть, уже были на нашем пути.

Роз прочистил горло. — Думаю, может быть, история о вашем сокровище, которую я рассказал им в Бербаке, была преувеличена в пересказе. Или, гм... также в первом рассказе. Я должен был как-то заставить их отступить. Табак был готов зарезать меня на месте.

Пен вспомнил, как неуверенно он пересчитывал бандитов той ночью в лесу. — Я не видел Фига на чердаке.

— Его оставили с лошадьми. Обычно так и бывает, — сказал Роз. — В трудную минуту на него нельзя положиться.

— Если добавить его обратно, то в группе должно было быть шестеро. Но в ту вторую ночь их было только пятеро. Значит, они, должно быть, послали гонца из Бербака.

— Кажется вероятным.

— Можем ли мы ожидать большего, или это была вся банда Улбака?

— Похоже, что это были все мужчины. Я не видел сопровождающих.

— Так что мы не окажемся в ловушке на этой дороге между двумя бандами кровожадных разбойников. — Это было облегчением.

— Надеюсь, что нет, — вздохнул Роз.

Они оба обессиленно замолчали, убаюкиваемые тяжелым шагом коня. Прошло много времени с тех пор, как они ели вяленую говядину и пили из бурдюка с водой в пещере. Все запасы еды, которые Табак и его команда не съели, были разбросаны вместе с потерянными Розом пристяжными. У Пена были лес на склоне холма и ручей в качестве кладовой, и ночь не была для него преградой. Но охота или рыбалка, даже с помощью магии, плюс необходимое приготовление пищи все равно потребовали бы времени. Лучше променять его урчащий желудок на еще несколько миль, по крайней мере, до тех пор, пока их конь не взбунтуется.

Резко втянув в себя воздух, поникший Роз привстал и повернул голову. — Слышу стук копыт позади нас.

Дез...?

Спешивайся. Тебе понравится груз, который несут эти животные.

— Подожди, — сказал Пен Розу.

— Что? — Казалось, тот вот-вот попытается пустить своего сопротивляющегося скакуна, возможно, не в галоп, а в какое-нибудь более быстрое движение.

Пен соскользнул на землю, улыбаясь внезапно появившимся серым теням на дороге позади них. Из них выбежали две разноцветные, знакомые живые фигуры. Из полумрака вырисовался его орбасский конь, потерявший уздечку — вероятно, он сдернул ее, наступив на волочащиеся поводья, — но на нем все еще было седло и седельные сумки Пена. За ним следовал большой серый мул. Они издавали фырчащие звуки в знак приветствия. И, о, неожиданное счастье! Его сундучки все еще были плотно приторочены к вьючному седлу мула. Пен приветствовал двух животных радостными криками, ласками и похвалами. Он также нежно похлопал по сундучкам.

Роз, разинув рот, уставился на него и закрыл рот. Затем открыл его, чтобы жалобно спросить: — Есть ли шанс, что мои пристяжные тоже появятся?

Пен смущенно откашлялся. — Боюсь, это маловероятно. Я и не думал накладывать шаманские чары ни на одного из твоих животных. Прости?..

Роз очень осторожно стукнул себя кулаком по лбу. — Магия, — пробормотал он. В его устах это прозвучало как ругательство.

— У тебя все еще есть деньги, — заметил Пен, пытаясь подбодрить его. — И я должен тебе за мула.

— Я в долгу перед вами за свою жизнь. Даже добавлю этого чертова мула. — С каким-то невысказанным дополнением о том, что... прежде всего украл его.

— Я действительно думаю, что у нас все в порядке со спасением. Но когда мы вернемся... когда я вернусь в Орбас, то, конечно, смогу найти средства, чтобы купить для тебя одного мула. Так или иначе.

— Как скажете, — выдохнул Роз, сдаваясь. Его фитиль догорел дотла, да. И он не одинок в этом, признал Пен, забираясь обратно в седло с грацией мешка с камнями.

Его конь без уздечки требовал лишь немного больше внимания к управлению, настолько он был очарован за неделю, проведенную в его компании. Облегчив нагрузку на гнедого Роза, они смогли проехать в темноте еще пару миль, не торопясь, прежде чем нашли укрытие достаточно далеко в лесу, чтобы провести там остаток ночи. С едой придется подождать до утра; усталость вполне могла их заменить. Одеяла на земле в этот момент казались пуховыми перинами. Пен позаботился о том, чтобы они не страдали от клещей.

Роз со стоном проснулся, когда сквозь ветви забрезжил рассвет. Пен уже встал и рылся в своих седельных сумках, доставая чистую одежду и, наконец, кусок отличного белого мыла. Правда, одежда, в которой он лежал, была грязной, его рубашка была в коричневых пятнах от крови, которая скорее размазалась, чем счистилась после вчерашнего купания. Двухдневная щетина блестела на его подбородке, как рассыпанная золотая стружка. Его спутанные светлые волосы, в которых застряли ветки и сухие листья, придавали ему безумный вид.

— О, хорошо, что ты проснулся, — сказал он, когда Роз сел. — Давай, разведи небольшой костер, настолько бездымный, насколько сможешь, а я принесу нам на завтрак немного речной рыбы. Так будет быстрее и удобнее. — Он рассеянно огляделся по сторонам. — Если, конечно, ты не хочешь жареной лисицы, но нет.

Он собрал стопку одежды и мыло и зашагал прочь между деревьями.

Он вернулся через полчаса, когда Роз дрожащими от усталости руками пытался разжечь трут кремнем и сталью.

— О, извини, я могу сделать это для тебя, — весело сказал Пен и показал пальцем. Роз отпрянул, когда загорелась его маленькая растопка из сухих веток и валежника.

Теперь Пен полностью вымылся, его чистые волосы были распущены и падали на спину, он был гладко выбрит, хотя бритвы у него не было, одет и обут в сухую обувь, как будто вышел из комнаты в гостинице. Он развернул вчерашнюю рубашку, как рыночную корзину, и вывалил на траву четыре жирные горные форели, выпотрошенные и почищенные.

— Я приготовлю их на гриле. Можешь взять мое мыло.

— Зачем?

— Вымыться, Роз.

— В этом нет смысла, если я просто снова надену ту же грязную одежду.

— Ты также можешь постирать ее, если уж на то пошло. — Он проигнорировал первоначальную жалобу Роза на то, что тот не сторонник лагеря! — Скоро мы начнем встречаться с местными жителями на дороге. Для их реакции будет лучше, если мы не будем выглядеть так, будто только что проиграли схватку с сорока бандитами.

Нет, мы только что выиграли схватку с сорока бандитами. Или... Пенрик. Пенрик и его демон. Роз должен перестать обращать внимание на невидимого демона. Он подавил дрожь.

— Дез нравится, когда я опрятный, — продолжил Пен. — В конце концов, она разделяет мое тело. Чувствует то же, что и я. То же, что и я. — Короткая улыбка и сухой взгляд в сторону Роза. — Волей-неволей мы всегда живем вместе, а кто захочет жить с неряшливым соседом по комнате?

— У меня никогда не было комнаты, — ворчливо сказал Роз. — Или соседа по комнате. Только армейские казармы и палатки дорожных бригад. И гауптвахта, пару раз. Ваша леди-демон вряд ли захотела бы понюхать этих сокамерников, я это гарантирую.

— Именно так, — сказал Пен. Он вложил мыло в непослушную руку Роза. — Не заставляй меня снова говорить с тобой этим странным голосом. Иди вымойся.

— Что произойдет, если вы будете говорить со мной этим "каким угодно" голосом? Что? — с подозрением спросил Роз.

— Ну, у меня пошла бы кровь из носа, а тебе пришлось бы отмываться самым тщательным образом в твоей жизни. Самостоятельно.

Подожди... опять? И, о, да. Он застыл в пещере, услышав резкое слово Пена. Так, значит, у этого умения или заклинания было название? Роз подумал, что он может начать называть все это чертовой магией.

Они уставились друг на друга. Роз проиграл.

В ручье было чертовски холодно. Но форель, приготовленная на гриле, когда он вернулся, была восхитительна.

Хотя Пен отказался предложить своего демона в качестве прачки, он все же кое-что сделал, чтобы быстро высушить рубашку, штаны и рваные носки Роза, развешанные на ветке, пока они ели. Растрепанные, но чистые черные кудри Роза остались сохнуть сами по себе, что они и сделали довольно скоро. То же самое произошло и с волосами Пена, которые он заплел в привычную густую светлую косу. Пен также не выдержал и с напускным видом матери, вытирающей сопли из носа своего ребенка — Роз почувствовал это — провел влажной салфеткой по подбородку Роза и каким-то образом удалил его щетину, более аккуратно, чем любой парикмахер, которого Роз когда-либо мог себе позволить. Оседлав коня и снова отправившись в путь, Роз вынужден был признаться, только самому себе, что за последние месяцы он не чувствовал себя так комфортно.

Пен утверждал, что его демоническое зрение позволит им вовремя сойти с дороги и спрятаться, если сзади появится погоня или если кто-то обогнал их ночью и вернется. По мере того как лес редел и долина открывалась небольшим фермерским полям и их деревушкам, прятаться, казалось, становилось все труднее, но теперь и люди выходили на работу. Хотя, если банда — вернее, остатки банды — была достаточно разъярена, присутствие потенциальных свидетелей не могло послужить защитой.

Они подъехали к перекрестку главной дороги на Бербак, когда солнце уже клонилось к полудню. У Роза перехватило дыхание при виде большого отряда пехотинцев Тригонии, которые остановились передохнуть на обочине, пока их спешившиеся офицеры обсуждали карту. Офицеры остановились, чтобы в задумчивости посмотреть, как приближаются Пен, Роз и багажный мул.

— Ты мой конюх, — тихо сказал Пен Розу. — Позволь мне говорить.

Розу хотелось пустить коренастого гнедого в галоп и убежать прочь. Но лучше всего было спрятаться за спину Пенрика. Нет... лучше. Он пристроился рядом с мулом и попытался принять подобающий вид. Аккуратный и подобострастный, как и подобает его аккуратному хозяину.

Офицер выступил вперед и вежливо отдал честь, а Пенрик, ответив таким же вежливым кивком, остановил коня.