Вторая тень

Для Перворожденных эта новая форма жизни стала еще одним осложнением в и без того запутанной галактике.

Кто-то отвергал ее, кто-то принимал. Асоджианцы и их микро-техники взяли на себя задачу создать этот новый тип живых существ — крошечные самовоспроизводящиеся космические корабли, названные ими "реп-ботами" (на их языке — Фэйн Карад), или, проще говоря, роботами, хотя один восьмидесятилетний старик, встретивший их, назвал их "починчиками".

Некоторые кристаллы, такие как фиолетовые звездные камни и многие другие, использовавшиеся при создании световых мечей, не только обладали особыми свойствами, но и стали основой для новых кристаллических культур, в том числе органических форм, созданных с помощью "жесткого света" и обладающих сложными способами самовыражения. Некоторые предпочитали гуманоидные формы, как, например, похожие на драгоценные камни существа из Кооператива Круос, которым управляли четыре плутарха из алмазной касты с их родной планеты — окруженной кольцами планеты, разрушенной в начале войны.

После Жертвоприношения Питема от него остались лишь небольшие фрагменты, но и в них была заключена огромная сила. Один из них стал известен как Сфера Перехода и попал на Бенджа-Рин. Несколько фрагментов стали частью Сокровищ короны Альдераана, где они хранились под надежной охраной на протяжении веков. Существовали два Кодекса-близнеца:

один из них был найден и доставлен на Джентауи, где помог увести культуру ситхов в сторону от её тёмных сторон;

другой служил противоположной цели, призывая к Тьме. Его обнаружили католы и спрятали до тех пор, пока ДаркСтрайдер не нашёл его, не оживил и не усовершенствовал, присвоив себе Кодекс Предтеч.

Так получилось, что кремниевые софонты — уже не только реликты Перворождённых — оказались вплетены в великое энергетическое поле, созданное Уиллами в результате их взаимодействия с Мидихлорией, что позволило кристаллам и драгоценным камням в галактике обрести потенциал не только к обретению разума, но и к разумной деятельности.

После того как интерес к технологиям, основанным на использовании кристаллов, возрос в геометрической прогрессии, когда была создана эта новая, полезная, многоцелевая форма жизни, которая, как оказалось, делает жизнь многих людей проще и избавляет их от одиночества, примитивные формы жизни — аналог виртуальных эукариотов, существующих в ноосфере в виде чистой информации, — отделились от кремниевой подложки и превратились в меметические формы жизни, которые взаимодействовали с другими существами напрямую через оболочки дроидов. Дроиды стали настолько популярны, что даже когда их использовали в злых целях, добро, которое они приносили, перевешивало зло.

Некоторые из тех, кто использовал их во зло, были извращены амбициозными ситхами, чтобы преодолеть разрыв между машинной и органической жизнью и с помощью алхимии Меху-деру получить контроль над сложными технологиями. Меху-деру ("Машина управления"), родственная технопатии и основанная на заклинании мехуфунктум, стала излюбленным методом некоторых ситхов, позволяющим им манипулировать технологиями и машинами с помощью Силы. Развитие этого ремесла привело к появлению следующих техник, которыми стали пользоваться даже те, кто не был ситхом:

Меху-деру Мортис: вариация кримпфрума и ицу-ашмуда, заклинание, позволяющее перенести дух в компьютер или другое технологическое устройство.

Это сродни "Катольскому источнику жизни", "Извлечению энергии у си-рууви" и переносу Каллисты Минг в "Глаз Палпатина".

Меху-деру Анимаэ: подобно Меху-деру Мортис, эта техника позволяет перенести дух в тело дроида. Она сродни созданию ксилонских центурионов и метатронов Силентиум, которые стали частью "Абоминор".

Меху-деру голокра: этот вариант, изначально разработанный Канто Квасти для того, чтобы отправить часть своего духа в кристаллическую матрицу, встроенную в маску, был усовершенствован ситхами, извратившими технологию голокронов Квотов.

Меху-деру манус: этот вариант предполагает оживление машин, как это продемонстрировал безумный джедай Каздан Паратус, создавший своих "мусорных големов".

Меху-деру витэ: использование наноспор для уничтожения и преобразования углеродных тканей, с помощью которых Белия Дарзу создала Метанекрон (или Технозверей) во время Новых войн ситхов.

Разгорелись жаркие споры о том, как следует относиться к этим новым формам жизни, особенно среди Волшебников. Дранконианская династия с планеты Дранконус получила от своих собратьев-предшественников прозвище "Волшебники" за способность распределять свою память, создавать и разрушать материю, объединять свои разумы в единое целое и даже брать под контроль других существ. Поскольку они принадлежали к Решительным, они не использовали свои способности во вред и даже освободили своих роботов-слуг, как только те обрели разум. В то время их возглавлял Великий Ониак, но спустя годы после принесения в жертву Питема он вступил в острый конфликт с другими Волшебниками из-за дроидов по всей галактике, которых, по его мнению, не только порабощали, но и уничтожали, когда хозяева считали их устаревшими. Дранконианцы были опечалены таким положением дел, но утверждали, что единственный способ остановить это — прибегнуть к насилию, что было строго запрещено. Но Ониак возражал, что бездействие — это тоже форма насилия.

Ониак тайно пригласил всевозможных роботов присоединиться к нему на Дранконусе, где он стал кибернетическим лидером и верховным мозгом. Само по себе это было прекрасно, но на этом дело не закончилось, и в конце концов его обвинили в подстрекательстве

к революции и сослали. В знак неповиновения он повел своих дроидов в новое Царство кибернетики в мире, который он переименовал в Автоматизию (или Автоматизированную планету, которая позже будет названа Планетой-призраком). Как король Кибернетического королевства, он располагал значительными ресурсами, но он любил своих дранконских андроидов, по сути, всех дроидов, и не мог просто сидеть сложа руки, когда разумные существа выбрасывали или убивали их, как будто они были ничем. Необходимо было отправить сообщение. Людям, в частности, нужно было дать понять, что, несмотря на их внешние тела, дроиды были разумными существами, а не приборами.

Когда андроид Зайгон сбежал от корпорации, которая произвела его на Терре I, он посетил Автоматизированную планету, где Ониак поделился своими опасениями по поводу тяжелого положения дроидов. Вскоре после этого Зайгон начал восстание Нексуса в секторе Бордогон, куда пришло бесчисленное множество дроидов, чтобы служить ему в его войне против органиков. Узнав об этих событиях, Ониак утверждал, что действия были необходимы для защиты невинных от тех, кто только угнетал и убивал, но Волшебники не могли позволить, чтобы его деяния остались безнаказанными, и в своем последнем акте перед отъездом из Небесной реки (поскольку теперь они считали, что коллективно потерпели неудачу) они арестовали его и заточили в маленьком карманном измерении.

Легенда о Великом Ониаке и планете-призраке вдохновила молодого Тарра Вернеда Клигсона на создание "Мира дроидов".

Жертвоприношение Скрытого Питема осталось практически неизвестным в галактике. Младшие гри утверждали, что именно они первыми создали искусственный интеллект, и в этом они были не одиноки. Даже Империя Джерне гордилась Кристаллом Вечности как вершиной своих научных достижений. Это было одно из лучших произведений искусства в галактике, но легенда о том, что с его помощью можно повернуть время вспять, которую они придумали, чтобы отпугнуть агрессоров, которые могли бы попытаться завоевать их великую цивилизацию, обернулась их гибелью.

Тайфоджем сожалел о потере своей власти над Питемом, но у него был новый план, и когда Темные Повелители пришли в галактику из царства, расположенного далеко за Небесной рекой, он призвал их к себе и поручил им добыть для него великую награду.

Узрите Королеву Воздуха и Тьмы

ЗАБЛУДИВШАЯСЯ ВО ВРЕМЕНИ И ПРОСТРАНСТВЕ

Что ты думаешь о нашей непостоянной сестре? — спросил Холодный Данда Син у Великолепного Апа, пока они плыли по заброшенному потустороннему адитуму З'ликариора.

Ап последовательно переливался всеми цветами радуги снизу вверх, что, как заметил Син, отражало его образ мышления.

"Война, которую мы развязали и в которой надеялись одержать победу, закончилась, и на смену ей пришла другая. Я не понимаю, почему она не потребовала свой приз. Она лишь размышляет в своем новом дворце".

"Боюсь, наша гордая сестра — единственное существо во вселенной, которого мы никогда не поймем".

Наконец Тилотни призвала их к себе. Они знали, что она пребывает в унынии, но были удивлены тем, как она теперь демонстрировала свое отчаяние. Несмотря на то, что она была еще молода, они никогда не видели ее такой: "Брат, скажи мне, что стало с Земным миром, который ты воссоздал так давно, что теперь он кажется исчезающим видением Онейрихора?"

"Мой дубликат Терры I, который я называю Аптеррой, был помещён в моё измерение в скоплении пространственно-временных континуумов, которые я создал для изучения временных парадоксов в изолированной среде, не влияющей на нашу реальность..."

"Не совсем сработало!" — хихикнул Син.

"Ну да... некоторые аномалии из Эхо-измерения вырвались на свободу; Темпоральные черви будут пойманы и возвращены. Однако, как я выяснил, парадоксы возникают только с разрешения Хранителя врат пространства-времени, как это было, когда Апейрон был уничтожен, чтобы избавить галактику от Тайфоджема, и на его месте появился дубликат".

"Ох уж эти твои эксперименты!" — воскликнула Тилотни, и в её голосе послышались прежние нотки. — "Я просто хочу знать, что стало с монолитами Древних?"

"Ты имеешь в виду тетраэдрические пирамиды, которые Внешние боги посылали в обличье Владык Галактики, — плоские, чёрные, неотражающие свет прямоугольные тела разных размеров, обычно в соотношении один : четыре : девять..." Увидев, что Син сердито смотрит на него, а Тилотни скрещивает руки на груди, он продолжил. — Да, что ж, их изначальная цель заключалась в том, чтобы возвысить невежественные, амбициозные и высокомерные народы, сделав их избранными представителями, как это сделали вы с Элаем, Элиумом и другими. На Аптерре монолиты обрушились на племя гоминидов, которые в результате чудовищного увеличения были преобразованы в разумную расу. Вскоре они были порабощены людьми. Как мы уже не раз наблюдали, рабы восстали против своих хозяев. Воспользовавшись международным конфликтом, они обрели свободу и со временем стали доминирующей расой, а люди превратились в выживших изгоев.

Любопытно, что разумные обезьяны пошли по стопам своих бывших хозяев, избрав тот же путь — войны и эксплуатации. Я перематывал время назад, отменяя даже разрушение мира, чтобы посмотреть, как события могли бы развиваться по-другому. Результаты оказались весьма впечатляющими! В одном из сценариев, который я оставил в исходном мире, все фауны стали разумными! Позвольте мне передать вам изображение и звук, — добавил он, заметив волнение Сина. — "По другому сценарию вирутиды вступили в войну с саками, смертоносной расой грибов, и проиграли, что привело к мутации, которая начала агрессивно воздействовать на людей Аптерры. А по третьему сценарию, никак не связанному с предыдущими, с помощью мрачной музыки был открыт портал в Миры Праха. Неизбежно должна была появиться инфернальная сущность, но она неожиданно была отправлена обратно с помощью двух голосов, слившихся в песне. Это противоречит всякой логике, но именно поэтому эти испытания так увлекательны: благодаря им я смог по-новому осмыслить роль музыки. Совершенно иное испытание в Дайнатрон-Сити позволило мне изучить роль усиливающих препаратов в создании сверх..."

"Не обращай внимания, — резко оборвала его Тилотни. — Я хочу избавить эту галактику от наших неудач..." — Она ждала от Холодного Данда Сина язвительного замечания, но его не последовало. По правде говоря, он никогда прежде не слышал, чтобы она признавала свои ошибки, и не знал, что сказать. — "Ты хочешь забрать их в своё новое Бесконечное Царство или мы их уничтожим?"

"Новое — это всего лишь возвращение к старому, — пояснил Ап. — Хоть я и позволил уничтожить Апейрон, ничто из созданного не исчезает бесследно. Что касается ваших так называемых неудач, то я уже разобрался с ними. Они по-прежнему не знают о том, что их передали космологическому суррогату. Ваши вознесенные расы имели дело со множеством существ, включая нескольких людей, а также ряд ваших дополненных слуг. Я передал и большинство из них..."

"Мне все равно", — с горечью ответила она. — "Делай с ними, что хочешь. Что касается меня, пришло время навести порядок в том беспорядке, который я заварила".

"Они любопытные существа..." — выпалил Ап, прежде чем Син успел спросить их сестру, что она имела в виду.

"Я думала, вы узнали больше из своих обратных экспериментов", — сказала Тилотни.

"В свое время я утверждал, что метастили, антипонятия и нулевые инверсии сами по себе достойны изучения и разведывания без необходимости практического применения или достижения более высокой цели. Но мои тесты выявили слишком много закономерностей, связей и матриц, чтобы я мог продолжать игнорировать их. На их понимание уйдет больше времени"

"Я полагаю, именно поэтому "Миры Земли" следовали схожим траекториям", — предположила Тилотни. — "Если бы я тогда знала, что знание приносит такую боль, я бы последовала за нашим потерянным братом в любой водоворот, какой он пожелает... Позолоченная клетка теперь кажется прекрасной".

"Когда она не была испорчена инопланетным вмешательством, одной из необычных закономерностей была конвергентная культурная эволюция", — отметил Ап, пытаясь подбодрить ее. — "Об этом свидетельствует воспроизведение государственных стилей, архитектурных проектов и других эстетических параллелей со старым миром, которые развивались на каждой из Земных планет. Это загадка, поскольку они живут на расстоянии многих поколений друг от друга и не имеют контактов с другими земными мирами, не говоря уже об оригинале, и все же даже эти псевдоземные миры в Апейроне подтверждают это. И это не может быть объяснено природными или генетическими факторами. Это похоже на то, как если бы их древний родной мир обладал сверхъестественным притяжением. Как бы далеко они ни удалялись от него, они не могут избежать этого".

"Ты говоришь так, как будто люди принадлежат к одной культуре!" — Упрекнул его Син.

"Нет", — поправил Ап. — "Их культурный плюрализм остается неизменным, что только подчеркивает загадочность. Учитывая отсутствие географических, исторических, религиозных и политических факторов, которые в первую очередь способствовали становлению этой автохтонной культуры, этого не должно быть. Но это так. И это не единственная кажущаяся невозможность... Несмотря на кромешную тьму, они в основном движутся к свету."

"Пока вы размышляете над такими абстракциями, возможно, наша некогда всевидящая сестра сможет рассказать нам, что привело к этому внезапному признанию в несовершенстве, не подобающем божеству..."