Тринадцатое небо

— Хорошо.

— Вот и умница. Собирайся. — Мукеш спустился вниз.

Алина возилась недолго. Нарядилась в желтое шелковое сари, расшитое золотыми нитями, застегнула на запястье золотой браслет в виде змейки, вставила в уши сережки, повертелась перед зеркалом еще немного и надела на указательный палец и перстень с рубином. Затем, на русский манер, собрала волосы на затылке.

— Я готова...

— Тогда идем во двор. Лошадей уже запрягли. — Мукеш взял её руку и поцеловал ладонь.

— Дай мне слово, что ты не будешь лезть на рожон. Иначе вместо того, чтобы учиться ясновиденью, мне придется молить богов, чтобы с тобой ничего не случилось.

— Даю слово воина, — без тени сомнения в голосе сказал Мукеш.

— Тогда поехали.

Он подхватил Алину на руки и посадил в повозку. По дороге военачальник на всякий случай попросил: — Если какой-нибудь жрец предложит тебе набраться "священной" силы от Шивы в ночном храме — не соглашайся.

— Почему? — удивилась девушка, — это же обыкновенный обряд, не более того!

— Ошибаешься. Раньше я не предупреждал тебя за ненадобностью. Но теперь, пока ты будешь жить без меня, возможно всё.

— Что возможно?!

— Каждой женщине, желающей хорошенько ублажить какое-нибудь божество, жрецы советуют провести хотя бы одну ночь внутри храма на специальном ложе и уверяют, что один "из божеств" обязательно посетит её йони в темноте. Как ты думаешь, кто исполняет миссию бога?

— Наверняка жрецы.

— Правильно. После чего женщины из средних и высших слоёв общества щедро одаривают храм.

— Да-а-а, представляю, какие дары получают служители культа! — хмыкнула Алина.

— Удачное сочетание приятного с полезным.

— Надеюсь, что ты не поведешься на подобные предложения?

— Не переживай, я не лягу на специальное ложе, если меня туда пригласят, — улыбнулась Алина.

— Вижу, у тебя поднялось настроение!

— Немного...

... За разговором молодые въехали в ашрам и остановились в центре двора. Военачальник соскочил на землю и подошел к брахману, как всегда, медитирующему под деревом.

— Приветствую тебя, Мишра. Я привез супругу.

Мишра даже не пошевелился.

— Уважаемый, вы слышите меня? — спросил военачальник еще раз.

— Слышу. Ты нетерпелив. Прервал созерцание, — неохотно отозвался тот.

— Простите, но солнце взошло.

— Да. Рассвет — самое хорошее время для соединения с природой. — Брахман неторопливо поднялся с земли и взглянул на Алину.

— Приветствую тебя, похожая на Деви Ума, светлую богиню, воплощение жены Шивы.

Алина спрыгнула на землю, сложила ладони вместе и поклонилась.

— Попрощайся с мужем и подойди ко мне. Теперь я твой наставник.

Алина крепко обняла Мукеша за шею и прижалась щекой к его щеке. Ей стало страшно всего на несколько мгновений, она быстро взяла себя в руки и оторвалась от него.

— Уезжай, долгое расставание невыносимо, — попросила она, отойдя в сторону, и опустила глаза, пытаясь скрыть навернувшиеся слезы.

Военачальник сел на повозку, дал знак погонщику, в последний раз кинул взгляд на жену и отвернулся.

Мишра дождался, когда тот выедет из деревни, и вновь обратился к девушке: — Как зовут тебя, дэви?

— Абха.

— Знаешь ли ты значение своего имени?

— Примерно.

— Абха — значит небесное сияние. Если развивать твои способности, подаренные богами, ты станешь мощнейшим даршаном, — сказал брахман.

— Не знала, что такое возможно, — уклончиво ответила Алина, не совсем понимая, что означает слово "даршан".

— Твой муж желает, чтобы ты набралась силы от Солнца и смогла летать со скоростью ума при помощи тайных наставлений. Идем со мной, и ничего не бойся.

Алина послушно последовала за Вагаспати, не смея нарушать его мысли.

Через некоторое время они подошли к храму, украшенному огромным трезубцем и каменными изразцами со сценами жизни демонов и нимф.

— Зайдём внутрь, — попросил её Мишра. — Ты ляжешь у ног Шивы и мысленно попросишь дать тебе силу, а я, тем временем, задобрю его — поднесу дорогой подарок и прочитаю молитву из Смрити — священного писания.

Алина сняла сандалии, тихонько зашла в пропитанный благовониями зал, в буквальном смысле распласталась на ковре пред золотым изваянием грозного божества, сосредоточилась и мысленно попросила: "Шива, если ты так всемогущ, то верни нас домой, в наш настоящий мир, где мы жили раньше. Может и правда, что Шива, общаясь с высшими силами, подаст знак через брахмана и поможет?" — но будучи крещеной в Православной вере, тут же усомнилась в божественной помощи идолов и решила обратить мысли к солнцу — как советуют эзотерики.

"Что сейчас делает муж?" — спросила она у светила и моментально получила от него ответ: "разговаривает с Чауханом...".

— Дэви, вставай, — послышался голос брахмана. — Нам пора.

Она поднялась, прошла к выходу, всунула ноги в сандалии и покорно поспешила за наставником. Тот шагал молча... Через некоторое время девушка решилась спросить:

— Куда мы идем теперь?

— На рынок. Купить повозку и лошадей. Нам предстоит долгий путь до священного озера.

— Могу я узнать, сколько времени займет путешествие?

— Целый день наш путь будет освещать солнце, одну ночь луна...

— Учитель, вы говорите загадками. Выходит, мы не будем спать?

— Мы будем ночевать у знакомого жреца в храме.

— Там у нас будет отдельная комната? — спросила Алина, в красках представив себе то, о чем рассказывал ей Мукеш.

-Да. Нас будет охранять Шива.

— А другого варианта нет?

— Этот самый безопасный.

— А разбойники на дорогах? Вы их не боитесь? — не отставала с расспросами девушка.

— Разбойников на землях Притхвираджа нет. Так что, тебе некого опасаться, дэви. Мы доедем спокойно.

... За разговором они дошли до большого рынка, представляющего собой деревянные ряды, прикрытые сверху матерчатыми тентами от солнца и от назойливых обезьян, ворующих все, что возможно. Чего только там не было! Девушка с удивлением разглядывала предлагаемый торговцами товар: на первых рядах продавали подушки из шелка, набитые ароматной травой, простыни и покрывала всевозможных цветов и оттенков. На следующих красовалась расписная глиняная посуда, медные колокольчики на длинных веревочках и замысловатые статуэтки богов. За этими рядами стояли еще, где купцы наперебой предлагали мягкие ковры, отрезы шерстяных, хлопковых, атласных и парчовых тканей, украшенных всевозможными орнаментами, и женские украшения. Девушка невольно залюбовалась и остановилась около них. Завидев супругу военачальника в сопровождении уважаемого брахмана, вани повыскакивали из-за своих мест, бурно поприветствовали их, как дорогих гостей, и принялись громко ворковать, расхваливая свой товар, как петухи перед курицами. Но Мишра не дал Алине насладиться рассматриванием украшений, мягко взял её под руку и повел в дальний конец рынка, туда, где продавали животных.

Впервые ей пришлось стоять с верблюдами и слонами так близко. От резких перемешанных запахов пота и свежего навоза у девушки заболела голова, но она не показывала отрицательные эмоции — понимала, что Мишра старается не ради себя.

Узнав, что уважаемый человек хочет купить лошадей, к нему тут же подвели с десяток, на выбор. Брахман тщательно ощупал их морды и гривы, заглянул в глаза, обследовал зубы, осмотрел бабки, похлопал по крупу и выбрал двух самых неприглядных, по мнению девушки, лошадок и выкрашенную в коричневый цвет повозку, набитую душистым сеном и крытую хлопковым покрывалом, натянутым на бамбуковые палки.

Мишра выдал купцам по два крупных голубых сапфира за лошадей и горсть монет за повозку, посадил Алину в неё, сам устроился впереди, чтобы управлять, и свернул на дорогу, ведущую в сторону горной страны "За семью Замками" — Непала. Именно в том направлении, у подножий Гималаев, рядом со священным озером и находилась древняя пещера для проведений длительных аскез...

6НЕОЖИДАННЫЕ СЮРПРИЗЫ

... Отправив супругу, Мукеш полностью погрузился в насущные проблемы. Ему требовалось дополнительное время для отработки умения владеть оружием, ведь удачный бросок копья на охоте был простой случайностью. Впервые взяв в руки настоящий меч, он не сразу сумел удержать его, но сообразил сослаться на ранение в боку. Только благодаря большому количеству часов, проведенных в интенсивных тренировках по ночам и каждодневным скачками по равнинам для обозрения владений, он постепенно освоился и стал держаться гораздо увереннее, как и подобает истинному военачальнику. А еще он постоянно думал о том, что должен модернизировать армию, на вооружении которой находились лишь бамбуковые стрелы, наконечники которых обматывали паклей, пропитанной растительным маслом и поджигали. Добрая половина из них тухла, едва долетев до цели. Мукеш помнил, что читал об огненном зелье и огненных стрелах династии Сун в древнем китайском трактате и задумал заняться изготовлением нового "секретного оружия".

Во время очередной охоты в лесу он попытался заговорить с Чауханом о модернизации. Но тот отмахнулся от военачальника: — У нас достаточно наёмников и слонов. На их содержание итак уходит много средств. Поэтому нечего зря тратить монеты. Я всегда обращаю врагов в бегство, имя постоянное количество кшатрий и слонов. Так будет всегда.

— Не всегда, мой повелитель. Крестьяне-перебежчики говорят, что Гури укрепляет армию!

— Пусть укрепляет. Ведь последний раз я его изрядно потрепал. На этом закончим разговор. Сейчас мне интересна охота, а не дела. Слышишь звук рога?

— Да, — нехотя ответил обеспокоенный беспечностью повелителя Мукеш.

Звук рога приближался. Сбоку раздался треск ломающегося сука. Из-за ствола векового дуба неожиданно выскочила испуганная лань. К её рогам прицепилась длинная ветка. Ничего не соображая от страха, она мчалась прямо на них. Раджа с ходу запустил в неё копьем, но промазал. Лань резко шарахнулась в сторону, и раздосадованный Чаухан погнался за ней. Вот и весь разговор...

... Тогда Мукеш решил действовать самостоятельно и обойтись минимальной оплатой труда ремесленникам из собственного кошелька.

На следующий же день он приказал кшатриям найти залежи серы по резкому запаху, появляющемуся из неглубоких расщелин вдоль берега реки Йамуны, набить ею корзину и привезти в гарнизон. Тохару Гати доверили не менее ответственное задание: вместе с подчиненными объехать все близлежащие скотники и заставить их хозяев соскрести с земли белый налет — природную селитру, образовавшуюся в местах испражнений животных, набрать её как можно больше и также доставить в гарнизон...

Мукеш продолжал готовить "секретное оружие". Несколько кшатриев тщательно растолкли древесный уголь и селитру в отдельных ступах, затем соединили его вместе в указанной Мукешем пропорции, предварительно взвесив обе части на медных весах, добавили туда серу, хорошенько перемешали содержимое. Черный порох был готов. Военачальник взял пару обыкновенных, не более пятнадцати сантиметров в высоту и десяти сантиметров в диаметре, глиняных горшков и набил их смесью, потом вставил в каждый по короткому толстому стеблю сухого тростника и набил их той же смесью — сделал примитивную огнепроводную трубку. Дождавшись, когда стемнело, он поджег трубку лучиной от костра, размахнулся и запустил первый горшок в кучу глины. Через пару секунд раздался сильный хлопок, сопровождаемый большим количеством огня и черного едкого дыма, острые черепки разлетелись в разные стороны метров на двадцать от места попадания. Испуганные воины бухнулись на землю и принялись молить богов о снисхождении. Тогда Мукеш кинул второй, рассмеялся и крикнул:

— Раджпуты никогда не были трусами! Идите и набивайте горшки смесью! А завтра приступим к изготовлению "медных подарков". Будем "кормить" огненным зельем кшатриев Ратхора.

— Что за "подарки" из меди? — полюбопытствовал Тохар Гати, ставший добровольным соглядатаем Мукеша.

— Нам необходимо отлить множество медных цилиндров с толстыми стенками и дном и набить их той же смесью, что и горшки. Задачу понял?

— Да, мой командир.

— Тогда ступай к плавильщикам. Пусть займутся полезным делом — отольют штук сто, диаметром, как толстый бамбук вот такой длины, — Мукеш отмерил руками двадцать сантиметров, — я хорошо заплачу им... Мукешу хотелось как можно быстрее опробовать и внедрять огненное зелье...

* * *

...Алина удобно устроилась на душистом сене, накиданном в повозку, и рассматривала окрестности. Вдоль дороги росли финиковые пальмы, на просторном лугу, отвоёванном людьми у леса, мирно паслись коровы. У каждой деревни возвышались лингамы или небольшие местечковые храмы. Вокруг царило спокойствие, нарушаемое только пением птиц да изредка проезжающими телегами крестьян...

К вечеру повозка свернула на более узкую, выложенную крупными каменными плитами дорогу. За поворотом показалась крепость из красного песчаника. Брахман остановил повозку у массивных деревянных ворот ярко синего цвета, щедро украшенных резьбой с позолотой. Завидев путников, ворота открыли, и путешественники заехали во двор, где стояли боевые колесницы и томились слоны, цепями прикованные к специальным металлическим крюкам. Лучники прохаживались по стене между башен. В крепости не росли деревья, под ногами лежала лишь затвердевшая как камень глина.

"Хоть бы пальмы в кадушки додумались посадить. Листья прикрыли бы двор от палящих лучей" — подумалось Абхе.

— Спросите командира, могу ли я — Вагаспати Мишра и моя спутница переночевать здесь под вашей охраной? — спросил он у воина.

Тот незамедлительно передал вопрос следующему, стоявшему неподалеку, воину. Тот пошел во внутренние покои, но быстро вернулся и кивнул головой дежурному.

— Проходите, — Рану разрешил. — Мы напоим и накормим ваших лошадей.

— Идем, — Мишра взял Алину под руку и провел через дверь во внутренний дворик с фонтаном по центру.

Они остановились у входа во внутренние покои. На пороге их встретила приветливая, но очень усталая, с покрасневшими от бессонницы глазами молодая женщина.

— Вот ваша комната, госпожа, — сказала она и кивнула на дверь, что справа от входа. — А вам, уважаемый, отвели комнату на мужской половине. Кшатрий проводит.

— Абха, отдыхай и ничего не бойся. Ямина прислужит тебе. Завтра утром мы продолжим путь.

— Хорошо, Вагаспати...

...Солнце готовилось зайти на покой. Мишра вышел из комнаты и направился к фонтану. "Пусть Абха поспит перед долгой дорогой, а я займусь размышлением в созерцании", — старик опустился на землю, принял позу лотоса и погрузился в утреннюю медитацию. Молочно-розоватая пелена окутала его и перенесла в благоухающий сад, где он узрел всемогущего Шиву, гуляющего по тропинке и нежно обнимающего рукой любимую супругу — прекрасную Парвати. Шива покрыл тело шкурой леопарда, шею украсил ожерельем из живых цветов, руки обвил браслетами из маленьких только что родившихся кобр. Сегодня и Парвати облачилась в великолепное сари, раскрашенное цветочным узором и прихваченное на тонкой талии поясом, свисающим впереди в виде колец с кисточками. Еще более ее украшают длинное рубиновое ожерелье, массивные серьги и золотые браслеты на руках и ногах. Прекрасные волосы уложены в замысловатую прическу и скреплены обручами и гребнем тончайшей работы. "Истинная Богиня блаженства и любви!" — радовался Мишра, любуясь на неё.