Россия вломила Грузии. В ходе этого процесса она с изумлением выяснила, что у нее осталось всего три-четыре боеспособные дивизии. С учетом протяженности границ этого было явно недостаточно. Оставалось чинить ракеты или как следует вкладываться в армию. Похоже, выбрали второй вариант, но какой-то странный. Наверху решили вложиться в Тихоокеанский флот и ПВО. Наверно сменить таблички, с "С-300" на "С-400", не меняя содержимого, было дешевле. А какого хера было так трястись за четыре острова? Когда прямо под боком назревало такое, что возня с Японией выглядела мелочевкой. На взгляд Матвея, Кремлю стоило всерьез подумать о воссоздании Первой Конной. По крайней мере, после взгляда на Среднюю Азию.

А там, даже невооруженным глазом было видно, что все идет к концу. Пожизненные среднеазиатские президенты дряхлели. При взгляде на будущих преемников становилось откровенно страшно. За двадцать лет выдросло новое поколение — ислам, наркотики, отсутствие образования, нищета и страстное желание вырваться из нее. Любым путем. Возврат к феодализму в тех краях теперь казался не худшим уделом. Киргизия уже лет пять балансировала на грани полной анархии. И что характерно, никто не горел желанием наводить там порядок. Хотя те просили. Хрен. С учетом близлежащего Афгана было совсем невесело. Тот только и ждал, пока сбегут американцы, чтобы выпустить на соседей стаю зеленой саранчи, вооруженную Кораном, героином и тактикой действий малых партизанских групп.

Северную Африку и Ближний Восток трясло. Слетели несколько, казавшимися вечными диктаторов. На смену шла череда нескончаемых новых правительств и хунт, как в Африке, после ухода англичан. Со всем, сопутствующим процессу, бардаком.

В Европе, медленно и верно "проседал" средний класс. Весь южный пояс Европы бузил и требовал оставить дотации. Правительства были не против, но они променяли свой печатный станок на участие в еврозоне и теперь они не могли напечатать новых денег. Станок теперь был у Евросоюза, то есть, говоря откровенно, у немецких и французских банкиров. А тем инфляция была не к чему. С падением доходов белых воротничков, ориентированные на него отрасли начинали шататься. Одно тянуло за собой другое — кредиты, автомобили, шопинг, мода и развлечения. Путешествия, наконец.

Кстати, о путешествиях. Дешевые курорты, где предпочитали отдыхать клерки, массово закрывались из-за беспорядков. Оставшиеся подняли цены. Разнонаправленная тенденция — обеднение отдыхающих и удорожание курортов оставило Турцию без большей части туристов. Поток отдыхающих в аккуратных приморских городках усох. Для нее как лидера курортного отдыха эконом-класса это был сильный удар.

Одно тянет за собой другое. Всем известно, что туризм — основная статья доходов ее средиземноморского побережья. Он также дает работу и жителям центральных районов, приезжающих туда на заработки. Менее известен другой факт. Туризм — важный фактор борьбы с курдами. Точнее — с курдским сепаратизмом. Немалую часть персонала работающего в отелях барменами, официантами и портье составляют именно курды.

Маленькое отступление для лучшего понимания вопроса. Курды пытаются создать государство более столетия. Все бы хорошо, но их племена проживают на территории Ирана, Ирака, Сирии и Турции. И у них нет желания переселяться всем скопом в одно из них. Зачем? Лучше отрезать по куску от каждого. Во всех перечисленных странах это желание, мягко говоря — беспокоило правительства и заставляло предпринимать меры противодействия. Преимущественно — силовые. В Иране их давила династия шахов, потом эстафету перешла к правительству аятолл, отметились на этой почве и в соседнем Ираке. Саддам несколько переусердствовал в этом вопросе, применяя газ и массовые расстрелы, что в числе прочего привело его на виселицу.

Курды не оставались в долгу, предприняв множество мелких и несколько крупных мятежей. В разное время их борьбу поддерживали, нацисты, коммунисты, либеральные демократы. Племенные вожди не любили вдаваться в детали идеологии, но с удовольствием принимали помощь, оружие и военных советников.

Ближе всего, к своей мечте курды подошли в Ираке. Вовремя оказанная войскам вторжения помощь была хорошо вознаграждена. Ослабление контроля центральных властей усилило эффект. Выгодно продав свою лояльность, они получили практический суверенитет. И в нагрузку — репутацию предателей. Но, дело сделано — территория племен со столицей в Киркуке стала государством в государстве.

Вернемся в Турцию. Османы, в отличие от Хуссейна, старались сочетать разные меры. Как силовые, так и экономические. Радикалов отстреливали. Политиков арестовывали. В попытке прекратить начавшуюся контрабанду оружия из Ирака, турецкие войска вломились к соседям. Итог — несколько уничтоженных оружейных складов и горных троп. Маловато. Граница проходит по горам и ее невозможно перекрыть полностью. Короткая карательная экспедиция была бессмысленна — несколько разгромленных кишлаков и отрядов не имели значения для обеих сторон.

Более заметный эффект приносила экономика — уменьшение безработицы, рост зарплат и доходов. Именно это заметно снижало число радикалов. И власти старалась способствовать росту. В основном — за счет туризма. Участие в курортном бизнесе всячески поощрялось. В том числе — административно. Персонал множества гостиниц практически поголовно комплектовался курдами. Это позволяло ослабить позиции радикалов. Арифметика проста — чем больше людей работают на побережье, тем меньше — воюет в горах.

Падавший туризм и события в соседнем Ираке теперь усиливал позиции боевиков, сводя на нет усилия властей. Понимая, что ситуация начинает играть на руку, в Киркуке, на совете вождей приняли решение о проведении нескольких острых акций на побережье. Заодно было решено пополнить запасы оружия и перекинуть его часть ближе к морю. Весной, когда просохли горные перевалы, через иракско-турецкую границу пошли караваны.

Напряжение накапливалось. Туристы, которых стало заметно меньше очень хорошо ощущали это в приморских городках — полупустые улицы, старики в кофейнях, недоброжелательно, но молча смотрящих на зашедших с улицы людей, замолкающие при приближении чужаков, группы молодежи. Чувствуя себя неуютно на улицах, туристы старались не покидать отелей и после возвращения, делились впечатлениями дома.

Отток туристов медленно, но верно становился свершившимся фактом. Фактом, который начинал отражаться на пополнении рядов радикалов. С одной стороны шли оставшиеся без работы люди, с другой — прибывало оружие и взрывчатка. Этот коктейль смешивался в горах и начал выплескиваться на улицы побережья. Уже вооруженные, курды опять спускались на побережье и там начиналась стрельба. Туристы пугались. И голосовали ногами. Пересыхающий ручеек отдыхающих плодил новых безработных. И те, в свою очередь, отправлялись в родные горы, где пополняли ряды боевиков. Курдский миксер заработал.

Власти не хуже курдских руководителей понимали, куда дует ветер. Но причина ситуации находилась вне их контроля. Все что оставалось — "купировать" результаты. Газеты пестрели заголовками о перестрелках на границе, в горах, на побережье. Счет перехваченным караванам и ликвидированным ячейкам шел на десятки. Другая сторона не оставалась в долгу. Расстрелянные полицейские участки, нападения на военные колонны, взорванные отели и кафе. Интернет пестрел фотографиями акций.

Война на побережье и в горах набирала обороты.

Матвей прикидывал. Он никак не мог понять. Система начала сыпаться. Сколько есть времени до момента, пока все окончательно пойдет вразнос? Год? Два? Три? И где именно рванет?

Глава 1. Крым. Октябрь 2010.

В Крыму, меж тем, дела шли своим чередом. Цели начинали воплощаться в реальность. В октябре строители АЭС сдали первый блок.

Не доезжая пары километров до станции Матвей попросил водителя остановиться. Подняв пыль, вэн свернул на обочину. Следом за ним свернул близнец с охраной. Матвей переждал, пока поднятую пыль отнесет в степь и откатил дверцу. С пригорка открывался отличный вид на окрестности. Шоссе, перевалив через холм, спускалось к озерцу на берегу которого стояла АЭС. Энергетики именовали водоем охладителем. Стоя возле машины он рассматривал аккуратные корпуса станции, красно-белую коробочку реакторного блока и целое поле, сплошь покрытое серыми прямоугольниками трансформаторов и ажурными опорами ЛЭП. Не верилось, что недавно все это представляло собой знаменитые на всю Россию, развалины, на которых развлекались наркоманы. Матвей еще раз посмотрел вниз, на станцию и полез в машину.

На пуск реактора прилетело много народу из Москвы, Краснодара и Ростова. Фесик ходил именинником. Премьер не сильно переменился — внимательные глаза, крепкая фигура, по-прежнему короткая стрижка. Подойдя к ленточке, перегораживавшей вход в диспетчерскую премьер оглянулся на присутствующих.

-Как там говорится — мирный атом в каждый дом?

Зал грохнул, Валера заулыбался.

-Друзья, спасибо, что приехали на наш праздник. Ладно, шутки в сторону — АЭС мне еще открывать не доводилось. И с тем большим удовольствием объявляю об окончании крымского энергодефицита. Спасибо нашим российским друзьям, спасибо строителям, спасибо крымчанам, которые терпеливо ждали. Татьяна, где тебя черти носят? Давай ножницы!

Пунцовая от смущения Татьяна, протиснулась сквозь толпу гостей, неся на подносе требуемый предмет. Матвей, как и многие из присутствующих проводили ладную фигурку референта Фесика одобрительными взглядами. Татьяна по-прежнему была чертовски хороша собой и не торопилась замуж. В голове у Матвея промелькнуло "...зря я тогда отказался.."

Стуча каблучками Таня подошла к шефу и протянула поднос. Валера щелкнул ножницами и упавшая ленточка открыла доступ в диспетчерскую.

Под аплодисменты присутствующих рубильник был, наконец, включен и лампочки в диспетчерской загорелись зеленым светом. Гости потянулись к выходу из диспетчерского зала.

У центрального вестибюля всех ждали автобусы для доставки к месту банкета. Столы, расставленные под открытыми шатрами, накрыли прямо в степи, неподалеку от станции. Гости, не желая сидеть за столами сбивались в группы, толпясь в проходах.

Матвей, перекинувшись приветствием с премьером, подхватил со стола бокал и отправился побродить меж столов, старательно уклоняясь от бизнесменов, металлургов, элитных блядей и прочих желающих денег. Таких (за исключением металлургов), всегда хватало на подобных мероприятиях. Теперь у него появился солидный опыт таких маневров. В ходе одного из них он столкнулся с ироническим взглядом высокого, хорошо одетого гостя, стоявшего в сопровождении московских и крымских чиновников. Матвей поприветствовал мужчину, приподняв бокал.

-Как обстоят дела с международным признанием? — ехидно поинтересовался глава российского МИДа.

-Вашими молитвами, Сергей Викторович. Но пока хвастать нечем.— развел руками Матвей, — вся надежда — на Вас.

-Мы стараемся помочь признанию, но к несчастью — мы не всесильны, — с притворным сочувствием пожал плечами Лаврушин. Он не забыл публичной выволочки в кабинете президента. Свита за спиной министра радостно скалилась.

Матвей не смог удержаться от шпильки, задумчиво произнеся, -Тут я с вами абсолютно согласен. К несчастью, не всесильны... Или к счастью...? Простите, я запутался....

Приветливо кивнув, он пошел дальше, оставив за спиной побледневшего от ярости дипломата.

Перепалка с министром подняла настроение. Хотя Лаврушин был прав — дела с признанием шли плохо. МИД России, мало что не помогал, так еще и гадил. Из всех стран, за несколько лет, кроме России, Крым признали только Казахстан, Беларусь, Турция и почему-то Румыния. Вероятно, в пику Киеву, с которым румыны грызлись из-за черноморского шельфа. Но, произошло это, скорее вопреки МИДу.

Из-за стола махал рукой глава Керчи.

-Матвей, давай к нам. Вы знакомы?

Матвей подошел. Помимо Андронова, за столом были еще двое. Высокий и смуглый мужчина восточной внешности, сверкнув безупречно белыми зубами, представился,

— Осман Демирель, владелец судовой компании.

В другом госте — потном толстяке в измятом дорогом костюме Матвей узнал Барышникова. Каким разведчиком был Михаил, Матвей так и не узнал, но директор терминала — получился великолепный. Выбив бандитов из города, его компания не только ударными темпами достроила терминал, но и модернизировала весь порт. На месте полуразвалившихся причалов появился аккуратный портовый комплекс обслуживавший грузовые и рыболовецкие суда. Достроенный терминал принял первые контейнеры еще в начале года и с тех пор поток транзита нарастал почти в геометрической прогрессии.

Матвей теперь совершенно не жалел, что терминал отдали чекистам — весь Крым тогда представлял собой бандитский заповедник. И именно Барышников подал мысль, как нужно решать проблему. В течение месяца он выкинул из порта бандитскую шваль, вертевшуюся вокруг строительства и навел образцовый порядок. Более десяти лет бандиты контролировали порт, а толстяк вышиб их оттуда в течение месяца.

Бобков и Фесик тогда специально ездили в Керчь — перенимать опыт. Пообщавшись с Барышниковым и Андроновым, Валера и Семен проехали по Керчи. За день они успели пообщаться с горожанами, портовиками и оставшимися на службе ментами. Семен с большим интересом пообщался с главой СБ Барышникова.

Вернувшись в Симферополь, они вызвали Матвея и уже втроем заперлись в кабинете Валеры.

Первым взял слово Валера. Он был краток — если Крым собирается зарабатывать деньги на легальном бизнесе — бандиты выпадают из пищевой цепочки.

Матвей и Семен возражений не имели. Валера продолжил,

-Вопрос стоит так — если они не нужны, как извести?

Бобков усмехнулся,

-Что тут думать? Эскадроны смерти я вам организую. За месяц все вычистим.

Валера закивал, -Вот-вот, вычистить то вычистим, а потом твои тонтон-макуты, беспредел почище нынешнего устроят. И что тогда? Новых набирать?

Бобков возразил, — Мои ребята не ангелы, конечно, но дисциплину знают. А ты свою тягомотину включить хочешь — менты, следствие, суд... Да тебе и пятилетки не хватит.

Валера повернулся к Матвею, -Семен прав — или долго и ненадежно, или быстро, но через год будет новый беспредел. А ты Семен, не обольщайся — твои парни только у тебя в кулаке. Для всех прочих, они неприкасаемые. За всеми все равно не уследишь.

Матвей кивнул, — Согласен. Какой выход?

Первую мысль подал Бобков.

-Пусть мои бандюков отлавливают, а ты, -обращаясь к Фесику, -Организуй следствие без волокиты. Трибунал там, какой-нибудь придумай...

Валера задумался.

-В принципе можно. Подобрать десяток людей, которым доверяют — не проблема. Дать им полномочия на полгода или год. Думаю, пяток честных следаков, в Крыму найти тоже можно. Это не Россия — масштаб поменьше. Управятся. Твои тащат, мои расследуют и судят. Тогда все быстро будет.

Матвей уточнил, — То есть будут команды силовиков для отлова, следственная группа и трибунал, с временными полномочиями?

Бобков и Фесик закивали.