Паштет

  Паша получил резиновую хреновину, чуть похожую на нож, повертел ее в руках. Постарался взять ее в руку поавантажнее, чтобы учитель видел — не с лохом имеет дело, выставив, как прочитал когда-то в очень авторитетном труде большой палец вдоль острия, чтоб проще было прицелиться, куда бить. Встал в угрожающую стойку, широко расставив ноги, и на вопрос "Вы готовы?" утвердительно кивнул.

  Мастер, стоявший метрах в трех достаточно вальяжно, сразу по кивку стремительно и неожиданно атаковал, моментально оказавшись рядом и больно ткнув Пашу резиновой фигней в бок. Тут же вертко ушел от ответного размашистого удара резины, успев чиркнуть своей по Пашиной руке. Крутанулся и внезапно оказался за спиной, опять больно ткнул своей преподавательской резиной в поясницу аж дважды, и широким махом секанул по спине. Было не только больно, но и обидно. Когда Паша пинком, всерьез разозлившись и бросив всякие экивоки, попытался выбить резинку у своего спарринг-партнера, так как много раз читал "Если противник держит нож перед собой, выбейте его из рук ногой!", то результатом оказалось только то, что по ноге его опять же секанули. И тут же его собственная резиновая модель ножа вылетела неожиданно легко из ладони и порхнула в сторону. Паша вспомнил былые занятия борьбой и попытался схватить противника за руку, схватил, но почему-то ножика в ней не оказалось, а "острие" (округлое и с виду неопасное, но бившее больно) внезапно оказалось в считанных сантиметрах от его глаз.

  Все произошло так быстро, что Паша даже разозлиться толком не успел. Вторая стычка прошла еще быстрее, но с таким же результатом. Третья — еще хуже. Пока ученик сопел, переводя дух, учитель резюмировал, причем, черт его дери, даже не запыхался!

  — Печально. Уже в первом же раунде вы пропустили первую же атаку — поражена печень. Потом я вам порезал руку, так что ножик вы смогли бы держать с трудом. К слову — сразу же и навсегда забудьте это пижонство с оттопыренным большим пальцем. Процентов 70 прочности хвата ладонью обеспечивает именно он. Греки пленным воинам отрубали эти пальцы, чтобы потом те воевать не могли, а вы сами из хвата его убрали мне на радость. Сразу потеряли нож.

  — У меня был неверный хват? Я слыхал, что есть самый лучший хват, это какой? — не удержался Паштет.

  Учитель поморщился, ему явно не понравилось, что его перебили. Ответил так:

  — Идеального хвата не существует, есть более удобный для конкретной ситуации. Иногда удобен прямой, в других случаях как раз обратный. Опытные ножевики меняют хват по ходу боя. Если в руке однолезвийный клинок то его даже вращать в руке бывает нужно, располагая лезвие в подходящей плоскости. Значит, про палец большой запомнили?

  — Но я просто видеокурсы видел. Серьезные люди проводили, спецназ американский, котики эти — стал оправдываться Паштет.

  — Я тоже видел, только вот проблемы тут две — не факт, что эти самые котики в реальном деле ножом сработают как должно. Они что-то последнее время никак не отметились в рукопашных делах. Вот просто вовсе. Вторая проблема — считают они, и некоторые наши инструктора и мастера тоже, что так проще обучить начинающих, так, дескать, им понятнее, мол большой палец на лезвии указывает, куда удар будет нанесен, а вот в реальном бою они будут делать полный хват, всеми пятью пальцами. Только лично я в это не верю, мышечная память — очень важная штука, а в скоротечном бою думать особенно некогда, тут многое на наработках, на натренированности, отработанности. На стресс в драке организм отработает инстинктивно, на уровне мышечной памяти. А привычка как раз держать нож "по — учебному". И в итоге — ножик им выбьют. Вот как вам. И все. С вашего позволения я все-таки продолжу разбор — а вопросы вы зададите потом.

  Паша молча кивнул.

  — Я не буду говорить о том, что в реальной схватке, после реза по руке вам нож удержать будет еще и потому сложно, что он от вашей крови будет скользкий, как кусок мыла в бане. И ровно то же — если кровь будет чужая — без разницы совершенно. А нож в руке и рука без ножа — совершенно разные вещи, даже не говоря о том, что нож руку автоматически удлиняет, а длинные руки — сами понимаете, весьма в рукопашке способствуют. Значит, запомнили про палец?

  Паша опять кивнул. Учитель кратко перечислил, что еще он проколол и порезал и список оказался весьма серьезным.

  — Честно говоря, я впечатлен — признал Паштет.

  — Вы не занимались этим, а я все-таки постоянно тренируюсь. Вам тоже надо привыкать двигаться. Вот смотрите — вы еще и сейчас не отдышались как следует. При этом я вертелся вокруг вас, а вы не поспевали с ответными действиями. При этом замечу, что в целом физо вы занимаетесь или недавно занимались, в среднем первопришедшие еще хуже. К слову сказать — а зачем вы приняли такую неудобную стойку в самом начале? Это тоже видеокурсы?

  Ученик вздохнул и кивнул головой.

  — Вы должны иметь возможность двигаться. Представьте боксера, который вот так вот встанет стоячей раскорякой — ему тут же надают по лицу и голове. Бой с ножом — только в движении. Давайте еще раз.

  Когда очередная встрепка закончилась с тем же разгромным счетом, учитель оценивающе поглядел на Паштета и попросил повторить несколько приемов. После чего резиновый имитатор ножа, как живой, закрутился в руках мастера фехтования, перепархивая из руки в руки и меняя при этом положение — прямой хват, верхний, нижний, тут же в левую руку, нижний, прямой, верхний... выглядело впечатляюще и чуточку завораживающе. Увы, ничего даже отдаленно похожего Паша показать не мог.

  Учитель кивнул. Потом сказал:

  — То, что я делал — хорошо для кино. Для показухи — типа гопников напугать. В драке ни в коем случае не применяйте, тем более, что серьезного врага жонглерством не поразишь. Но дома в виде работы над ошибками — отрабатывать со всем тщанием. Иначе когда надо будет сменить направление реза или хват, можете потерять и время и победу, да и нож выронить тоже ни к чему. Потому отрабатывать до автоматизма. Смена хвата, смена направления реза, смена руки. Второе — координация движений у вас плохая. Лучше, значительно лучше, чем у многих новичков, но плохая для работы с ножом, и тем более — для боя. Это сейчас общая беда, раньше-то мальчишки, когда с крапивой воевали, палками на даче ее колошматя, отлично отрабатывали такие простенькие задачи, как удар с ходу, на бегу, удар вправо — влево на шаге и так далее, не говоря о глазомере и точности попаданий. Сейчас этого нет, потому многие думают, что если купили биту в багажник, то и победили всех вокруг. Зато горазды часами в инете спорить, какое оружие лучше — моргенштерн или глефа, даже в руках не держав ни того, ни другого. Потом удивляются, что накинулись с битой на какого-то хлипкого и безоружного дрища, а дрищ с ходу выбил им сначала зубы, потом биту, и концом ее в задницу герою всунул. И хорошо, если тонким концом. Вот вам и второе задание — выйти на пустырь и поотрабатывать то самое мальчишеское — удары на ходу. В ходе движения, с поворотами. Если сможете — то просто бой с тенью, если не получится — то поставьте себе мишени, хотя тот же бурьян или там борщевика заросли вполне годятся, и не стесняйтесь. Первое время у вас руки и ноги не в такт будут работать. Работа ведь у вас малоподвижная?

  Паша задумчиво кивнул.

  — Значит, надо их друг с другом заставить дружить. Боец — не чиновник, у бойца правая рука должна знать, что делает левая. Дальше, силовые задачи — тоже простые, но отрабатывать придется. Ставите перед собой вертикально старую покрышку от грузовика, или несколько в стопку и лупите по ней палкой — сверху, слева, справа, опять слева, опять сверху. И так минут пять, самое малое.

  — Это не понял. Зачем палка? И сила для ножа — опять же — удивился Паштет.

  — Вы считаете, что нож сам все сделает? Если пороть свиную тушку, которая висит в удобном для вас месте, на удобной высоте и без защиты, никак не сопротивляясь, или тыкать в массив геля — то да, сила не очень нужна. А вот пробить кожаную куртку, ватный халат или драповое пальто — тут сила просто необходима. Бойцу нужна и ловкость и координация и сила. Как-то давным — давно заезжий фехтовальщик вызвал на поединок мясника Майера. А тот зарубил его первым же ударом, потому что рапира мощи тяжеленного двуручного фламмберга не отразила. Мясник-то раньше был ландскнехтом, да еще и доппельзольднером при этом. Что касается палки — вы собираетесь стать гаучо? Или все-таки — нет?

  — Да нет, конечно. А почему — гаучо? — удивленно ответил ученик.

  — У этих аргентинских пижонов был своего рода дуэльный кодекс с массой запретов и ограничений. А я вам говорил уже, что реальный ножевой бой — никак не дуэль. Впрочем, и рыцарский поединок вполне себе мог закончиться тыканьем в глаз поверженному партнеру, который не может уплатить выкуп, оригинальным ножиком с милым именем "мизерикордия". Не противоречило правилам и традициям. Потому, раз вы просите научить вас бою с ножом, то не удивляйтесь гарниру к основному блюду. В ходе боя с ножом вы должны понимать, что никто тут не будет вам давать форы или предупреждать "иду на вы!" за неделю до атаки. К применению ножа может привести вроде как и безоружная поначалу драка, в ходе потасовки может быть всякое — вам могут швырнуть в голову кастрюлю с кипящим супом, метнуть в глаза горсть песка, начать кидаться камнями или палками, дернуть ковер из-под ног или без затей огреть стулом по голове. Вы же не за чистым фехтованием пришли?

  Паштет кивнул.

  — Вот видите. За вас поручилась пара моих учеников, они считают, что вы не будете применять свои навыки в противоправных целях. И криминала за вами нет и контактов нехороших тоже. Потому я вас учить и взялся. Можно, конечно, канонично обучить вас сугубо фехтовальным приемам и зарежет вас без затей первый же дикарь на родине верблюдов, или куда вы там собрались ехать. Поэтому давайте исходить из простого постулата — что может вам пригодиться в первую голову в ходе драки — поножовщины, особенно, когда вам не дали время подготовиться. Как-то давным — давно заезжий фехтовальщик решил вызвать на поединок скульптора. Не успел толком высказаться, а тот его заколол на месте стилетом, не дав и за меч схватиться. Ну, не любил Бенвенуто Челлини насмешек, да и некогда ему было на дуэли отвлекаться, заказов было полно. Понимаете? Может так оказаться, что у вас не будет времени нож вытащить, придется пользоваться палкой, например.

  — Как-то давным — давно заезжий фехтовальщик... — усмехнулся Паштет. Учитель фехтования, не теряя ни секунды, моментально подхватил и продолжил:

  — Да, вызвал на поединок кузнеца Сидорова. И тот ударом оглобли сломал фехтовальщику шпагу и долго гонял его потом по огородам, избив до полусмерти. Славился тот кузнец мастерством боя на колах в окружающих селах и деревнях. Кроме того, что я сказал, в принципе палка по методам применения вполне годится и к фехтованию длинноклинковым оружием. Не ограничивайте себя. Ограничения — обезоруживают. Чем неожиданнее ваш ход для противника, тем ему солонее придется. Разумеется, я не имею в виду, что вы будете совершать заведомые глупости, которые если и будут неожиданными для врага, то только неожиданными подарками судьбы.

 Для первого фехтовальщика в мире не так опасен второй фехтовальщик, сколько незнакомый с фехтованием мужик, который может выкинуть любой фортель. Сейчас я вам покажу, как лучше стоять, но вы должны понимать, что просто стоять — это смертельно. Первоначальные стойки, в общем, просты и главная их задача — не ограничить в самом начале боя вашу подвижность. Не надо уподобляться подвешенной на стойке свиной туше. Нет, ноги не прямые, чуть согните в коленях. Вот так, при первом приближении. А теперь попробуйте — шаг вперед, шаг назад, шаг влево, шаг вправо. Как ощущения?

  — Знаете, так гораздо удобнее, хотя ничего вроде особенного — искренне признал Паштет.

  — Хорошо, будете заниматься дальше? Заранее предупреждаю — у меня нет моментального и чудесного обучения всему и сразу. Мы будем ставить вам мышечную память на наиболее нужные приемы, а это потребует от вас и внимания и многочисленных отработок. Для того, чтобы тело запомнило что-то важное, придется это движение повторить не меньше трех тысяч раз. Тогда в нужный момент вам не потребуется вспоминать что и как делать — тело отработает на автомате. Придется пахать, других вариантов не будет. Иначе — все впустую. Потное вас ждет обучение. Итак?

  — Буду заниматься — твердо решил ученик.

  — Тогда спасибо за внимание. Поработайте над собой так, как я вам сказал. Потом звоните, назначу время. Вопросы есть?

  — Несколько. Как долго мне колотить палкой покрышки и рубить крапиву?

  — Пока — несколько дней. А вообще, когда тело будете чувствовать и координацию увидите можно и дальше продолжить. Тут как с иностранным языком — либо забываешь, либо учишь, а середины нет вовсе.

  — Какой нож лучше?

  — Такой, какой у вас в нужный момент есть. Все эти рассусоливания и многоумствования о том, какое оружие лучше, которыми публика сейчас заменяет нормальные тренировки и физические упражнения — не более, чем виртуальная мастурбация. Практическое занятия вам наглядно показало, что сейчас вы с любым ножом проиграете мне. Причем и у меня может быть любой нож, на результат стычки это никак не повлияет. Холодное оружие каждый себе выбирает сам. Чтобы было удобно и в руке и при ношении и в работе. Важнее, чтобы этот самый нож в ходе тренажа стал вам привычен. Можете мне поверить — неумехе без толку брать любое, самое крутое вроде оружие.

 Моргенштерном он еще до боя угораздит себе по башке, с алебардой не успеет нанести удар при сближении и противник мигом окажется вплотную, где длинномер будет бесполезен, а клинковым оружием влепит плашмя и не туда, куда метил. Оружие — это инструмент, не более того, а из него белоручки делают фетиш. И разницы нет — впервые в руки взял человек пистолет или молоток. Из пистолета неумеха прострелит самому себе ногу, молотком отшибет себе палец.

  Ваш мозг — вот главное ваше оружие и ваше тело, которым этот самый мозг должен управлять. Все остальное — вторично. Это для серьезных фехтовальщиков важно, чтобы клинок противника, который мастер не хуже, не был длиннее ни на дюйм, потому как в их случае это важно, а если вас могут походя зарезать хоть бритвой опасной, хоть кухонным ножиком или забить без проблем топором только потому, что вы не привыкли двигаться и дыхалка у вас сбивается сразу и координации никакой — вам длина клинка врага совершенно безразлична. Мы не в кино — по щучьему велению ничего не произойдет.

  — Как мне к вам обращаться? По имени — отчеству?

  — Нет, это долго. Зовите меня Наваха. Еще что-то?

  — Последнее. Посошок на дорожку в виде очередной "Как-то давным — давно заезжий фехтовальщик..."