Дс-16. Обряд чёрной крови

В неравномерном гудении машины, тряско ехавшей по кукурузному полю, он не сразу понял, что с пола ему что-то говорят. Шепчут. Но услышал.

— Ты что-то сказал? — склонился он к Лукасу, который говорил шёпотом.

— Что теперь... со мной будет?

— Не знаю, — пожал плечами мальчишка-некромант и тут же спросил сам, кляня себя за то, что ранее этого не сделал: — Лукас, когда ты уходил из деревни, девочка-эльф, защищавшая Нейшу, и мальчик были живы? Ты не сделал чего-то непозволительного с самой Нейшей?

— Нет. Все были... живы.

— Но им ничего не грозило смертельного?

-...Не знаю. Но они... дышали.

Коннор снова сел и посмотрел в высокое теперь для него окно. Всё же сообразил: подъезжают к мосту через деревенскую речку.

— Алистир, ты знаешь, что случилось в деревне?

— Разве что-то случилось? — удивился храмовник. — Кроме того, что... Лукас тебя похитил? Селена ничего не говорила.

— Что ж... Об этом потом. У нас появилась проблема. Лукас без пропускного браслета. Остановите машину перед калиткой и отдайте ему свой браслет. Я провезу Лукаса в машине за изгородь, а потом выйду к вам и отдам браслет.

— Согласен. Хорошее решение.

Вскоре машина, направляемая вошедшим на территорию деревни и снова севшим за руль Алистиром, подъехала к домику философов.

Здесь, у бесцветного, опустевшего по осени маленького палисадника, ожидал их появления Колин. Мальчишка-оборотень немедленно подошёл к машине и с некоторым удивлением (Коннор не вышел сам?) открыл дверь в салон.

— Помоги встать, — велел мальчишка-некромант, который вновь сидел возле матраса с подопечным, — а потом помоги Алистиру вытащить отсюда пассажира.

Он заметил, как Колин, с заранее насторожёнными глазами, заглянул дальше в салон. И — снова удивился при виде лежавшего там мальчишки-эльфа. Кажется, он ожидал увидеть маску наглого новичка. Но сейчас перед ним... Коннор попытался увидеть Лукаса глазами Колина. На матрасе лежал истощённый до последней степени мальчишка, с желтоватой от отравы ками кожей; с глазами, которые трудно открыть...

— Это кто? — прошептал Колин, помогая Коннору встать.

— Это Лукас. Настоящий.

Мальчишка-оборотень дураком не был. Сообразил, что Коннор расскажет всё чуть позже. А пока... Тем более Алистир уже обошёл машину и всунулся в салон, оглядывая его, примериваясь к следующему действию, а потом и вовсе вошёл, чтобы ухватиться за матрас с Лукасом. Вставший на ноги с помощью мальчишки-оборотня, отошедший от двери Коннор кивнул Колину, и тот взялся за противоположный конец примитивного средства перемещения.

— Такой лёгкий... — выдохнул Колин, изумлённый уже до крайности.

Наверное, Трисмегист наблюдал за ними из окна, потому что входная дверь в домик уже была открыта, и он придерживал её, чтобы носильщики могли войти.

И Коннор криво усмехнулся, услышав от него недоумённое:

— Кто это, Коннор?

Но повторил спокойно:

— Это Лукас. Он отравлен ядом ками.

— Что отравлен — мы знали, — пробормотал Колин, укладывая свою ношу, поделённую с храмовником, на скамью в кухне. — Но чтобы...

— Колин, пожалуйста. Приведи сюда Селену, — попросил Коннор. — Не по браслету.

А когда мальчишка-оборотень вышел, он жёстко закрыл все браслеты и сказал при Трисмегисте и Алистире:

— Лукасу дали чёрную кровь, благодаря которой он получил силы на иллюзию и на всё остальное. В обмен на моё похищение ему пообещали дать силы для укрепления его рода. Теперь, Трисмегист, расскажите мне, что случилось в деревне.

Когда эльф договорил историю с Лайлой и Камом и быстро ликвидированным пожаром в Тёплой Норе (восстановили происшествие по некоторым следам, да и Лайлу сумели привести в сознание), Лукас на матрасе слабо затрясся от плача:

— Я... не хотел!.. Я не знал... что так будет! Я хотел!..

— Ну и накручено... — пробормотал Коннор. — И что теперь?

Подошедшая к концу рассказа Селена, стоявшая — обнимая его за плечи, задумчиво проговорила:

— Что... Что-то будем исправлять, что-то — пересматривать заново. Уважаемый Трисмегист, вы поможете Лукасу?

— Помогу, — проворчал эльф-бродяга. — Не оставлять же мальчика в таком состоянии. Алистир, помогите мне перенести Лукаса в комнату с библиотекой. Мои друиды заявили сегодня, что они быстрее придут в себя среди своих друзей, так что комната свободна.

— Мама Селена, ты иди к ребятам, — несколько смущённо попросил Коннор, — а я останусь здесь ненадолго. Я только хотел, чтобы ты знала... Ладно?

Она только вздохнула и предупредила Трисмегиста:

— Колин обмолвился, что будет нужна помощь. Не буду слишком самонадеянной, если приглашу сюда Бернара?

Трисмегист скептически заглянул в комнату с Лукасом, но подумал и ответил:

— Думаю, его помощь будет кстати.

А когда Селена вышла из домика, Алистир быстро шагнул к Трисмегисту:

— Помощь Бернара будет не просто кстати. Оставьте Лукаса на попечение целителя. А сами займитесь Коннором.

— Что ещё... — снова заворчал эльф.

Коннор молча подошёл к входной двери и осторожно открыл её.

— Ушла, — констатировал мальчишка-некромант и обернулся к Трисмегисту, подняв перед ним перемотанную бинтами кисть: — Мне нужно, чтобы вы правильно сложили кости пальцев. Вы это сумеете. Быстрое исцеление я себе обеспечу.

У Колина перехватило дыхание.

— Мы все... знали... Думали, что только кожа... Но мы не знали, что он настолько... — И с ненавистью оглянулся на комнату, куда поместили Лукаса.

Коннор несколько секунд смотрел на мальчишку-оборотня, а потом шагнул к нему — Колин как раз обернулся. Шагнул и взялся левой рукой за форменную курточку Тёплой Норы на груди младшего брата. Крепко стиснул ткань в кулаке. Поначалу удивлённый, Колин притих. Как притихли и изумлённые взрослые эльфы.

— Ты можешь злиться на него из-за Тёплой Норы. Из-за надышавшейся дыма Ирмы. Из-за девочек-эльфов и Кадма. Из-за всех последствий того, что он согласился на моё похищение. Но не из-за меня. Колин, ты понял?

— Убери руку, — тихо велел мальчишка-оборотень. — Ты мне брат. Но без объяснений я не приму твоего... отношения к нему.

Мальчишка-некромант, не мигая, смотрел ему в глаза, а потом странно ухмыльнулся:

— Лукас — моя добыча. И как я её получил — это было моим решением. Остальные объяснения получишь позже. Сейчас я бы хотел вернуть себе подвижность пальцев.

И расслабил кулак, отпуская ткань куртки.

На этот раз Колин промолчал, лишь разок сощурил глаза на тёмно-сиреневое пламя на среднем пальце Коннора... Трисмегист с понятным облегчением взял со стены встроенный в неё шкафчик, вынул из него пакет с плохо видимым содержимым и велел Коннору пройти во вторую комнату домика. Алистир остался при нём в качестве ассистента.

Мальчишка-оборотень потоптался немного на месте, всё-таки растерянный, а потом нашёл себе занятие: вышел в сад и стал ждать появления Бернара, чтобы объяснить ему, почему Трисмегист занят с Коннором, а потому старому эльфу-целителю надлежит поспешить к абсолютно незнакомому мальчишке-эльфу со знакомым именем...

...Селене тоже было не по себе. Узнать Лукаса в этом почти скелетике — сложно. Но оставался голос, пусть почти шёпот, однако узнаваемый, когда он мог говорить по одному-двум слову вслух. Она по привычке зашла в гостевой кабинет, а когда поняла — почему, выходить не хотелось. Как и их личные комнаты (считая веранду), кабинет оказался вне досягаемости для дыма. В нём было тихо и спокойно. Кухню и столовую она с детьми, с прибежавшими взрослыми: Амандой, Хостой и Каисой — отмыли. Маги в лице Ривера и Лотера пообещали избавить эти помещения от запаха дыма за пару часов.

Она придумала капитальный ремонт, пока на улице сухо. Но действия магов ввергли её в сомнения. Может, подождать до лета? Дети слишком потрясены прошедшей ночью, а значит, делать надо что-то такое, чтобы они хотя бы не зацикливались на происшествии. С чего начать?

"Селена! Мы скоро будем дома!" — ворвался во внутреннее пространство голос Мирта.

"Мы — это кто? — с привычным сарказмом спросила она, обрадованная, что её переключили с упорных мыслей о доме на иное. — Вся старшая школа?"

"Именно, — подтвердил Хельми. — Мы обратились за помощью к Чистильщикам. Добежали бы сами, но кое-кто из ребят всё ещё мучается с горлом".

"Про Коннора уже знаем", — объяснил Мирт.

"А про Лукаса?"

"Тоже. Наши все уже знают".

"А почему вы так рано..."

"Мы сплоховали, — повинился Мирт. — Так хотели обрадовать ребят, что Коннор дома, ну и рассказали всё. А Вереск... В общем, школу-то мы отстояли..."

Слышно было, как мальчишка-эльф едва удерживается от нервного смеха. Ещё бы. С одной стороны — радость, что Коннор нашёлся. С другой... Селена представила, что мог учудить Вереск, и по спине мурашки побежали.

"Мирт! — встревоженно позвала она. — А школа точно в порядке? Может, вы от меня что-то утаиваете?"

"Хельми же рядом, — миролюбиво сказал мальчишка-эльф. — Он его нашёл по течениям дикой магии, взял за шкирку и окунул в пентаграмму Нейтрализация магии. Такая под силу только драконам... Ну, может быть, и Коннору. Всё. Вереск мог себе там бушевать сколько угодно, но его силы оставались в его же личном пространстве..."

"А что будет, когда Вереск увидит Лукаса-а..." — протянул юный дракон.

"Если он его узнает", — точно так же задумчиво протянула Селена.

"Это как?!" — в два голоса спросили братья.

"Лукас, которого вы видели вчера — это сплошная иллюзия".

"Подтверждаю, — раздался в личном эфире голос Колина. — Сейчас он всего лишь полудохлый заморыш, в котором вчерашнего Лукаса вряд ли кто узнает".

"Иллюзия... — осторожно попробовал Мирт слово на вкус. — Но с такой силищей? Откуда она у него?"

"Заказчики похищения постарались", — вздохнула Селена.

"И что теперь с ним делать?"

"Сначала вылечить. Вы не забыли, что наши оборотни нам сказали в пригороде? Его отравили и выбросили в реку. Если учесть, что его настоящее телосложение кардинально отличается от того, что мы помним, есть возможность, что он будет очень долго выздоравливать. Лёгкие отравлены и ядом ками, и проглоченной им водой, причём очень холодной. Так что там ещё и воспаление прогнозируется".

В личном пространстве воцарилось молчание. Затем Мирт с сомнением спросил:

"А где он сейчас?"

"Коннор решил, что ему сейчас лучше побыть у Трисмегиста. Его оставили в комнате с библиотекой".

Снова молчание. Затем — голос Хельми:

"Взять Вереска снова за шкирку и отвести его в домик эльфов, чтобы он глянул, кого он собирается утопить в одной из двух своих каверн".

"Думаете, этого будет достаточно, чтобы обезопасить Лукаса от наших на некоторое время?"

"На время, пока Космея оклемается, — хмыкнул Хельми. — К тому же времени Лукас выздоровеет и сумеет продержаться, пока она его лупит!"

"Ну вы и придумать!" — от души оценила Селена.

"А что? — спокойно спросил Мирт. — Ты же понимаешь, что надо бы во всём разобраться, а потом уже что-то делать".

"Кажется, в нашей беседе мы вернулись к тому, с чего начали. Что с ним делать", — заключила хозяйка места.

"А зачем нам об этом думать? — раздался вопрос Колина. — Коннор же сказал, что Лукас — его добыча. Пусть сам и думает... Он же лучше знает..."

В той тишине, что наступила, Селена отчётливо прочувствовала обиду в словах мальчишки-оборотня.

В разговор снова вступил Мирт. Очень осторожно.

"Что случилось, Колин? Ты обижен".

"Переживу", — равнодушно сказал мальчишка-оборотень. И ощутимо пропал из личного пространства братства — закрыл все браслеты.

"Селена, ты знаешь?.. — спросил обескураженный Мирт. — Коннор и Колин... чего-то не поделили?"

"Нет, не знаю, — покачала головой Селена, сама удивлённая. — Может, Коннор сам скажет, чем обидел Колина?"

"Ладно, скоро будем дома", — вздохнул Хельми.

"Мальчики, мальчики, подождите! — заторопилась Селена. — Скажите честно — школа в рабочем состоянии?"

Она явственно увидела, как Мирт и Хельми переглядываются, решая, как ответить. Затем Мирт-"дипломат" неожиданно вежливо ответил:

"Селена, не волнуйся. Завтра мы едем в школу как обычно".

"Спасибо и на этом", — пробормотала она и тоже закрыла браслеты.

Коннор очень хотел, чтобы она ушла. Значит, сейчас она к нему подступиться с вопросами не может. А потому... Надо заняться важными на сейчас делами. Так что... Она выскочила из кабинета и понеслась на второй этаж Тёплой Норы — проверить, с чего начинать работу в продымленных комнатах ребят.

...Ирма влетела в домик философов кометой, готовой разнести всё на свете на своём пути, если её не впустят в дом. Но едва перескочила порог от входной двери в маленькую прихожую, как чья-то каменная лапа схватила её за плечо, а вторая — за живот. Не успела опомниться, как её резко вздёрнули кверху. Сунули чуть не под мышку и явно собрались в таком виде выйти из домика.

— Маленькая барыш-шня, — обратился к ней насмешливый голос, наверное, единственного существа, которого она боялась по-настоящему. — Куда вы так с-спешите? С-сегодня с-сюда вс-сем вос-спитанникам Тёплой Норы вход вос-спрещён.

— Простите, уважаемый Колр! — пискнула Ирма, и её не спеша опустили на пол. — Я Колина ищу! — И вытаращила честные глаза. — Он мне так нужен! Так нужен!

— Колин пока занят при Трис-смегис-сте. Я передам твою прос-сьбу к нему, Ирма. А пока возвращайс-ся к с-своим.

Девочка-оборотень снова переступила порог на улицу и садом, медленно, с мрачной задумчивостью пошла к Тёплой Норе. Переговорный браслет Мики оказался кладезем информации, как только волчишка научилась достаточно полно пользоваться им. Но такой информации она не ожидала услышать! Уже все в Тёплой Норе узнали о виновнике несчастья в доме и похищения Коннора. И все ненавидели этого Лукаса, посмевшего нарушить их чудную жизнь в деревне. Зато Ирма, которая теперь знала про это дело больше всех, поразмыслив, решила, что обязательно отлупит этого негодяя, не дожидаясь исцеления Космеи. И не просто отлупит, а навредит ему не меньше, чем он Тёплой Норе.

А её взяли — и выставили из дома, где прятался этот... мерзавец!.. Волчишка любила интересные слова, всё равно — относились они к учёбе или к жизни. Слово "мерзавец" ей очень нравилось, оно оценивало существо во всей его негативной красе.

Шагая к Тёплой Норе, пиная по дороге камешки из заиндевевшей грязи, она мучительно размышляла, как отомстить Лукасу, пока не пришла к замечательной идее.

Для исполнения этой идеи ей понадобится только одно существо. Если уж наказывать Лукаса, то так крепко — чтобы запомнил на всю жизнь, что Тёплую Нору трогать нельзя! Правда, мельком вспыхивали в головушке волчишки мысли о том, что взрослые сами должны найти решение, как наказать мальчишку-эльфа. Но ведь протянут, а потом... Мало ли что будет потом... А Нейша до сих пор плачет — так её напугал этот вредина. А бедная Космея до сих пор лежит на кровати с синячищем и с больной рукой. А Кадм... впрочем, мальчишка-друид уже бегает. Он сам себя целить умеет здорово. А вот ещё более несчастная Лайла... Ирма вспомнила лицо девочки-тролля, замедлила шаг и уселась прямо на садовую тропинку — поплакать. Навзрыд. От души.