Он бежал, как на стометровку, время сейчас решало многое. Пробежав за ближние скалы, он удовлетворенно выдохнул и перешел на привычный, более медленный экономный бег. Теперь успеет, здесь не так далеко.
Подобравшись поближе к почти отвесной скале и воровато оглянувшись, мальчик тихонько свистнул. Никто не отозвался. Он свистнул второй раз, погромче. И почти тотчас же, бесшумно выпрыгнув из гущи зарослей, перед ним возник большой и ловкий зверь. Казалось, он просто материализовался из воздуха: не дрогнула ни одна ветка.
— Вариш! — мальчик ласково погладил густую жесткую шерсть.
Животное склонило мохнатую голову и тихонько заворчало, теснее прижимаясь к человеческой руке.
Тэд называл своего любимца для краткости собакой, хотя тот больше походил на помесь волка и леопарда. Они познакомились полгода назад, когда Тэд, пересекая по своим делам глухие заросли местного кустарника, неожиданно наткнулся на труп самки. Около нее, совсем без сил, лежал, тихонько поскуливая, умирающий от голода и жажды недавно родившийся детеныш. Наверное, он уцелел только потому, что местные хищники, наученные горьким опытом, старались обходить окрестности купола стороной.
Тогда Тэду, с грехом пополам, с помощью сильно разведенного консервированного молока, удалось его выкормить. Детеныш рос быстро и дальше все стало намного проще: он рано начал есть сырое мясо. Теперь молодой зверь, несмотря на свой юный возраст, был ростом почти со взрослого самца. Он уже начал охотиться самостоятельно, хотя по-прежнему жил в стае. Однако мальчика не забывал и всегда прибегал на его зов, если конечно оказывался рядом. Ареал охоты стаи был довольно велик, они перемещались по поверхности планеты вслед за многочисленными местными травоядными, служившими основной добычей.
В его обществе Тэд чувствовал себя в относительной безопасности и мог беспрепятственно предпринимать настоящие дальние вылазки. Фарлангов, как называли этих хищников зоологи, большинство местных животных не без основания опасались. Они были настоящими бойцами и учуяв их запах, другие звери предпочитали обойти грядущие неприятности стороной.
Он махнул рукой и зверь послушно побежал впереди. Тэд пошел вслед за ним. Сначала он хотел дойти до дальних скал, но теперь понимал, что это вряд-ли получится. Времени оставалось не так много. Полчаса прогулки и придется поворачивать назад...
Когда, расставшись с Варишем, Тэд был уже недалеко от купола, он решил спрямить путь. Преодолев скалу, он вдруг очутился у широкой трещины, из которой слышались негромкие голоса. Видно в щель было плохо, но он разглядел стенку купола, вентиляционное отверстие которого выходило в небольшой провал. Если хорошенько прислушаться, то можно было даже разобрать слова. Постояв немного, Тэд хотел осторожно отползти, но тут вдруг услышал свое имя и навострил уши.
— Как только закончим тестовые прогоны, твоего Тэда придется эвакуировать. Мы и так немного отстаем от графика. Три реактора в кольце практически готовы.
Это говорил старший мастер, по имени Синг.
— Приказ начальника строительства, готовься. Думаю, ребята управятся максимум за неделю, так что можешь заказывать катер.
— Да я и сам знаю, — отец досадливо отмахнулся. — Но ведь это чистой воды глупость! Какая разница, где топливный блок? По-моему, в глубине, да еще за защитной капсулой реактора, он намного в большей безопасности, чем когда валяется на складе.
— Согласен с тобой, Питер, на все сто процентов. Но правила, к сожалению, придумываем не мы. Мы их выполняем.
Синг постучал пальцами по столу.
— Парень сильно расстроится, — вздохнул отец. — Да и нам с женой было с ним повеселее, хотя хлопот он за это время доставил немало.
Тэд недовольно скривился. Какие хлопоты?
— Ну, вот видишь. Согласись, что так будет лучше для всех. Давай-ка еще раз пройдемся по графику...
Поняв, что больше ничего интересного не услышит, Тэд, стараясь не производить шума, тихонько отполз назад. Конечно, подслушивать не хорошо. Но с другой стороны, как же ему тренироваться? Он же должен уметь неслышно подкрадываться к врагам и узнавать их секреты. Да и полученная информация оказалась довольно ценной. У него в запасе осталось всего несколько дней, не больше. А сколько еще всего надо успеть!
3
Ульрих внимательно разглядывал карточку. Имя, начертанное на ней, было ему не знакомо, но немного напоминало имя того веласса, который не прибыл на встречу. Так что кое-какие мысли у него в голове появились. Но не более.
— Просите, — сказал он.
Вошедший в номер невысокий веласс, еще довольно молодой — насколько можно было понять землянину, остановился в центре комнаты и вежливо поклонился. Это было довольно необычно. Насколько знал Ульрих, велассы редко выполняли чужие обрядовые действия. Затем не спеша выпрямился.
— Присаживайтесь, — гостеприимно сказал Ульрих на космолингве и показал в сторону специально приготовленного ложа.
Веласс благодарно кивнул и неторопливо сел. По-видимому, неторопливость была его личной привычкой. Насколько знал Ульрих, обычно велассы были более живыми в общении.
— Чем могу служить? — вежливо спросил он.
Веласс некоторое время молчал, собираясь с мыслями. Ульрих не торопил его. Он уже разглядел сложный узор на черепе собеседника и родовой знак на роскошной тоге, так что понял, почему именно к нему пожаловал инопланетный незнакомец.
— Прежде всего, разрешите представиться полностью, — сказал наконец веласс. — Меня зовут Мархх Гарр-Кой. Я — младший брат Мархха Гарр-Лори-Коя.
— Ульрих Варгартен, — представился в ответ землянин. Да, его догадка оказалась абсолютно верной.
— У меня к вам дело, которое обязательно должно быть исполнено. Это ритуальная просьба моего старшего брата, который умер около цикла назад.
— Я был с ним знаком? — для порядка вежливо спросил Ульрих. Неприятная новость: умница Лори-Кой, на которого он возлагал столько надежд, покинул этот мир.
— Видимо, да, — ответил веласс. — Это следует из списка поручений, которые он мне оставил. Просьба связаться с вами стоит на первом месте.
Ульрих наклонил голову в знак сочувствия.
— Разрешите высказать вам мое искреннее соболезнование. Он умер неожиданно? Это была какая-то болезнь или несчастный случай?
Веласс опять надолго замолчал.
— Нет, — ответил он наконец. Чувствовалось, что ему не хочется отвечать, но долг требовал ответа на подобные вопросы. — Он... решил сам уйти из жизни. Извините... мне не хотелось бы сейчас касаться причин, по которым это произошло.
— Конечно, — ответил Ульрих, поглядывая на веласса. — Это ваше законное право.
— Его просьба содержала важное условие — ни в коем случае не лететь на Землю, а встретиться с вами в каком-либо другом месте. Это явилось причиной того, что я так долго не мог выполнить ее.
Он достал из кармана небольшой сверток и положил на стол. Потом степенно поднялся.
— Брат написал, что у вас могут возникнуть вопросы. Я остановился в этом отеле и пробуду здесь до отхода вашего корабля.
— Благодарю за визит, — Ульрих тоже встал в ответ. — Если вопросы появятся, я постараюсь задать их как можно быстрее, чтобы зря не задерживать вас.
Веласс мотнул сложно бритой головой.
— Ритуальная просьба — очень важная вещь, — тихо сказал он. — Никто не вправе не исполнить ее. Я пробуду здесь ровно столько, сколько понадобится.
4
Было раннее и по местным понятиям прохладное утро, когда они без всякой помпы стартовали с пресловутого грузового причала. Мастодонт, на котором они расположились, против ожидания даже не без некоторых удобств, находился в самом хвосте длинного каравана.
Полет длился недолго. Прошло совсем немного времени и весь косяк внезапно замер в воздухе, недовольно покачиваясь. Когда их рабочая лошадка стала довольно быстро опускаться, путешественники поняли, что пришло время вставать на собственные ноги.
Хар помог спуститься своему спутнику, передал обе сумки и легко спрыгнул сам. Под громкое недовольное гудение они быстро отбежали на безопасное расстояние и чудовище тут же взмыло в воздух, становясь в строй. Секунда — и весь караван, стремительно набрав скорость, исчез за ближайшим холмом.
— Нам кажется туда, — осмотревшись сказал Олвин, показывая рукой налево, где возвышалось несколько невысоких, лысых холмов и среди них один, с неестественно белой, отблескивающей на солнце верхушкой. — Если я правильно понял нашего благодетеля.
Хар согласно кивнул. Ориентир невозможно было перепутать, второго такого холма в пределах видимости не наблюдалось. Оба закинули сумки за спины и дружно зашагали вперед.
Местность была вполне проходимой, однако удобной назвать ее можно было с большой натяжкой. Дорога почти сплошь была усыпана булыжниками разных размеров, хрустевшими под ногами. Иногда попадались и довольно крупные обломки, так что приходилось внимательно смотреть под ноги. К тому же путь, хоть и не круто, вел вверх. Становилось жарко, и пока они добрались до подножия холма, оба взмокли и единогласно решили передохнуть. Тем более, что теперь особо спешить было некуда.
— Вы, наверное, смогли бы в случае нужды управиться и с этим грузовиком, да, Пол? — неожиданно спросил Олвин, когда они удобно расположились в теньке. Хар, который был занят тем, что внимательно осматривал окрестности, покосился на своего спутника. Если это ирония, подумал он, то их отношения, несомненно, сделали шаг вперед. Да, без всякого сомнения. Руки за головой, на губах играет довольная улыбка. Видимо, близость долгожданной цели привела Олвина в благодушное настроение. Хар достал комм и мельком взглянул на него. Вокруг было чисто, так что вполне можно было немного поговорить.
— Нет, — ответил он.
— Странно... Я почему-то был уверен в положительном ответе. Вы меня немного разочаровали.
— Увы. Я, к сожалению, не всемогущ.
— Не огорчайтесь. Вы еще молоды, у вас все впереди.
Хар посмотрел на Олвина и тот заметно смутился.
— Простите.
— Ничего. Просто у этой штуки нет ручного привода. Они управляются дистанционно, нейросетью. Однако при нужде можно кое-что придумать.
Он махнул рукой, привлекая внимание Олвина.
— Зачем вам понадобился комм? — спросил тот.
— Это не простой комм... Сейчас он сообщает, что мы можем некоторое время достаточно свободно поговорить. У вас в папке было что-нибудь важное?
— В моей папке? — Олвин недоуменно посмотрел на Хара. — А причем здесь это?
— Вирус.
Суть Олвин схватывал быстро, в глазах сразу появилось понимание.
— Вот оно что... Вы не ошибаетесь?
— Нет. Без всякого сомнения. Так было что-нибудь?
— Кажется, ничего особенного, — Олвин наморщил лоб.
— На лайнере не встретили знакомых?
— Нет, — Олвин уверенно помотал головой. — Я бы узнал, у меня хорошая зрительная память.
— Рад за вас. Так вы точно уверены, что ничего важного не было?
Олвин кивнул.
— Такие вещи я всегда стараюсь держать в голове. Особенно после одного случая...
— Похвальная привычка, — заметил Хар, намеренно не обращая внимания на его оговорку. — Постарайтесь поступать так и впредь. Не хотите поделиться, почему так рвались сюда?
Олвин немного помялся.
— До меня дошла информация, что в здешнем центре несколько раз наблюдались случаи, похожие на те, какие были у нас, в земном центре. Я говорю о дублировании данных. Я сразу понял — такое совпадение не может быть случайностью. Я просто зубами выбил себе командировку.
— Вам мешали? Кто именно?
— В первую очередь, директор института, — Олвин улыбнулся. — Полагаю, это случайное стечение обстоятельств. Моя подозрительность не распространяется так далеко, я не параноик.
Хар хмыкнул.
— А что было на Земле?
— Несколько лет назад брат возглавил новое направление: активные трансформы. Я начал работать вместе с ним.
— Вы с братом, наверное, довольно разные? — предположил Хар.
— Вам не откажешь в аналитическом складе ума, — Олвин слегка усмехнулся. — Брат старше меня на пятнадцать лет, он человек исключительных способностей. И как всякая незаурядная личность, фокусирует внимание только на том, что его интересует. Остальное для него просто не существует. Меня судьба наградила гораздо скромнее. Но все говорят, что я педант до мозга костей. Там, где не хватает способностей, я пытаюсь взять упорством.
— Да вы просто описываете мой портрет, — слегка улыбнулся в ответ Хар. — Не находите? Может, это нам с вами следовало родиться братьями?
— Возможно, — Олвин тоже улыбнулся в ответ. — Так вот, методика опытов обычно следующая: практически всегда после проведения экспериментов образцы уничтожаются, за очень редким исключением. Разница только в том, что компьютерные модели удачных опытов заносятся в память сети на длительное хранение, а информация о неудачных после анализа и систематизации через некоторое время стирается.
— Вас что-то насторожило?
— Да. Информация о некоторых опытах оказывалась в обоих отделениях архива. Через некоторое время она, как неудачная, стиралась и несоответствие исчезало. Таких случаев было немного, но когда я заметил, что данное явление повторяется, я сразу пошел к брату.
Хар внимательно слушал, продолжая незаметно изучать Олвина. Казалось, тот не слишком волнуется во время своего рассказа. Перегорело?
— Брат передал данные внутренней службе безопасности и выкинул их из головы. Было проведено расследование, обнаружили ошибку в программе. Ответственного программиста просто уволили, так как никаких доказательств злого умысла обнаружено не было. Но через некоторое время работа брата закончилась катастрофой. Случился прорыв в экспериментальном блоке. Погибло несколько человек и в том числе тот самый начальник службы безопасности, который руководил расследованием инцидента. Брат взял всю вину на себя и добровольно ушел в отставку.
Хар знал об этом случае, перед полетом он внимательно просмотрел документы.
— Он очень сильно переживал, почти все погибшие были его близкими друзьями. В результате случился серьезный нервный срыв. После лечения не могло быть и речи о возвращении на прежнюю работу. Я виделся с ним перед отлетом. Увы, теперь это совсем другой человек, бледная копия того, прежнего, блестящего и эрудированного специалиста. Катастрофа отбросила исследования в этом направлении далеко назад.
— А к каким выводам пришли вы?
— Отобранная серия экспериментов, если она попала в чужие руки, позволяет продолжить работы в довольно специфической области, к тому же мало интересной землянам.
— Значит, инопланетный заказчик. Неплохо... Есть доказательства?
— К сожалению, чисто умозрительные. Но абсолютно ясно другое: для осуществления подобной акции нужны очень большие средства. Я боюсь их оценивать, но это не может быть частное лицо.
Хар убрал комм.
— Нам пора. Боюсь, что второй случай поговорить без помех может представиться не так скоро. В центре я не советовал бы вам особо откровенничать.
Олвин молча кивнул.
— Пошли? — Хар встал и взял сумку. Олвин поднялся вслед за ним.
