Инкуб в личном пользовании

— Не утрируй. Можно было просто поговорить, — блондин порозовел.

— Я не поняла, вы что, знакомы? — вклинилась Ирина.

— Да, — рявкнула я, — знакомы. И да, Саш, ты мне нравился. Еще раз извиняюсь за свою наивность и непроходимую глупость. Все. Точка, — встала, подхватила клатч. — Спасибо за приятный вечер. Вынуждена откланяться, — ехидно попрощалась я.

— Стой, я провожу, — Саша тоже вскочил из-за стола.

— Не стоит. Я прекрасно доберусь сама. Если ты помнишь, я недалеко живу, — с этими словами развернулась и быстро направилась к выходу, не сомневаясь — как и в прошлые разы догонять не будет. Традиция.

Получила пальто и спустилась в гараж. У закрытой машины Влада никого не было. Со злости пнула со всей дури по колесу. Машина замигала всеми огоньками, но не издала ни звука. Я же взвыла не хуже сирены — изящные туфельки не приспособлены к таким экспромтам.

— Ну и зачем пинаешь? — дверь с моей стороны открылась, а меня аккуратно взяли на руки и усадили на сиденье. — А если ногу повредишь?

— А я думала, ты меня за машину ругать будешь.

— Ну что машина — механизм и механизм. Ее починить можно, и ей не больно, — теплые руки стянули с ноги туфлю и без труда разорвали капроновые колготки до колена.

— Ты испортил мне колготки.

— А ты испортила себе ногу, — мне демонстративно ткнули в наливающийся синяк на большом пальце.

— Моя нога, что хочу, то и делаю, — я попыталась забрать у демона свою ступню.

— Угу, кто б спорил, — теплые губы нежно коснулись кожи в месте ушиба.

— Ты что делаешь? — вмиг осипшим голосом только и могла спросить я.

— Лечу твой синяк, — по ноге разлилось тепло, а боль стала утихать.

— А по-другому нельзя?

— Я ж говорил, так проще. Ну, вот и все, — действительно, никакого намека на следы ушиба.

— Спасибо. Только как я теперь в таких колготках? Прям жертва насилия, — я поболтала в воздухе ногой.

— А ты их вообще сними. В машине тепло. Я отвернусь, — на мой возмущенный взгляд.

— Да чего ты там не видел, — пробурчала я, пытаясь сидя стянуть колготки с себя. Для этого пришлось задрать платье повыше. Демон внимательно следил за процессом, не подумав выполнить обещание. И только когда я их уже сняла и поправила платье, до меня дошло: — А ты что, их починить не можешь?

— Могу.

— Тогда какого я лешего... — меня захлестнуло возмущение.

— Просто хотел полюбоваться процедурой, — стоит, руки в брюки и улыбается.

— Ах ты... — я запустила в него колготками. — Демон ты!

— Конечно. А их я сохраню на память, — и спрятал покалеченный предмет одежды в карман.

— Ты — фетишист, — но мне уже самой было весело.

— Куда поедем?

— Домой. И, надеюсь, ты меня там покормишь.

— А что тебе там, — Влад качнул головой в сторону ресторана, — поесть мешало?

— Не что, а кто. И вообще, ты вкуснее готовишь.

— И что только женщина не скажет, чтоб самой у плиты не стоять.

— Да, мы такие, — всю дорогу не отводила от него глаз. Сегодня, только сегодня я позволю себе быть в тебя влюбленной. А потом ни на миг не забуду, что мы можем быть только друзьями. Влюбилась я в Сашу один раз, влюблюсь и во второй. Я так решила.

Теперь осталось себя в этом убедить.

* * *

30.12.2013

Голова болела и отказывалась встречать утро, глаза не открывались, во рту было сухо. Неожиданное ноябрьское солнышко, настойчиво щекочущее лицо, сегодня было как никогда некстати. Стремясь от него скрыться, я попыталась зарыться под подушку и не сдержала стон, когда что-то в моей голове, судя по тяжести к мозгу не имеющее никакого отношения — нет у меня столько, перекатилось и гулко стукнуло в затылок.

— Хватит стонать. Ты мне спать мешаешь.

— Иди в баню. У меня башка болит, — сказала, а потом поняла, кому. В общем-то, даже и не заволновалась. Наличие на себе одежды я ощущала, а протянув руку под одеялом, проверила степень раздетости Влада.

— Хватит меня домогаться, — демон неверно оценил мои поглаживания по спине и чуть ниже.

— Я еще не начинала. Мне и говорится-то с трудом, — но конечность с привлекательной "чуть ниже" убрала. — Ты, вообще, что тут делаешь?

— Пытаюсь спать, — с неохотой разлепив глаза, я разглядела лежащего на животе и отвернувшегося к стене демона.

— Это я уже поняла. Почему у меня?

— Потому что ты так сказала, — даааа?! Мало того, что демон, оказывается, послушный, так еще и не помню этого момента. А вообще, что я помню? Поездку домой — помню, как к Владу домой пришли — помню. Помню еще, когда он ушел на кухню, я тайком выпила коньяка в кабинете — так мне было обидно и тоскливо. А сколько выпила? Не помню. Кажется, потом меня кормили. Наверное. А дальше — как отрезало.

— А что еще я говорила? — если озвучила ему свои вчерашние выводы... Повешусь от стыда.

Демон тяжело вздохнул, отчего мне еще больше поплохело, и повернулся ко мне, опершись на локоть.

— А что, ты могла мне что-нибудь сказать из того, что мне знать не следует? — этот недоделанный психолог угадал причину моих терзаний.

— Нет, — хоть краснею, но вру. — Просто я могла тебя...ммм...домогаться. Я же говорила, как на меня алкоголь действует.

Ну какая несправедливость! Даже только оторвав голову от подушки, он выглядит прекрасно. А когда улыбается... Задержав взгляд на его губах поняла, что хочу с ним целоваться. Даже такая — не умытая, помятая и похмельная. Я его совсем не стеснялась. Может потому, что мы с ним друзья? И, кстати, мы с ним ТОЛЬКО друзья. Поэтому, Лена, соберись.

— Не бойся, — Влад легонько щелкнул меня по носу. — Ты вела себя прилично. Просто уснула. А когда я перемещал тебя на кровать, вцепилась и сказала, что будешь спать только со мной.

— Так и сказала?

— Дословно: "Не уходи. Хочу только с тобой". Я и остался, — боюсь, я имела ввиду не просто "поспать". Хорошо, что Влад не понял, а сама я не была способна внятно излагать мысли.

— Тогда почему ты не выспался? Вся же ночь была.

— Потому что кое-кто сначала спал на мне, как на диване. Даже раздеться не дала. А когда в середине ночи ты от меня отлепилась, стала пинаться, как взбесившаяся лошадь. Так что дай хоть сейчас поспать.

— Да спи ты, кто тебе не дает, — весьма нелогично заявила я. — Только времени сейчас сколько? Солнышко что-то больно высоко.

— Девять часов пятнадцать минут, — как кукушка отрапортовал демон. Ему часы были не нужны. Он всегда знал, который час.

— Блииин, у меня же занятия! — взвыла я и попыталась вскочить, но меня тут же прижали рукой к кровати.

— Лежи уже, болезная. Я сегодня разрешаю сделать выходной.

— Ты разрешаешь, а мне потом Чубакке тему сдавать и задачи решать дополнительно!

— Кому???

— Чубову. Он большой, лохматый и рычит все время, — пояснила я придуманное еще до нас прозвище.

— Не боись, демон я или где? Все будут считать, что на занятии ты была. Все, я сплю, — ненадолго я замерла под придавившей меня рукой.

— Влад, а Влад... — пощекотала его по боку. Зафиксированные руки поднять не получилось.

Задремавший демон недовольно замычал.

— Я не хочу лежать. Я в ванную хочу. И в туалет, — рука поднялась, давая мне свободу.

— Пожалуйста, не трогай меня часа два, — демон зарылся под подушку.

Спустя полчаса все утренние процедуры были завершены. Осталось только решить, чем еще полтора часа себя занять. Спать не хотелось. Хотелось кофе. А так как никуда торопиться не надо, можно сварить натуральный. Но не буду же варить только на себя. Я ж не жмот. Сварила и на Влада.

Посмотрев на турку, пришла к выводу, что пока демон проснется, кофе остынет. Расставила чашечки на подносе и понесла Владу. Ну, жалко же продукт.

У кровати сгрузила все на пол, тумбочки или столика рядом не было.

— Влаад, — я легонько потрясла его за плечо. — Я кофе сварила.

Демон даже не шелохнулся. Так и лежал, спрятав голову под подушку как страус. Я залюбовалась. Спина как у модели с обложки журнала для озабоченных женщин или мужчин с нетрадиционными вкусами (должны же быть такие печатные издания, мне, правда, не попадались). Горжусь собой — вкус у меня безупречный. Вот даже родинка имеется у позвоночника, разбавляя безупречно белую гладкость кожи. Чтоб, значит, совсем ненатуральным не казался. Я тронула ее пальцем. Чуть выпуклая, обыкновенная родинка. Провела пальцем вверх по позвоночнику, потом медленно вниз. Про внешность-то я в фантазиях подумала, а вот душевные качества видно меня в тот момент не интересовали. Не тем думали, гражданочка. И теперь этот красавчик не умеет любить. Хотя... для людей это не редкость.

— Ты что делаешь? — раздался хриплый голос из-под подушки.

— Любуюсь, — смысла врать я не видела. — А еще кофе принесла. Будешь?

— Ты издеваешься... — простонал демон, и простынь, прикрывавшая мужское тело, тихо осела на кровать. Тут же в ванной включился душ. Хорошо быть магом. Даже не надо умываться ходить. Раз — и ты уже под водой.

Я постучала в дверь и крикнула:

— Я бы потерпела твою неумытую физию, а кофе остынет.

— Не остынет, — рявкнули из-за двери. Пожав плечами, отправилась на кухню делать бутерброды. Есть захотелось. Надо снять стресс, а то чье-то тело пробудило во мне очень здоровые и нереализуемые фантазии.

Добавка

Когда я, уже с бутербродами, устроилась на кровати, куда пристроила и поднос с кофе, в дверях появился Влад, на удивление — в штанах и майке.

— Если уж я не заслужил сон, давай сюда кофе.

Молча указала ему на чашки и тарелку — меня мама еще в детстве учила не разговаривать с набитым ртом.

— И что же ты от меня хотела, если выспаться не дала?

— Просто приятное сделать хотела, — демон чуть не подавился и закашлялся. — Кофе в постель, перекусить...

— Аааа... — Влад принялся жевать бутерброд, не глядя на меня. И что такого сказала? Тут осознала, как я его будила. Если он подумал то, что сейчас я... Не сомневаюсь, именно это он и подумал. Но странно, что не стал шутить на этот счет. Вообще, он в последнее время стал более целомудренным, что ли. Если не считать вчерашний поцелуй, то в мою сторону никаких поползновений. Обидно. Успел с другими сравнить и не в мою пользу? Что ж, следует признать, что моя проблема вышла на новый уровень — теперь я готова ревновать его к столбам. А это приводит в свою очередь к выводу — просто так выкинуть демона — искусителя из головы будет сложно, если не невозможно. А нужно ли? Что ж я так на нем крест сразу поставила? Другие чувства он проявляет, глядишь, и на любовь окажется способным. Правда, как мне его заставить не просто полюбить, а именно меня? Цель ясна, а вот как ее достичь... Я уже говорила, что соблазнение мужчин — это не мой конек?

— Влад, у меня серьезный разговор, — бутерброды и кофе уже закончились, и повода оттягивать больше не было. Пока моя решимость не растаяла под жарким солнцем стеснительности надо хоть немного прояснить ситуацию. — Я думаю, нам стоит прекратить всю эту затею.

— Это какую? — голос мужчины был подозрительно спокоен.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Все это охмурение Александра — глупая идея и ни к чему не приведет, — смотреть на Влада я избегала. Почему всегда так — как только понимаю, что мужчина нравится, мне становится сложно с ним общаться. Будто лишний взгляд в его сторону может выдать мои чувства, и подсознательно я боюсь, что они будут отвергнуты. А сейчас даже очень сознательно.

— У тебя есть другая кандидатура?

— Никого у меня нет, — сразу взметнулась я. Взгляд Влада был спокойным и внимательным. — Просто это глупость.

— Раньше ты так не считала.

— А теперь считаю. Любит он в свою Ирину и пусть дальше продолжает. С чувствами нельзя играть.

— И это раньше тебя тоже не смущало. Что изменилось?

— Можешь считать, что я изменилась. Поумнела... или поглупела. Как тебе нравится, — я насупилась. Ну не могу я прямо сказать: "Я в тебя влюбилась".

— Предположим. Только как, позволь спросить, — голос демона приобрел вкрадчивые интонации, — ты тогда собираешься меня вернуть? Я принял твою идею, потому что ты меня убедила в возможности возвращения. И что теперь?

— А теперь я считаю, что это глупо. Не знаю, как ты сюда попал, но уж точно мои любовные отношения с Сашей вернуться тебе не помогут.

— А что поможет? — Влад был спокоен как скала. Лишь губы кривила усмешка.

— Откуда я знаю! — у меня же спокойствием и не пахло. Сидеть на месте оказалось затруднительно, и я встала, прислонившись к шкафу.

— Знаешь, зая..

— Я не зая!

— Да мне все равно, — Влад тоже встал и навис надо мной. Я невольно сжалась. Теперь хорошо ощущалось, что все его спокойствие напускное. — Ты меня сюда вытянула, ты меня и вернешь обратно. И если для этого надо, чтоб ты легла под этого твоего Сашеньку, я лично тебя туда положу, — глаза демона были почти черными. Вот и поговорили. У меня навернулись слезы. О какой любви, о какой даже дружбе тут может идти речь. Он явно притворялся. Просто понял, что так со мной проще договориться. А я напридумывала себе черте что. Нашлась тут Клеопатра. Женщина, блин, роковая.

Слезы не удержала, да и не старалась. Увидев покатившиеся по моим щекам капли, демон вздрогнул и чуть отодвинулся. А я смотрела на него, не отводя глаз, и пыталась понять — неужели я настолько мазохистка, что у меня мечта такая?

Влад, как будто не веря в происходящее, вытер слезинку с моей щеки большим пальцем. Глаза его стремительно светлели. Он шагнул от меня к окну и отвернулся.

— Извини меня, — это было столь неожиданно, что я даже прекратила плакать. — Я не хотел тебя обидеть. Просто разозлился, и с языка сорвалось.

— Да, с людьми такое бывает, — не все еще потеряно, если он может признать свои ошибки.

— Я — не человек. И со мной такого раньше не было.

— Значит, я на тебя дурно влияю. Извини, сейчас приду, — кто-то может и умеет плакать красиво, а лично у меня нос соплями забивается. Поэтому надо до ванной дойти.

Высморкавшись и немного успокоившись, поняла — таки да, я мазохистка. И дура. Но его высказывание ему простила. Потому что понимаю — взбалмошная девчонка, которая сегодня хочет одного, а завтра другого, может взбесить кого угодно. Да еще без нормальных объяснений. Ну и что? Идти признаваться? Или?..

Не ищу я легких путей. Не способен мой мозг на это. Простота — удел гениев. А мы привыкли все больше переулками да тупичками перебиваться. Поэтому план меняем: во-первых, делаю все, чтобы Саша в меня не влюбился, а лучше — чтоб на дух не переносил; а во— вторых, за это время надо показать демону, что у нас тоже не плохо, а рядом со мной — так вообще хорошо.

В комнате Влад все так же пытался найти что-нибудь интересное за окном.

— Вопрос можно? — демон неопределенно дернул плечом. Я расшифровала это как — валяй, задавай свои вопросы. — Тебя в твоем мире ждет кто-нибудь?

Влад молчал. Я уж думала — не ответит.

— Не знаю. Наверное, только сын, — опля! Вот такого я не ожидала.

— А его мама?

— Я же тебе рассказывал, как у нас строятся семейные пары. У нас с ней хорошие отношения, но она меня уже давно не ждет, — неужели в его голосе сожаление от этого факта?