Отчетный период.

После прочтения это пункта блондины синхронно недовольно скривились и вздохнули. На мое все улучшающееся настроение это никакого воздействия не оказало. С чего это я должна себя виноватой чувствовать если они свои же Законы плохо знают? Я между прочим и без двенадцати мужей обошлась бы! Могли бы сразу меня домой отправить, а не твердить Испытания, равные условия, отчеты!

Видимо наблюдать мое безмятежное лицо особого удовольствия мальчикам не доставляло. Поэтому последний пункт был прочитан быстро. Почти скороговоркой. Хотя и достаточно внятно.

— Для лиц состоящих в неполном браке и подпадающих под действие Специального Уложения 9074HN49TX/BLP7, прекращение брачных отношений (развод) осуществляется в том числе и при отсутствии полноценных сексуальных отношений. Обряд проводится непосредственно в день обращения, но только при неукоснительном соблюдении означенными лицами пункта 6 данного Уложения — "О налаживании взаимоотношений" подразумевающего наличие не менее чем двух попыток близкого общения, и соблюдении в неполном браке прочих положений Закона.

Звучало все это конечно зубодробительно, но чес слово, я наверное и первое серьезное признание мне в любви со стороны понравившегося мальчика слушала с меньшим удовольствием, чем это высказывание!

Удовлетворенно кивнув забрала листок с тезисами, танцующей походкой прошла к своему креслу, села, блаженно закрыла глаза и расплылась в искренней широчайшей улыбке.

Ну что — жизнь-то налаживается! Просто пообщаться я совсем даже не против!

Чувство эйфории охватившей меня было настолько велико, что было непонятно, чего хочется больше — то ли расплакаться, то ли рассмеяться во весь голос и станцевать победный танец. Впрочем, сейчас, я наверное, даже победный клич папуасов с биением себя кулаками в грудь готова была исполнить! Даже жаль, что воспитание не позволяет настолько некультурно себя вести. Да и атмосфера неподходящая. Не думаю, что муженьки, вновь активно шелестящие страницами книг, меня правильно поймут. А создавать о себе впечатление как об умалишенной, с учетом того что они похоже и так не очень высокого мнения о моих умственных способностях, не хотелось.

Избавившись от висевшей надо мной подобно дамокловому мечу перспективы добровольно-принудительного секса смотреть на жизнь с присущим мне оптимизмом стало заметно проще. И воспринимать происходящее, как одно большое приключение тоже. Кто-то проводит отпуск на красном море, или на далеких островах, кто-то едет мир осмотреть и себя показать, кто-то на горных лыжах кататься, а я вот в другой мир угодила. Вполне себе достойная замена туристической поездке в какую-нибудь экзотическую страну.

Охватившая меня эйфория не уменьшилась даже вполне себе здравой мысли о том, что пока я в этом чужом мире только и видела — кусок леса (ничем от нашего не отличающийся) и несколько комнат с коридорами. Это же ведь дело-то поправимое?

Мне ведь никто не мешает шашлычки на ближайшей опушке устроить, в бассейне в свое удовольствие поплавать, или отоспаться за весь предыдущий год. Впрочем, думаю, и о паре-тройке экскурсий по близлежащим окрестностям можно будет с блондинами договориться.

Эх... хорошо-то как!

Главное, только не откладывая в долгий ящик узнать, как (в соответствии со всеми здешними законами) я должна заявлять о том что мои морально-религиозные нормы не позволяют двенадцать мужей иметь. А уж потом можно будет и о развлечениях думать.

Разгулявшееся воображение, уже начавшее было в красках рисовать мне предстоящие десять дней безмятежного отдыха, оказалось в самый неожиданный момент прервано вежливым покашливанием, раздавшимся над моей головой.

Нет, вот что за люди (или не люди) — даже помечтать спокойно не дадут!

Открыв глаза увидела одного из охранничков, вопросительно посмотрела, мол чего тебе, и услышав вопрос надолго зависла не зная что ответить. Откуда же я знаю, какие мне драгоценные камни еще кроме брильянтов нравятся, если их в руках-то практически никогда и не держала!

Видимо, состояние ступора, в которое я впала, было столь явно написано на моем лице, что меня даже не беспокоили пару минут. И только затем повторили вопрос еще раз.

Все-таки я трусиха и перестраховщица. Все же не зря мне об этом в школе одноклассники твердили, когда я категорически отказывалась сбегать с уроков, мотивируя это тем, что потом классная родителей вызовет. Потому как, вместо того чтобы обрадоваться (ну не просто же так такие вопросы ребята задают?), и выдать единым списком все припомнившиеся мне названия (рубины, топазы, изумруды, сапфиры и так далее), я решила перестраховаться (мало ли зачем они Энциклопедию читали!). И, прищурившись, самым подозрительным тоном, на который в столь радостном настроении была способна, спросила:

— А вам это зачем знать?

Теперь уже завис задавший вопрос блондин, правда, ненадолго. И выдал безумно "информативный" ответ:

— Надо.

Блин, это он нарочно или специально?! Мог бы объяснить, что зачем и почему! Я, конечно, и сама уже додумалась, что не только командиру передо мной извиняться придется, но догадываться это одно дело, а знать — совершенно другое!

Да и устала я за эти дни любую информацию из них буквально выцарапывать (могли бы и сразу свои законы посмотреть!). Поэтому из чистой вредности продолжила общение в столь же минималистичной манере.

— Все.

Вот пускай, как хотят, так и понимают. Я лично в любом случае в обиде не буду.

Не знаю, удовлетворил ли мой ответ его любопытство или нет, но, кивнув в ответ, мужчина вернулся к своему напарнику и тихо-тихо с ним о чем-то заговорил.

Мог бы и не шептать! Больно мне надо чужие разговоры подслушивать (если честно, то о чем они там говорили, мне было интересно, но увы, как ни старалась сделать это так и не получилось).

После минутного разговора между собой, оба белобрысика по-английски покинули помещение, оставив меня в недоумении — им же вроде как приказали рядом со мной неотлучно находиться!

Впрочем... а кто сказал что я здесь должна как привязанная сидеть?

Буквально за пару секунд сняла ботинки (порадовавшись, что когда собиралась на поиски муженьков не стала их плотно зашнуровывать) и на цыпочках подошла к двери и чуть-чуть ее приоткрыла. В зоне моей видимости никого из парней не наблюдалось, а судя по их звуку шагов и голосам (раздававшимся из коридора, ведущего к библиотеке) мальчики решили пообщаться с остальной частью своей команды. Осторожно, по стеночке (чтобы не заметили раньше времени), проследовала за ними.

Немного подумала перед библиотечной дверью — открывать или нет. С одной стороны — очень хотелось узнать, по какой такой причине меня оставили в одиночестве. А с другой, почему-то вспоминалась пословица про некую Варвару, которой нос на базаре оторвали.

Через пару минут известное женское любопытство победило. Вот только, уже протянув руку к ручке, я расслышала приглушенные дверным полотном голоса быстро приближающиеся (судя по их увеличивающейся громкости) ко мне.

Желания быть застуканной на месте (пусть и не преступления) у меня не имелось никакого. Посему пришлось в срочном порядке ретироваться обратно.

Судя по тому, что стоило мне только повернуть за угол, дверь в библиотеку громко хлопнула, сделала я это весьма вовремя.

Буквально влетев в гостиную, бросилась к своему месту дислокации. Афишировать свою "разведдеятельность", мне не очень хотелось.

Однако сделать вид, что во время отсутствия двух моих нянек, я как пай-девочка сидела на одном месте и ждала, пока они вернутся, увы, не получилось.

Впрочем, в этом я была сама виновата. Могла же, когда снимала ботинки поставить их аккуратненько сбоку от кресла — могла. Сама оставила их валяться на подходах к нему — сама. Значить и в том, что запнулась об один из них и весьма неаккуратно растянулась на полу во весь рост тоже только моя вина. Хотя от этого конечно не легче.

Хорошо хоть ничего попутно не снесла, лоб и прочие части тела не расшибла (а то представляю, что мне на это один гад беловолосый бы сказал), да и вообще умудрилась сделать это практически бесшумно. Во всяком случае, в коридоре точно никто расслышать звук моего падения не должен (если у них слух конечно не как у летучих мышей).

Вот только времени подняться и усесться на свое место у меня уже не оставалось, потому как дверь в гостиную начала открываться.

Упс...

Представив, что обо мне подумают застав в таком виде, сгруппировалась, встала на четвереньки и с самым независимым видом заглянула под ближайший диван.

Дождалась, пока вошедшие, обнаружив мое местонахождение, приблизились (судя по услышанным звукам шагов) и, предварительно грациозно прогнув спину (подражая потягивающейся кошке — в строгом соответствии со словами тренера по аэробике), подняла голову. По-прежнему стоя на четвереньках, изогнулась и так лениво-лениво, будто нехотя посмотрела — и кто же там пришел?

Пришли оказывается все. Точнее весь твеллинг во главе с командиром. И теперь все двенадцать мужиков как завороженные смотрели на некую часть моего тела... ту самую, которая пониже спины. Тем более, что поза в которой я находилась и брюки, весьма плотно ее обтянувшие, этому весьма способствовали.

Стоявший ко мне ближе всех командир и державший в ладонях небольшую деревянную шкатулку судорожно сглотнул, и, видимо, чисто инстинктивно попытался сжать руки в кулаки. Причем совершенно забыв о том, что на данный момент сделать это у него не получится. Ларчик в ответ на его действия жалобно скрипнул и слегка перекосился.

Зеленоглазик немного пришел в себя и попытался посмотреть мне в глаза.

Я слегка повела плечами (пытаясь их приподнять в молчаливом вопросе — чего тебе, старче, надобно?), провокационно действующая на мужчин часть тела абсолютно непроизвольно вильнула из стороны в сторону, и взгляд блондина вновь вернулся к ее созерцанию. Такой очень-очень сосредоточенный и быстро темнеющий.

Стало немного не по себе, а в душе потихоньку начала разгораться паника. На такую реакцию я не рассчитывала!

Чувствуя, что еще немного и скрыть свои эмоции мне не получится, не найдя лучшего выхода, решила немного поиграть в страуса. А именно, вновь заглянула под диван.

В ответ на эти действия раздался такой дружный, слитный полу-вздох, полу-стон.

Под диван захотелось уже не просто заглянуть, а полностью заползти.

Вообще-то, я не специально так изгибалась, просто желания не было перед блондинами падение ниц изображать, вот и делала все так медленно-медленно, а в результате и получилось, что еще и эротично (честно — не хотела!). Вот только поняла как это смотрелось со стороны, я только после того, как стоны-вздохи муженьков услышала.

Эх...

Сзади раздалась сделанная командиром (таким хриплым и сдавленным шёпотом) команда: "Подержи!" Затем какое-то шебуршание и приближающиеся ко мне вплотную шаги.

Как-то вычитанная в тезисах информация о собственной неприкосновенности стала казаться не совсем достоверной. Может, у них и исключения из исключений бывают?!

Захотелось зажмуриться. Сделать это не успела, что, впрочем, и хорошо. Потому как на расстоянии не более десяти сантиметров от меня возникло лицо командира.

Он внимательно посмотрел вначале на под диванное пространство, затем на меня и еще раз под диван. Не обнаружив в результате тщательного осмотра ничего, что могло привлечь мое столь пристальное внимание, с огромным недоумением буквально воззрился на меня.

Списать свое поведение на поиски закатившейся неизвестно куда ручки было точно невозможно (впрочем, и на утреннюю гимнастику тоже). Слегка нахмурилась, вспомнила, что лучшая защита это нападение, и выдала:

— Да вот, проверяю, как тут у вас полы моют.

После чего, решив, что такого объяснения моим поступкам с него хватит, слегка попятилась назад (попутно вполне осознанно прижавшись своей грудью на пару секунд к его плечу), и собралась принять вертикальное положение.

Встать, правда, не успела. Потому как вместо того, чтобы удовлетвориться моим ответом, кое-кто, как и я, стоящий на четвереньках, решил уточнить зачем мне это потребовалось?!

К счастью на этот вопрос (благодаря попавшему мне на глаза моему же зимнему ботинку) ответ уже имелся.

— Как зачем? У меня же обуви кроме ботинок-то не имеется! Но они же зимние и теплые, и если в них постоянно ходить, то ногам жарко становится! А в носках неудобно — ноги по полу скользят. Вот и решила проверить насколько тут чисто и можно ли босиком передвигаться?

Блондин нахмурился, посмотрел на мои ступни. Еще раз заглянул под диван. Правда, вопросов о том, почему чистоту полов я именно так проверяла, задавать не стал. А жаль... я бы ему с удовольствием прочитала одну из любимых лекций моей бабушки о том, как нужно наводить в доме порядок и когда он считается идеальным.

Не вставая с четверенек, протянул руку и взял мой ботинок. Внимательно его осмотрел, зачем-то потрогал искусственную овчину внутри него, заметно посмурнел. Встал, вручил мою обувку одному из находящихся поблизости подчиненных. И...

Вместо того чтобы помочь мне подняться, этот невоспитанный тип развернулся ко мне спиной (причем специально встав так, чтобы перекрыть остальным членам твеллинга возможность меня видеть!) и начал интересоваться, кто из них отвечал за заказ для меня предметов гардероба.

Слушать, стоя на четвереньках, кто там из них прав, а кто виноват, не хотелось. А поднимать меня никто, похоже, и не собирался. Ладно-ладно — я все вам еще припомню!

Конечно, я еще в первый день начала подозревать, что назвать блондинов настоящими джентльменами будет очень большим преувеличением. И сейчас имела просто изумительную возможность в этом убедиться.

Хотя я и не являлась профессиональным историком, и знания о галантных кавалерах больше черпала в любовных романах, а не в первоисточниках, все же оставалась трезвомыслящей особой, а посему неплохо понимала степень достоверности имеющейся у меня информации о том, как в действительности вели себя галантные кавалеры ... НО! В том, что настоящий английский лорд эпохи Регентства, являясь моим мужем, точно не оставил бы меня стоять на четвереньках (а, как минимум, предложил бы свою помощь!), была свято убеждена.

А этот же тип вел себя как будто так и надо! Вот жеж!

Пришлось самостоятельно и, несмотря на то, что никто на меня особенно и не смотрел, как можно более грациозно (по мере своей возможности, конечно) принимать вертикальное положение.

Бесцеремонно пододвинула в сторону блондина, все еще разглогольствующего о том, что входит в понятие обеспечения меня всем необходимым, и проследовала к своему креслу.

Усевшись, осмотрела гостиную и заметила, что количество мужей в ней заметно уменьшилось (на 4 штуки). Причем вместе с белобрысиками куда-то исчезли оба моих ботинка. О том, что обувь мне велика на пол размера (специально так брала — с расчетом, чтобы их можно было обуть на толстый носок) оставшимся в комнате парням решила не говорить. Только слегка мстительно подумала, что нечего чужие вещи без разрешения брать! Да и вообще — могли бы сразу нормальную домашнюю обувь мне выдать. Так что пускай лишний раз побегают.