Саята. Заря иных богов.

Велимир дёрнулся, как от пощёчины, и гневно сверкнул глазами.

— Следи за словами, моя прекрасная, я не могу вечно быть добрым и милым.

— А зачем тебе притворяться? — не осталась в долгу я, — ты ведь вообще не дружинник! Я даже понятия не имею, кто ты! Но, почему-то должна выслушивать оскорбления, терпеть твоё повышенное внимание и периодически становиться твоим ужином!

— Ну, ужином в наших отношениях сегодня был я! — почти прорычал тот, продолжая сверкать глазами.

— И не надо мне напоминать про это! — почти прокричала я.

— Сая!

— Не зови меня так!!

— Не указывай мне, девочка!!!

— Да какая я тебе девочка!? Я восемь лет была Жрицей Бога!!! Управляла целой деревней! Гоняла княжеских дружинников!!! Какая, к демонам, девочка!!??

— Сая, не зли меня, поверь, ты не готова к последствиям!!!

Сказано это было таким тоном, что я невольно сжалась и испуганно выдохнула.

Велимир глубоко вздохнул и медленно сел на место.

— Ты невыносима, — он открыл дверцу экипажа, который, как оказалось, давно уже приехал.

Я поторопилась покинуть его, радуясь свободе, как никогда в жизни, и побежала к себе.

Быстро пересекла трактир, взлетела по лестнице и захлопнула за собой дверь. Чего точно не хотелось — так попадаться хозяевам на глаза. Не сейчас, не тогда, когда так испугана.

— Не думал, что в княжестве есть место, где сотнику личной охраны Кнесинки требуется разрешение на вход. Представь моё удивление, когда таким местом оказалась твоя спальня, — вполголоса заметил Ярослав, стоя у окна ко мне спиной.

— Ты — сотник? А я думала, ты начальник стражи... — растерялась я, даже забыв испугаться его наличию в комнате.

— Было довольно странно спрашивать разрешение на посещение твоей комнаты у постороннего мужчины, — усмехнулся Ярослав, не замечая моего вопроса, — что это? Личные интересы? Родомир глаз положил?

Я промолчала, не зная вообще, что на это ответить.

— Ты больше не служишь Роду.

Я вздрогнула и развернулась к нему.

— Я никогда ему и не служила, — тихо заметила.

— На тебе был знак его принадлежности, — Ярослав, наконец, развернулся ко мне, — когда я уезжал...

И он тут же замолчал, всматриваясь в меня, словно впервые видел.

— Я ничего об этом не знала, — я пожала плечами, — Храм принял меня, как носителя силы, но доступа к знаниям так и не дал.

— Где ты была? — вдруг перебил Ярослав, не отрывая от меня глаз.

— Я...

— С кем ты приехала? — чуть резче спросил мужчина и сделал ко мне шаг.

— Тебя это никак не касается, Ярослав! — зашипела я, — я уже давно не маленькая!

— Докажи сперва, что подросла умом, а не только телом! — жестко ответил тот.

— Мы оба знаем, что это бесполезно! — вскипела я.

— Я рад, что ты адекватна в оценке в себя!

— Да как ты смеешь!

Я не заметила, как сжала ладони в кулаки, вокруг которых начали виться потоки силы.

— Ты заявляешься, вся возбуждённая, привезённая к трактиру неизвестно кем и до макушки накачанная энергией! — медленно и с какой-то внутренней злобой заметил Ярослав, — и спрашиваешь "как я смею"?!

Я опешила, затем покачала головой.

— Ты не понял, это...

— От тебя фонит силой! — грубо перебил меня мужчина.

Я осторожно подошла к нему и обняла себя за плечи.

— Ярослав, успокойся. Если ты выслушаешь меня, я объясню, что случилось. Но мне трудно с тобой всё время спорить, — я вдруг замолчала и тихонько всхлипнула, — я только приехала, а на меня уже столько всего навалилось! Мой авторитет здесь ни гроша не стоит, все кричат, ругаются или пытаются мной тайно манипулировать. Я постоянно впутываюсь в какие-то истории. Ничего не знаю про этот город, но уже имею на шее двух сестёр и брата. Мне сложно... а тут ещё ты, вечно недовольный...

Ярослав молчал, не предпринимая попыток ни успокоить, ни отстранить.

— Ярослав? — тихо позвала его.

Парень вздрогнул и отошёл от меня к окну.

— Ты знала, на что шла, — только и ответил он.

Я не нашлась, что на это ответить. Я просто стояла и хватала ртом воздух.

— А теперь скажи мне, как ты ощущаешь свою силу? И давно ли заметила изменения?

* * *

Изображение девушки в трактире развеялось, и пространство мозаикой сложилось в прежнее состояние, являя Его взору просторы бескрайней вселенной.

Высшее Существо — истинный вид которого нам не дано осознать своим ограниченным разумом — несколько дней наблюдавшее за маленькой человеческой девушкой, в этот момент выдало странное пространственное колебание, которое у простых смертных обозначало бы нечто вроде "Хммм..."

В ответ на это колебание пришла другая, далёкая волна, несущая в себе общий смысл вопроса "Ты уверен?".

И эфир ненадолго затих, колеблясь тревожным молчанием...

* * *

Саята.

Заря иных богов.

Часть II. Стольный Град.

Глава 1. Мой голос. Стольный град.

Я стояла, как громом поражённая. Что? Как я ощущаю свою силу? Это что, такая защитная реакция? Он не слышал, как я только что душу изливала?

— Саята! — Ярослав встряхнул меня, заглядывая в глаза, — Где ты витаешь? Я задал вопрос.

— Предпочла пропустить его мимо ушей.

Я отошла от него, всё ещё недоверчиво хмурясь. Боже, и этого человека я хотела о чём-то просить? Ради него ехала в такую даль? О чём я думала?

— Саята, я понимаю, ты сейчас занята анализом и самокопанием. Пойми, моё время не вечно, я итак ушёл со службы ради тебя! Будь добра, вернись к разговору!

Я тебе сейчас вернусь!

— Странно.

— Что? — переспросил он.

— Странно. Я ощущаю свою силу странно. Изменения есть, но я их не фиксирую. Просто поняла, что мне даётся больше, чем раньше. Откуда эти знания — понятия не имею. Началось всё с твоего отъезда, продолжается до сих пор. К Жрицам пойти не могла — сам понимаешь, а Ведающих в нашем захолустье не было. Вот, разбиралась потихоньку сама. Ещё вопросы? — закончила и почти с враждебностью посмотрела на него.

Мне показалось, или в его взгляде что-то промелькнуло? Неужто не так безразлична, как он хочет, чтоб я думала?

— У меня тоже самое. Но в моём распоряжении была читальня и архивы Кнесинки, как только я дослужился до личной охраны. Так что разобраться с силой мне было легче.

— И какой у тебя сейчас уровень? — невзначай спрашиваю.

— У нас он равнялся бы уровню Мастера.

Я только тихо присвистнула.

— Не знаю как, но мне кажется, сила досталась нам от...

— Не надо, — перебила его. Сама уже не раз отгоняла от себя подобные мысли.

Посмотрела на него. Как сильно он изменился! И как, в то же время, похож на себя прежнего. Почему он так холоден со мной?

— Мне нужно идти, — вырвал из размышлений его голос.

— Что, даже не будешь спрашивать, где я была и что делала?

— Лучше дождусь отчётов своих подчинённых. Менее эмоционально, больше по делу.

— Следишь за мной? — позволила себе улыбнуться.

Всё-таки не безразлична.

— В Столице потенциальный мастер, не осознающий своих возможностей, — он замолчал, позволяя мне осознать формулировку, — ни Жрицам, ни Ведающим по сути нечего тебе противопоставить. К тому же одному Богу известно, что ты натворила во время пути и что притащила в наш город.

— И давно веришь в Бога? — не смогла не уколоть.

Признаться, от шока даже не нашлась, что ещё сказать.

— Это просто выражение. Не более.

Он развернулся и пошёл к двери.

— Ярослав! — голос звенел силой. От обиды, но ему этого знать не нужно.

Он остановился. И пусть стоял ко мне спиной, я чувствовала, как он напряжен. С чего бы это? Но я решила продолжить. Слишком много всего он разрушил во мне своим безразличием.

— Ярослав, — повторила, звон в голосе словно усилился, — посмотри на меня.

Я видела, как он борется. Точно с приказом. Видела, сколько в нём силы, но также видела, что он проиграет эту битву. Я не знаю, откуда у меня эта власть над ним, не знаю, откуда этот звон в голосе, но чувствую, что он не в силах мне сопротивляться.

Он обернулся и посмотрел мне прямо в глаза. Я видела, как зрачки его расширились, во взгляде полыхнула ярость и... удивление, а его дыхание... оно изменилось. Грудь поднималась резкими толчками, всё тело было напряжено, как натянутая струна.

— Что. Ты. Делаешь? — выдохнул он, не отрываясь от меня.

— Я хочу, чтобы ты сказал, что чувствуешь, — медленно, чтобы он всё понял, отвечаю.

Вижу, как пытается обрести контроль над собой. Но меня уже несёт. Я не знаю, что это. Я просто чувствую свою силу. Очень чётко. Словно она вырвалась из какого-то кокона и ведёт меня.

Я подхожу к нему. Почему-то знаю, что так он будет более беззащитен передо мной. Он смотрит на меня, его немного трясёт, но когда я подхожу почти вплотную, он отворачивается.

Я вижу, скольких сил ему это стоило, но меня это не устраивает. Не 'ту' меня, которая прожила на земле 24 года, а 'эту', новую, которая вырвалась сейчас. От обиды, от отчаяния, от усталости. Но сейчас Она взяла контроль.

Я поднесла ладонь к его щеке, возвращая его лицо и заставляя вновь посмотреть на меня, — он был слегка небрит, но мне понравилось ощущение от соприкосновения, — и он вновь смотрел. В самую глубину моих глаз. Мне это нравилось.

— Скажи мне, что ты чувствуешь, Ярослав! — сама замечаю, как сильно вибрирует голос, когда называю его по имени — не знаю, что за силу он имеет, но, кажется, ей и впрямь нельзя сопротивляться.

Ярослав начал тяжело дышать, глаза его потемнели. Он тряхнул головой, но наваждение не спало — взгляд его вновь вернулся ко мне. Он словно ел меня своими глазами. Я невольно сглотнула, тогда он резко перевёл взгляд на мои губы. А это ещё что?..

Я уже брала дыхание, чтобы повторить свою просьбу — приказ, когда он схватил меня одной рукой за талию, другой за волосы, и впился в мои губы.

Все мысли махом вылетели из головы. Абсолютная пустота. Только его жесткий хват и мягкие губы.

Я не успела опомниться, как он выпустил меня и вылетел из комнаты.

В голове звенело. Что это было? Почему? Как он справился с моим контролем? И как я вообще им завладела? У меня же не было раньше этой силы! Боже! Каким бы ты ни был! Что сейчас было?

Я не заметила, как перед глазами потемнело, и я без чувств осела на пол.

— Перенапряглась девочка, — голос Благомира доносился как из другой вселенной.

— Что произошло? Она же должна была здесь весь день провести! — это Вира.

И впрямь за меня беспокоится. Приятно.

— Ваш покровитель запретил ей работать в трактире. Она устроилась в Читальне.

— И это там она перенапряглась? Да в жизнь не поверю!

Кажется, кто-то напрашивается на подзатыльник.

Я постаралась открыть глаза. Не получилось. Осознание произошедшего накатывало волнами, мысли роем закопошились в голове.

Почему я упала в обморок? Такого за мной не водилось, не неженка. И так, чтобы в голове звенело, так тоже было только... стоп!

И постепенно картинка начала складываться.

Он поцеловал. Ярослав меня поцеловал! Он мало того, что выбрался из-под контроля, который я неизвестно как приобрела, так ещё и смог меня выпить! Да-да, выпить! Это, оказывается, очень даже возможно! За одну неделю это происходило уже третий раз! И, похоже, в столице эти знания в свободном доступе, если я чего не путаю, потому что и Велимир и Ярослав преспокойно забирали мою энергию, и каждый раз это было через контакт! Руки, ладони, губы — всё это прикосновения, позволяющие дестабилизировать энергетический фон! Интересно, а на расстоянии это возможно?

Все мои знания здесь подвергались жесточайшей проверке; то в чём я была уверена абсолютно, оказалось неверным и ошибочным! Как можно присвоить чужую энергию? Энергию, принадлежащую чужому источнику? Это же совершенно другая величина, её нельзя просто впитать и пойти дальше! Это как таблица химических элементов, которые если и могут сочетаться, то при определённых условиях и очень аккуратном, терпеливом и бережном подходе!

Ага, а как можно управлять голосом?..

Я задумалась. Либо в этом мире что-то меняется, либо я выхожу на какой-то новый уровень. Но как-то слишком резко. Неужели и впрямь засиделась в своем захолустье? Так, что даже речь деревенскую присвоила и мыслить стала ограниченно?

— Проснулась, девочка, вон как мысль на лице отражается! — усмехнулся Благомир.

— Саята! Ты меня слышишь?

— И слышу, и чувствую, Вира! Не тряси мою руку так сильно, она же отвалится! — я открыла глаза и приподнялась на локтях.

— Я принесу травяного отвара, — хозяин трактира отошёл от кровати и остановился у самых дверей, — что передать Родомиру?

— А зачем ему что-то передавать? — я искренне удивилась.

— Так это он тебя на кровать перенёс, когда понял, что с тобой что-то не так, — пояснила Вира, поправляя подо мной подушки.

— А как это он понял, что со мной что-то не так? — я посмотрела на Благомира, но тот только хитро прищурился и пожал плечами. Ага, знаем мы эту манеру. Сила спит, значит? — передайте ему мою благодарность. Но пока я не хочу, чтобы меня беспокоили.

— Передам... а говорила, что не боишься, — уже закрывая за собой дверь, пробормотал хозяин.

— Это он о чём? — Вира вновь начала дёргать за руку. А я так краской залилась...

— Как прошёл твой день? И почему ты одна? Где Липа? Про Михая можешь не спрашивать, он устроился на обучение, и видеть его можно будет только в учебном корпусе во время перерыва, — быстро перевела тему, чтобы она не прицепилась с вопросами.

— Про Михая знаю — Благомир уже успел рассказать, — отмахнулась Вира, — всё ж таки брат Ведающей. Да и слухи здесь распространяются, скажу тебе. Липа на недельном испытательном сроке — я заезжала на обратном пути за ней, тогда и узнала. Там у них целый квартал для Ведающих — их так много, оказывается! — несколько зданий соединены внутренними дворами, переходами и парковыми зонами! В одних — проходят занятия, в других — комнаты для жилья! Оказывается, уже несколько лет со всего княжества сюда съезжаются претенденты на звание Ведающей! И, представляешь, к обучению допущены даже мужчины! Так что Липу ждать не следует как минимум неделю. А если пройдёт испытания — домой будет возвращаться по выходным!

Всё это Вира выпалила на одном дыхании. Я даже улыбнулась:

— А у тебя-то как? Почему не торопишься рассказывать?

Девушка промолчала. А я нахмурилась — что ещё случилось?

— Саята, а ты когда-нибудь видела Жриц? Настоящих? — поправилась она, когда я уже хотела съязвить.

— В детстве. К нам в город захаживала одна. Но помню смутно, а что?

Вира смотрела на меня во все глаза.

— Как же ты столько лет притворялась?

— Ну, кое какая литература в Храме была мне доступна. Да и деревенька у нас, я скажу тебе... — я не закончила под пристальным взглядом Девы Зеленогорья.

— Я даже не буду это комментировать. Похоже, твои деревенские и впрямь тебя любили, раз терпели столько лет, — она покачала головой, а я рассердилась.

— Вира! Мне надоели эти разговоры! Сколько можно обсуждать моё вынужденное служение? Там ситуация так сложилась!