Чертов Викинг наших дней

— Что? Куда падать? Эй, подожди... — закончить фразу Леська не успела. Антон с силой сжал ее руку, и девушка судорожно вдохнула, впиваясь ногтями в его запястье. Магия шла через нее как река, как пламя, рвущееся вверх, затапливая мысли как и не было их вовсе. Леська не знала, как он это делает, но старался он вовсю. Сашка, раскрыв рот, смотрела на яркие красные сполохи, срывающиеся с Леськиных пальцев и разлетающиеся по витиеватой траектории — проходя через "проводник" магия Чертова Викинга становилась видимой не только хозяину, но и всем остальным. Сам автор зрелища надеялся про себя, что желающих полюбоваться на фейерверк в данных обстоятельствах поблизости не найдется.

Леська чувствовала, что ее стихия загорелась и тоже стала огнем, тело залил нестерпимый жар, а потом девушка стала терять местоположение нечисти, потому что в том месте, где она была, оказался камень, бездушный, недвижимый, не добрый, не злой, не представляющий никакого интереса. Огненный смерч осыпался хлопьями пепла. Ее руку отпустили. Леська вздохнула и потеряла сознание.

Сашка была готова к тому, чтобы ловить поплывшую подругу. Но не к тому, что ловить придется еще и приятеля. Разомкнув руки, Антон ощутил сильный толчок в виски и на секунду отключился, упав на спину и начав сползать с крыши джипа. Сашка успела впиться Леське в ногу и тут же с возмущенным воплем:

— Аааа, зараза! Я не удержу вас обоих! — схватила Антона за край толстовки, ощущая себя канатом, который перетягивают. Крик привел Антона в чувство, он рывком вернул себя на место. Леська тоже долго не отдыхала — открыла глаза, узрела в кадре звездное небо, елки почему-то кверх ногами, а потом ее втянули обратно на крышу и принялись хлопать по щекам. В темноте застрекотала цикада. По верхушкам сосен прошелестел ветерок.

— Эй, да хватит уже меня лупить, жива я! — возмутилась она настойчивости этих двоих. Кажется, друзья просто воспользовались случаем надавать ей пощечин.

— Так сразу бы сказала, — разочарованно пробурчала Сашка, опуская занесенную в очередной раз руку. Леська хотела что-то съязвить, но нечаянно встретилась глазами с Антоном. Он пялился на нее как-то странно, да и у самой девушки взгляд был не лучше. Леська смотрела на него, понимая, что почувствовала его лучше, чем если бы он целый год рассказывал о себе в подробностях. Может быть, он об этом жалеет? А может быть, он об этом не догадывается... "Интересно, а что он узнал обо мне, пока держал за руку?" Леська смутилась и отвела взгляд.

— Вас, ребята, на День города вместо салюта можно демонстрировать, — проворчала Сашка, все еще ошеломленная увиденным. Ребята не отозвались, молча приходя в себя.

Антон попытался слезть с джипа, но быстро вернулся назад.

— Там грязи по самые... ну вы поняли.

— Надо посмотреть, что с девочками, — Леська медленно села, потерла виски, очень хотелось пить. Во всем теле была такая слабость, что даже комары могли сейчас ее обижать безнаказанно.

— И с нашим начальником и коллегой, которые похоже профукали все веселье, — напомнила Сашка.

Антон лег животом на крышу, ловко просочился внутрь джипа через окно, завел мотор, включил фары. Освещенный участок парка радовал глаз ряской да осокой. Сверху в крышу возмущенно постучали, и Антон помог девчонкам влезть в кабину.

В машине нашлась минералка и коньяк, что пришлось очень кстати. После коньяка Леська повеселела и захотела есть.

— Там сухарики в бардачке могли заваляться, — вспомнил Антон, — Ну-с, сможем ли мы проехать?

Смогли. Пока Леська рылась в поисках сухарей, похоже несуществующих, машина похлюпала по равномерно загаженному пространству, которое еще совсем недавно было ухоженным импортным газоном. Палаточный лагерь больше всего напоминал помойку, только с той же ряской и осокой. Родимый курс сидел с круглыми глазами, не зная, чего еще ждать от негостеприимной темноты. Попутно выяснилось, что начальник и коллега таки пропустили не все веселье, именно их первыми выхватил из мрака свет фар. За их спинами маячил декан и еще половина руководства. Леська сначала не могла понять, почему все так на них пялятся, а потом осознала, что фары джипа — единственный источник света в лагере.

Глеб узнал свою любимую машину сразу же, обрадовался ей и подчиненным.

— Как хорошо, что моя ласточка — вездеход, — было первое, что сообщил он, похлопывая машинку по капоту. Потом он заметил грязные отпечатки подошв и испепелил троицу коллег взглядом, к счастью, не в прямом смысле.

— Машину помоете, — отчеканил он, но на этом конфликт был исчерпан.

Остаток ночи прошел очень весело. Все бродили по базе с палками, перепрыгивая с кочки на кочку и долго тыкая вокруг себя в поисках надежной почвы. Пытались спасти из топи то, что уцелело: палатки, утварь, гитары, одежду, откопать из болотца, в которое превратилась парковка, машины, вернуть освещение... Леська, к своему глубокому удовлетворению, во всем этом не участвовала. У нее подкашивались ноги. Поэтому она просто забилась на заднее сиденье джипа, стянула с себя промокшие джинсы и пыталась поспать. Пыталась безуспешно, потому что то и дело ее будили.

— Эй, Лесь, эгегей! Я нашла твой рюкзак! — сидя на шее Дэна, радостно махала ей Сашка. Дэн стоял по колено в трясине и с каждым Сашкиным восторженным прыжком с обреченным видом погружался все сильнее.

— Кстати, вы теперь должны звать меня "о, сен-сей", — пробурчала Леська и, прежде чем снова отключиться, успела услышать ехидное "Размечталась!".

— Держи, — раздалось сквозь сон. Возле машины возник Чертов Викинг и протянул Леське половину шоколадки. Вторую половину он грыз сам. Шоколад хорошо восстанавливал силы, затраченные на колдовство.

— Ларина, где Ларина?! — в очередной раз ее разбудили крики Оксаны. Староста деловито прохлюпала мимо джипа, не догадавшись заглянуть в окно. Леська поглубже зарылась в сиденье.

Только с рассветом отдыхающие и оздоровляющиеся смогли оценить реальный масштаб катастрофы. Нет, вопреки паническим воплям, звучавшим ночью, посреди базы не зияла воронка от метеорита, и постройки не дымились в руинах. Но вот грязи было столько, что впору открывать грязелечебницу. Сатиры и нимфы перестали быть белыми. Теннисный корт хлюпал болотной жижей. Палаточный лагерь выглядел как поле великой сечи, только что воронье не кружило.

— Вот и закончился День здоровья, — резюмировала Сашка, озирая пейзаж. Но она ошибалась. Кто-то должен был привести базу в первоначально цветущий вид, и по мнению ректора этим должны были заняться патриотично настроеные студенты. К патриотично настроеным он относил всех студентов без исключения.

Леську безжалостно выдворили из машины ранним утром.

— Извини, — сообщил ей Глеб, — я б тебя забрал, но тут сейчас в сотый раз ваше поголовье пересчитывают, и если ты исчезнешь — будут проблемы.

Глеб не зря стремился свалить как можно раньше — ему отнюдь не хотелось объяснять, как получилось, что на его машине по базе катались студенты. Услышав, что всех оставляют драить статуи и ворошить тину на газонах, Антон вдоволь поржал, со словами "Как хорошо, что я не студент!" прыгнул в машину к Глебу, и оба радостно укатили.

— Ненавижу, — только и произнесла им вслед Леська. Двое товарищей по несчастью согласно кивнули.

Глава 6. Чертов Викинг раскрывает карты

После насыщенных событиями майских праздников Леська взялась за статью о болотниках. Собственного опыта теперь было навалом, осталось изложить его в какой-нибудь удобоваримой форме — ну, например, как фантастический рассказ — и втиснуть в очередной номер еженедельника. Дойдя до описания того, как она нашла богарта под землей, Леська впала в задумчивость, потом набрала в "аське" Антону:

"И все-таки, почему у меня получилось его найти?"

Антон сидел за своим столом у нее за спиной, но обращаться к нему в реале было бесполезно, потому что он как всегда был в наушниках, и там что-то ревело на полную громкость.

— Потому что ты ищейка, — неожиданно вслух ответил Антон, снимая наушники. Коллеги непонимающе уставились на него, но Антон, ухмыляясь, смотрел на Леську.

— Это как? — уточнила она, не оборачиваясь.

— Ты можешь находить магические сущности: нечисть, артефакты — то, что имеет магическое происхождение. Ищейка ты слабенькая, искать можешь только по предмету, иначе ты б определила, где богарт, еще в лесу, до того, как его увидела, — добавил Антон и пояснил: — А нашла ты его, потому что у тебя была его грязь — часть его магии.

Леська переварила информацию, потом спросила:

— А это хорошо?

— Да о чем вы, в конце концов?! — взвыла Сашка. Леське пришлось пояснить, в итоге предмет ее особых способностей был вынесен на всеобщее обсуждение, хотела она того или нет.

— И всё же, всё же... в честь чего, интересно, Леську внезапно надарили такими данными... — задумчиво протянул Дэн. — Ты же раньше ничего такого за собой не замечала?

— Это ты какие данные имеешь в виду? — ехидно переспросил Антон. Леська мигом подыграла — гордо выпятила грудь и приосанилась. Дэн покраснел и заорал на нее:

— Сдуйся! Я не объемы твои имел в виду.

— Кто здесь говорит об объемах? — в дверь заглянула массивная тушка Глеба, который с утра бегал по кабинетам, решая вопросы грядущего ремонта их этажа.

— Мы говорим, — по инерции вякнул Дэн, — только не...

— А о чьих же?

— О Леськиных, — Дэн пытался выкарабкаться из разговора, но язык бежал впереди мыслей, и ему это не удавалось, — только не о...

— А что там не так? — искренне удивился Глеб. — Там вроде всё нормально, что спереди, что сзади...

— Спасибо, Глеб! — просияла Леська.

— Да за что, — пожал тот плечами, — ты этих дураков не слушай, им любого охаять как конфету съесть, — Глеб с осуждением посмотрел на порывающегося оправдаться Дэна и исчез, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Понятно? — Леська поучительно покачала пальцем в воздухе. — Хамье из вас растет.

— Тьфу на тебя! — оформил наконец-то мысль Дэн.

Если до этого компания хихикала, то теперь заржала звучно. Отсмеявшись, народ посерьезнел и вернулся к искомому.

— И все же: как-то это неожиданно прорезалось, — рассуждала Сашка.

— Может, Леська становится великим магом? — ввернул Дэн.

— Да, я такая! — пафосно выдохнула Леська и продолжила уже нормальным голосом: — Народ, вы чего?! А не могло это быть случайно? Просто случайно! Да кому вообще это нужно?!

Ответил ей Антон после долгого молчания:

— Нууу... есть сообщества магов, которые сделали уничтожение нечисти профессией. Любой нечисти. Им очень нужны ищейки... Но я не вижу тебя на этом пути.

Леська тоже себя там не видела. Если была возможность, она предпочитала договариваться, а не воевать. И дело даже не в том, что зачастую она не была уверена в победе, скорее даже уверена в противоположном... Просто большинство проявлений волшебства ее восхищали, не в тех конечно случаях, когда это была темная яростная сила, родившаяся, чтобы убивать.

"Значит, нужен мне тот талант, как дыра в новом мосту", — подумала Леська. Антон потянулся за пачкой бумаги, и она заметила на его руке пять синяков, по размерам как раз подходящих к пальцам. Парень перехватил ее взгляд и усмехнулся:

— Ну что, повторим при случае?

Леська разглядывала его, в который раз пытаясь понять, что ее в нем так притягивает. Почему ему не пришлось даже уговаривать. Повторить? Куда она денется...

— Да щас! — вслух ядовито прошипела она, показывая напарнику средний палец. Антон только засмеялся.

* * *

Чуть позже в курилке Глеб предложил Антону:

— Если она ищейка, попроси ее найти некроманта. У тебя же есть его шнурок, — тут Глеб фыркнул, несмотря на серьезность ситуации, его неизменно веселил факт поиска по обрывку шнурка.

— Не получится, — с сожалением сказал Антон. — Она может искать только сверхъестественное. А он обычный человек.

— Угу, только некромант, — хмыкнул Глеб.

— Неважно. Если б у нас был предмет его магии, то можно было бы попробовать. Но у нас сам знаешь... Рано мы химеру убили...

Оба замолчали, нелестно думая о Князе темных и его некачественных ловушках.

Глеб растягивал сигарету, не спеша возвращаться в офис.

— Слушай, ты же оборотень, какого же ты куришь? — вдруг поинтересовался Антон. — Ты ж нюх отобъешь.

— Нервы, — просто ответил оборотень.

* * *

Нервам Глеба жизнь подкидывала одно испытание за другим. Не успел личный состав толком оклематься от приключений с богартом, а точнее от уборки нескольких гектаров пересеченной местности, как в здании, где редакция арендовала офис, грянул давно и с нетерпением ожидаемый Глебом ремонт. Нет, он и раньше шел там, ни шатко ни валко: красились стены в коридоре, в окне периодически мелькали какие-то люди — то ли маляры, то ли штукатуры, настилался новый линолеум, но большинство обитателей офиса 403 оказались не готовы к тому, что в одно прекрасное утро ремонт прикатится непосредственно в их уютное гнездо.

— Какого черта?... — вопросила Леська, переступая через ведро с краской. Она только что пришла на работу и в первую секунду не узнала родной кабинет. Вся мебель была отодвинута от стен к середине комнаты. Помещение и раньше не радовало простором, теперь же лезть к своему компу ей пришлось по столу начальника.

— Стены будут красить, — пояснил очевидное Дэн.

-У нас же обои.

-Ну не везде же.

Обои действительно были не везде, ими художественно был оклеен только угол Глеба. Остальное выглядело более, чем убого. Леська попыталась представить — хорошо ли будет, если стены засияют новыми красками, а этот угол останется в своем прежнем, достаточно изодранном состоянии, но не преуспела.

Дверца шкафа распахнулась и оттуда вылезла Сашка.

— Так, — пояснила она в ответ на недоумевающие взгляды, — я сложила туда всё самое ценное и теперь забью дверь гвоздями до конца ремонта.

— Самое ценное — это твой мусор из тумбочки? — уточнил Дэн.

Сашка посмотрела на него с жалостью:

— Самое ценное — это пачки чистой бумаги и канцелярские принадлежности. И так все, кто забегает хоть на минутку, сразу тырят у нас ручки, а если тут будут шляться рабочие? Да хорошо если столы останутся!

Антон подошел к шкафу и провел рукой вдоль двери.

— Всё, можешь гвоздями не заколачивать, теперь его никто, кроме меня, не откроет.

— Я бы предпочла, чтобы его не открыл никто, кроме меня, — укоризненно выговорила ему Сашка.

— Не подумал. Да ладно, я ж всегда тут.

— Ну да, — ведьма скептически смотрела на шкаф и размышляла, понадобится ли ей оттуда что-нибудь в течении пары дней, — всегда. Когда ты не у байкеров, не дома, не в другом мире, не в баре или еще где-нибудь...

— Народ, у меня клаустрофобия, — пожаловалась Леська со своего рабочего места. Заставленная с четырех сторон столами, она уже набила синяки на обеих коленках.

— Скандальный вы, маги, народец, — съязвил Дэн. — Чего ты вообще туда лезла, ты что, работать собралась?