В погоне за невестой

Высказав, что хотела, я стряхнула с себя руки Асамина и, наплевав на этикет, ушла.

Гардена была в ярости.

— Эта девка! Как она посмела?! Почему ты позволил ей?! Убей её! Убей эту малолетнюю гадину и забери её силы. Она нам не нужна. Только её сила, только то, чем она владеет. Убей, и выиграешь турнир!

— Мама, ты в своем уме? Что ты говоришь? Не вздумай причинить ей хоть какой-либо вред, поняла? — Асамин тяжелым взглядом смотрел на Гардену. — Я приставил к ней Клинков, так что можешь даже не предпринимать попыток.

— Что?! Ты позволишь этой девке унизить меня? Меня? Свою мать? Ты забыл, что это именно благодаря мне — ты имеешь свои способности. Это только благодаря мне — ты правишь Ихарионом. Это я сделала тебя тем, кто ты сейчас есть. Подумай, сын. Мы можем обставить все так, что никто и не узнает...

— Уходи, мама. У меня нет настроения, чтобы ссориться с тобой. Иди к себе, и приведи себя в порядок до начала турнира. Иначе, что подумают о тебе семьи Собора?

Гардена, злобно зыркнув глазами, ушла, оставив сына одного. Сегодня, её сын разочаровал её. Возможно ли, что он неспроста защищает чистокровную? Может, он влюбился в неё? Что делать, если он подчиниться ей в будущем? Что, если её и правда сошлют? Не-ет, она не для того старалась, чтобы её сын влюбился в эту девку. Ей нужна была только её чистокровная сила, а сама она должна умереть. Только так Гардена сохранит свою власть, и только так она сохранит влияние на сына.

* * *

— Турнир начинается! — громкий голос распорядителя, разнёсся над трибунами, и в ответ послышался радостный шум зрителей, собравшихся посмотреть на соревнования.

Площадка для боёв, была огорожена прозрачным колпаком, чтобы избавить сидящих на трибунах астаров от возможных травм. Народу собралось столько, что они напоминали мне волнующееся море. Ложи для особо важных персон, сияли яркими красками, и выглядели внушительно, даже издали. Посреди этого царства роскоши, предстояло сидеть и мне. Свет солнц слепил, по рядам носились разносчики с угощением, предлагая купить разнообразные сладости и атрибутику соревнований. Флаги Собора гордо реяли над площадью, трепеща на ветру, сворачиваясь, и снова распахиваясь на радость толпе. Участники турнира выстроились в колонну, и приветливо махали руками, вызывая сонм радостных криков. А я стояла, и ждала очереди, чтобы торжественно взойти на свое место, после того, как объявят мой выход.

Как только слова приветствия и представление участников завершилось, советник Ранур, исполняющий обязанности распорядителя от принимающей стороны, прервал гул толпы, призвав всех к тишине.

— Сегодня, для Астарна настали великие дни! Турнир определит сильнейшего! Победитель турнира не только получит бесценный дар — чистокровную, но и сможет побороться за звание Первого Верховного. Так пусть же победит сильнейший!— Он сделал эффектную паузу, и продолжил, — а сейчас, мы представляем вам жемчужину Ихариона! Чистокровную, в которой течет кровь королей! Девушку — обладающую даром четырех стихий! Наитриль ОзурХюрам, кровь Алауна, дочь Рамассу.

Советник Ранур воздел руки к небу, а после низко поклонился, пропуская меня вперед.

Я старалась идти осторожно, чтобы не пропали даром усилия портных. Одежда на мне сверкала и переливалась, отражая свет солнц. Верхнее платье белого цвета, с многочисленной вышивкой, тяжелыми складками спадало до пола, почти полностью скрывая нижнее — яркого алого цвета. Капюшон был широким, но он не прятал мои волосы и лицо, а был закреплен у лба драгоценной заколкой, с яркими красными камнями. По краю капюшона шёл сложный узор, расшитый блестящими красными нитями, а на талии покоилось несколько тонких красных лент, подчеркнувших мою фигуру. Запястья мне так же повязали лентами, только они были синими, символизирующими цвета моего рода.

Гордо распрямив спину, и задрав подбородок, я прошествовала к своему месту, под шквал приветственных выкриков и вздохов. Следом шла бабушка, царственно неся свою голову и строго смотря по сторонам, чтобы заранее отпугнуть особо любопытных. Но её вмешательство и не понадобилось бы, ведь рядом со мной шагали Клинки, облаченные в свои черные одежды, и лучше кого-либо показывающие окружающим мой теперешний статус и неприкосновенность.

Волосы мои распустили, оставив свободно сбегать по спине ярким фиолетовым водопадом. Дойдя, наконец, до своего места я грациозно села, насколько это было возможно в тех тяжелых одеждах, что были на мне. Клики встали за спиной, а бабуля заняла место чуть левее, но тоже рядом.

Площадь взорвалась криками, множество вспышек замелькало, в стремлении поймать миг, и запечатлеть выход одного из главных "призов". Опустив голову, я поморщилась. Как же меня бесит эта ситуация! С каким удовольствием я послала бы их всех подальше, и сбежала с этого "великого праздника".

После моего триумфального прохождения, на наши места, с трибун обратилась тысяча взглядов. Советники, их жены и дочери, сыновья, слуги — все глазели на меня, и мне хотелось спрятаться от их глаз.

Хуже стало только тогда, когда огромная проекция с моим изображением высветилась над площадью. На ней я стояла во весь рост, кроме всего прочего, рядышком светилась крупными буквами вся моя подноготная. Все! Вплоть до размера груди и бедер. И это так взбесило меня, что я готова была завыть от злости. Но, стиснув зубы, терпела и ждала, когда все мои женишки соизволят вдоволь налюбоваться.

А на площади, в это время, так же злился Асамин. Интересно, чья это была идея выставить все прелести Наитриль на всеобщее обозрение? Наверняка, это сделали по указке его матери. Чтоб её! Сугир стоял неподалеку от него, и нахально обсуждал с претендентами Собора фигуру чистокровной, сдабривая все это похабными шуточками, и бросая взгляды в сторону Верховного Ихариона. Рядом с Асамином стоял Кана, и как только правитель сделал шаг в сторону Первого Верховного, остановил его, тихонько шикнув и быстро приведя в чувство.

Асамин хоть и злился на капитана Клинков, но был благодарен за это своевременное вмешательство.

Вскоре, все шутки и разглагольствования стихли, и к колонне участников подошли судьи, с пластинками для жеребьевки. Каждый из участников занес свои данные на пластину, и жеребьевка началась. Пары распределились быстро. Асамину, в пару на первый бой, достался один из дружков Сугира. Этот астар был широкоплечим и натренированным. Полукровка, так же как и он сам, а значит, биться они будут без применения стихий. Длинные волосы соперника были заплетены в множество кос, и завязаны красной лентой. Видно, сынок одного из главных советников Зантара. Парень небрежно поигрывал плетью, и Асамин понял, что свой вид оружия тот уже выбрал. Короткая кожаная туника, с множеством молний, и свободные традиционные штаны, заправленные в высокие мягкие ботинки. По тому как он двигался, можно было без труда определить, что соперник не плох в бою.

Мягкая пружинистая походка, резкие, и в то же время плавные движения. А венцом к его общему виду была самоуверенная до безобразия улыбка. Асамин ухмыльнулся, бой будет интересным...

Кана тоже рассматривал своего соперника. Капитан клинков даже не сомневался в своей победе. С таким как он, связываться было опасно, и это знала половина присутствующих, а стоящий перед ним мужчина был давно ему знаком. Их положение было равным, их должности были похожи, их миссия была одинаковой.

— Давно не виделись, Абай, — Кана смерил соперника взглядом.

— Да, давно Кана. Ты всё так же слаб, как и при последней нашей встрече? — Абай стоял прямо с наглостью глядя на Кана, стараясь вывести капитана Ихарионских клинков из себя.

— Думаю, ты сильно удивишься, — Кана усмехнулся, — к тому же, в нашу последнюю встречу, тебе просто повезло.

— Да? А я думал, что в нашу последнюю встречу я достаточно надрал тебе зад.

— Ты ошибаешься, Абай, и сейчас я тебе докажу, что в нашу последнюю встречу, ты всего лишь поймал удачу за хвост. Как жаль, что сегодня, она будет на моей стороне.

Схватка началась внезапно. Звук гонга, усиленный эхом от купола звонко прозвучал, и участники вступили в бой.

Я, не отрываясь, смотрела на сражающихся бойцов, и оценивала шансы каждой пары. Мой взгляд быстро перемещался от одной сражающейся пары к другой, выискивая Асамина. Только, среди множества светлых голов сделать это было довольно трудно. Расстояние было большим, и из-за многочисленных участников, я пока не определила, с кем он бьется. Но так было только до момента, пока над куполом не засверкала проекция, работающая, словно большой экран аэто. и показывающая участников крупным планом. Вначале, среди сражающихся, мое внимание привлек мужчина в длинной синей тунике без рукавов. Чистокровный. Причем волосы не обычного цвета, а такие же, как и у меня — исключительные. Только его волосы, были не фиолетовыми, а синими. Яркого синего цвета. Он сражался, с одетым в белое противником. В руках у него сверкало странного вида оружие, больше похожее на палку. Присмотревшись, я обнаружила на конце этой длинной палки остро заточенное лезвие, оказалось, что оно там не одно. Лезвий было три и все были вставлены с трех сторон, и в конце концов, сходились в середине в острую пику. Орудовал он ей весьма и весьма неплохо, вращая с такой быстротой, что она пропадала из виду, образуя сплошное серое пятно над его головой или перед ним, когда он отражал удары соперника.

— Кто это? — я спросила одного из Клинков, и тот хмыкнул.

— Это Первый Верховный Астарна. Властитель Зантара — Сугир.

— Ясно. Зантар? Место где я родилась... Поразительно, у него синие волосы.

— На Зантаре, практически у всех чистокровных похожий оттенок волос. Там природа особенная...

— Понятно. А что у него за оружие?

— Это особый вид копья, называется шарх. В Зантаре этот вид оружия довольно популярен.

Клинок продолжал рассказывать, пустившись в объяснения техники боя и видов оружия Зантара. Я слушала, и во все глаза смотрела на Сугира. Симпатичный. Но Асамин намного интереснее. Внешность Первого Верховного была привлекательной, но он меня не впечатлил. Вот совсем ни капельки.

Будто сговорившись, окружающие заглядывали мне в лицо, пытаясь определить, какое впечатление произвел на меня властитель Зантара. А, пускай смотрят. Никакого особого впечатления он не произвел. Пусть знают.

Следующим, показали бой, за которым мне было наблюдать гораздо интереснее, потому что я узнала сражающегося.

— Кана?! — мой удивленный вскрик привлек внимание Клинков. Парни подобрались, и с не меньшим интересом, и даже с подбадривающими выкриками следили за боем своего капитана. А я думала только о том, как же это Кана решился участвовать в турнире. Это что же, он тоже решил бороться за пост Первого Верховного? Ничего себе... Хотя, о чем это я? Он же Высший, наверняка тоже рвется к власти. Для меня это открытие было не очень приятным.

Но сражение стоило того, чтобы на него посмотреть. По словам Клинков, его противником был извечный соперник Кана, тоже капитан подобного отряда только из Фаранты, третьей страны Собора. Судя по оружию, его противник был отличным мечником. Они яростно дрались, беспощадно наступая друг на друга. Жаль, что проекция не передавала звук, но техника боя была великолепной. Даже трибуны стихли. Все, затаив дыхание, следили за ходом этого поединка. Последняя атака Кана прошла успешно, и его соперник был ранен в плечо. Кровь закапала на землю, быстро впитываясь в неё, и бесследно исчезая, как по волшебству.

Кана ухмыльнулся, и плавно двинулся вокруг соперника, выбирая подходящий момент, чтобы напасть. Раненый в плечо уроженец Фаранты, не собирался сдаваться, и, сжимая зубы, пытался защищаться одной рукой. Удары сыпались на его здоровую руку один за другим, и уже через несколько минут он покачнулся и упал на одно колено, взбив легкое облако пыли. Взмах меча, и я подумала, что сейчас голова капитана из Фаранты покатится с плеч, но картинка резко сменилась. Разочарованный стон Клинков, немного повеселил меня.

Ещё череда поединков, среди претендентов быстро пролетела перед глазами. Трибуны долго хохотали над малышом Пулопусом, который, подобрав щегольские одежды, лихо удирал от своего соперника, подпрыгивая и нарезая зигзаги по всему полю. Мне даже стало жаль юношу , которому достался такой "боец" в пару. И только когда я увидела в изображении проекции лицо Асамина, поняла, что все это время сгорала от нетерпения ожидая его бой. Мои глаза неотрывно следили, за взвивающейся плетью и гибким телом Верховного Ихариона, который выделывал в воздухе немыслимые кульбиты, искусно уворачиваясь от неё.

Я подалась вперед, не желая пропустить ни минуты поединка. Клинки синхронно замолчали, словно безмолвные статуи, стоя в напряжении позади меня. Я смотрела и поражалась, неужели это именно тот мужчина, который с такой легкостью проиграл мне в первый день нашего знакомства? Не могу поверить. Хлёсткая плеть взвилась, и с силой вонзилась в его бок, но ни один мускул не дрогнул на его лице. Несколько резких поворотов, и его соперник остался ни с чем. Снова взмах, хвост плети летит, и замирает, зажатый в сильном кулаке. Усмешка. Хищный взгляд, и кулак с силой тянет её на себя, вырывая из рук соперника, и отбрасывая прочь. А дальше... прыжок вперед, и схватка, в которой решающим аргументом были только кулаки и выносливость обоих бойцов. Удары ног и рук, такие быстрые, резкие, заставляющие тело работать на максимуме возможностей. Вот его нога, описывая полукруг, врезается в лицо воина в с красными лентами, и тот падает, отлетев на несколько метров. Но тут же поднимается, и снова рвется в бой. Отточенные удары, блоки, снова удары, кровь на лицах и наверняка, разбитые костяшки пальцев на руках. Немыслимые движения, прыжки, снова удары. Снова и снова...

Я устала ждать. Устала унимать внутреннюю дрожь из-за страха за него. Ещё немного, и последний удар кулака валит соперника на землю. Тот пытается подняться, встав сначала на колени, и попытавшись опереться руками, но тут же снова падает опрокинутый ударом ноги. И все. Бой окончен. Он победил. Я облегченно выдохнула и зажмурилась, прогоняя из тела противное ощущение беспомощности, и разжимая сжатые в замок руки. Пальцы побелели от напряжения, и их слегка покалывало.

Клинки усмехнулись, а с трибун послышался свист. Он поднял руки в жесте победителя, и улыбнулся той самой улыбкой, от которой по моему телу всегда двигался строй мурашек.

Я повернула голову в сторону, и наткнулась на полный язвительности и невысказанной злобы взгляд Гардены. Мать Асамина смотрела на меня с издевкой, как будто поняла, что я сейчас чувствую. Усмехнулась, в точности как сын, и брезгливо отвернулась, властно махнув рукой .

Я вцепилась в подлокотники кресла, на котором сидела, и прикрыла глаза, стараясь справиться с охватившими меня эмоциями.

Участников турнира осталась ровно половина, из тех, что пришли за победой. И следующий день обещал быть ещё более напряженным, потому что остались сильные. Те, кто выдержал первую схватку и вышел из неё победителем.