Чёрное сердце 1 часть

— Зря доверился Александру и тебе, — бубнит, заводясь. — Разве по внешности выбирают охранников? Ладно, завтра сам...

Никогда не видела таким мужа. Я ведь повода для ревности не даю. Или даю? Как только что... ощутив жар Зепара, позволив касаться?!. Оправдываться не в моём стиле и характере. Задыхаюсь негодованием:

— Перестань! — серьезнею и отступаю к Андрею Влацловичу. — Я ни на секунду не сомневаюсь в компетенции и умениях этих мужчин, — кошусь на Зепара — холодный прищур будто окунает в ледяную прорубь. Гордо вскидываю подбородок: — Настаиваю именно на этом агентстве. — Недобрый блеск зелёных глаз сменяется на изучающий. Заманивает в пучину. Понимаю, что мой голос утихает: — и Стасе.

Через силу смотрю на мужа — он темнее тучи, желваки играю на скулах. Молчание затягивается. Дура! Может, зря условия ставлю?

— Что ж, — неопределенно качает головой Вадим, — право твоё!

Чокается со мной бокалами, залпом осушает свой. Пригубляю шампанское и, ища выход, любого спасение, прижимаюсь к мужу опять:

— Вспомни, кто бы меня заставил спортом заниматься? — хватаюсь за шальную мысль. — Им удалось. Третью тренировку уже выдержала и, несмотря на усталость, собираюсь продолжать. Сам убеждал в необходимости, а теперь идёшь на попятную?

— Нет, но...

— Они смогли донести важность обучения, — спешу дожать последними аргументами. — Я хочу жить! — шепчу на выдохе.

Вадим пристально изучает, сомнение отступает, появляется чуточка понимания. Явно внутренне борется с собой, но обнимает:

— Хорошо. Пойдём, друзья ждут, — нехотя кивает Андрею Влацловичу: — Прости. Бестактно повёл себя. Если Александр тебе доверяет, значит, ты лучший! Убереги её, если я не смогу, — заканчивает с нотками боли.

Осмеливаюсь покоситься на Зепара. Непроницаемое лицо ещё темнее, чем у Вадима:

— Это наша работа, — чеканит сурово и, чуть склонив голову — честь имею — 'растворяется' в толпе, не удостоив последним взглядом. По сердцу разливается боль, как от кровоточащей раны.

— Теперь понятно, почему ты всё время усталая, — шепчет муж, подталкивая дальше в зал, — такие мордовороты тебя истязают.

Насилу улыбаюсь, выдавливаю смешок:

— Вот и я о том же. Главное, чтобы впрок!

Ивакин увлекает нас к дальним столикам. Подводит к самому большому. Вот здесь вижу знакомых! Родные лица. Александр Павлович. Константин с очередной пассией. Всё удивляюсь вкусу друга. Любит рыжеволосых худышек с голубыми глазами. Где только находит новых? Антон Николаевич с женой, хотя был в отпуске в Сочи. Искренне радуюсь встрече.

Зал гудит, к нашему столику то и дело подходят люди. Здороваются, благодарят, поздравляют, желают счастья...

На душе опять разрастается волнение, нет-нет, да и поглядываю на гостей. Уж больно много Вадим народу пригласил. Что за праздник такой? Не свадьба, не день рождение или другое торжество — обычное путешествие.

Недалеко от нас замечаю Андрея Влацловича. Сидит в обнимку со своей подругой. Да, с макияжем 'просто' красотка превратилась в ослепительную красавицу. Короткое алое платье под грудь, оторочено золотом. Изящные туфли на высоких каблуках, инкрустированы кристаллами. Закинула нога на ногу и одной чуть покачивает. Директор шепчет девушке на ухо. Она, слегка откинув голову, смеётся. Запечатлевает на его щеке поцелуй и вновь слушает. Неспешно гладит по широкой груди, поддевает плечом, томно опускает глаза, обольстительно улыбается. М-да, хищница ещё та! Андрей Влацлович принимает игру с кривой усмешкой и высокомерной надменностью — проводит снизу-вверх по оголенной руке девушки, дарит короткий поцелуй в лоб. Идиллия парочки раздражает. Почему?.. Разбираться в чувствах не хочу, отворачиваюсь — не до этого! И без директора проблем навалом.

Стас занимает столик позади меня. Он, точно заправский солдат тотчас следует за мной. К такому не привыкла, но сдерживаюсь, как могу. Охранник ведь выполняет свою работу. Лучше её не осложнять, демонстрируя свой командирский характер.

Когда веселье в разгаре, муж, извиняясь, выходи из-за стола. Через минуту, умолкает музыка, и по залу летит монотонный последовательный стекольный звон:

— Внимание! — вторит звону голос Вадима. Оборачиваюсь — муж ложечкой несильно постукивает по наполненному шампанским фужеру. Гости недружным строем умолкают, взгляды устремляются на Ивакина. — Настал момент, — повышает голос любимый, — когда я могу назвать истинную причину сегодняшнего торжества. — Зал ненадолго наполняется шёпотом. Муж выдерживает паузу в несколько секунд — я замираю. Сердце бьётся так мощно, что сильные толчки гулко отдаются в висках. — Многие из присутствующих знают, насколько я люблю свою жену. — В груди растекается тепло, губы сами расползаются в улыбке. Гости поддакивающе гудят, раздаются смешки, шуточки. Вадим поднимает руку, и наступает молчание. — Говорить о чувствах не хочу, дела — вот что должно говорить громче слов. Поэтому всеми силами пытаюсь жить для любимой. Надеюсь, мне удаётся, — понижает голос, опустив глаза. Едва сдерживаю слёзы, часто моргаю, сбивая предательское щипание. — Недавно осознал, — тоном умудрённого опытом человека продолжает муж, — что ждать каких-то юбилеев и важных для нас с Витой дат не хочу. Как гласит гениальнейшая фраза 'Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?' Правильно! Не стоит. Так и я, — Ивакин поднимает бокал выше, ловит мой взгляд, имитирует чоканье: — Вита Михайловна, — торжественное обращение словно команда: встать! Поднимаюсь на неверных ногах со стула, в дрожащих пальцах сжимаю бокал, боюсь даже выдохнуть. — Однажды вы осчастливили меня, став моей женой. — Глаза не выдерживают напора солёной воды, по щекам текут 'реки'. — Мне повезло, как никому, — повышает голос Вадим. — Живу с той, с которой хочу жить и без которой уже не могу. Осчастливишь ли ты меня ещё раз? Венчание по приезду из Венеции...

Боже! Предложение?!. Опять!..

Кому столько счастья?

Мне...

Говорить не могу — реву навзрыд. Плевать на тушь, подводку и прочую мелочи. Вадим, даже по прошествии стольких лет удивляет как никто. Ничего не вижу — всё расплывается. Насилу беру себя в руки. Аккуратно утираю глаза. Только сейчас понимаю, что народ застывает в ожидании, смотрит на меня.

Что сказать? Не знаю...

Зачем подобные неожиданности?

Не люблю сюрпризы. К тому же такие!

— Да, — выдавливаю не своим голосом и прокашливаюсь: — Конечно, да!

Зал взрывается овациями, я на грани лишиться сознания. Вадим стремительным шагом приближается. Теряю его из вида всего на миг — ноги подкашиваются, крепкие руки поддерживают. Чуть запоздало оглядываюсь. Стас. Поспевает вовремя — не даёт упасть.

— Вит, — спешит навстречу муж. — Я так счастлив! — улыбка не сходит с его губ. Нежно целует, отрывается, внимательно рассматривая, будто не веря своим глазам. Ещё мгновение, на лице проступает волнение. Обнимает, помогает сесть: — С тобой всё хорошо? — шепчет участливо.

— Да, — глажу любимого по щеке. — У меня нет слов...

Глава 12.

За легкомысленной, непринужденной болтовней; приятной живой музыкой, неназойливо задающей фон; едой, щепетильно отобранной мужем — только мои любимые блюда; постоянными поздравлениями и тостами, — вечер пролетает на удивление быстро. Несмотря на усталость, спать совсем не хочется. Шампанское, вина, водка, коньяк... спиртное течёт рекой. Закуски появляются по мере опустошения тарелок. Сколько заплачено за банкет — лучше не думать! На адреналине и эмоциях даже несколько раз выхожу танцевать с Вадимом, Александром и Костиком. Вскоре музыкантов сменяет ди-джей, и большая часть оставшихся гостей перемещается на танцплощадку. Зажигательные ритмы привносят новое дуновение в заканчивающийся вечер, перетекающий в ночь. Народ постепенно отсеивается — остаются самые стойкие. Играют первые аккорды медленной музыки, ноги точно сами по себе несут на площадку.

Сжимаю ладонь мужа, в надежде на приглашение, но Вадим только бросает на меня взгляд, мимолётно целует руку и вновь продолжает разговор с Валерием Игоревичем, нашим рекламодателем, подошедшим с поздравлением, но зависнувшим уже на битые десять минут. Оживлённо обсуждают новый рекламный ролик турагентства 'Жаркий день'. Не успеваю расстроиться недогадливости супруга, как раздаётся знакомый интимно-бархатный голос:

— Потанцуете со мной? — тон больше походит: возражения не принимаются — вы идёте танцевать! Испуганно поднимаю глаза — Андрей Влацлович чуть склоняет голову, всё с той же невозмутимостью и бесстрастностью: — В такой вечер невесте не пристало скучать!

Кошусь на мужа. Вадим оборачивается. Радости на лице как не бывало, в глазах вспыхивает гнев:

— Вы уверены, что Вита скучает? — вскидывает с надломом бровь.

— Жаль вы не замечаете, — стегает ледяным тоном Андрей.

— Вадим, Андрей, — строго встревает в разговор Александр тихим шепотом. — Что за мальчишеские разборки? — переводит взгляд с одного на другого. — Взрослые люди!..

— Вита сама вправе решать, танцевать или нет, — муж наглым образом спихивает ответственность за выбор на меня. Голос подрагивает, пальцы сильнее стискивают мою ладонь — вот это да, Вадим заметно нервничает. Читаю между строк: останься со мной. Но мне скучно! Я выпила, хочу веселья. Смотрю на Андрея — непрошибаемая стена. Ловлю взгляд Александра, и спасая положение, дарю лёгкий поцелуй мужу:

— Я, правда, хочу танцевать, — шепчу слезливо, — а ты занят. Такой волшебный вечер, — придаю голосу восхищения. — Хочу танцевать до упада, а тебе нельзя. Разреши?.. — надуваю губы, будто капризный ребёнок.

Вадим несколько секунд молчит, недобро смотря на Зепара. Хват слабеет:

— Конечно, — выдавливает с явной неохотой. — Помни, — целует нежно: — Тебе доверяю. Ему, как мужчине, нет.

— Ревнивец, — бормочу ему на ухо и чуть прикусываю мочку. — Потом отработаю, — многообещающе подмигиваю и встаю, приняв помощь Андрея, галантно подставившего руку.

Только пальцы касаются горячей ладони директора, сомнения вспыхивают точно свет в тёмной комнате — зря пошла. Тепло перетекает медленно — передаётся мне. По телу разливается жар. Щеки пылают. Мощь этого мужчины подавляет. Я словно ягнёнок, попавшийся беспощадному волку — беспрекословно жду участи, не в силах убежать. Вижу оскалившуюся пасть убийцы — циничную ухмылку победителя. В глазах читаю холодную расчётливость и ледяное спокойствие хищника. Чувствую запах смерти — безысходность убивает. То замираю, то нервно глотаю воздух. Знаю: проиграю любую схватку с Андреем, как и все до этого момента — он сильнее, чтобы ни делала, ни говорила. Подчинит, даже если начну огрызаться, или отбиваться. Надеюсь: не посмеет, хватит ума ретироваться. Сердце ёкает только от мысли — сейчас Зепар прижмёт к себе.

Боже! Я жажду объятий! Именно его объятий...

Совесть, разум вы где?..

Слова эхом звучат в голове, стихают, рассеиваются в пустоте. Я в ловушке, в которую сама себя загнала. Глупая идея пойти с Влацловичем. Безрассудная. Нужно держаться от Андрея подальше!

Зепар увлекает в толпу танцующих пар. Мысли испаряются — я в крепких руках директора. Обнимает едва ли, скорее, тактично поддерживает, двигаясь несложными па. Радуюсь и досадую одновременно.

— Зачем вы так с мужем? — не выдерживаю щекотливо-интимного молчания.

— Мне показалось, что вы скучаете, — буднично поясняет Андрей Влацлович с некоторой отчуждённостью, словно держит меня на небольшой дистанции. Уже расслабляюсь — слава богу, приставать не будет. Я ему неинтересна. Но Зепар точно прочитав мои мысли чуть сильнее притягивает к себе и бархатно-нежно шепчет на ухо, вызвав стадо мурашек, тотчас пробежавшихся по телу: — А в такой день — не имеете на это право.

— И ничего я не скучала, — горячо оправдываясь, вру. Неправда зудит, свербит в мозгу: — Если только самую малость, — нехотя проговариваюсь не в силах молчать. Встряхиваю головой: — Самую, самую... — утихаю на жалобной ноте.

— Я так и подумал! — бесстрастно отрезает Зепар, став отчуждённым.

— Если муж вас не знает, — смутная догадка приходит неожиданно, — где взяли приглашение? — робко поднимаю глаза на Андрея.

— Александр пригласил... — отзывается, словно утомляю разговором.

— Вы обещали, что мы не увидимся, — шикаю уже возмущенно.

— Помню, — наконец на меня смотрит Зепар. Ой, как зря — проваливаюсь в глубину тёмных болот, задаюсь ещё большим жаром. — Не думал, что настолько вам неприятен. Если бы знал, то...

— Дело не в личной симпатии, — задыхаюсь негодованием и умолкаю. А в чём же? Вопрос самой себе не нравится потому, что ответ чудовищно ужасает. Я хочу внимания этого мужчины. Добиться хоть простенького комплимента... Лишнего мимолётного взгляда, улыбки. Если не найду слов для оправдания, выдам себя с потрохами. — Между нами не задалось с первой же встречи, — нахожусь поспешно. Говорю рассудительно и внятно. — Не хочу усугублять и без того натянутые отношения, ведь нам ещё сотрудничать.

— Я как раз пытаюсь наладить контакт, — Зепар отзывается голосом, лишенным каких-либо чувств. — Причин для ругани и споров у нас нет. А если честно, — горячее дыхание опаляет макушку, а лёгкое касание губ к коже вызывает непроизвольную дрожь. — Хочу дать совет: если вам угрожают, не стоит закатывать вечеринки и зазывать малознакомых людей. Закрадывается мысль, что муж-то вас и хочет убить.

— Вы больной! — почти выплёвываю фразу, шарахаюсь. Крепкие руки насильно удерживают в стальном захвате.

— Тише, милая! Не привлекайте внимание, — огрубевает Андрей. — Если не он, тогда зачем весь этот пафос?

— Муж любит громкие мероприятия, банкеты на миллион. Если бы вы, хоть немного знали о нашей жизни, даже бы не удивились. Вадим раньше славился тем, что отмечал праздники на широкую ногу. Правда, последнее время ему нездоровится, и, признаться, до момента, пока он сегодня не сделал мне опять предложение, сама гадала, зачем такой размах, но после — все сомнения рассеялись. Вадим таков! А вы, лучше о своей невесте позаботьтесь! Кстати, — наигранно внимательно осматриваю зал: — Где же она?

— Вы меня недооцениваете, — удивительно мягко отзывается Андрей и зачаровывает ласковым взглядом. В глазах мелькает нежность. Несмотря на злость и негодование — не могу оторваться от болотной зелени. Как же красиво... насыщенная, с вкраплениями и светлых тонов, и тёмных, и жёлтых... Тону... даже не пытаясь выбраться из омута. Злость отступает, оставляя лишь тёплое чувство благодарности и радости. Влацлович не так холоден, как хочет показаться. — Знаю о вас и о вашем муже достаточно, — разъясняет вкрадчиво. — Читал дела на обоих и даже на ваших родителей. Ну да ладно! — отмахивается буднично, взгляд принимает уже знакомый циничный блеск. — Будем надеяться, что ошибаюсь! Как бы то ни было, поздравляю с помолвкой...

— Спасибо! — бормочу, изучая грудь Зепара.

Музыка заканчивается, тороплюсь избавиться от объятий — Андрей не удерживает, но до места провожает. Благодарит за танец, удаляется без лишних слов.

— Он к тебе не приставал? — интересуется Вадим, прервав разговор уже с Константином.