Османские власти, пытаясь подчинить себе всю территорию Ливии, вели ожесточенную борьбу с местными племенами, отстаивавшими свою независимость. Со второй трети XIX в. начинается европейская, в частности английская, экспансия в страну, которая на первом этапе ограничивалась поддержкой политики османов по подавлению сепаратизма мятежных племен. Идеологами борьбы против иноземцев выступали религиозные братства, среди которых наибольшее влияние приобрело братство Сенусийя, основанное в 1837 г. марабутом — духовным лидером братства — Мухаммедом бен Али ас-Сенуси (1787—1859). Сенуситы призывали вернуться к следованию нормам Корана и сунны, резко критиковали европейские новшества, реформы Мухаммеда Али в Египте, а также османских правителей, которые, по их мнению, действовали в интересах европейцев и являлись «отступниками» от подлинного ислама. Братство обладало огромным авторитетом среди племен и к концу XIX в. имело 94 завии (религиозно-административных центра) на территории страны. Фактически сенуситы создали теократическое государство с административным и судебным аппаратом, своей казной и широкими полномочиями на контролируемой ими территории востока страны. Османы предпочитали не вступать в конфликт с авторитетным братством, тем более что те платили им дань и в пятничной молитве упоминали имя султана.
С 1901 г. сенуситы и османы объединили свои силы для совместной борьбы против французской экспансии. Одновременно с этим в стране росло итальянское влияние, пока в 1911 г. не началась открытая интервенция Италии в Ливию. Обеспечив себе на дипломатических переговорах согласие Англии, Франции, Германии, Австро-Венгрии и России, войска Италии высадились в Триполи и, имея подавляющее количественное и техническое превосходство, разгромили находившиеся там османские войска. В результате Османская империя в 1912 г. фактически передала под управление Италии Триполи и Киренаику. Италия объявила эти территории своей колонией Ливией, но фактически контролировала лишь прибрежную часть страны, и на протяжении еще 20 лет местные племена под руководством сенуситов продолжали борьбу с итальянцами. Франция же, воспользовавшись уходом османов, присоединила к своей африканской колонии Чад часть южных ливийских территорий.
Тунис к началу XIX в. был наиболее развитым государством арабского запада. В стране процветало ремесло и морская торговля, тунисские товары успешно конкурировали с европейскими в регионе Средиземноморья, а удельный вес городов и городского населения Туниса был самым высоким в Магрибе. Однако пришедшие к власти Махмуд-паша (1814—1824) и Сиди Хусейн-бей (1824—1835) из династии Хусейнидов опирались на консервативные круги элит, в результате чего был восстановлен корпус янычар и должность мухтасиба (религозного цензора), упраздненные ранее. Повышение налогов и введение системы государственных монополий, неурожаи, эпидемия чумы, отказ от пиратства под давлением европейских держав и, соответственно, падение доходов привели к экономическому и политическому кризису в стране.
Постепенно Тунис стал впадать в финансовую зависимость от Франции, бывшей его главным кредитором. В 1830 г. был подписан договор между двумя странами, который гарантировал права иностранцев и свободу торговли. И хотя правители Туниса, особенно Ахмед-паша (1837—1855), пытались проводить реформы, направленные на модернизацию страны, тем не менее настоящими хозяевами в Тунисе постепенно становились европейские консулы. С помощью европейских советников был разработан текст конституции Туниса, которая вступила в силу в 1861 г. после ее одобрения императором Франции Наполеоном III. Поскольку влияние Франции в Тунисе было огромным, а Великобритания всячески старалась не допустить ее усиления еще и в Египте, то на Берлинском конгрессе 1878 г. англичане, а также немцы, желавшие отвлечь внимание французов от только что потерянных в войне с Пруссией территорий, поощряли тех захватить Тунис. В результате, введя свои войска в 1881 г. в Тунис и подавив сопротивление, французы в июне 1883 г. объявили протекторат над этой страной. Согласно договору между беем Мухаммедом ас-Садоком (1859—1882) и французской стороной, династия Хусейнидов сохраняла престол, однако фактически вся полнота власти передавалась французскому генеральному резиденту. В Тунисе начался процесс колонизации: колонисты, в основном французы и итальянцы, стали занимать ведущее положение в экономике и политической жизни, а коренные тунисцы, даже европейски образованные, не были допущены до ведущих постов в этой сфере, что вызывало рост национализма среди них.
На рубеже XIX—XX вв. стали создаваться первые тунисские культурно-просветительные общества — как либеральные, так и традиционалистские. В 1907 г. была сформирована политическая партия «Молодой Тунис», выступавшая за расширение прав коренного населения Туниса и его участие в управлении страной. Младотунисцы, не найдя отклик своим требованиям у колониальных властей, объединились с традиционалистами и наладили связи с младотурками. Они организовывали митинги, забастовки и демонстрации, зачастую сопровождавшиеся столкновениями с полицией. В результате в 1912 г. младотунисские лидеры были арестованы и высланы из страны. Часть из них накануне Первой мировой войны вошла в эмигрантский «Комитет за независимость Алжира и Туниса», поддерживавшийся Германией, Австро-Венгрией и Османской империей.
Алжир в первой трети XIX в. продолжал оставаться слабоцентрализованным государством. Деи — пожизненные правители страны, выбиравшиеся верхушкой местных янычар и корсаров, фактически полностью контролировали лишь небольшую территорию с центром в г. Алжире. Алжирское общество, где огромную роль играли вожди многочисленных племен и главы религиозных братств — марабуты, было очень разнородно в этническом и социальном плане.
В начале XIX в. государство деев находилось в упадке, что было обусловлено как социальной нестабильностью и разобщенностью, так и неурожаями, эпидемиями и сокращением доходов от пиратства. Вереница правителей Алжира, сменявших друг друга в первой трети века, вынуждена была бороться не только с европейцами, принуждавшими деев прекратить корсарство, но и со своеволием наместников провинций — беев, восстаниями племен, мятежами марабутов и янычарами, которые свергли и убили множество деев в этот период.
Ослабленная алжирская власть не была в состоянии противостоять возраставшей внешней экспансии, в частности Франции. В 1827 г., воспользовавшись инцидентом между консулом Девалем и деем Хусейном, французский флот установил блокаду Алжира с моря. В июле 1830 г. французские войска, высадившись в Алжире, разгромили армию дея и вступили в столицу страны. Хусейн капитулировал, однако борьба против завоевателей продолжалась. В 1832 г. ее возглавил эмир Абд аль-Кадир, сын руководителя суфийского братства Кадирийа. Абд аль-Кадир создал на севере и западе Алжира свое государство, которое вело борьбу с французами, вынужденными признать это государство и даже дважды заключить с ним мирные договоры. В свою очередь, на востоке страны во главе вооруженного сопротивления французам встал бей Хадж Ахмед, однако в 1847—1848 гг. французам удалось пленить обоих предводителей повстанцев.
Продвижение французов в глубь страны шло медленно и трудно из-за постоянных восстаний и резкого сопротивления многочисленных племен. Наиболее масштабным в истории французского завоевания Алжира стало восстание 250 арабских и кабильских племен во главе с Мухаммедом Мукрани в 1871 г. Последнее крупное восстание против захватчиков произошло в 1881—1883 гг., хотя отдельные стычки продолжались еще долго, однако французы жестоко подавляли все мятежи.
В ходе захвата алжирских земель французами местные племена лишились более половины своих владений, а образовавшийся земельный фонд оккупанты использовали для европейской колонизации. По конституции 1848 г. Алжир был провозглашен частью Франции и разделен на три «гражданских департамента», подчинявшихся министру внутренних дел, и четыре «военные территории» во главе с генерал-губернатором, где действовали «арабские бюро» — органы управления местным населением. С конца XIX в. колонисты составляли 10—12 % населения страны, а их верхушка — «сотня сеньоров» — довольно агрессивно отстаивала свои интересы, фактически подчинив себе французскую администрацию в Алжире. Колонисты считали себя «алжирцами», местное население — «туземцами», а идеологи «алжиро-европейства» даже отстаивали идею о том, что Алжир есть и всегда был частью европейской, а не арабо-мусульманской цивилизации. Коренные алжирцы были ущемлены в правах и, согласно «Туземному кодексу» 1881 г., могли быть арестованы и сосланы просто по подозрению.
Колонизация страны сломила традиционную социальную структуру всего общества. Коренные алжирцы хлынули в города, где находили работу на фабриках, становились ремесленниками и торговцами. Из них постепенно формировалась интеллигенция, в их среде росло национальное самосознание. Первыми с петицией о защите и уважении мусульман и учреждений ислама выступили традиционалисты — «старые тюрбаны» — в 1887 г. В то же время коренные алжирцы, получившие светское образование, выступали за культурную ассимиляцию с французами и синтез двух культур. Эта прослойка получила название «младоалжирцы» и впервые заявила о себе в 1892 г., потребовав предоставления всем алжирцам, а не только колонистам, прав французов. Младоалжирцы создавали культурно-просветительские ассоциации, частные школы, библиотеки, издавали газеты. В 1912 г. они даже представили президенту Франции манифест с требованием отмены «Туземного кодекса», справедливого налогообложения, представительства мусульфранков в органах власти, в том числе в парламенте, однако их требования так и не были удовлетворены.
Дальний Магриб — Марокко, независимое государство во главе с династией Алауитов, возводящей свое происхождение к Пророку Мухаммеду, в начале XIX в. был почти полностью закрыт для иностранцев. Им разрешалось приезжать лишь в 5 портов для ведения торговли. В самой стране огромное влияние имели марабуты, племена также отличались высокой степенью независимости. Постепенная европейская экспансия в Марокко началась в 1830-е годы. После начала завоевания Алжира французами марокканский султан пытался оказать поддержку алжирскому эмиру Абд аль-Кадиру, но вступившая в 1844 г. в Марокко французская армия разгромила марокканские войска в сражении у р. Исли. Затем войска марокканского султана потерпели ряд поражений в испано-марокканской войне 1859—1860 гг. Благодаря дипломатической поддержке Англии, не заинтересованной в успехах Франции и Испании, Марокко, несмотря на военные поражения, сохранило формальную независимость, однако марокканский султан вынужден был подписать ряд торговых договоров, навязанных Марокко европейскими державами и США в 1836—1865 гг. Иностранные граждане по условиям этих договоров получали ряд преимуществ, в соответствии с которыми смогли стать хозяевами марокканского рынка. Привилегии иностранных держав в Марокко были официально закреплены в 1880 г. на международной конференции в Мадриде. Пользуясь этими договорами, Франция оккупировала ряд районов Марокко и навязала султану «договор о помощи» в подавлении восстаний мятежных племен. Султаны Марокко Сиди Мухаммед ибн Адб ар-Рахман (1859—1873) и Мулай Хасан (1873—1894) развернули масштабную реформаторскую деятельность в целях модернизации страны и укрепления власти. Однако проведенные преобразования имели весьма ограниченный эффект.
В начале XX в. Германия начала активное соперничество с французским и испанским влиянием в Марокко. Германский кайзер Вильгельм II, в 1905 г. посетивший Марокко, объявил себя «защитником независимости» страны. В 1911 г. Германия направила в Марокко канонерку «Пантера» (данная демонстрация силы получила у историков название «прыжок пантеры») и предъявила свои претензии на участие в разделе сфер влияния в Марокко. После урегулирования германо-французского конфликта при посредничестве Англии, Франция и Испания навязали Марокко в 1912 г. договор о протекторате. Германия в качестве «компенсации» получала часть французской территории Конго. Большая часть территории Марокко попадала под управление Франции в лице французского генерального резидента, области на севере и часть территорий на юге страны управлялись испанским верховным комиссаром. Наряду с этим порт Танжер был выделен в международную зону, где главную роль играла Великобритания. При формальном нахождении исполнительной власти в руках правительства султана экономика и природные ресурсы страны использовались фактически в интересах иностранного, в основном французского капитала. Неравноправный для Марокко договор вызвал массовые антифранцузские выступления, а в г. Фес столкновения продолжались более месяца.
Позиции французской администрации протектората в какой-то мере укрепились благодаря активной деятельности генерального резидента Франции маршала Лиотэ, уделявшего большое внимание развитию марокканской инфраструктуры и поиску союзников среди местных жителей. Накануне Первой мировой войны маршалу Лиотэ удалось привлечь на сторону французской администрации часть марокканской интеллигенции, позиционировавшей себя «младомарокканцами», однако большинство племен продолжали борьбу против французов.
Иран под властью династии Каджаров
Иран вступил в XIX в. типичной позднесредневековой монархией, характерной для стран Ближнего и Среднего Востока этого времени. В конце XVIII в. после длительной и кровавой междоусобной борьбы в Иране укрепилась новая, каджарская, династия. Основателем ее стал Ага Мохаммад-хан, который в ходе борьбы за власть сумел взять верх над многочисленными претендентами на шахский престол. Его коронация в марте 1795 г. положила начало правлению династии Каджаров, продолжавшемуся в Иране вплоть до 20-х годов XX в. В 1796 г. своей столицей Ага Мохаммад-хан избрал небольшое поселение Тегеран, постепенно подчинив своей власти большую часть Ирана. Целью Ага Мохаммад-хана было воссоздание Ирана как великой империи, существовавшей в древности.
После убийства шаха в результате дворцового заговора в июне 1797 г. и ожесточенной борьбы за престол к власти пришел племянник Ага Мохаммада Фатх Али, который управлял Ираном более тридцати пяти лет. В его правление в борьбе с сепаратизмом местных правителей и в противоборстве с растущим влиянием России и Великобритании на внутренние иранские дела произошло становление новой династии.
Процесс определения государственных границ, формирования государственного аппарата, налаживания хозяйственной жизни при Каджарах растянулся на несколько десятилетий и проходил в условиях широкой экспансии европейских государств и соперничества между ними за подчинение Ирана.
