Система, сложившаяся в английских университетах, опиралась на среднюю классическую, или «грамматическую», школу, которая в XVI в. переживает расцвет. Гуманистические принципы обучения и воспитания, настойчиво пропагандировавшиеся Дж. Колетом и У. Лили, получают широкое распространение в английских школах второй половины XVI в.
С наступлением Реформации развитие школьного дела претерпевает серьезные трудности, многие школы при монастырях и часовнях были закрыты, хотя иногда средства, полученные при секуляризации, использовались для учреждения школ. В первые годы царствования Елизаветы I официально сообщалось, что многие города Англии не имеют школ, некоторые школы не имеют учителей, даже университеты пришли в упадок. Правительство было вынуждено поощрять университетское и школьное образование. Королева посетила Кембридж и Оксфорд, во многих городах были открыты новые школы.
К концу XVI в. в Кембридже и Оксфорде увеличилось число колледжей, были открыты медицинский и юридический факультеты, обучение приобретало светский характер. Студентами все чаще становились дворяне и дети горожан. Преподавание в XVI в. велось на латинском языке. Самым распространенным школьным учебником была латинская грамматика У. Лили. Наряду с произведениями древних авторов большую роль в школьном обучении приобретают сочинения гуманистов — Эразма, Вивеса, Мандзолли. В некоторых школах Англии (Итон, Гарроу, Вестминстер, Шрюсбери) изучался и греческий язык. Распространение идей гуманизма способствовало изменению системы воспитания от «теологической», целью которой была подготовка священников и ученых богословов, к светской «риторической», воспитанию образованного джентльмена, способного к государственной службе.
Роджер Эшем (1515—1568), автор известного трактата «Школьный учитель», опубликованного посмертно, полагал цель воспитания в подготовке юношества к практической деятельности, служению на благо государя и страны. Основные критерии педагогики, по Эшему, — мудрость, ученость, добродетель, польза. Эшем весьма скептически относился к монастырской добродетели и проповеди аскетизма, отвергал телесные наказания, ратовал за хорошую постановку в школах физического воспитания, за соединение обучения с воспитанием, связь школы с жизнью. Аналогичную теорию воспитания развивал Ричард Малкастер (1530—1611), который настаивал на необходимости обучения в школе ремеслам; сознавая важность латинского языка как средства воспитания, он решительно отстаивал роль английского языка в школе, подчеркивая практическое и патриотическое значение его изучения. Улучшение школьного и университетского обучения и воспитания в немалой степени содействовало повышению образованности и морального уровня будущих духовных и светских деятелей.
Заметный прогресс наблюдается в развитии естественных наук. В 1518 г. была основана коллегия врачей, а в 1540 г. — специальная коллегия хирургов. С 1547 г. в Оксфордском и Кембриджском университетах по инициативе Генриха VIII вводится преподавание медицины. В 1565 г. Елизавета I пожаловала коллегии врачей право анатомировать человека. Видные английские хирурги приобретали опыт и врачебное мастерство в военных кампаниях. На основе личного опыта военного хирурга Д. Гейл составил весьма ценный для своего времени медицинский трактат о лечении пулевых ранений (1563 г.).
Пересматривались традиционные средневековые представления о мироздании. После выхода в свет в 1543 г. сочинения Николая Коперника «О вращении небесных сфер» гипотеза о движении Земли вокруг Солнца, быстро распространяясь по Европе, достигла и Англии. Убежденными приверженцами учения Коперника в Англии были Роберт Рикорд, автор известного в свое время трактата «Храм познания» (1556 г.), Джон Филд, Уильям Гилберт и другие английские ученые, внесшие значительный вклад в развитие науки. Уильям Гилберт в 1600 г. опубликовал ценное исследование о магнитных телах и земном магнетизме — одну из важнейших книг столетия по физике.
Однако носителями научного прогресса в елизаветинской Англии были немногие энтузиасты. Большинство по-прежнему придерживались консервативных представлений о мироздании, основанных на системе Птолемея и прочно вошедших в повседневную жизнь, философию и литературу. Это отчетливо прослеживается в творчестве крупнейших писателей — Марло, Шекспира и др. Значительный авторитет продолжали сохранять астрология и алхимия.
Вторая половина XVI в. отмечена достижениями в области географии. Издаются знаменитые географические атласы Англии и Уэльса, выходят в свет «Британия» Уильяма Кэмдена (1586 г.) и трактат «Основные плавания английской нации» Ричарда Хаклюйта Младшего (1589 г.), встретившие одобрение и широкий интерес среди образованных горожан и неоднократно переиздававшиеся в царствование Елизаветы. Кэмден и Хаклюйт не были географами в строгом смысле. Кэмден был скорее антикваром и историком, а Хаклюйта интересовало развитие торговли, расширение рынков, освоение новых территорий в интересах английской промышленности. Однако исследовательский пафос и строго документальный подход к историко-географическим проблемам в сочинениях Кэмдена и Хаклюйта свидетельствовали, что Англия выходила в первые ряды географически образованных наций. Социально-экономические сдвиги, развитие раннекапиталистических отношений со всей остротой ставили перед буржуазией и новым дворянством вопрос о колониях. И именно Ричарду Хаклюйту суждено было стать одним из ранних идеологов английской колониальной экспансии.
Начало новой философии, еще объединявшей в те времена естественные и гуманитарные дисциплины, положил Френсис Бэкон (1561—1626). Его творчество сочетает в себе черты поздней ренессансной науки и принципы, характерные для философии эпохи ранних буржуазных революций. Разносторонность его интересов и дарований весьма широка: он был юристом и дипломатом, политиком и оратором, философом, литератором, историком. В ряде своих трудов («Новый органон», 1620; «О достоинстве и приумножении наук», 1623) он выдвинул философскую программу развития естествознания.
Бэкон создал новую методологию изучения явлений природы; провозгласив опытное знание, эксперимент основой научных обобщений, он выступил как «настоящий родоначальник английского материализма и всей современной экспериментирующей науки». Исходной позицией его философских доктрин стала попытка стимулировать экономическую жизнь страны, способствовать развитию торговли и промышленности, опираясь на достижения науки и техники.
Важнейшим принципом методологии Бэкона и основой его мировоззрения стал материализм. Задачу науки он видел в том, чтобы строить «в человеческом разуме образец мира таким, каков он оказывается, а не таким, как подскажет каждому его мышление». Познание человеком природы он сравнивал с отражением: та философия является настоящей, «которая самым тщательнейшим и верным образом передает слова самого мира и сама как бы написана под его диктовку; она есть не что иное, как его подобие и отражение, она ничего не прибавляет от себя, но только повторяет произнесенное им». Бэкон сознательно и убежденно противопоставлял материалистические воззрения идеализму.
До Бэкона в философии, не отделившейся еще от религии, господствовала дедукция, идущая от общих постулатов и авторитетов к частным, конкретным выводам. Развитие производительных сил, появление технических усовершенствований в ремесле, море-плавании, военном деле дало возможность Бэкону разработать новый, индуктивный метод обобщения опыта. Бэкон впервые сформулировал его и объявил главным методом познания природы.
В своей грандиозной программе развития наук Бэкон показал, что наука должна дать человеку власть над природой, улучшить его жизнь. Не случайно в утопическом произведении «Новая Атлантида» главную роль в организации общества играет союз ученых — «Дом Соломона». Благодаря их деятельности на Бенсалеме, острове, затерянном в просторах Тихого океана, достигнут невиданный уровень науки и техники; жители его умеют получать необычайно высокие температуры, использовать энергию Солнца, предсказывать погоду, выращивать небывалые урожаи, воздействовать на развитие животных, излечивать болезни, передавать звук на огромные расстояния, пользоваться летательными аппаратами и т. д. Сам Бэкон, работая над задуманным им обширным трудом о восстановлении наук, собрал массу фактов и классифицировал их.
Учение Бэкона дало мощный толчок развитию материализма и эмпиризма в Европе;, его влияние испытали Лейбниц, Кант, Фейербах; оно способствовало движению прогрессивной философской мысли. Бэкон оставил свой след и в педагогике, и в политической теории, и в историографии. В его «Историй Генриха VII» объединены черты исторического исследования и хроники. Он рационалистически трактует события, обосновывая свой взгляд на необходимость государственной власти, главным принципом которой является сотрудничество короля и парламента. Однако в условиях XVII в., когда абсолютизм Стюартов начинал испытывать первые удары буржуазной парламентской оппозиции, идея сохранения единства короны и парламента оказалась иллюзией.
В ответ на притязания короны, особенно усилившиеся в правление Якова I, появляются антиабсолютистские политические и юридические теории. Они базируются на трактатах шотландца Дж. Бьюкенена, известного ученого, воспитателя Якова I, последователя европейских монархомахов, — и Р. Хукера, политико-религиозного теоретика конца XVI в., который выдвигал идею договорного происхождения королевской власти, восходящую к Бодену. В «Апологии палаты общин», коллективном документе, представленном королю в 1604 г., а позднее и в выступлениях палаты абсолютный и единоличный характер королевской власти, по существу, отрицается: общины недвусмысленно настаивают на своих правах и свободах.
Парламентская оппозиция королю в XVII в. ищет свои аргументы в истории и праве. Рост национального самосознания англичан в конце XVI в., особенно после разгрома Непобедимой армады, обусловил огромный интерес к истории. Широкую популярность приобретают хроники Э. Холла и Р. Холиншеда. У. Рэли, мореплаватель, ученый и поэт, пишет «Всемирную историю», в которой ищет земные, рациональные причины человеческих поступков и разделяет науку и теологию. Появляется множество других «Историй». Подмостки театров доносят события далекого прошлого до широких масс зрителей.
Лидеры оппозиции в парламенте и вне его обращаются к прошлому, пытаясь показать, что защищают давно существовавшие «старинные права и вольности англичан», древнюю конституцию, нарушаемую приближенными монарха. Особый вес в парламенте приобретают знатоки старины, например юрист Э. Кок, автор фундаментальной работы «Институты английского права». Английское общее право становится аргументом в парламентских спорах. Политические писатели (У. Рэли) пропагандируют идеи Макиавелли и Бодена, отстаивают право подданных на сопротивление тирану. Эти идеи в 30-е годы XVII в. подхватывают главные ораторы парламентской оппозиции Дж. Элиот и Дж. Пим. В этой идейной атмосфере складывается мировоззрение выдающихся мыслителей и политических теоретиков эпохи Английской революции Дж. Милтона, Т. Гоббса и др.
Оппозиция абсолютизму более всего проявила себя в религиозной области — в движении пуританизма, которое с конца XVI в. постепенно охватывало все более широкие круги общества. Под влиянием этого движения возникают новые явления в культуре предреволюционной Англии. Большую роль в развитии пуританских политических теорий сыграла многократно переиздававшаяся между 1563 и 1641 гг. книга Дж. Фокса «Акты и памятники», в которой англичане изображались Богом избранным народом, несущим миру идеи «истинного христианства». Книга Фокса послужила основанием для многочисленных пуританских проповедей. Идеологи протестантизма отстаивали в своих трудах принцип религиозной терпимости, который логически вел к защите свободомыслия в религиозной и политической областях.
В XVII в. множатся пуританские секты. Могучую идейную опору они обретают в Библии, английский перевод которой в виде карманных изданий нелегально перевозился из Женевы и распространился в Англии уже в 60—70-е годы XVI в. В 1613 г. знаменательным событием стал санкционированный Яковом I новый перевод Библии на английский язык, осуществленный преподавателями и выпускниками Кембриджского университета. Этот перевод оказал большое влияние на развитие культуры; он давал выражения и аргументы, предписания и примеры, богатейший мир образов, вдохновлявший отныне не только литературу и поэзию, но и политическую публицистику. Он стал и действенным оружием оппозиции абсолютистскому режиму Стюартов.
Под влиянием пуританского движения произошли заметные сдвиги в культурной жизни английского общества/ Это движение отличалось известным обскурантизмом. Пуритане выступали против традиционных увеселений и развлечений елизаветинской Англии; с конца 70-х годов XVI в. они обрушиваются на театр. Борьба против «греховных зрелищ» достигает кульминации в сочинениях У. Принна в 30-е годы XVII в. Накануне и во время революции пуритане разбивали церковные витражи и статуи, органы и церковную утварь. Но пуританизм нес в себе ростки нового сознания, и это сделало его идейным знаменем в борьбе против абсолютизма и феодального строя. Чтение Библии и пуританские проповеди перерастают религиозные рамки и становятся выражением политического и социального протеста. Из церквей проповедь выходит на базарные площади, в лавки, таверны, на улицы. Вокруг проповедников собираются своего рода клубы, где ветхозаветные и евангельские постулаты интерпретируются в революционном смысле.
Новые веяния захватывали средние и беднейшие слои народа: они рождали новую, пуританскую этику, которая провозглашала идеалы общности, народности, гражданственности, трудолюбия. Пуританские традиции проникали в быт. В семье культивировались дружба и сплоченность, большое внимание уделялось воспитанию детей; ценились выдержанность, умение владеть собой, строгость к себе, непритязательность, презрение к роскоши. Пуритане резко выступали против кровавых увеселений средневековья: медвежьей травли, боя быков, петушиных боев, против маскарадов и других развлечений. Многие из ученых-естествоиспытателей конца XVI — первой половины XVII в. были пуританами. Большую роль в развитии науки сыграл основанный в конце 70-х годов XVI в. в Лондоне Грешем-колледж, объединивший в своих стенах многих выдающихся ученых-протестантов.
Потребности производства способствовали развитию естественных и точных наук; нужды сельского хозяйства, ремесла, техники, мануфактур, мореплавания рождали необходимость в развитии опытного знания. На смену ренессансной науке приходили новые методы познания и объяснения мира; этот новый период обычно определяют как «генезис классической науки», которая постепенно сама становится производительной силой.
