Несмотря на политическую нестабильность периода Асикага, в это время начался экономический подъем страны, связанный как с внедрением новых сельскохозяйственных технологий, благодаря которым удавалось получать до трех урожаев в год, так и с расцветом ремесла, торговли и распространением монетного обращения. Это привело, в том числе, к усилению в середине XV в. роли богатых торговцев в структуре управления городов-портов Сакаи и Хаката. Ослабление политической власти способствовало также расцвету контрабандной торговли и пиратства.
В XIII—XV вв. в Японии появляются многочисленные новые буддийские учения, среди которых стоит выделить направления амидаизма: основанную в 1175 г. Хонэном школу «Чистой земли» и созданную его учеником Синран «Истинную школу Чистой земли»; школу Нитирэн (уделявшую особое внимание «Сутре Лотоса»), а также распространение с конца XII в. нескольких направлений дзэн-буддизма. В XIV—XV вв. самой сильной буддийской школой стала «Риндзай дзэн», монастыри которой получали поддержку со стороны сёгуната Асикага, став также важными образовательными центрами.
Широкое распространение получил жанр гунки — самурайского романа. Среди произведений этого жанра выделяется «Повесть о доме Тайра» (период Камакура) и «Повесть о Великом мире» (период Муромати). Восприятие перемен, происходивших в начале правления Минамото, отражено в «Ходзёки» («Записках из кельи», 1212 г.), написанных ставшим отшельником буддийским монахом Камо Тёмэй.
В живописи периода Камакура большое распространение получают сюжеты, связанные с войной, а также бытовые зарисовки. В период Муромати развивается парковое искусство, например Золотой павильон, построенный для сёгуна Ёсимицу в Киото, был размещен в гармонии с ландшафтным садом и небольшим озером. Начиная с правления Асикага, появляются каменные замки представителей могущественных родов, ставшие особенно распространенными в эпоху сэнгоку дзидай.
Монгольская империя, ее улусы и наследие
Этногенез и объединение монгольских племен. Возвышение Чингисхана
Дальними предками монголов были отуз-татары (кит. шивэй). Они обитали на территории Восточной Монголии и Забайкалья. Среди названий шивэйских племен упоминаются такие этнонимы, как татань (дадань), мэньу (мэнгу). После крушения Уйгурского каганата в середине IX в. монгольские номады постепенно заселили большую часть монгольских степей. На рубеже I—II тысячелетий в китайских летописях они выступают под обобщенным этнонимом цзубу. Существует легенда о прародине, согласно которой когда-то предки монголов бежали в недоступную местность Эргуне-кун («Крутой хребет», возможно производное от Аргунь). Постепенно они там размножились и приобрели славу мастеров кузнечного дела. Собрав много дров и принеся жертвы, они расплавили гору и смогли выйти в степи.
На рубеже XII-XIII вв. в монгольских степях обитали самые различные народы. В восточной части территории современной Монголии в долинах Онона и Керулена кочевали племена, которые условно можно назвать монголами. В их числе были дарлекины, нируны, тайджиуты, кунгираты и другие группы. К востоку от них в Забайкалье и Внутренней Монголии обитали татары. В Центральной Монголии в предгорьях Хангая и в долинах Орхона и Толы проживали кереиты. Их вождество во главе с ханом Тоорилом (Ван-ханом) было одним из наиболее могущественных объединений кочевников в указанный период. В Северной Монголии по берегам Селенги жили меркиты. Западную часть Монголии занимали найманы, которых многие исследователи относят не к монголоязычным, а к тюркоязычным кочевникам.
Быт и культура средневековых кочевников монгольских степей мало чем отличались от образа жизни номадов более раннего времени. Особенно большое значение имела облавная охота, которая являлась хорошим способом выработки военных навыков: номады разделялись на две группы и охватывали в кольцо многокилометровую территорию; постепенно сжимая кольцо, они загоняли в круг множество диких животных. В обязанности мужчин входило наблюдение за домашними животными, изготовление стрел, луков и прочей утвари. Остальное время они занимались охотой, стрельбой из лука, ходили в военные походы. На женские плечи выпадала вся остальная ноша — работа по дому, воспитание детей. Когда мужчины отсутствовали, они выполняли и их работу. Однако роль женщины в монгольском обществе не сводилась к положению домашней рабыни. Женщины могли иметь большее значение в публичной жизни. Особенно высока была роль вдовы после смерти мужа. Достаточно напомнить, какое влияние на сыновей имела Оэлун, жена Есугай-баатура и мать Чингисхана, а также впоследствии другие ханши.
У монголов существовали различные формы семьи. Для небогатых скотоводов, по всей видимости, это была малая нуклеарная семья, состоящая из родителей и малолетних детей. Старшие сыновья при женитьбе получали свою долю скота и имущества. Младший сын (отчигин) оставался с родителями, чтобы заботиться о них в старости. Ему же впоследствии доставался родительский гэр (юрта), имущество и домашний скот. Для более богатых монголов была характерна так называемая расширенная полигиническая семья. Те, кто мог заплатить калым, имели по нескольку жен. Во время набегов и военных походов можно было также взять себе наложниц, которые выполняли и работу по хозяйству. Кочевники монгольских степей придерживались шаманизма, верили в культ Неба (Тэнгри). Кроме «Вечного синего Неба» они почитали богиню Земли (Эшуген), духов огня, гадали по бараньим лопаткам. Только кереиты и найманы были знакомы с несторианством.
Обычно скотоводы кочевали айлом — группой из 5-10 семей. При необходимости номады могли образовывать более крупные объединения (курень), но с природно-хозяйственной точки зрения это было нецелесообразно: резко возрастала нагрузка животных на пастбища. Многие этнографы фиксируют, что для этих уровней характерны минимальные конфликты между членами группы. Как только возникает напряжение внутри коллектива, недовольные сразу откочевывают. Айлы группировались в общества более высокого таксономического уровня — линиджи (урук), экзогамный род (обок), племя, вождество (иргэн, улус). Для народов того времени характерно совпадение этнической и потестарной терминологии. Одни и те же термины могли обозначать как ту или иную этнополитическую группу, так и составляющие ее сегменты.
Монгольское общество было знакомо с неравенством и иерархией. Во главе племен и вождеств стояли ханы, которые имели дружины нукеров. Социальное господство в монгольском обществе конструировалось в соответствии с терминологией родового общества как противопоставление между старшим и младшим родственниками («отец-сын», «старший брат-младший брат»), генеалогическим, в том числе и фиктивным, неравенством между отдельными линиджами и сегментами («белая» и «черная» кость); более низкие по статусу родственники обозначались в терминах рабства (богол).
Племена кочевников постоянно нападали друг на друга с целью угона скота, захвата в плен женщин и детей. Анонимный монгольский летописец красочно охарактеризовал тяжелые времена монгольского Средневековья: «Звездное небо поворачивалось — была всенародная распря. В постель свою не ложились — все друг друга грабили (забирали добычу). Вся поверхность земли содрогалась — всесветная брань шла».
Именно в таких условиях родился будущий основатель монгольской империи Чингисхан. Его отцом был один из потомков монгольского правителя Хабул-хана по младшей линии Есугай-баатур. Матерью являлась Оэлун из племени олхонутов. Она была отдана в жены одному из меркитов, однако Есугай силой умыкнул ее и сделал своей супругой. При рождении ребенка нарекли именем Темучжин в честь одного из поверженных его отцом врагов.
В девятилетием возрасте отец повез Темучжина свататься к унгиратам, где ему в качестве невесты была выбрана Борте, дочь местного вождя Дайсечена. На обратном пути Есугай встретил татар, которые напоили его отравленным питьем. После смерти отца Темучжин был вынужден вернуться домой к матери. К этому времени большинство сподвижников Есугая решили бросить его семью и откочевать, поделив его стада. Это был типичный вариант распада вождества у кочевников-скотоводов. Измена соплеменников нанесла юному Темучжину глубокую психологическую травму. Впоследствии он всегда с подозрением относился к родственникам, даже к самым близким, и стремился опираться на верных друзей и преданных воинов-нукеров. На долю матери Темучжина и ее семьи выпала нелегкая судьба — выжить без скота в суровых условиях монгольского климата. Оэлун пришлось заниматься собирательством, а детям — ловить рыбу, неслыханное дело для кочевников, потомки которых и до сих пор с опаской смотрят даже на рыбные деликатесы.
Именно в этот период развился конфликт между Темучжином и Бектером, его сводным братом от другой жены Есугая. Возможно, оба подростка чувствовали, что кто-то из них должен был со временем возглавить семью. Конфликт закончился драмой, Бектер был застрелен из лука. Это преступление не осталось без внимания со стороны дальних сородичей. Темучжин был захвачен тайджиутами и в качестве наказания закован в колодки. Проявив чудеса смекалки и храбрости, юноша смог убежать из плена и вернуться в семью.
Через некоторое время он совершил еще один храбрый поступок — погнался за конокрадами и отбил табун своих лошадей. В этом ему помог юноша из соседнего кочевья — Боорчу. Фактически он стал первым нукером Темучжина и в будущем одним из его ближайших сподвижников.
Поощренный этой победой, Темучжин отправился к Дай-сечену за невестой. В качестве приданого Борте получила роскошную соболиную доху. Эта доха была отвезена Темучжином в ставку кереитов и поднесена в качестве дара вождю конфедерации кереитов Тоорилу (Ван-хану). Взамен сметливый юноша попросил покровительства. Растроганный Ван-хан вспомнил о былой дружбе с Есугаем и пообещал молодому человеку поддержку.
Однако Темучжину недолго пришлось наслаждаться объятиями юной супруги. На его лагерь внезапно напали меркиты, которые долгие годы вынашивали план мести Есугаю или его родственникам. Темучжин был вынужден бросить молодую жену и скрываться в чащобе священной горы Бурхан-Халдун. Его спасла дружба с сильным покровителем. Темучжин обратился за помощью к Ван-хану и другому влиятельному монгольскому вождю, Чжамухе, своему ровеснику и побратиму (монг. анда). Еще в детстве мальчики обменялись подарками и пообещали друг другу хранить верность всю жизнь. Меркиты не ожидали набега и были разгромлены. Коалиции досталась богатая добыча, но Темучжину была нужна только его возлюбленная. Это один из самых трогательных эпизодов его биографии. Однако так случилось, что к моменту освобождения из плена Борте ожидала первенца. Несмотря на щекотливость ситуации Темучжин признал Джучи (букв, «гость») своим сыном.
Некоторое время после победы над меркитами Темучжин кочевал вместе с другом детства Чжамухой. Как в детстве, они спали, укрываясь одним одеялом. Однако постепенно между ними началась конкуренция за первенство, и Темучжин откочевал от «анды» (впоследствии они стали врагами). Еще через некоторое время сподвижники Темучжина решили провозгласить его ханом. Именно тогда он получил новое имя-титул Чингисхан. Вокруг него стали собираться верные нукеры. Первый небольшой «аппарат» состоял всего из 26 дружинников, а возглавляла его тройка ближайших сподвижников Чингисхана: Боорчу, Чжельме и Субутай-баатур.
К сожалению, история ранних монголов от середины 80-х годов XII в. до 1204 г. не имеет точной хронологии. Разные источники по-разному описывают ход событий. Можно реконструировать только наиболее важные события, однако их даты и даже последовательность до сих пор являются предметом дискуссий для ученых. Известно, что вскоре после размолвки во время набега за скотом был убит младший брат Чжамухи. Это стало причиной вооруженного конфликта между побратимами. Чингисхан был разбит, но сумел даже из поражения извлечь пользу. Чжамуха в качестве устрашения приказал сварить живьем в котлах 70 вождей из монгольского рода чоносов. Это оттолкнуло от него многие племена, которые откочевали от него к «анде». К этому времени Чингисхан прослыл справедливым и весьма щедрым вождем, который раздавал своим сподвижникам большую часть добычи. Кроме того, его опора на верных нукеров, а не на родственников, давала возможность выходцам из других племен достичь высокого социального положения.
Дальнейшая история степи — это калейдоскоп набегов и войн между различными вождествами и племенами номадов. Несколько раз Чингисхан находился на грани полного разгрома. Однако он смог выстоять — пали его соперники. Сначала погиб Ван-хан, потом была разгромлена коалиция найманов и Чжамухи, тот бежал, но вскоре был предан своими нукерами. Чингисхан жестоко расправился с изменниками и предал «анду» почетной казни — ему сломали позвоночник без пролития крови.
Держава Чингисхана и начало монгольских завоеваний
В 1206 г. на берегу Онона Чингисхан был провозглашен правителем Монгольской державы (Ёке Монгол Уле). Он попытался разрушить традиционную племенную систему и создать принципиально новую структуру, основанную на фундаменте личной преданности. В результате была введена десятичная система (деление воинских подразделений на десятки, сотни и тысячи). Всего первоначально было создано 95 «тысяч». Они являлись как военными, так и административными подразделениями имперской конфедерации. Старую родовую структуру сохранили племена давних сподвижников Чингисхана, а также те вождества, которые добровольно вошли в состав имперской конфедерации. Остальные были перетасованы и включены в новые «тысячи». Правым крылом в 38 тыс. воинов командовал Боорчу. Левое крыло находилось под руководством Мухали, вместе с центром оно составляло 62 тыс. чел.
Чингисхан также создал дружину (кеьиик) в 10 тыс. воинов, которой была поручена охрана ханских покоев, имущества и ставки, руководство дворовой челядью, обеспечение ханского стола продовольствием, участие в ханских облавных охотах и т. д. Дружина являлась своеобразной кузницей кадров для будущей имперской администрации.
Родственники оказались обделенными. Матери на пару с младшим родным братом Чингисхан выделил 10 тыс. юрт, брату Хасару — 4 тыс., сыновьям: Джучи — 9 тыс., Чагатаю — 8 тыс., Угедею и Толую — по 5 тыс. При этом к ним были приставлены специальные наместники, которые должны были докладывать Чингисхану о каждом их шаге. Причина этого коренится в уже упомянутых событиях далекого детства, когда он столкнулся с изменой родственников, бросивших его семью после смерти отца. Помня об этом, Чингисхан неизменно старался опираться не на родственников, а на своих верных нукеров.
Судебные дела были поручены Шиги-Хутуху. Чингисхан также провозгласил новые правила поведения, которые обычно называют Ясой. Среди современных исследователей нет единства относительно того, что представляла собой Яса. Ее подлинник не известен, имеются только различные пересказы и упоминания восточных авторов Джувейни, Рашид ад-Дина, Макризи, Ибн Баттуты. По всей видимости, Яса не являлась писаным сводом законов. Она представляла собой компиляцию различных установлений, правил и табу, установленных Чингисханом с некоторыми дополнениями в правление Угедея. Данный текст был недоступен для общего пользования. Согласно Джувейни, «эти свитки называются Великой Книгой Ясы и лежат в казне старших принцев. Когда хан садится на трон, или будет собирать великое войско, или соберутся принцы и [станут советоваться] о делах государства и управления, то приносят те свитки и в соответствии с ними осуществляют все решения; и к построению войска или разрушению стран и городов, как там предписано». С течением времени значение Ясы упало по причине разделения Монгольской империи на несколько самостоятельных частей, в которых определяющую роль имели местные юридические традиции.
