Галлиену удалось на какое-то время приостановить наступление на римскую границу франков и аламаннов. Однако вскоре ситуация приняла угрожающий характер. Даже «своя» Галлия, связанная с Римом давними и очень тесными узами, в 258 г. объявила себя независимой Галльской империей, за нею последовали Испания и Британия. Многие регионы державы стремились к независимости от Рима, провозглашали своих собственных правителей и нарекали их императорами. Некоторые из этих дорвавшихся до императорской власти людей были настолько малоизвестны, что о них не сохранилось сведений в исторических источниках, а в историю они вошли как «тридцать тиранов».
Пальмира — древний город в Северо-Восточной Сирии, расцветший благодаря посредничеству в торговле между Востоком и Западом. От императора Каракаллы он получил статус римской колонии. Правитель Пальмиры Оденат расширил свои владения. После его гибели вдова Одената Зенобия, воспользовавшись ослаблением Римской империи, объявила в 267 г. о независимости Пальмиры и в течение нескольких лет захватила часть Месопотамии и Сирии, Аравию и Египет. Пальмира стала метрополией Востока. Город украсился великолепными зданиями, храмами, его улицы были защищены изящными портиками от палящего солнца пустыни. Пальмира преобразилась в один из притягательных культурных центров того времени. Сюда стремились поэты, ученые, художники, скульпторы, образовывая своеобразный «сад талантов», питавшийся эллинистическими, восточными и римскими традициями. Имя Пальмиры как прекраснейшего города и питомника муз стало нарицательным. Ведь и через много веков российский Петербург называли «Северной Пальмирой».
Царица Пальмиры, Зенобия воевала против Рима, однако ее войска были разбиты императором Аврелианом в 272 г. Он провел ее в числе других пленников по улицам Рима в своем триумфе. И хотя руки и ноги ее сковывали золотые цепи, Зенобия производила впечатление царственного достоинства и несломленности.
В римской империи к страшным бедствиям, вызванным непрекращавшимися войнами, добавились и другие несчастья. Произошли землетрясения в азиатских провинциях, в Ливии и в самом Риме. Тучи пыли на несколько дней затмевали солнце, а земля покрывалась мраком. Один из римских историков сообщает: «Были слышны раскаты грома, но это гремел не Юпитер, а грохотала земля. Во время этих землетрясений было поглощено много строений с их обитателями, многие умерли от страха (…) Во многих местах в земле образовались расщелины, причем в трещинах появилась соленая вода. Много городов было затоплено морем». К этому еще добавилась эпидемия чумы, моровая язва опустошала римский мир.
Провинции, провозглашая независимость от центральной власти, сражались из-за границ и устанавливали собственные пограничные кордоны. Сепаратизм носил не только политический, но и экономический характер. Прервались связи между областями провинций, более того, местные власти вследствие недостатка продуктов питания и угрозы голода даже запрещали вывозить их для торговли и обмена за пределы своих территорий, устанавливали специальные таможни.
Деций. Мрамор. III в. Рим. Палаццо Консерватори
Войны, разбой, эпидемии, стихийные бедствия и голод сделали свое дело. Население империи уменьшилось. Крестьяне, не имея достаточного количества орудий труда, посевного и посадочного материала и находясь под постоянной угрозой насильственной конфискации плодов своего труда, резко сократили обрабатываемые площади. Многие земли пустовали. Голод стал истинным господином в Римской империи. Богатые люди тоже не были достаточно защищены. Самым надежным казалось вкладывать свои средства в земельную собственность, которую было труднее всего отнять. В III в. складываются крупные земельные латифундии-поместья, все больше переходившие на натуральное хозяйство. Они стремились все необходимое производить в своих пределах и обеспечивать себя, почти не прибегая к помощи рынка и товарообмена. Владельцы этих поместий все шире практиковали сдачу земли в аренду колонам, представлявшим зависимый слой сельского населения. Колоны платили землевладельцу деньги за аренду или несли определенные натуральные повинности, например должны были обрабатывать часть господской земли или отдавать определенную часть урожая. Однако колонов тоже не хватало для обработки земель в латифундиях, поэтому и в крупных хозяйствах земли нередко пустовали. Землевладельцы были заинтересованы во все более жестком прикреплении колонов к своим поместьям и для этого окружали себя военизированными отрядами, укрепляли виллы, возводили вокруг них массивные стены.
На местах право сменилось произволом. Больше не действовали единые законы. Сила стала главным доводом в любых спорах и тяжбах. Это была не только военная сила, но и сила денег. А деньги обесценивались, поэтому их требовалось больше и больше. К середине III в. в монете практически не осталось серебра: медные монеты покрывались слоем серебра столь тонким, что он оставался на пальцах подобно пыльце бабочек. Почти исчезло из обращения золото, которое прятали в тайниках предприимчивые люди, чтобы воспользоваться им при стабилизации положения.
Инфляция росла быстрыми темпами. Цены взлетали все выше и выше, делая недоступными для большинства населения империи самые простые продукты питания, одежду, предметы быта. Нищали люди, селения и города. Почти прекратилось строительство, разрушались прославленные римские дороги. Опустели форумы, театры и цирки, богатые жители покидали города, за ними тянулся и плебс.
Желая поправить финансовое положение, императоры и местные магистраты придумывали все новые и новые налоги, но это не давало положительных результатов. Многие бежали от тяжелого налогового гнета и притеснений. По дорогам империи бродили группы лишившихся жилищ оборванных людей. Беженцы нередко сбивались в ватаги, занимавшиеся разбоем.
Никто не хотел работать — ни рабы, ни крестьяне, ни ремесленники. Городские магистраты и управители не выполняли своих функций. Плебс бунтовал и требовал уже не столько зрелищ, сколько хлеба. Человеческая жизнь потеряла всякую цену, а «римская свобода» — всякие гарантии. Уже не шла речь о гражданских доблестях, — теперь главное было выжить. Некоторые авторы предлагали «рецепты выживания»: следовало быть экономным, беречь силы, заботиться о здоровье, не жертвовать тем, что имеешь, ради неведомого, не витать в облаках, а изучать полезное ремесло, организовать свое доходное дело или заняться перепродажей.
Кризис государства и общества приводил к крайней психологической и духовной напряженности. Люди уже не верили в покровительство римских богов. Дичайшие суеверия захлестывали Рим. В философии доминировали либо холодное надмирное умствование неоплатоников, либо пессимистическое осуждение земной жизни.
Все это не могло не привести к возникновению различных форм протеста, бунтам и мятежам. Было бы неверным думать, что восставала только беднейшая часть населения. Так, вспыхнувшее в Северной Африке в период правления императора Максимина восстание крупных землевладельцев Гордианов в 238 г. привлекло и богатых людей, и ростовщиков, и крестьян. В нем приняли участие и рабы. Это восстание имело разнообразные цели, главной из которых являлась замена «бешеного» императора Максимина умеренным и «справедливым» Гордианом. Восставшие также уповали на возрождение римских законов, а крестьяне — на облегчение налогового бремени и получение земли.
В правление Галлиена в Сицилии вспыхнуло восстание, которое римские историки называли «почти рабской войной». Но самые крупные волнения начались в Галлии. Здесь сформировались движение «багаудов» (мятежных). В основном это были крестьяне, колоны, рабы, доведенные до отчаяния притеснениями землевладельцев, разбоем войск и непосильным трудом. Историк Сальвиан не зря вопрошал, обращаясь к римлянам: «Что иное породило багаудов, как не ваша несправедливость и бесчестность правителей, их разбои и грабежи?» Багауды избрали из своей среды «народных императоров». Более полутора веков мятежники вели вооруженную борьбу против Рима. Ее не могли остановить ни жестокие расправы, учиняемые время от времени имперскими войсками, ни убийства руководителей восставших, ни массовые пытки. В V в. движение багаудов приняло еще более широкий размах, перебросившись из Галлии в Испанию. Оно в немалой степени способствовало расшатыванию Римской империи и ее падению.
Скатывание империи в пропасть удалось задержать на несколько лет императору Аврелиану, правившему в 270—275 гг. Он происходил из простой семьи, возможно, даже из семьи колона, что не помешало ему сделать головокружительную военную карьеру, стать начальником конницы. Провозглашенный солдатами дунайских легионов императором, Аврелиан одержал победы над вандалами, сарматами и готами и на время оттеснил их за дунайский лимес. Однако у него не нашлось достаточных военных сил, чтобы долго удерживать такое положение, и он вынужден был уступить готам Дакию, заключив с ними в 271 г. мир. Нашествие аламаннов Аврелиан остановил у города Павии в Северной Италии, который через три века станет столицей других варваров — лангобардов. Аврелиан первым из римских императоров со всей очевидностью осознал, что варвары могут угрожать и непосредственно Риму. Он приказал воздвигнуть вокруг города мощную стену — Аврелианов вал.
За Аврелианом закрепилась слава мужественного, справедливого и мудрого императора. Показателен случай, происшедший при осаде г. Тианы. Разгневанный сопротивлением тианцев Аврелиан воскликнул: «Собаки живой не оставлю в этом городе!» Однако, когда город был взят, победитель принял два решения, «из которых одно показывает его строгость, — как отмечал римский историк, — а другое — мягкость». Мудрый император велел казнить предателя, открывшего римлянам ворота города, а на требование солдат выполнить свою угрозу и покарать жителей Тианы отдал приказ убить всех собак, запретив трогать людей, чем снискал их благодарность.
Битва с варварами. Рельеф саркофага. Рим
Этот император предпринял героические усилия для восстановления единства империи. Он одержал победу над Пальмирой, вернул Риму Сирию, некоторые восточные области и Египет, а также восстановил власть Рима в Галлии, Испании и на других территориях. За это Аврелиан был награжден титулом «Восстановителя империи».
Аврелиан провел ряд реформ, направленных на восстановление и внутреннего единства римского государства. Он попытался отойти от системы принципата и первым из римских императоров повелел называть себя «господином и богом», подчеркивая тем самым абсолютный и божественный характер своей власти. На людях Аврелиан появлялся в сияющем венце и роскошных восточных одеждах, уподоблявших его божеству. О том, что это представляло собой элемент нового церемониала, преследующего определенные политические цели, а не признак императорской любви к роскоши, свидетельствует хотя бы тот факт, что в обыденной жизни Аврелиан был очень неприхотлив, носил простую одежду. Даже своей жене он разрешал иметь только один шелковый плащ.
Объединению империи долженствовала способствовать и религиозная реформа, вводившая общий для всех культ Непобедимого Солнца — божественного покровителя императора и империи. Этот культ должен был венчать традиционную римскую религиозную систему, которую Аврелиан также пытался очистить и восстановить.
Аврелиан, желая привести в порядок финансы империи, повелел остановить порчу монеты. Однако это не встретило понимания у тех, кто чеканил деньги — у ремесленников, работавших на монетном дворе. Монетарии восстали, к ним присоединился плебс, волнения быстро распространялись. Гнев восставших обратился против императорских войск, направленных на подавление восстания. Было убито около 7 тыс. солдат.
В 275 г. обстановка на Востоке снова осложнилась, и Аврелиан выступил в поход, во время которого был убит заговорщиками. Армия, казалось, «устала» выдвигать императоров и после гибели Аврелиана уступила это право сенату, который избрал императором дряхлого сенатора Тацита. Через год Тацит был убит солдатами. После него солдаты сделали императором сначала Проба, а затем Кара (в 282—283 гг.). Проба убили солдаты, а Кар был сражен молнией. Римляне сочли, что сам громовержец Юпитер устал от кровавой вакханалии и низверг карающую молнию на голову незадачливого владыки римлян. Но и гнев отца богов не прекратил борьбу за власть, разгоревшуюся после гибели Кара с новой силой.
Кризис III века носил системный характер, он предвосхищал уже не слишком далекое крушение Западной Римской империи. Причины его историки усматривали в разрушении рабовладельческого уклада, в падении производительности рабского труда; в том, что богатство концентрировалось в имперском центре, а это ослабляло провинции; что потребности господствующего класса не соответствовали формам эксплуатации свободного населения; что пришла в упадок традиционная политика полисного управления и т. д. Все эти причины приемлемы для объяснения кризиса, но к ним можно добавить еще много равноправных.
Очевидно, что кризис III века это прежде всего кризис системы власти, «диархии» (двоевластия) императора и сената, характерных для принципата. Обрушилась преемственность власти на вершине империи, исчезли династии, хотя и возникали попытки основать их, но они оставались безуспешными. Слабость центральной власти транслировалась и на места, империя рассыпалась.
«Солдатские» императоры были заняты пресечением бесконечных узурпаций, возвращением отпадавших частей империи. Исчезли важнейшие основания легитимации императорской власти: утверждение величия Рима, его торжества над многими землями и народами; способность сохранить единство «круга земель», политическую и социальную стабильность; успешная оборона границ империи. Пошатнулась и религиозная легитимация империи. Введение культа Непобедимого Солнца не дало желаемых результатов, накал религиозных распрей среди населения империи приобретал угрожающие размеры. По сравнению с эпохой принципата изменилась социальная структура общества. Кардинальные преобразования произошли в имперской правящей элите. Были уничтожены или отошли в тень многие аристократические семейства, в течение двух предшествующих веков игравшие заметную политическую роль, утратило свои позиции сенаторское сословие, на первый план выдвигались представители всадничества.
На политическом и военном поприще стали доминировать новые ведущие группы, имевшие военное и региональное происхождение и не отличавшиеся устойчивостью. Государство не в состоянии оказалась обеспечить безопасность своих подданных, катастрофическим было экономическое положение страны. Права отдельного человека в империи, даже его жизнь не были ничем защищены. Это приводило к разрушению идентификации человека через государство, что было очень важно в предшествующие периоды римской истории. В людях нарастало внутреннее отмежевание от государства, стремление избавиться от всех связей с ним и от общественных обязанностей. Такой отход от государства и социума стал благодатной почвой для погружения людей в религию, магию, для замыкания их в частную жизнь. Измученное кровавой военной анархией, бесконечной сменой правителей, неустойчивостью собственного бытия, население империи жаждало безопасности и стабильной власти.
