Уровень

-Не ной, — отозвалась Прима. — Держи.

-Что это? Нож, — послышался тяжелый вздох. — Ладно. Спасибо и на этом, — и совсем тихо, — у него вон...

Шизофреничка, суицидница. Но добрая. Надо будет этим воспользоваться. Например, в патовой ситуации тебе светит ярким светом выстрел в голову, вместо долгих мучений.

Некоторое время диггер стоял у входа в туннель, вслушиваясь в тишину, дробя едва уловимые звуки на отдельные составляющие. Ритмично капала вода, шуршал песок, протяжно скрипело вдалеке и еще. Тихий свист на грани слышимости, по всей видимости завывал сквозняк, блуждающий в шахтах.

Остро пахло гнилью и еще чем-то тошнотворным.

Декорации готовы, занавес поднят. Жались к рельсам вагонетки, стараясь казаться ниже, чем были на самом деле. Под потолком свисали черные туши кабелей, закрепленных на стенах. Метрономом отсчитывая секунды, звонко капала вода. Клубилась тьма, неоднородная по составу — густая с боков и почти прозрачная прямо по курсу. Матово блестели рельсы, тянулись вдаль и обрывались, подступая к самым границам непроницаемого мрака.

Все готово для начала спектакля. Не хватало только появления действующих лиц.

Ариец ступил из тюбинга в туннель и замер, призывно подняв руку. Никакой надобности в том пока не было. Он с удовлетворением отметил, что его слова не пропали даром: ни шороха, ни звука позади.

Туннель продолжался в двух направлениях, но никакая сила не заставила бы Арийца повернуть направо. Слева предполагался опасный, без сомнения, путь. Но в конце концов, он выходил к подъемнику. Рабочему или нет — не в том суть. В крайнем случае, придется подниматься по лестнице. Что же касалось другого направления, тут существовала полная неопределенность. На этот раз исключались даже рассказы о подземных тварях: все, кто ушел туда — там и остались.

Диггер двигался медленно. То и дело останавливался, пытаясь рассечь лучом клубящийся мрак. Он старался держаться ближе к стене, мимоходом отмечая недвусмысленный росчерк автоматной очереди и черные потеки на бетоне, ответвление слева, перегороженное разорванной сеткой.

Давящая тишина высасывала душу. Пусть давит, думал Ариец, пусть высасывает, лишь бы пропустила к подъемнику.

Поначалу три луча, перекрещиваясь и разбегаясь во мраке, соревновались в яркости с рельсами, отливающими серебром. В какой-то момент лучей стало два. Не нужно было оборачиваться чтобы понять, чьего именно фонаря не достает. Своенравная девчонка опять вздумала разыгрывать из себя крутую. Нашла время...

Сначала раздался выстрел. Вместе с ним из темноты вылетела тварь — огромный урод, распластавшийся в полете так, что конечности едва не задевали стены. Гипертрофированные ребра туго обтянуты кожей, разинутая в оскале пасть, клыки, с которых срывались капли слюны.

Все это запечатлелось в мозгу, прежде чем вслед за одиночным выстрелом, нажал на спусковой крючок Ариец. Первая же пуля угодила уроду в голову, точнее, прямо в глаз. Диггер успел удивиться: откуда у девчонки такая точность, словно она минут пять пристреливалась, перед тем как отправить пулю в полет. Осознав это, Ариец тут же пожалел о том, что послал очередь в уже недееспособного урода. Патроны следовало беречь. Автоматные пули прошили тело чуть ниже горла и по сути, оказались бесполезными.

Короткий, пронзительный вой захлебнулся. Спутанным клубком, из которого сломанными палками торчали конечности, рухнул урод к самым ногам Арийца. Он невольно отступил, вскинув руку.

Из забитого мраком туннеля послышался угрожающий шорох — царапание многочисленных когтей. Пути вперед не было. Но Ариец отказывался в это верить.

-Назад, — прохрипел диггер.

Однако сам отступать не торопился. Попятился, держа автомат наготове. Сколько уродов может скрываться впереди? Два — три? Еще оставалась надежда, что удастся прорваться к подъемнику.

-Ариец! — услышал он голос девчонки. — Их много. Надо уходить.

Чушь. Откуда она может знать? Он никогда не сталкивался с тем, чтобы уроды собирались в стаи больше трех. Наверняка, так дело обстояло и на этот раз.

Сбоку, слева, что-то торопливо заскребло. Опережая появление урода на долю секунды, Ариец выпустил короткую очередь.

Урод оказался матерым. Мощное тело дернулось вправо, уходя из-под обстрела. Пуля угодила в плечо, лишая подвижности одну из конечностей. Вторая застряла между ребер. Третья впилась в бетон в том месте, где только что находилась голова урода.

Ариец выпустил вдогонку очередь, пытаясь достать урода. Пули ушли в бетон и темнота поглотила раненную тварь.

Тут же, справа, по-обезьяньи цепляясь за кабель, на пол сорвался еще один урод. Ариец среагировал мгновенно — тем более, грех было промахнуться в неимоверно раздутый череп.

Брызнула во все стороны кровь, черными сгустками оседая на стене.

Прикрываясь за телом собрата, раненая тварь, скрывающая в темноте, метнулась вдоль стены, за спину Арийцу. И одновременно в дикой синхронности из туннеля вылетели еще двое уродов.

Услышав за спиной два выстрела, методично последовавшие один за другим, диггер понял, что за раненного урода можно не беспокоиться: если девчонка сняла одного точным попаданием в глаз, вряд ли она промахнулась с нескольких шагов. За первой мыслью, внушавшей некоторое спокойствие, полетела вторая. Что спокойствие прямо пропорционально количеству патронов, оставшихся в ПМ. Цифра эта не радовала — пять. Всего пять.

Очередь, нацеленная в голову ближайшей твари, ушла в бетон. Урод оказался молодым и вертким. Извиваясь ужом между трупами, он подбирался ближе. Арийцу пришлось основательно сдать позиции, чтобы держать урода на расстоянии. Выброшенная вперед лапа могла запросто разорвать не только камуфляж, но и кожу до кости.

Скрежет когтей по бетону слился с предсмертным хрипом твари, беснующейся позади.

Ариец отступал, огрызаясь расчетливыми очередями. Перемежаясь с пятнами света в воздухе мелькали белесые тела. Одним лучом невозможно было охватить все пространство. Из темноты тянулись многочисленные лапы, царапающие поверхность бетона острыми когтями.

-Ариец! Надо уходить! — снова услышал он.

Урод, изрешеченный пулями, с болтающейся на сухожилии лапой, бросился под ноги Арийцу так стремительно, что тот едва успел отскочить. На ходу прошив выстрелами ненавистный череп, диггер сделал еще несколько шагов назад.

Нежелание отступать сыграло с ним дурную шутку. В смертельной агонии подброшенный вверх, урод взмахнул конечностями. Паучья лапа, казалось, живущая отдельно от тела, выпросталась далеко вперед. Раздался треск разорванной ткани. Ариец почувствовал как ножом резануло ногу, чуть пониже колена. Придись удар парой сантиметров выше — урод порвал бы сухожилие под коленом.

Диггер отступал, веером посылая короткие очереди туда, где густая тьма растворялась, проявляя белесые тела. Он еще лелеял в душе надежду на то, что вот этот урод — точно последний. Пятился, с разворота срезав очередную тварь, бросившуюся на него справа.

Щелкнул затвор, громогласно заявляя о том, что кончились патроны. Отработанным жестом Ариец выдернул из патронташа, закрепленного на поясе рожок и поставил его на место. Успел порадоваться, что уроды дали ему фору.

В то же мгновение диггер услышал за спиной крик парня, полный ужаса и последовавшие за этим три выстрела подряд.

Из бокового ответвления, которое они пропустили, в туннель выбирался урод. Сраженный метким выстрелом, он выкатился на бетонный пол, взбивая многоруким телом клубы пыли.

Тут же, словно осознав, что до победы не хватает всего ничего, из темноты вырвались еще два урода. Хуже того — или сквозняк стал сильнее, или уроды подтянулись ближе, но Ариец ясно разглядел впереди сплошное месиво из вращающихся наподобие крыльев ветряной мельницы конечностей.

-Уходим! Прима, беги! — крикнул он и споткнулся, наступив на труп.

Краем глаза успел заметить, что девчонка неплохо справилась с взятой на себя задачей прикрывать тыл, записав двух уродов на свой счет. Парень орал, не переставая, кромсая ножом тело поверженного врага.

Они отошли достаточно далеко от боковой ветки. Арийцу, отбивающемуся сразу от двух тварей, придется поторопиться: если из хода появится еще один урод, он окажется зажат с двух сторон. Тем более, учитывая тот факт, что у девчонки оставался всего один патрон в обойме.

-Ариец!

Сбылись худшие опасения. Он торопился, как мог, пятился, не рискуя повернуться к тварям спиной. Еще один урод, срезанный в прыжке, слепо проехался боком по стене и сполз на пол, оставляя на бетоне широкую черную полосу. Лапы бессмысленно колотили воздух, из огромной пасти, разинутой во всю ширину вывалился язык.

-Ариец, быстрей!! — услышал он.

Отчаянный крик слился со звуком последнего выстрела. До боковушки еще оставалось метров пять.

Из бокового тюбинга, распластав по стене конечности, выбирался огромный урод.

И диггер понял, что ему не успеть.

ВИРТУОЗ

Плавуны — мерзкие создания, нечто среднее между бобром и выдрой, только больше раза в три. Да и челюсти имели наподобие бульдожьих. Вряд ли они имели какое-то отношение к тем водяным опоссумам, вымершим в начале века. О настоящих плавунах никто не помнил, зато подземные твари плодились и размножались, облюбовав сеть многочисленных, затопленных шахт. Охотиться предпочитали на глубине. Если и нападали на мелководье на людей, то выбирали раненных или одиночек. Правда, для Виртуоза стало открытием, что они могли забираться так высоко — неизвестно какими путями — и создавать гнезда, напоминающие осиные. Если бы не видел собственными глазами, как из бокового отверстия наружу выбралась гибкая тварь, ни за что бы не поверил.

Прошитый пулями плавун кувыркнулся в воздухе. Резко и душераздирающе крикнул, как кот, которому наступили на хвост. Черепная коробка треснула. Тело, покрытое короткой шерстью рухнуло в воду, подняв фонтан брызг.

Бразер, перебивая шум воды, ругался последними словами, временами срываясь на нечленораздельные звуки. Автомат в его руках огрызался огнем, цепляя в полете очередную тварь.

По пояс в воде, затаив дыхание, чтобы ненароком не хватануть той жидкости, что продолжала бить струями между плит, Виртуоз приближался к лестнице. В одной руке он сжимал АКМ, другой удерживал Штучку. Ноги ее разъезжались. Она пыталась отстреливаться, выделяя в бурлящем потоке черные тела.

На взгляд Виртуоза, там плавали трупы. Бразер ругался трехэтажным, но дело свое знал. Все пять тварей получили заслуженную дозу свинца. Раненные вряд ли решат продолжить так неудачно начатую охоту.

Простая мысль о том, что скользкие создания могли изначально затаиться в бассейне среди насосных агрегатов, спецназовцу в голову не приходила.

Виртуоз шел, волоча за собой Штучку, преодолевал напор воды, с досадой осознавая, что, судя по тому каким темпами поднимается вода, до борта им предстоит добираться вплавь. В тяжелом спецкостюме, с рюкзаком за спиной... Перспективка, ничего не скажешь.

Позади, ледоколом рассекая пену, сбитую у борта, шел Коллайдер.

Струи били со всех сторон, хуже всего дело обстояло у борта. Виртуоз отворачивался, инстинктивно стараясь держаться подальше. Нога проехалась по чему-то мягкому, податливому. Размахнулся, хотел двинуть как следует, но вместо этого поскользнулся, так ничего и не задев.

Плотная, илистая масса, поднятая со дна быстро прибывающей водой замедляла движения, грузом висла на ногах.

По-прежнему сдерживая дыхание, Виртуоз рвался вперед. Штучка не оставляла попыток свести счеты с кем-то, видимым только ей. Виртуоз пытался несколько раз ей сказать, что это бесполезно. Она не слушала. Повиснув на плече у спецназовца, Штучка давила и давила на спусковой крючок. Пули вязли в тягучей черноте, зарывались в воду, выбрасывая фонтаны. Струи, бьющие из стен, гасили короткие всплески.

Вода бурлила.

-Бразер, веревку! — перекрывая шум воды, крикнул Виртуоз. Он сомневался в том, что ему удастся преодолеть короткий заплыв, кроме всего прочего, со Штучкой за спиной.

Бразер сообразил первым. Крик не успел погаснуть, забитый шумом, как в воду, раскручиваясь кольцами в полете, упала веревка.

-Держи! — заорал Бразер. Он дернул веревку, лишний раз убеждаясь в том, что один конец надежно пристегнут карабином к перилам лестницы.

Перекинув за спину автомат, утопая по грудь в воде, Виртуоз чудом ухватил конец веревки. Он сделал шаг и вдруг почувствовал, что правая нога угодила в капкан. Выше щиколотки сдавило так, что Виртуоз едва не потерял равновесие. От неизбежного падения его спасла веревка. Натянулась тугой струной, цепляясь карабином за лестницу. Раздался оглушительный скрежет и Виртуоз засомневался, выдержит ли?

Спецназовец шагнул, волоча за собой ногу. Дернулся, пытаясь освободиться. Тварь плотнее сжала челюсти и Виртуоз выругался про себя. Ему нужно было достать нож, спрятанный за голенищем сапога. Но в одной руке он держал веревку, на второй повисла Штучка. Если бы не Виртуоз, она давно бы скрылась под водой.

-Штучка! — крикнул он. — Возьми веревку!

В тот же миг, выкрутив ему руку из сустава, Штучка ушла под воду. Стремительно, как будто ее дернули за ноги.

-Штучка! — заорал он.

В последний момент он вывернулся, пытаясь ухватить за плечо ускользающее тело, но в руках остались клочья пены. Луч света толкнулся в воду, не в силах пробить черную поверхность.

Вода вспенилась на том месте, где только что была Штучка. Не выпуская из рук веревки, Виртуоз нырнул, ощупывая вокруг близкое пространство. Везде сквозь пальцы струилась вода. Пусто.

Между тем хватка стала настойчивей. Тварь рванула ногу на себя.

Вцепившись в веревку, Виртуоз снова нырнул, выуживая из-за голенища сапога нож. Как раз вовремя — его снова дернули. Ноги проехались по дну, как по маслу. Рука заскользила по веревке, уступая сантиметр за сантиметром. Стремительное скольжение задержал узел.

Виртуоз подтянулся и вынырнул на поверхность. Брошенной на лед рыбой, широко, до боли в челюстях разинул рот, пытаясь ухватить глоток воздуха. Вместо этого в лицо ударила мощная струя. Легкие разрывались от недостатка кислорода. Насилу удержавшись, чтобы не хватануть открытым ртом черную струю, он вырвал у смерти еще одну секунду: отвернулся, набрал полную грудь воздуха и снова нырнул. Инстинктивно открыл глаза, пытаясь хоть что-то разглядеть в грязной воде и зажмурился — мутная серая масса, чуть потревоженная светом.

Тварь упрямо тащила его по дну. Без рывков, не ослабляя напора.

Виртуоз нагнулся и ударил ножом в то место, где по его подсчетам находился плавун. Почувствовал, что попал — лезвие вспороло тугую плоть. Судя по всему, для твари этот удар был как для слона дробина. Хватка не ослабла ни на секунду. Дьявольская сила по-прежнему тянула его на дно.

Глотнув воздуха, Виртуоз стал наносить один удар за другим. Резал, колол ненавистную тварь, пока хватало запаса воздуха. Бил, ежесекундно ожидая, что плавун как бойцовая собака начнет рвать кожу, не разжимая плотно стиснутых челюстей.