Вот и приходится мне для его поисков посещать все небольшие города. И если оказываюсь рядом с мегаполисом, я могу заглянуть в него, чтобы собрать информацию.
Я уже начала задумываться о том, чтобы прекратить его поиски, и заняться чем-то более интересным, как наткнулась на новую информацию.
Недавно он прошелся по всем скоплениям оборотней, и упорно пытался их обратить. Успеха он не добился.
К чему бы это?
Неужели? Он снял проклятие, что наложила на него Эстер?
Если так, то, может, зря я его ищу? Он ведь теперь вообще монстр из монстров, гибрид оборотня и вампира. Синергия изначального проклятия оборотней, волчьих генов, солнечной энергии…
Он внезапно стал еще опаснее и сильнее, чем был. Надо бы быть осторожнее, но…
Эта ситуация к тому моменту уже начала меня бесить. Где этот чертов волчий старикашка? Какое он имеет право от меня прятаться?
Его надо найти и покарать!
Хватит, хватит. Трясу головой. Я так только в неприятности попаду с такими мыслями.
Покарать Никлауса? Что за бред…
Тут еще вопрос, кто кого покарает.
Короче, он как будто бросил мне вызов. И если я его не найду, то моя самооценка упадет.
Потому следственный отдел имени Николь, продолжает действовать. Только осторожнее.
Остановилась в одном из городков. Выйти в интернет, узнать последние события в мире.
Уже собиралась лететь дальше, как увидела кое-кого знакомого.
Стоп. Это ведь Майкл! Как?
Он же должен быть не тут. Насколько помню, его иссушили, и где-то спрятали.
Интересно, кого так достал Ник, что кто-то разбудил Майкла? А других причин того, что он на свободе я придумать не могу.
А самое главное, как его смогли найти? Если даже его детям было известно только то, что он иссушен. Но где конкретно его захоронили, даже я не знала.
Ну, узнаю у первоисточника. История обещает быть интересной.
Что он делает в провинциальном городе, где даже других вампиров нет?
Начинаю строить проекцию. И следую за ним на расстоянии.
В этот раз никаких проблем с этим нет, хотя он не сильно и отличается по структуре разума от Никлауса и Кола. Проекция его разума полностью построилась.
Так как прямой контакт более уже не нужен, то я свернула на другую улицу.
За спиной как всегда рюкзак, а на голове декоративная шапочка, которая маскирует цвет моих волос. В таком виде узнать меня с расстояния очень сложно. Обычный ребенок. Да и одежда не та, что на роликах в интернете.
Присаживаюсь на лавочку. И начинаю разбирать память Майкла.
Глубоко лезть мне не хочется, обожглась уже несколько раз, поэтому смотрю только последние события.
Петрова? Она что, совсем с головой не дружит? Или просто не знает, кого разбудила?
Ну, теперь точно знает. На себе испытала. Как и памятный мишка.
А ситуация чем-то похожа… От такой аналогии становится даже весело.
Интересно, а ведь она была не одна. Что она забыла в компании человека?
Похоже, в мире начали происходить интересные события.
Взглянула в небо. А они знают, что сейчас происходит у них под носом?
Ладно, все равно о наблюдении беспокоиться сейчас бессмысленно.
Что мне делать? Где сейчас Никлаус я теперь знаю. Он на родине.
Но как только он узнает, что Майкл вышел на его след…
Найти его станет вообще невозможно. Он в этом деле профессионал.
А вот Майкл уже имеет богатый опыт в выслеживании вражьего сына.
Хм…
Опять меня на приключения тянет.
Ведь этот мужик своим поведением явственно напрашивается на мою компанию.
Решено. Буду портить ему жизнь. Может это мне досталось и от Никлауса, но древний викинг мне кажется отличным объектом для самой изысканной игры в мире. Той, которая на нервах.
А еще он чем-то напоминает мне того дядю из МКС…
ГЛАВА 21
Найти Майкла вновь, оказалось не так уж и просто.
Он успел найти себе машину и поехать в следующий город.
Точнее я знаю это из его памяти. Что он собирался так сделать.
Остается только ждать его в следующем населенном пункте, что находится на пути к тому месту, где раньше находилось поселение, в котором жила семья первородных вампиров, еще когда они были людьми.
Спряталась в кроне дерева около въезда в город. Недавно, кстати, стала замечать, что отсутствие веса для меня становится все более и более привычным. И только если надо изображать человека я позволяю Земле себя притягивать.
Вот, например, сейчас, я прячусь в кроне дерева, и при этом нахожусь в невесомости. И непонятным мне образом исчезает даже эффект вращения земли.
Вот. На краю восприятия появилось сознание Майкла.
Только вот, пока я его ждала тут, я немного вернула себе трезвость рассудка. И начала думать, что контакт с Майклом это полное безумие. У нас совершенно разные весовые категории.
Он монстр, пропитанный тысячелетней ненавистью и презрением. Даже немного изучив его разум, я так и не смогла разобраться в его чувствах. Точнее просто не смогла их принять.
Он родился в другое время. У него другие ценности, другое понимание мира. Даже его дети и пасынок гораздо ближе современному миру. Они меняются, подстраиваются под мир, а Майкл так и остался в прошлом.
Может тут имеет значение, что он был обращен уже в преклонном возрасте? Он вечно стар, а его дети вечно юны…
Какой буду я через тысячу лет?
Плохо! Как он меня заметил? Время практически остановилось.
Видимо, даже приближаться к Майклу было плохой идеей. Сама ведь осуждала Петрову, а веду себя так же как она.
Что мне делать? Улетать? Оставаться? Пока я предавалась панике, что-либо делать стало уже поздно.
Стоило мне на секунду вывалиться из ускорения под действием эмоций, как меня схватили за горло и прижали к стволу дерева.
Неприятно. Немного больно, и дышать не получается. А в голове всплывает картинка последних секунд.
Я смогла заметить только размытое пятно. А вернуться обратно в замедленный мир не успела. Придется признать, что я настоящий тормоз.
Ускорение, сила, полет. И зачем? Все равно, когда надо, я об этом забываю, и отвлекаюсь на всякие мелочи.
— Кто тебя обратил? — прозвучал холодный голос.
А, точно, ведь в вампирском мире детей обращать запрещено. Неофициально, правда. Просто, если кто-то об этом узнает, то считается хорошим тоном уничтожить того, кто позволил себе создать ребенка-вампира.
Эту милую традицию, насколько я помню, создала еще сотни лет назад первородная семья. Кто именно ее придумал, я точно не знаю, но это очень похоже на Элайджу.
А может это Майкл? Может быть. Он ведь ненавидит вампиризм. Для него тот, кто обращает детей еще хуже Никлауса. Полное ничтожество, не имеющее право на существование.
Показываю руками на горло, объясняя, что говорить сейчас не могу.
Хватка немного ослабла.
— Не знаю, — хрипло отвечаю. Что-то мне с ним спорить как-то не хочется.
— Девочка, не ври мне. Ты не умеешь себя контролировать достаточно, чтобы обмануть меня, — ответил, вероятно, Майкл.
Ну, это было ожидаемо, но попытка, не пытка. Мне все равно ничего не грозит. И я неожиданно перестала бояться, и даже начала испытывать нечто вроде безумного куража.
— Хорошо, грозный дедушка, я сама выпила кровь и сама себя убила. Так пойдет? — ответила я детским невинным голосом. С ноткой проказливости.
Хм, а вот теперь он еще и презирать меня начал, это видно по лицу. Интересно он относится к тем, кто добровольно стал вампиром. Себя вспоминает?
Ой. А вот это плохо. Очень плохо. И почему я об этом не подумала? Это, конечно, больно, когда тебе разрывают шею и пьют кровь. Но меня не это волнует. Ну вот…
— Кто ты такая? — спросил Майкл, а это именно он, в этот раз гораздо более тяжелым голосом, и смотрит уже совсем по-другому.
Спалилась! А в голове начали вдруг всплывать матерные слова из множества других языков, в основном русского, правда…
Его надо кончать. Как можно скорее. Но как?
— Так я тебе и скажу, никчемный папаша, — мне уже все равно. Эмоции ушли куда-то далеко, разум бесстрастно строит планы по уничтожению Майкла.
Дело усугубляется тем, что, даже полностью построив проекцию его разума, внушить ему хоть что-то, задача мне непосильная. Он сбросит внушение буквально за секунды.
Аааа. Не стоило забывать о реальности. Секундная вспышка боли в шее, которая нестерпимо прошла по всему телу, блики в глазах.
Очнулась я уже связанная по рукам и ногам на заднем сиденье его автомобиля. Металлическими цепями? А меня не недооценивают. Плохо.
И где он вообще эти цепи достал? И, черт возьми, зачем было сминать мою шею в труху? Это в несколько раз хуже, чем просто обезглавить! Я даже на мгновение сошла с ума.
Я вляпалась. У меня, похоже, неприятности. А насколько они крупные, мы еще посмотрим.
— Очнулась? Я тебя не отпущу, пока ты мне все не расскажешь, — не отвлекаясь от дороги, сказал Майкл. — Рассказывай, — приказал он.
Начала осматриваться. Я еще и истощена. Почему?
Понятно. Не сумев снять кольцо, он просто оторвал мне пол руки. И именно ее регенерация меня и истощила.
Хорошо, что Солнце уже достаточно низко, и его свет на меня не попадает. Иначе было бы гораздо неприятнее.
— Дедушка, твои приказы для меня ничего не значат, — не смогла себя сдержать. Он меня бесит.
Начала строить проекцию разума. На дороге даже несколько секунд внушения могут кардинально поменять ситуацию.
А еще надо узнать, где он спрятал кол из белого дуба.
— Тебе не сбежать. Я все равно все узнаю. Пытки еще никто не отменял, — ответил Майкл. — А кроме пыток есть еще и внушение.
Я одновременно ищу все, что связано с колом из белого дуба, и поддерживаю беседу. Это довольно тяжело, но я уже не человек, так что, кое-как, но справляюсь.
— Зачем было меня привязывать еще и к самой машине? — поинтересовалась я спокойным голосом. На волнение и страх в сознании не осталось места. Все заняла сосредоточенность.
— Как только ты отключилась, тело начало плавать в воздухе. Пришлось принять меры, — решил ответить Майкл. Диалог возможен?
Понятно. Ранее, он считал меня вампиром. Хотя я и есть вампир, но попробовав моей крови, Майкл, теперь в этом не уверен. Так что я для него сейчас непонятное существо. Вроде вампир, но кровь не вампирская. Да еще и фокусы с гравитацией…
Не знала, что невесомость так в меня въелась, что теперь отсутствие веса для моего тела стало естественным. И почему я не замечала? Хотя, наверное, тот факт, что я спала под одеялом, помог мне не улетать.
Мне теперь что, и спать нельзя на виду? И уж тем более на улице. Усну в одном месте, а проснусь туда, куда меня ветер сдует. Это было бы несколько неудобно. Придется на время сна бросать якорь.
— Дедушка, а, дедушка, а зачем ты меня вообще похитил? Я ведь тебе ничего не сделала, — спросила, пародируя настоящего ребенка. Понятно, конечно, что это его не обманет.
— Ты поможешь мне выманить Никлауса. Дальше я его сразу прикончу, — отвлекся он на обгон, какого-то грузовика. — Еще мне интересно, что ты такое. А главное, интересно это будет и ублюдку, — честно все выдал Майкл.
Его вообще хоть что-то кроме Ника волнует? Ну, наверное, еще и свои дети для него что-то да значат. Даже на мой тон и построение фраз он не обращает никакого внимания.
Хорошо, что вообще слушает и отвечает. Ладно, у меня и так дел много.
И разговор уже ничего не даст. А я не 'глупый темный властелин', чтобы раскрывать всю правду перед будущими трупами. Если они вообще могут трупами и не стать.
Еще мне интересно, почему он на мои вопросы-то отвечает? А, понятно, я связана, истощена, без кольца, никуда не денусь, а ему немного скучно. Тем более ничего секретного он не сообщил.
Да и без знания истории его семьи ответ будет совершенно непонятен. А у него нет оснований полагать, что я знаю больше чем ничего.
Так, место, где спрятан кол, мне уже известно. Осталось освободиться. И с этим у меня, кажется, проблемы.
Значит, автокатастрофе быть. Надо точно подобрать момент, чтобы самой не пострадать и вырубить Майкла.
Жду…
ГЛАВА 22
Устроить аварию оказалось просто. А вот нормально ее пережить сложнее.
Я сейчас нахожусь в ускорении. Вся переломанная. И постоянными попытками взлететь стараюсь либо сломать переднее сиденье, либо порвать цепи.
Еще рывок. В глазах темнеет. Прямо по переломам. Да еще и солнце попадает на отдельные части тела.
Рывок. Осталось немного, убеждаю сама себя. Еще раз и я буду свободна.
Я не знаю, сколько это длится. Я прикована достаточно плотно, и потому к моменту, когда цепи натягиваются, скорость не такая и большая. Даже в ускорении.
Мгновение, растянутое в вечность.
Если бы Майкл приковал только руки, я бы их уже оторвала, чтобы вырваться.
Но я обмотана ими полностью.
Наконец, поняла, что за цепи он использовал. Те самые, которыми был закован он сам.
Еще рывок. Замечаю, что что-то изменилось. Что?
Понятно, я, наконец, что-то сломала под сиденьем. Это придало мне еще сил и упорства.
И еще через одну вечность, я смогла, пробив стеклянное окно, вылететь наружу.
И сразу же попала под огненное солнце. И даже тот факт, что скоро закат, меня не спасает.
Мозг лихорадочно ищет путь к спасению. Я скоро тут полностью иссохну, и воскресший Майкл получит мое тело, без каких-либо препятствий.
Нужна кровь. И надо избавиться от цепей. Но сначала тень, хоть какая-нибудь.
Не полностью контролируя себя, рванула к ближайшим деревьям.
И, конечно же, доломала в себе то, что было еще не сломано. Вовремя замедлить скорость я забыла.
Время еще остановлено, потому и регенерации почти нет. Благо, это замедляет еще и воздействие солнца.
Главное, не отключиться от боли. Что становится все труднее.
Судорожными подергиваниями пытаюсь высвободиться из ослабевших цепей.
Получается далеко не сразу. Давно бы уже плакала, орала или кричала в полный голос. Но в ускорении это делать невозможно. В нем даже дышать нельзя.
От цепей освободилась. Теперь нужна кровь. Но вот только, чтобы до нее добраться, придется вылететь под солнечные лучи. Плакать захотелось еще сильнее.
Не хочу на дорогу. Тут, в тени деревьев так хорошо. А редкие лучи закатного солнца, что прорываются сквозь листву совсем даже не плохо…
Меня спасла жажда. Стоило мне сбиться с цели, как инстинкты начали брать верх.
Забыла о солнце. Забыла о боли. Важным осталось только тело какого-то парня, которому не повезло. Он лежал рядом с легковым автомобилем, и как раз в этот момент истекал кровью и умирал.
Стоило увидеть кровь, как меня не стало.
Насытилась. Регенерация стала заметной даже в ускорении. От моральной усталости даже не реагирую на солнце. Просто вишу над трупом, что валяется на дороге, и отстраненно вспоминаю, как вела себя, когда ничего не соображала, что в тот момент чувствовала.
